Does your “friend” fuck you?

Илья больше не может этого выносить. У него, кажется, уже на уровне подсознания выработался какой-то нервный тик в левом глазу, срабатывающий всякий раз, когда Ден и Мага оказываются в радиусе трёх метров друг от друга. Они его просто заебали, вымотали до состояния хронической моральной усталости, хотя, если подумать, перед ним не лижутся, не ебутся, и даже не ведут слащавые диалоги, от которых тянет сахаром из ушей. Точнее ‒ вот именно! Они этого не делают. Эти два дебила умудряются быть хуже ста литров кипящего сиропа блядского сюсюканья просто тем фактом, что уже два года существуют в каком-то своём отдельном, плотном, липком микроклимате. Где-то между «мы друзья» и «мы скоро заведём налоговую декларацию как семейная пара». Лапают друг друга, живут в одной комнате, дышат одним кислородом, спят как коты на одном пледе, и, кажется, ещё чуть-чуть — и начнут вместе мыться под предлогом экономии воды. И что самое возмутительное — самым первым выйдет поддержать это Димас, с абсолютно искренней уверенностью, что идея-то ахуенная! И Илья даже не сомневается, что он ещё презентацию соберёт, графики нарисует: «Смотрите, пацаны, выгода!» А Мага ещё и кивнёт приятно удивлённо: мол, да, солидарен, поддерживаю инициативу. Но Илье, честно, похуй, кто там будет кого экономить и где. Они его заебали просто в край, как сейчас, например. Потому что вот, пожалуйста, очередная серия их циркового шоу «Кого-то однажды задушат из любви». Лежат эти два идиота на полу практиса, барахтаются, кряхтят, хрюкают, цепляются друг за друга. Борются — но не по-мужски, не жёстко, не спортивно, а как щенки, которым срочно надо доказать своё превосходство. Мага — огромная махина — в какой-то момент полностью забирается на эту мелкую, вертлявую тушку Дениса, будто медведь на табуретку. Денис, ржущий так, что кажется, у него сейчас лёгкие из ушей полезут, пытается сопротивляться, но больше напоминает дохлую рыбку, которую волной прибило к берегу. — Да отвали! — выдыхает он, но тон у него такой, что всем ясно: не отваливай. Никогда. Мага заводит его запястья над головой — легко, как будто Ден весит грамм триста — и начинает щекотать, и всё, финита ля комедия: их серьёзный рабочий практис превращается в цирк имени этих двух дебилов. Даже Никита, который пять минут назад был погребён в стратегии, снимает наушники, поворачивается на стуле с видом пострадавшего свидетеля и начинает слишком демонстративно громко хрустеть чипсами. Прямо хрусть-хрусть, будто пытается привлечь внимание Бога, чтобы тот наслал тишину. Илья слышит, как Фил отодвигает своё кресло на пару сантиметров подальше, потому что Ден и Мага уже толкаются так активно, что задевают его подлокотник. Но дело даже не в этом ребячестве — да ладно, поебать, к хулиганству он привык. Дело в другом. В этой проклятой, удушающей романтике, которая от них так и прёт. В их взглядах, от которых девочки на фан-встречах падают в обморок, а Илья хочет выброситься в мусорный бак. Почти полных обожания. Почти супружеских. Почти настолько интимных, что напрягся бы даже человек без нервной системы. Ладно, спасибо, мироздание, Мага хотя бы не смотрит на Дениса вот так двадцать четыре часа в сутки. Его взгляд иногда нормальный, рабочий, просто дружеский. Иногда. В минуты затишья. Когда он занят чем-то, что не связано с Денисом напрямую. Но вот что касается самого Денчика… Тут история не то чтобы умалчивает — она орёт, бьётся в истерике и пишет субтитры жирным шрифтом. Как на этого придурка ни взгляни, он либо: а) занят чем-то вне Маги, или б) смотрит на Магу своим вот этим щенячьим взглядом, будто Мага не человек, а последняя надежда человечества. И мало того — он ещё и губу закусывает. Часто. Регулярно. Так, будто это у него рефлекc: увидел Магу → слегка прикусил губу → мозг отключился → эндорфины пошли гулять. Мага, конечно, эти взгляды обожает. Ловит каждый, как бонусную монетку в игре: один поймал — и у него будто бафф на счастье активировался. Денис на него смотрит — и у Маги внутри что-то довольное, тёплое, почти мурлыкающее поднимается. Так что он тянет свои руки к тиммейту при любой удобной возможности: потрогать плечо, обнять со спины, волосы растрепать, шею пощекотать, толкнуть, подсадить, притянуть, зацепить за худи — ему вечно мало, у него тактильный голод уровня «если не потрогаю Дениса раз в пять минут, организм откажет». Он будто питается этим. Из розетки заряжается минуту, от Дениса — всю жизнь. А что было после Магиного отпуска — сцены, которую Илье теперь хочется забыть, стереть из памяти, выпить, промыть мозг и глаза — вспоминать вообще страшно. Казалось, ещё чуть-чуть, ещё полсекунды — и эти двое поебутся прям тут, прям в центре практиса, на ковролине, возле их чёртовых игровых кресел, перед всей командой, перед Сашей, перед Богом и алгоритмом античит-системы. Илья ещё тогда подумал: «Всё, пиздец. Вот оно, финал. Сейчас Денис ржёт, захлёбываясь, Мага на нём сидит… ну, как бы… половина нужной позы уже готова.» Но нет. О, конечно же нет. Эти два безнадежных идиота - чемпион мира по взаимному влечению и золотой призёр олимпиады по отрицанию очевидного - никак не ебались. Нигде. Не в практисе. Не в номере отеля. Не в параллельной вселенной. Илья, конечно, свечку не держал (и не собирался никогда, спасибо большое, пусть это кто-нибудь другой переживает), но он был уверен на процентов двести, что Мага и Денис живут в каком-то своём приторном, школьно-романтичном, абсолютно блядски невыносимом конфетно-букетном периоде. То есть они уже: — смотрят друг на друга как два дебила влюблённых; — спят в одной комнате; — трогают друг друга при любой возможности; — Мага мог бы Дениса в переноске носить, если бы можно было; — Денис мог бы идти за Магой, где бы он ни пошёл, как котёнок, которого подобрали с парковки; — ревность? да блядь, да; — забота? через край; — химия? разъедает воздух. Но вот поебаться — додуматься — нет. Это слишком просто. Это слишком логично. Это слишком решило бы половину их проблем. А они… они, как назло, живут в этом состоянии «у нас первое свидание длится два года», где максимум интимности — это то, что Денис садится всегда только рядом с Магой, потому что «так удобнее смотреть турнир», а Мага кладёт подбородок ему на плечо, потому что «ну а чё, я устал стоять». Илья смотрит на всё это и каждый раз чувствует, что внутри него разрастается огромный, тихий, спокойный крик отчаяния. — Да ебитесь вы наконец, — шепчет он себе под нос, — ради бога, ради меня, ради экологии, ради вменяемости… сделайте уже хоть что-нибудь. Но нет. Два года как нет. И самое страшное — по их взглядам, прикосновениям, этим недосказанным полутоннам нежности — видно, что они сами не замечают, что давно уже вместе. Просто никто им не сказал. А Илья — не возьмёт этот грех на душу. Пусть кто-нибудь другой объясняет этим влюблённым дебилам, что они, вообще-то, пара. Но Илью это всё настолько глубинно, до костного мозга, до хруста позвоночника заебало, что однажды, завидев одиноко лежащий Магин телефон на столе, у него в голове родилась мысль. Мысль мерзкая, блестящая, как кусок фольги: опасная, но притягательная. «А что если…» — подумал Илья. Вот просто, что если взять этот телефон, открыть чат с Денисом (который, блядь, у Маги, скорее всего, закреплён вверх, со звёздочкой, сердцем и смайликом обнимашек), и прислать ему какой-нибудь разъёбывающий, ёбнуть-не-встать признательный текст. Типа: «Денис… я давно хотел тебе сказать… когда ты смеёшься, у меня сердце тает…» или «Ты самое лучшее, что случилось со мной…» или, хуле мелочиться, «Давай уже трахнемся, я устал ждать». Илья даже представил это. Представил лицо Дениса, когда сообщение прилетит. Представил лицо Маги, когда он увидит ответ. Представил лицо команды, когда два идиота поймут, что их пара уже давно сформирована без их участия. Конечно, в его фантазии всё выглядело идеально — искры, осознание, объятия, может даже поцелуй (хотя Илья не был готов быть свидетелем), и главное — он освобождён от этих мучений. Илья даже сделал шаг к телефону. Рука потянулась. Палец почти, почти коснулся экрана… И в этот момент его накрыло волной личного, массового, непреодолимого кринжа. Такого мощного, что его чуть не вывернуло наизнанку. Неееет, — простонал он внутренне, — я что, ёбнутый? Он живо представил себя, стоящего над телефоном, печатающего «Ты мне нравишься, еблан» от имени бедного Маги, у которого за это на Родине на кол сажают и то в лучшем случае. Да его ж потом и совесть засудит нахуй за вмешательство в личную жизнь, просто со стула поднимется и даст ему леща. Мысль эта, конечно, отложилась — глубоко, надолго, с жирным крестом и подписью: «НИКОГДА ТАК НЕ ДЕЛАТЬ. ТУПОСТЬ +100.» Но! Илья не собирался мириться с этой парочкой ебланов, которые ходят, дышат, любят, но делают вид, что нет, и изображают друзей, пока рядом люди становятся свидетелями эмоционального геноцида. Он просто решил, что найдёт другой способ. Более хитрый. Менее кринжовый. Не требующий взлома телефонов. Пусть даже они сами дойдут. А Илья этого добьётся. С любой стороны. Любым методом, кроме тех, от которых потом захочется броситься в окно. Но однажды подвернулся достаточно удобный случай, чтобы открыть глаза двум слепым инвалидам, а точнее сначала безобидная шутка. Все началось с того, что Ден все никак не успокаивался. Он уже минут двадцать хохотал над Никитой, из-за его легендарной истории «это просто две подруги», «мы ничего такого», «мы просто болтали», и каждый раз так это имитировал, что даже Фил пару раз всхлипнул от смеха. — Да-да, просто подруги, ага! Две! Одновременно! Чисто дружеские разговоры!.. — продолжал Ден, едва удерживаясь от того, чтобы не свалиться со стула. Илья сначала тоже ржал. Ну реально — шутки были тупые, но Ден умел. Но когда Ден десятый раз сказал своё: — Просто друг, чисто дружески, по-дружески, мы же просто друзья! …и ещё раз ткнул локтем Магу в бок, будто подчеркивая что это «как бы они», — у Никиты что-то внутри щёлкнуло. Даже не сердито — устало. Он выдохнул обречённо, как человек, которого доломали окончательно. И при всем составе — Руся, Димас, Айрат, Илюха и еще несколько мучеников развернулся к Денису и абсолютно мёртвым голосом спросил: — А твой “друг” ебёт тебя? Тишина рухнула на практис мгновенно. Как обрыв связи. Как выключенный свет. Как смерть традиционной тактильности Денчека и Маги в прямом эфире. Фил завис с открытым ртом. Мага перестал смеяться мгновенно — словно у него в мозгу кто-то выдернул шнур питания. Денис… Денис моргнул. Потом ещё раз. На лице у него застыло выражение «произошла ошибка Windows». — Что? — выдохнул он, как будто Никита внезапно спросил его номер банковской карты с CVV. Никита встал из кресла, устало растёр лицо ладонями и повторил, уже громче: — Я спрашиваю. Друг. Ебёт. Тебя. Да или нет? И опять тишина. Такая, что можно было услышать, как у соседей упал стакан. Мага смотрел на Дена не мигая. А Ден выглядел, будто его застрелили и он ещё не понял этого. Никита прошептал: — …бля... Но тут пришел на помощь Илья: — Ну вы же “просто друзья”. Так? Ден открыл рот, но звука не вышло. Мага отвёл взгляд, будто его впервые в жизни застукали за чем-то неприличным. Команда смотрела то на Никиту, то на Илью, то на парочку, и у всех была одна мысль: ну вот теперь точно обратной дороги нет. Никита плюхнулся обратно в своё кресло и бросил: — Вот. Я просто спросил. А вы подумайте. Денис всё ещё завис с полуоткрытым ртом, как будто не понял, кто сейчас был доведен до состояния, позволяющего такое ляпнуть. Мага моргнул. Потом ещё раз. Молча. Долго. Очень долго. Он не покраснел, не смутился — он искренне пытался осознать, к кому и что относится в произнесённом наборе слов. Илья, наоборот, выглядел абсолютно довольным собой. — Чего? — наконец выдавил Ден. — Вопрос простой, а ты не можешь ответить, — лениво отозвался Илья, вытянув ноги и уткнувшись в кружку. — Твой. Друг. Тебя. Ебёт. — Каждое слово он произнёс отдельно и с таким вкусом, будто он наконец получил шанс сказать то, что давно ждал. — В смысле? — Денис нахмурился, как будто наконец-то поняв вопрос, повернулся к Маге. — Ты… что? Или… что? Мага снова моргнул, посмотрел на Дениса, потом на Илью, потом обратно. — Я никого нигде… — начал он, но Илья поднял палец: — Я не спрашивал, кого и где ты. Я спросил: он — тыкнул он в сторону Дена, — ебёт ли тебя. — Или наоборот, мне-то всё равно. Димас сделал вид, что пишет что-то важное в блокноте. — Ден, — медленно произнёс Мага, повернувшись к Дену так, будто собирался обсуждать что-то механическое. — Это… про нас вопрос? — Да блядь я сам не знаю! — сорвался Денис. — Чё ты спрашиваешь у меня, если ты должен понимать, что мы… ну… — Ну? — сладко переспросил Илья, уже наслаждаясь шоу. — Ну не так! — выдохнул Ден. — А как? — уточнил Мага абсолютно честно. — Да вы издеваетесь что ли?! — рявкнул Илья. — Вы две тупые лампочки, которым ток на двоих подают! Вы ж почти сосетесь за углами, спите как два пингвина на согревании, но при слове «ебёт» у обоих мозг отключается! — Мы не… — начал Ден. — Мы не… — эхом повторил Мага. — Вы да, — уверенно объявил Илья. — Осталось только, чтобы вы сами это поняли. Он откинулся на спинку стула, сделал глоток кофе и добавил с равнодушием хирурга: — Так что, повторяю вопрос: ну? И Ден, и Мага одновременно уткнулись друг в друга. Не романтично, а как два дебила, ищущие подсказку в чужом лице. — Ты… думал? — осторожно спросил Мага. — Я… не думал так, ну… я вообще… Они оба уткнулись в пустоту. Полный ступор. Никаких решений. Никаких действий. Только два поломанных процессора и Илья, который впервые в жизни выглядел так, будто реально задумался: «Может, зря я ржал? Может, им правда помощь нужна?» Он медленно поднёс ладонь ко лбу. — Я не собирался вас ломать… — выдохнул он. — Но, походу, оно само. А Ден и Мага… просто сидели. Молча. Смотрели в никуда. И не понимали ровно ничего.