С моим соседом-альфой что-то не так

Вернувшись в общежитие, я как раз застал двух соседей-альф, снова собиравшихся на баскетбол. Я поспешно выпроводил их за дверь и, как только она захлопнулась, опёрся на стол, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце. Пэй Шижань должен был вернуться с минуты на минуту. Чтобы ему... ну... было удобнее кусать, я заранее принял душ, надушился и надел майку с открытой спиной. Не специально откровенную, просто лёгкую, чтобы не мешала. Вот только теперь она казалась чересчур открытой. Мои ключицы и спина были практически оголены, белоснежные, но у меня не было настроения переодеваться. Я лихорадочно подбирал слова, когда дверь щёлкнула, и Пэй Шижань вошёл. Я открыл рот, чтобы поздороваться, но он вдруг поднял взгляд — быстрый, резкий, — и встретился со мной глазами. Этот взгляд заставил меня невольно вздрогнуть, по спине пробежала дрожь. Возникло странное ощущение, будто меня ласкают, по спине запрыгали язычки пламени, дойдя до лица. Я дёрнул подол майки, пытаясь прикрыться, и подошёл ближе: — Пэй Шижань, я хочу кое-что сказать. Его взгляд скользнул по моим ключицам и остановился на моём раскрасневшемся лице:  — Что такое? — спросил он спокойно, но в голосе слышалась хрипотца. Я глубоко вдохнул, собрал всё мужество, какое только осталось, и чуть вытянул шею, обнажая железу омеги. — Пэй... Пэй Шижань, не мог бы ты укусить меня? Он молчал. Тишина тянулась так долго, что я начал паниковать. Я подумал, что он ошеломлён и не может прийти в себя, и поспешно, запинаясь, начал объяснять: — Я... я на самом деле омега, некоторое время назад у меня случилась вторичная дифференциация. Но я не специально скрывал это, просто не хотел переезжать из общежития, потому что тогда бы оказался далеко от тебя, ведь... Я не успел договорить. Он резко шагнул вперёд, пальцы сжали мой подбородок, заставляя поднять голову. Затем черты лица Пэй Шижаня в одно мгновение невероятно приблизились, а его губы прижались к моим — настойчиво, горячо, почти яростно. Я даже не понял, что происходит. Он поцеловал меня ещё раз, уже мягче, и, скользнув губами к щеке, прошептал низко, так что голос будто вибрировал прямо под кожей: — Я принимаю твоё признание, Е Чжися. Запах холодной пихты мгновенно окутал меня, и от наслаждения всё моё тело обмякло. Мир расплылся, тело стало ватным. Что сказал Пэй Шижань? Принимает моё признание? Постойте. Какое ещё признание?! Когда я вообще успел признаться?!