Капелька.

Эридан же знает, что Соллуксу не нравится, когда к нему лезут с объятиями или ещё чего другими прикосновениями.

Поэтому Эридан и лезет.

Объятья и поглаживания по плечам, после чего плечи во время за очередной глупой и тупой, по мнению Эридана, игрой агрессивно дёргаются, как бы говоря: «Убери. Оставь меня в покое!» После чего было два варианта событий. Ухоженные руки с небольшим маникюром уходят, как бы выполняя просьбу, или же сильнее надавливая, чуть-чуть впиваясь сквозь одежду недлинными ноготками, уже говоря свою мантру: «Нет. Не уберу. Не оставлю!» Оба их это бесит. Одного с того, что «он же знает, что не нравится», и, естественно, с того, что ему не нравится, а второму не нравится то, «почему он сопротивляется!». Объятья Эридана были разные, сзади они отличались тем, что руки лежали на шее, прижимая к себе. А спереди они отличались от первого тем, что руки уже были на талии или ложились на бёдра Соллукса. Его просто раздражали прикосновения, особенно от Эридана. Но сопротивление в этом не было, он отдавался этому, как будто выражая свои негативные эмоции просто ради вида, ради удовольствия в конечном итоге. Если Эридан поцеловал Соллукса, то тот сразу морщится. Что-то шипит, как змея. Но в этом случае Эридан — заклинатель змей. Прикосновения к голове вызывают цепную реакцию тела, выжимать голову в плечи. Как бы прячась от этого. Эридан с этого вздыхает и, продолжаешь, всё равно настаивает на своём без каких-либо слов. Поглаживая или же руки на плечах, а то и поцелуй в макушку. А в этом плане с Эридоном было немного сложнее. Вроде бы он и не против тактильного контакта, а вроде бы и сам такой же, как свой пиковый партнёр, ужасно раздражается, дёргается и извивается, как ленточка. Если Соллксу в голову придёт идея попытаться быть нежным со своими прикосновениями, то Эридан не бунтует, но ругается. Раздражённо цокает и поправлял свои очки, но сам то ли отстраняется, то ли плывёт навстречу этой кое-как сделанной, выдавленной на тяп-ляп нежности. Но он её и не отталкивает, а принимает, всю и полностью. Без остатка. Они оба хоть и легко раздражаются, легко, ужасно легко. И неважно от чего, бьющая по ушам шепелявость Соллукса или же смешной дурацкий акцент Эридана. Ебучие манеры Эридана или же слишком ахуевшая прямолинейность Соллукса. Они принимают от друг друга всё, хоть и злость в больших количествах, но и ту самую капельку нежности. Капельку, но нежности.