Если бы ты мне поверил

Виктор и Наталья по своей традиции отправились на лето отдыхать в Юрмалу, но на этот раз прихватили с собой маленького Сашу - 5-ти летнего сына Цоя. Они провожали августовский вторник на кухне. На столе три кружки теплого чая. За окном, на фоне розоватого неба качаются деревья. Витя держит Сашу на коленях, а Наташа сидит рядом. В комнате тихо, но тишина эта не давит, а наоборот успокаивает и расслабляет. Мальчик крепко обнимает молодого отца. Цой тоже прижимает сына крепче. - Вы похожи) - улыбается Наташа. Он улыбается в ответ: - Пф, конечно. Она подносит, а он смотрит. Теплый свет мягко отчерчивает черную копну волос, длинное лицо и узковатые плечи. Она очень красива. Эту красоту часто хочется нарисовать и подарить ей, а вместе с портретом отдать ей свои чувства, свои мысли о ней.. чтобы она просто знала, знала как он любит. И он нарисует, обязательно сохранит на бумаге любимый профиль с беспорядочно обрамляющими его черными локонами. В кухне тихо. Все троя присутствующих молчат. Тишина позволяет отдохнуть и раствориться в присутствии любимого человека рядом.        Спустя минут 10 многословного молчания Виктор снимает мальчишку с колен и поднимается: - Я выйду, покурю. Она кивает. Через минуту входная дверь хлопнула. Наташа и Саша остались вдвоем на кухне. Виктор стоит на крыльце и оперившись на перила смотрит в небо. Пока темные глаза бороздят просторы закатных небес, руки на автомате достают из кармана джинс пачку сигарет и зажигалку. Он любит звезды и часто смотрит на них по ночам, но летом они видны гораздо реже и хуже, но все же разглядеть можно. Мыслей в голове почти не осталось, но зато накопилась усталость. Работа над песнями действительно приносит удовольствие и вдыхает в Витю и участников "Кино" жизнь, но при этом все же отнимает силы и сон. Из оцепенения на грани сна и глубокого погружения в пустоту мысли его выводит резкое осознание чужого появления: кто-то взял из его руки сигареты и зажигалку. Витя обернулся и увидел рядом с собой Наташу. - Ты что-то долго, - заметила она поджигая сигарету. - Минут 20 уже пропадаешь. Парень вздрагивает от неожиданно прорезавшего тишину голоса и бормочет в ответ: - 20? Быстро ж время летит.... Некоторое время Наташа просто всматривается в лицо возлюбленного и это "некоторое время" кажется вечностью. Хотелось бы ей почаще смотреть в эти темные глаза, чтобы снова и снова видеть скрытое за ними. Он почти никому не дает видеть дальше собственной радужки, но Разлогова была одной их того немногочисленного "почти". Сейчас за темным карим тщательно скрыто лишь одно слово - "Усталость". - Витя, да ты на ходу спишь! - упрекает Цоя Наталья. - М, что?... Нет!.. - опомнился тот, - Я задумался просто... - Пф, о чем же? - Аэ....ну...о том, сколько сил отнимает запись нового альбома, над которым мы с Юриком во всю трудимся... надеюсь, все потраченные нервные клетки и бессонные ночи окупятся! - Окупятся, окупятся, - заверяет девушка. - Ну, давай, я тебе сыграю что-нибудь и пойдем? Виктор любил писать песни, любил выступать и любил играть на гитаре. Раньше стеснялся, но с приходом известности стеснение ушло. Но близким людям, ей он играть был готов сколько угодно. Они сидели на диване. Саша уже спал свернувшись калачиком с краю, Наташа расположилась недалеко от Цоя, последний же уселся нога на ногу, с гитарой в руках. Без лишних слов тот начал играть. Удары по струнам переплетаются с аккордами, а вскоре к ним добавляется голос - все соединяется в единую картину. Картина его мыслей, чувств и переживаний легко спрятанных в стихах. Застоялся мой поезд в депо. Снова я уезжаю. Пора… На пороге ветер заждался меня. На пороге осень — моя сестра. Теплый и слабый свет лампы играет в черно-смольных локонах и ныряет блеском в карие глаза. Усталость осколками слетела с лица Цоя вместе с синяками под глазами и побледневшим тоном кожи. После красно-желтых дней начнется и кончится зима. Горе ты мое от ума, не печалься, гляди веселей. И я вернусь домой со щитом, а, может быть, на щите, В серебре, а, может быть, в нищете, но как можно скорей. Это нельзя назвать внимательной игрой, это что-то иное. Он будто в другом месте, в другом мире, где нету творческих рамок, стеснения и правил и оттуда играть совсем легко и приятно. Расскажи мне о тех, кто устал От безжалостных уличных драм И о храме из разбитых сердец И о тех, кто идет в этот храм. Песня льется дальше, а Наташа просто слушает. Витя перед ней открытый, настоящий и счастливый. Да, он полностью погружен в струны и аккорды, но сейчас он не напряжен, не отдает последние силы, а лишь творит и выводит в воздухе часть себя песней, словно кистью. Художник реалист в мире музыки. После красно-желтых дней начнется и кончится зима. Горе ты мое от ума, не печалься, гляди веселей. И я вернусь домой со щитом, а, может быть, на щите, В серебре, а, может быть, в нищете, но как можно скорей. А мне приснилось: миром правит любовь, А мне приснилось: миром правит мечта. И над этим прекрасно горит звезда, Я проснулся и понял — беда… После красно-желтых дней начнется и кончится зима. Горе ты мое от ума, не печалься, гляди веселей. И я вернусь домой со щитом, а, может быть, на щите, В серебре, а, может быть, в нищете, но как можно скорей. Последний удар по струнам - тишина. Проснувшийся от шума Сашка хлопает в ладоши: - Папа, очень красиво!!! - Спасибо, Саша - тепло улыбается Цой. - Витя, это великолепно! - уголки губ Наташи тоже поползли вверх. Песня и вправду ей понравилась. Мелодия приятная, как всегда чудесный слог, а еще она была очень кстати. Скоро осень. Дни будут красно-желтыми, нагруженными, а Витю нужно будет ждать в Москве. - Тебе правда нравится? - слегка недоверчиво переспросил музыкант. - Да! Виктор дарит ей свою самую теплую и светлую улыбку в ответ. - Ты очень во время, - добавляет к своему восхищению Разлогова - Скоро действительно Красно-желтые дни, все так и будет. - Да... - задумчиво отвечает Виктор, - Лето заканчивается, пора начать работать в полной мере, очень уж много планов... "Скоро кончится лето..." - пронесся в голове музыканта отрывок из его же песни.