Benedizione dal cielo

- А ну пошел за мной. Энджел сидит в своей комнате и ждет своего босса, чтобы решить, что делать дальше. За дверью слышны вопли этого мудака: они с Воксом и Вельвет как обычно ссорятся. Красная комната, в которой был заперт Энджел, была наполнена различными вещами для пыток. Разнообразие мучительных сооружений было колоссальным: маска позора, электрический стул с пониженным поступлением электрического шока, ложки и каноэ для утопления. Все эти инструменты играли роль лишь для удовлетворения фетишистов в съемках порно. На полу лежал ворсистый и вырвиглазный фуксиевый ковер. На стенах и над кроватью висели эротические фотографии Энджела. Их было настолько много, что каждый раз, как Энджел Даст входит в комнату, его тело начинает потрясывать от отвращения к самому себе. Жуткое зрелище если честно. Весь этот антураж дополняют использованные гандоны, разбросанные по полу. Энджел начинает паниковать, ведь он прекрасно знает, что Валентино его просто так не оставит в покое, и что ему придется испытать очередную жестокую выходку его истеричного босса. Он пытается спрятаться куда только можно, но Валентино уже крадется к нему. Энджел начинает плакать от понимания, что он обречен. Обречен на вечную жестокость, обречен на сексуальное насилие, а самое главное, он осознал, что это не закончится никогда. Наступает тот самый момент. Двери с треском слетают с петель и падают в коридор. Удар был настолько сильным, что с тумбы в комнате Энджела падают на пол несколько помад и палетка теней, предназначенные для выступлений. Валентино заходит в комнату к Энджелу. - Энджи, малыш, я здесь, давай поиграем? - в его голосе чувствуется злоба и ненависть, прикрывающиеся под радостью и заботой. - Где ты блять, ебаная шалава? Ты вновь думал уйти от меня к этим жалким и ничтожным сукам? Или ты боишься меня? – сказал Валентино своим истеричным голосом. Скрежет его зубов и бесконечное безумие наводило панику, словно пьяный отец заходит к своим детям в комнату посреди ночи. - Ну же, малыш, не бойся. Здесь тебе нечего бояться. Энджи, детка, выходи. Я позабочусь о тебе. – ласково, но с такой ехидной улыбкой сказало это крылатое чудовище. В его фразе не было благих намерений. Потирая ладони, Валентино издавал тот самый писк мотылька, который словно сирена предвещал беспощадность над всеми его игрушками. В комнате раздался сильный грохот, мебель летала по комнате. Деревянная табуретка с вельветовой обивкой полетела в сторону одной из полок. На ней стояла рамка, внутрь которой была всунута фотография, изображающая Энджела и Хаска в отеле. В тот момент Энджел был поистине счастлив, он улыбался. Рамка с треском разбилась о пол, оставив за собой только сотни осколков. - Если ты сейчас же не выйдешь, я найду тебя и вспорю тебе глотку, ты, ебаный паучий мастурбатор! Я буду мучать тебя до конца твоей жизни, Я ЗАСТАВЛЮ ТЕБЯ СДОХНУТЬ! – Валентино яростно выкрикивает. Его окутывает истерика и паника из за потери его любимой игрушки – Энджела. Те зверства, что он делал с ним, нагоняют ужас и бесконечный страх. Реплики сменяются одна за другой, и их интонация тоже. Валентино начинает что-то бормотать на испанском. Если вслушиваться в его реплики сквозь этот карнавал бесоебства, вы не услышите ничего более, чем разного рода оскорбления. Энджел спрятался в самом банальном месте: под кроватью. На глазах появляются слезы, он закрывает рукой рот, чтобы не издать ни единого звука. Веки глаз и его ноги начинают дрожать, а дыхание становится тревожным и невротическим. Идеи о самовыпиле словно водоворот посещают голову Энджела. Но как? Как сдохнуть, если он и так мертв? КАК? Энджел почувствовал знакомый запах. Тот же запах он чувствует каждый раз, когда рядом его босс. - Сигарета. - подумал Энджел. - Блядская сигарета. – с поступающим комом в горле от осознания подумал Энджи. Он прекрасно понимал, к чему это ведет. Красный, едкий дым заполнил всю комнату. Его запах сладкий и приторный, напоминающий клубничный чупа чупс. Резко дым скапливается возле руки Энджела, образуя очертания оков. Дым превратился в кандалы и цепи, что начинают тянуть Энджела из под кровати. - МАЛЫШ, Я НАШЕЛ ТЕБЯ! – с психопатичной, нервной, тиранической и одновременно радостной улыбкой выкрикнул Валентино. В своей голове он уже представлял, как будет наказывать эту шлюху за неповиновение. Интонация его голоса была наполнена абсолютной злобой и ненавистью к этому бедному и привязанному существу. - Нет! НЕЕЕТ! - Кричит изнеможденный и замученный паучок. - Я УМОЛЯЮ ТЕБЯ, НЕ УБИВАЙ МЕНЯ! ПОЖАЛУЙСТА! – склонился на колени Энджел, моля о пощаде. Голос его содрогался, тело трясло, словно он вышел на улицу абсолютно голым в 40 градусный мороз, а в мыслях он пытался вспомнить хоть какую-то церковную молитву, лишь бы эта пытка закончилась. Валентино никак не реагирует на мольбы Энджела. Его настроение, мысли, да в принципе вся его сущность говорит о страстном желании вдоволь поиздеваться над его работником. Вал достает свой нож из ангельской стали. Нож был сварен Кармиллой по заказу самого Валентино. Его форма и сама рукоять напоминали складной клинок наваха. Рукоять была толстой, сделанной из какого-то темного дерева. Сталь напоминала серебро. Само лезвие будто поглощало свет, оно не просто не отражало его, но и делало ближайшее пространство темнее. Клинок выглядел слегка туповатым, на тыльной стороне видны засохшие следы крови. -Ну что, поиграем в ролевые игры, детка? - Сказал Валентино и ударил Энджела ножом в живот. Энджел начинает кричать. По его телу проходит невыносимая боль, напоминающая мощный разряд электрического тока. Тело трясется в конвульсиях. Кровь начинает течь из раны, словно вино из бутылки. Энджел так громко кричал, что разорвал свои голосовые связки. Валентино забавы ради начал ковырять ножом рану Энджела. Клинок внутри издавал хлюпающие звуки. Кровь словно подстраивалась под темп движения, вытекая то быстрее, то медленнее. Рана разрывалась еще на более маленькие порезы. Энджел понимал, что еще чуть-чуть, и он не выдержит. Валентино взял Энджела за горло и поднял в воздух. Вал, схватившись всего лишь одной рукой, был способен подвесить Энджела словно какой-то уёбок берет маленького щеночка и начинает махать им в разные стороны. Паучок начал трястись то ли от удушья, то ли от адской и обжигающей боли. - Ооой, больно, сука? – с издевкой и жеманностью выразился Вал. Своим мерзким, длинным, скользким и слюнявым языком он начинает облизывать побледневшее лицо его жертвы, да с такой страстью, что язык заходит под глазницы бедного существа. Валентино настоящий уебок. С таким вожделением облизывать лицо уже потерявшего сознание Энджел Даста, не каждый маньяк может. Своей 3 лапкой он начинает мастурбировать свой эрегированный член. Ему нравится резать ножом своих жертв, ему нравится иметь полную власть над ними, его это возбуждает. От разрывающей все тело боли зрение паука стало ухудшаться, а силуэт его босса начал растворяться в помещении. Энджел больше ничего не слышал, ничего не видел, ничего не чувствовал. Выдохнув последний воздух, что остался в легких, паук теряет сознание. «Энтони… Энтони, подожди!» эти слова на мгновение прозвучали в голове Энджела. Это его имя. То, что было дано ему при рождении. То, чем он подписал контракт. То, каким он был раньше. Голос казался таким убаюкивающим и ласковым, но не знакомым. Услышав его, в голове Энджела нахлынули давным давно забытые воспоминания.