Отравленный цветок

Поверхность озера блестит от солнца и иногда дрожит от рыб, которые радуются погожему тёплому дню. Деревья и цветы яркие и сияющие, будто кто-то наложил на них заклинание. Двое мальчишек, держа в руках зачарованные биты для крикета, весело смеются, щебеча на французском. — Мой дальше улетел, — блондин, одетый в белую рубашку и зелёный жилет с брюками горделиво улыбнулся, — Жильбер, с тебя желание. — Мы ещё только по одному разу бросили, а нужно три, — тёмные кудри второго мальчика затянуты в слабый низкий хвост бирюзовой ленточкой. На его бежевом жилете ярко выделяется голубой цветочный узор, — так что не будь так уверен в своей победе, Драко. Они по очереди показывали друг другу особые приёмы удара по мячу, с важным видом объясняя на ходу подмеченные особенности. Однако стоило большой рыбе где-то рядом сделать "бульк" хвостом по воде, как биты были брошены. — Это снова тот сом! — Драко побежал вперёд вдоль озера, наблюдая за передвижением рыбы в прозрачной воде, — давай его поймаем! Это он в прошлый раз прогнал рыб, которых мы кормили! Жильбер бросился догонять лучшего друга. Его хвостик к этому времени уже немного растрепался. — Чтобы наложить заклинание, нам нужно сначала остановиться! — Но он слишком быстро плывёт! Стоило им остановиться, как сом поплыл куда-то в сторону, вызвав разочарованные вздохи. — Может его нужно чем-то привлечь? Хлебом кормить, например, — Жильбер отдышался и пожал плечами. — Может... Но нужно отметить, во сколько он приплывает сюда, чтобы кормить именно его, а не других рыб, — Драко провёл рукой по волосам, чтобы убрать от лица прилипшие пряди. Солнце уже начало напекать, но мальчики не обращали на это внимание, пока к ним не подошла няня, волшебница, которая приглядывает за ними и отвечает за распорядок дня. Её коричневое платье лёгкое и воздушное, но при этом достаточно строгое. — Господин Драко, господин Жильбер, ваши матери уже ждут вас в оранжерее. Они переглянулись и наперегонки побежали к оранжерее, которая отличалась своими стеклянными куполами. Каждый день их мамы проводят там чаепитие со сладостями. Среди разнообразных редких растений, очаровательных цветов и затейливых листьев дышится легко и свободно благодаря чараи. — Матушка! — Драко, увидевший Нарциссу, уже пьющую чай с Марией де Лафайет, ускорился. За почти что три года во Франции он отлично выучил язык и даже приобрёл акцент, заставлявший маму очарованно улыбаться, — а мы снова сома видели! Только поймать не смогли. А ещё я бросил мяч в крикете дальше Жильбера! Нарцисса приобняла сына и погладила его по мягким волосам, незаметно поправляя их. Драко доверчиво прильнул к ней, глубоко вдохнув и прикрыв глаза. Есть в запахе мамы что-то такое особенное, успокаивающее и умиротворяющее. Когда она начинает гладить его по спине, обнимая крепче, хочется лишь сильнее прижаться к ней. — А вот и не правда, — Жильбер скрестил руки на груди, — в последний раз я бросил дальше. — А до этого всё время лучше бросал я. — Дети, дети, вы оба молодцы, — Мария посадила сына рядом, поцеловав его в макушку, — в следующий раз позовите играть с вами няню. Уверена, вы сможете научить её играть. Драко и Жильбер переглянулись, с восторгом принимая предложенный план. Когда принесли пирожные, они оба совсем забыли о соревновании и стали решать, что сегодня приготовлено лучше: пирожное со сливочным кремом и клубникой или же с шоколадом и голубикой. Единогласно победителем признали первый вариант. Заметив у входа в оранжерею репетитора, Драко и Жильбер утратили своё весёлое настроение. Месье Пуанкаре с его моноклем, что пугающе блестит под определённым углом, каждый раз приходит в самый неподходящий момент, напоминая о существовании наук, истории и арифметике. Нарцисса и Мария прекрасно понимали их чувства, но настаивали на том, чтобы дети не пропускали занятия, чтобы репетитор мог получать свою оплату, а они получали знания и постепенно взрослели. — Давай сегодня не будем ничего делать, — шепнул Жильбер, когда они уже шли по коридору за профессором Пуанкаре, — пусть те попытаются тоже решить его задачи. Под теми Жильбер имел в виду других троих детей волшебников, родители которых работали в особняке. Драко с хитрой улыбкой согласился. По его мнению, будет весело понаблюдать за теми, у кого не получается решить что-то элементарное. За партами уже сидели остальные трое, но почётное, самое удобное, место было оставлено для них. Жильбер и Драко не особо интересовались другими детьми. Им достаточно было увидеть их одежду с потёртостями не самого лучшего качества, чтобы перестать на них смотреть. Мальчишки слушали профессора вполуха, рисуя что-то на листочках и передавая их друг другу. Для них главное было досидеть до конца занятия, чтобы потом убежать кататься на детских мётлах, которые им подарили не так давно. У них не было других забот, обо всём вокруг заботились слуги и взрослые. — Раз мы закончили обсуждать теорию, давайте перейдём к опросу, — месье Пуанкаре поправил монокль и посмотрел на юных Малфоя и де Лафайета. Другие дети, двое девочек и один мальчишка, тоже хихикали, но по иному поводу: всё, что они изучают ерунда какая-то. Не нужно знать историю или деление, чтобы наложить заклинание, которые хорошо помогают в работе по дому. Знания только голову забивают и не дают отдохнуть, лишая части свободного времени. — Мы бы не хотели сегодня участвовать в обсуждении, — устало протянул Драко. — Сегодня с утра на улице было слишком жарко и мы утомились, — кивнул Жильбер. Месье Пуанкаре ничего не оставалось, кроме как вздохнуть, кивнуть и обратиться к остальным детям. Он мог бы быть строже, но это никак не поможет ему, только настроит против него аристократов. — Предположим, что у книззла было сорок пять кусочков мяса и пять котят, между которыми нужно было разделить еду. Что нам нужно сделать, чтобы решить задачу как можно быстрее, — он надеялся хотя бы услышать размышление по теме. — Да, дать им всё, а они там как-нибудь сами разберутся, кому сколько кусочков, — пожал плечами мальчик в серой рубашке. Он не видел смысла сидеть тут, но его родители накажут, если прогуляет. Драко и Жильбер, которым важность образования привита с молоком матерей, хихикали над тем, как у других не получалось понять саму концепцию деления и уловить, что нужно сделать для решения элементарной задачки. Месье Пуанкаре вновь вздохнул, видя, что с этими детьми нужно заниматься дополнительно. Однако, даже если он начнёт тратить личное время на их образование, благодарности он не дождётся. Придут их родители с обвинениями, что он замучал детей своими науками. Поэтому только и остаётся, как отпустить всех. Драко и Жильбер тут же встают и выбегают из класса без какого-либо признака утомления. По строгим коридорам раздаётся весёлый топот ног. Живые персонажи на картинах возмущаются, что аристократы прежде никогда не позволяли себе подобного поведения и закатывают глаза, лишь больше веселя детей. Вокруг детского поля для квиддича стоит невысокий белый забор в который одновременно заключено три заклинания: одно не позволяет подниматься на метле выше метра, второе не позволяет улетать вне поля и выносить с его территории сами мётлы, а третье замедляет падения. Одно из заветный желаний Драко и Жильбера — это каким-то образом вынести их мётлы летать над садом, чтобы показать взрослым, что они уже совсем не маленькие. — А помнишь, как на прошлом чемпионате французы делали мёртвые петли? Много и быстро! — Жильбер сильнее сжал в руках свою фиолетовую метлу. — Конечно помню! Пока одни делали петлю, другие ловцы в них пролетали! Это было восхитительно! — Давай тоже научимся делать петлю! Драко понравилось это предложение, и они начали пробовать. Однако их ждало лишь разочарование. Детские мётлы всё никак не хотели переворачивать их верх ногами и тут же возвращали их в обычное положение. Жильбер от досады с силой бросил метлу на землю. — Бесполезная игрушка! Почему мама с папой не понимают, что я хочу по-настоящему летать, а не болтаться здесь, словно лягушонок в клетке! — в добавок он пнул метлу, от чего она чуть жалобно хрустнула. Драко также пнул свою, но с целью, чтобы она ударилась о магическую стену. — На метле летать мы дети, а учиться мы уже достаточно взрослые! Это не честно. Но у меня есть план, — Малфой не стал тратить много энергии на эмоции и хитро заулыбался, — помнишь, мы на складе нормальные мётлы видели? А раз наших отцов сейчас нет, то нужно только мимо слуг пройти туда. Достанем взрослую метлу, покажем, что мы уже можем на такой летать и они снимут эту защиту! — Отличный план! — Жильбер воодушевился и схватил Драко за руку, чтобы потянуть его в сторону склада в тихом уголке сбоку от имения. Склад довольно просторный. Кажется, что вещей здесь много, но всё разложено аккуратно и по полочкам, чтобы всегда знать, что и где находится. Правда воздух здесь тяжёлый и душный, давящий в макушку не то от пыли, не то от чего-то ещё, такого неуловимого, но интуитивно понятного. — Вот, в этом шкафу они должны быть! — Жильбер заулыбался, взявшись за узорчатые ручки большого деревянного шкафа, двери которого с неприятным скрипом открылись. — Смотри, на такой метле в прошлом году летал ловец французской команды! — Драко подпрыгнул от эмоций, показывая на модель метлы, которую тут же узнал, — давай возьмём её, уверен, она лучшая! — Да, давай. Она там на крепеже, давай вместе снимем. Жильбер и Драко залезли в сам шкаф, чтобы аккуратно снять метлу, но в этот момент послышались голоса взрослых. Мальчики тут же закрыли шкаф, но не до конца, чтобы не оказаться в полной темноте. Они затихли, слыша лишь своё сердцебиение и испуганно смотря друг на друга. — Говоришь, вот этот украл у тебя артефакт? — голос Джорджа, отца Жильбера, они узнали сразу. — Да, он. Стащил прямо из-под носа слуги, пока я и Нарцисса выбирали игрушки для Драко, — услышав голос Люциуса, мальчишки переглянулись в панике. — Откуда они здесь? — еле слышно спросил Жильбер. — Я не знал, что они вернулись, нам же ничего не сказали, — Драко попытался что-то увидеть в щель между дверцами, но увидел лишь какого-то человека со связанными руками и ногами. — Говори, куда дел артефакт, проныра, — видно, как Джордж направил на незнакомца волшебную палочку. — Господин, прошу, не губите. О моей семье будет некому позаботиться... — Об этом нужно было думать раньше, — резко прервал его Люциус, — говори, кому продал, может быть тогда мы тебя пощадим. — Я... Сэр, я не знаю его настоящего имени, мы работаем тайно... — Бесполезный мусор, — трость Люциуса резко опустилась на спину незнакомца, от крика которого мальчики вздрогнули в шкафу, очень стараясь не выдать себя и не произнести ни звука. — Ты уверен, что абсолютно ничего не знаешь? — палочка Джорджа ткнула незнакомца в лоб. — Совершенно ничего, сэр! Прошу, отпустите меня, я найду для вас артефакт, какой скажете! Из-под земли достану! Даже не один! Однако взрослые не стали его дальше выслушивать. Джордж взмахнул палочкой, уверенно произнеся "Авада Кедавра". Зелёный свет и два слова из глубоких кошмаров, из страшных историй, которые рассказывают в Вальпургиеву ночь, заставили Драко и Жильбера закрыть рты ладошками и зажмуриться. Они часто дышали, совершенно не зная, что делать. Запрещённое заклинание, использование которого до этого момента казалось выдумкой, чертой, через которую никто не переходит, будто задело их самих. Звук упавшего тела стал дополнительным доказательством, что они всё правильно услышали. — Приберите здесь! — крикнул Люциус, после чего уже спокойно сказал, — надо бы выпить кофе, прежде чем идти к детям. Думаю, мы с Нарциссой и Драко уже уедем через пару недель. Нужно успеть сводить детей в театр, сделать колдофотографий. — Да, надо бы. Будет хорошо сохранять дружбу между нашими семьями. Может быть, Мария и Жильбер даже поедут к вам на пару месяцев. — Это будет замечательно... Голоса отцов становились всё дальше и дальше. Кто-то уже начал убирать тело. Однако вскоре на складе снова стало тихо. Правда лишь ещё более давяще чем прежде. Драко и Жильбер выбрались из шкафа молча, больше не думая ни о какой метле. Они вышли и, не сговариваясь, побрели к качелям в саду. Лишь оказавшись подальше, к ним вернулся голос. — Твой отец использовал запрещённое заклинание, — Драко враждебно посмотрел на Жильбера. — А твой ударил его тростью! — Мой хотя бы не убил его! — Драко перешёл на крик, сжимая кулаки. Он больше не был уверен, не сделает ли Джордж то же самое с его отцом или даже с ним самим. Больше не смотря на Жильбера, Драко развернулся и побежал в сторону оранжереи, надеясь, что мама сейчас там. Перед глазами зелена трав, кустов и деревьев только больше напоминает о запрещённом заклинании. Услышав, что мама где-то рядом и говорит с кем-то, Драко ускорился, хотя дышать уже было больно. Не заметив корня дерева, он упал, но тут же поднялся. Взрослые в этот момент заметили его и замолчали, смотря на перепачканного ребёнка, бегущего к ним. Нарцисса нахмурилась и повернулась к нему, раскрывая руки. Драко врезался в неё и прижался так, словно она была единственным спасением. — Мама... — Драко тихо заплакал и задрожал. Нарцисса прижала его к себе и стала гладить по спине, как бы говоря, что он рядом с ней, что она защитит его, что бы не происходило. — Что такое, Драко? Что-то случилось? — мягко спрашивала она, а он лишь помотал головой. Вскоре прибежал Жильбер в таком же состоянии. Он прижался к Марии и так же отчаянно плакал, но не объяснял, что с ними приключилось. Подошедшие Люциус и Джордж точно не ожидали, что их встретят именно так. Дети не просто истерили или манипулировали, желая получить что-то. Они хорошо различали эмоции своих детей. — Что случилось? Они поссорились? — тихо спросил Люциус, приобнимая Нарциссу, которая лишь покачала головой. Взрослым ничего не оставалось, кроме как ждать, когда дети успокоятся. Но даже когда не стало слёз, ничего не прояснилось. Драко продолжал прижиматься к матери, будто её нежные руки на его спине и волосах, её запах и тёплый голос могут стереть из головы пугающее воспоминание. Почувствовав руку Люциуса, он сначала вздрогнул и посмотрел на него. Настолько внимательно, как никогда. Однако он не смотрел на него как-то иначе. Это всё ещё был тот папа, который всегда покупал и приносил ему всё самое интересное и замечательное, который всегда находил, за что его похвалить, который всегда был на его стороне. Драко прикрыл глаза, стараясь стереть из головы ужасный зелёный свет, чтобы вернуть краски в свой мир, чтобы снова думать лишь о чём-то весёлом и интересном. Но и чтобы всегда помнить, что где-то там, в духоте и темноте, прячется опасность. *** Хогвартс *** Старый каменный замок сегодня особенно неприветлив. Свечи почти не горят, за окном сплошные тучи, от чего невольно замечаешь каждую трещину, каждое недовольное лицо и каждую тень, из которой в любой момент может вылететь призрак. Поправив серебристо-зелёный галстук, Драко прошёл в общий зал на обед. Сегодня ему тяжело спалось. Даже захотелось написать письмо матери. Может быть даже Жильберу, они же с того дня больше так нормально и не поговорили. Ссорились даже из-за мелочи, а после разъехались и даже не интересовались жизнью друг друга. Поймав на себе взгляд как обычно растрёпанного Гарри Поттера, которого все по какой-то причине продолжают считать героем и с которым когда-то очень хотелось подружиться, Малфой лишь вздохнул. Почему его без остановки в чём-то подозревают? Сегодня совсем не хочется как-то отвечать этому безрассудному и глупому гриффиндорцу. Хочется лишь сделать вид, что он не замечает этот враждебный взгляд, холодный такой, с прищуром, ожидающий всего самого худшего. Также он сам смотрел на отца Жильбера. Аппетита не было. Всё кажется безвкусным и лезет обратно. "Я, похоже, тоже стал злодеем," — думал Драко с тяжёлым сердцем. Может быть в этом даже нет ничего неожиданного или плохого, ведь тот зелёный свет продолжает его преследовать, а он больше не боится, только делает то, что должен.