Lift up thy head!

—Ну дай хоть на чуть-чуть! —Нет, ни за что, она моя! Было немного за полдень. Вергилий вернулся домой из библиотеки не так давно, меньше пятнадцати минут назад, а его близнец уже вцепился в непринадлежащую ему книгу. Ни один из них хватки не послаблял. —Ты ведь даже не читаешь книжки! Ты просто спрячешь её и вернёшь, только если я соглашусь с тобой поиграть! — лицо мальчика исказил злобный оскал. —Ты всë правильно понимаешь! Мог бы и сразу согласится поиграть!- А?-.. — старший из близнецов первым прервал игру "в перетягивание каната", застав Данте врасплох, отчего он упал наземь. Нога брата впечаталась ему в грудь, и тот с пафосом закрыл вновь оказавшуюся в его руках книгу. — Хах.. Вот это я понимаю!.. — широкая улыбка озарила его лицо, несмотря на кровь, оросившую уголок его губ; место удара болело, но не настолько сильно, чтобы охладить мальчишеский пыл. Совсем наоборот. Братов ботинок всë ещё давил слишком сильно, чтобы можно было подняться, однако Данте сумел врезать ногой в лицо Вергилия, тем самым вновь обретя возможность подняться на ноги. Нос Вергилия был разбит, что наверняка его очень разозлило. Данте подхватил лежащие рядом деревянные, тренировочные мечи, один из них он кинул брату. Вергилий ловко поймал "клинок" и, как и младший, встал в стойку. Одновременно они бросились друг на друга, удар дерева о дерева разнëсся по двору, однако их только начавшийся поединок был прерван: —Эй! Вы опять дерётесь? — это была мама. Уперев руки в бока, она укоризненно смотрела на старших сыновей, позади неё стоял маленький Виктор, выглядывавший с оторожным любопытством, руками вцепившись в платье матери – обычное зрелище, ибо он либо цеплялся за Еву, либо за Вергилия, реже за Данте, об отце речи идти и не может, от него нет вестей уже как три месяца, оттого женщине было гораздо труднее следить за всей троицей. — Вы же мне вчера обещали, что больше не будете драться до крови. —Это всё он! — хором воскликнули близнецы, указывая друг на друга указательными пальцами. Будь у них одинаковая одежда и прически, можно было подумать, что кто-то из них - отражение, настолько движения были синхронизированы. Несмотря на слова матери, близнецы злобно переглянулись и вновь накинулись друга, катаясь по земле. Виктор крепче вцепился в Евин подол прижимая к груди игрушку, фиолетового котёнка с глазками-пуговками. Хоть он никогда не говорил ничего против братовьих схваток, сложно было сказать, что ему нравилось их наблюдать. Часто мальчик ретировался как можно скорее, дабы не попасть под удар. Но Ева отстранилась, пытаясь разнять дерущихся близнецов. —Ну, я же только что сказала, хватит, в самом деле... — близнецы сели смирно на земле, состроив недовольные гримаски. — Данте, не задирайся. Вергилий, ты же старший... — она вздохнула — Раз не понимаете слов, сегодня оба будете пропалывать грядки. Лицо Данте теперь приобрело черты жалобного щенка: возведя голову вверх, он хныкнул. Вергилий же наоборот только больше насупился. —Нет! Я собирался почитать книгу! — оттолкнув мать, он пулей выскочил из двора, не разбирая дороги. —Вергилий, постой! — Ева окликнула, однако старший из её сыновей уже скрылся. На траве лежала книга, которую Вергилий и "собирался почитать". — А книгу-то не взял... — она уж было потянулась, чтобы поднять предмет, однако чьи-то цепкие ручонки оказались проворнее. Виктор, наблюдавший за всей ситуацией – очевидно, он думал, что здесь не прав только Данте, в любой конфликтной ситуации он принимал сторону старшего из близнецов – на бегу схватил томик и молча помчался за братом. —Эй, Ви, а ты куда?! —Проголодаются – вернутся. — закинув руки за голову и присвистнув, пробурчал Данте, однако Ева не разделяла его беспечности, но лишь покачала головой, жестом прося сына войти в дом. *** Детская площадка находилась не так далеко, дом от сюда неплохо просматривался, однако силуэты были едва различимыми, даже с идеальным зрением, как у Спарды и его отпрысков. Вергилий устроился на металлической зелёной лошадке-качалке, та тихонько скрипнула. А меж тем взгляд мальчика зацепил движущуюся в его сторону фигурку с белыми, как и его собственные, волосами, в фиолетовой кофточке и шортах, обнажавших тоненькие икры в длинных носочках зелёного цвета – в свои шесть Вергилий выглядел гораздо крепче, чем младший брат. Несмотря на внешнюю тщедушность, Ви бегал довольно быстро, хотя тотчас уставал, но сейчас видны были его старания – он не замедлялся, наоборот. Наконец, добежав до брата, малыш остановился, протягивая забытую книгу с золотой 'V' на обложке. Всегда он так. Если что-то вдруг пойдёт не так и Вергилий захочет побыть наедине, скрывшись либо в гуще деревьев крохотной рощицы неподалёку от дома, либо на чердаке, либо где-нибудь ещё, куда Данте в первую очередь его искать не пойдет, Ви тихонько, как утёнок за своей мамой, плëлся позади, чтобы каким-то своим особым образом утешить: то обнимет, то положит голову на плечо, то оставит на коленях половину своей шоколадки. И Вергилий не возражал. Взяв томик, подаренный библиотекарем, он слегка улыбнулся. Свободная рука взъерошила волосы Ви в полном благодарности жесте, а мальчик издал тихий смешок. — Это всë вина Данте... — несмотря на уже немного приподнятое настроение, Вергилий пробормотал это себе под нос, не разрывая тактильный контакт с братом, тот заметно тоже не хотел его прерывать, прикрыв глаза и слегка наклонив голову вперёд. Подобные тихие моменты между ними не были редкостью, как не было редкостью и то, что Данте мог внезапно их прервать. Однако от него не чувствовалось пропитанной жаждой мести и кровопролития энергией, а в нос не ударял смрад чего-то жжëнного, металлического и ещё каких-то ноток, которые в этой примеси было тяжело разобрать. И оба мальчика мигом почувствовали опасность. Обернувшись, Вергилий увидел перед собой картину, каких не видел в самых страшных кошмарах, после которых он тихо, стыдливо бежал в родительскую комнату. Демоны. Ни один, ни два, их было много. Слишком много, чтобы с ними мог справится ребёнок, даже если он обладал совсем не человеческими способностями. Головы некоторых, что стояли особенно близко, замахиваясь на мальчишек оружием наподобие шпаг, украшали терновые венки, а сами они были похожи на почти разложившиеся тела с пустыми глазницами. За секунду до удара Вергилий успел отскочить, заодно оттолкнув брата подальше, чтобы и его не зацепило, тот упал на спину совсем рядом с ним. —Демоны? Откуда они здесь? — вопрос был задан самому себе, нежели чем Ви, ибо тот навряд ли мог что-либо ответить, несмотря на свой ранее проявленный, неподходящий по возрасту интерес к демонологическим трактатам. — Нам надо предупредить маму и Данте! — он воскликнул, вскакивая с места и утягивая брата за собой, из-за чего тот едва ли не выронил всë ещё находящегося в его руках игрушечного котёнка. Демоны после неудачной попытки не сдались, толпа адских тварей, казалось, становилась только гуще, их оглушающий вой, казалось, звучал прямо изнутри головы, проникая в самые глубины сознания. Братья успели сделать лишь пару шагов – Ви был чуть впереди, ибо, если удар и будет нанесëн, Вергилий примет его на себя, а младший приведёт помощь –, когда демоны вновь их настигли, в это раз не промахнувшись. Шпага одного из дьявольских отродий насквозь пронзила тело старшего немного выше солнечного сплетения, тот сначала ничего не понял. Обычный человек, возможно, уже был бы мёртв, однако ни один из сыновей Спарды таковым не являлся. Осознание пришло лишь после того, как Ви вскрикнул, глядя на его ранение с непередаваемым ужасом, бросаемое в мелкую дрожь тело мальчика застыло на месте. Вергилий разразился кровавым кашлем, тем временем демонская орда всë сгущалась, уже образовав полукруг вокруг детей. Ви, наконец, пришёл в себя и уже собрался как-нибудь помочь брату, но был прерван. —Мама и Данте... Иди за ними. Живо. — Вергилий прохрипел, из его рук выпал томик блейковских стихов. Младший колебался всего долю секунды, прежде чем схватить книжку – по неизвестной ему самому причине – и ринуться к уже во всю полыхавшему особняку. Одна из тварей успела полоснуть косой по его спине, но, к счастью мальчика, удар нанёс урон только кофте, оставив длинный разрез поперëк места, где были лопатки, обнажив кожу. Адреналин в его крови не давал усталости взять верх. Спотыкаясь, Ви всë-таки добрался до калитки, однако дальше ступить не осмелился. Дом полыхал сильнее пропитанных маслом дров, ни на грядках, ни на клумбе не осталось живого места, небо сделалось почти оранжевым, дым, идущий и от особняка, и от других зданий, и от рощицы заслонил собой солнце. Подойти ближе было страшно, жар был невыносимым уже с такого расстояния. Но там были мама и Данте. Нужно было их найти, спасти Вергилия, а потом вместе сбежать. Мальчик, едва сделав один шаг вперёд, увидел, как из пламени выступают фигуры, похожие на те, от которых ему только-только удалось сбежать. Те кричали "СПАРДА", звук их голоса был настолько противным, что болели зубы. Ви спрятался за каменной оградой. — Мама... — прошептал он, но в зоне видимости не было ни одного живого существа, за исключением демонов, а из окружавшего его треска огня и воплей адских созданий невозможно было выцепить зовущий мамин голос. Меж тем Вергилия повалили на землю, пригвоздив его тело к земле, как коллекционеры булавками фиксируют крылья бабочек в рамках. Водолазка, теперь больше похожая на тряпьë, которым и пол не помоешь, держалась на его теле только благодаря немыслимой силе воли. Кровь полудемона пропитывала землю с вытоптанной травой под ним, боль была нестерпимой, гораздо хуже того, что Вергилий мог себе представить. Вытянутая в отчаянии рука была так же пришпилена к земле. Раны медленно пытались затянуться, однако оружие, всë ещё пронзавшее мальчишеское тело не позволяло регенерации сделать своë дело. Эти твари не торопились наносить один за одним удары, наслаждаясь муками окружённого ими ребёнка предателя. — Мама.. Данте!.. Ви... — Сила. Ему нужна сила. Что-то голубым светом вдруг мелькнуло из одного из окон особняка, и через секунду в руку мальчика легла катана. Ямато. Отец оставил каждому из близнецов по мечу незадолго до их дня рождения. Незадолго до своего исчезновения. Тело Вергилия окутало свечение, рука, сжимавшая клинок, приобрела нечеловеческие черты: тëмно-синюю чешуйчатую кожу, когти вместо ногтей. Одним взмахом он смог разрубить пополам нескольких демонов и, освободившись от пронзающих его шпаг – раны мгновенно затянулись –, расправился с оставшимися тварями. Меч в длину был немного больше его самого, однако это не помешало ему с удивительной лёгкостью владеть им, благо Спарда обучал их искусству боя с ранних лет. Сорвав с себя остатки когда-то любимой водолазки, Вергилий направился в сторону дома. Никто так и не пришëл ему на помощь, оставив его сражаться в полном одиночестве. Неужели Ви не смог добежать? Неужели с ним что-то случилось? У каменной ограды столпились три демона, ничего не успев осознать, они были так же быстро убиты, как и те, с которыми Вергилий столкнулся ранее. Тела их рассыпались в прах, открыв такую картину: сжавшись как ëжик в клубок, дрожал Ви. Услышав свист клинка и звук, будто кто-то просыпал песок, мальчик осмелился поднять взгляд и увидел брата. На долю секунды он не признал его, на братово лицо ниспадали волосы , почти до корней пропитанные чëрно-красной кровью, ею был покрыт и обнажённый торс. Вергилий уставился на него стеклянным, нечитаемым взглядом, его грудь тяжело вздымалась, а в руке он всë так же крепко держал Ямато. Наполненные слезами глаза Ви метались от меча к лицу возвышавшегося над ним брата и обратно. Вдали ещё разносились крики тварей, не успевших подойти достаточно близко, чтобы учуять потомков Спарды. — Вергилий.. — кинувшись в объятия брата, прошептал Ви. Ему было плевать на смрад демонской крови вперемешку с металлическом запахом человеческой, лишь бы быть рядом с ним. Свободная рука Вергилия легла ему спину, но взгляд его был направлен на дом. Не было и намёка, что хоть кто-то остался в доме. Неужели мама и Данте ушли? Оставили их. — Прости.. Прости меня, Вергилий. Я трус. Я-.. — Ви остновился на полуслове, подняв голову, однако казалось, что брат его совсем не слушал. — Вергилий?.. — ему на лоб упала братова слеза. — Уходим, Ви. — грозно произнёс Вергилий, смахнув влагу с щеки обратной стороной ладони, рука, лежавшая до этого на спине младшего, слишком крепко сжала его плечо. —Но.. мама и Данте... — его голос был едва громче шëпота, руки, как и всё тело, дрожали, не унимаясь. — Нет их там больше! — он резко дёрнул брата за плечо, потянув в противоположную от дома сторону, отчего тот чуть не упал. В отличие от игрушки, что приземлилась совсем рядом с медленно подбирающимся ближе пламенем. Ви хотел было потянутся за ней, но Вергилий не позволил, упрямо волоча его за собой. Меж тем огонь окутал котëнка, тонкая ткань, набитая ватой, быстро загорелась, глазки-пуговки стали плавится. Казалось, что игрушка плачет, словно отражая эмоции своего хозяина. Больше у них нет дома. Осознание ударило его как гром, от которого земля трясëтся в ужасе. Ви отвернулся, последовав примеру брата. Нет, он больше не мог смотреть туда. Тихо всхлипывая, он уже не сопротивлялся. Вергилий вëл его к катакомбам - как говорил Спарда, через них можно было быстрее и, возможно, безопаснее добраться до города. Посреди дороги растеклось кровавое пятно, уже впитанное землёй. Объяснять, откуда оно здесь, не имеет смысла. Высокие каменные ступени вели вниз. Помнится, мать запрещала им убегать слишком глубоко, чтобы ненароком не наткнуться на взятые из мира демонов предметы, которые отец там оставил на память. Но дети не слушались, часто доходя до самого конца ради тщетных попыток открыть каменный люк. В этот день всë было иначе. Спустившись вниз, мальчики увидели, что люк был открыт. Кажется, демоны пришли от сюда. Однако по пути им никто не встретился, значит – всë чисто. Вскарабкавшись по лестнице, они вылезли наружу – Ви пришлось вытаскивать, ибо из-за роста он не дотягивался до выступа, за который можно было зацепиться. Вергилий уставился на искусно высеченную статую Спарды с Мятежником в руках. Но им нужно было идти. Судя по всему, проход был прямо перед ними, через решётки на каменных стенах, что окружали их, виднелось помещение с множеством полок, сундуков и, кажется, свечей. —Пошли. - скомандовал старший, и они вошли внутрь.