Чурила: Принц-Злодей не с того света

Глава 7: Перепутье злодея

— Я против! Из всех твоих планов и авантюр — это самая глупая!       Стоило мне закончить писать письмо, Белль взорвалась. Ей изначально не нравился мой план, но когда узнала, что я собираюсь пойти в логово львицы по имени Малефисента в гордом одиночестве, то встала стеной перед выходом.        — Именно! Нужно быть умнее! — в паре с насупившейся Динь-динь.        — Серьёзно? Я забирался в замок к Чудовищу, добирался до поляны фей через магический лес. — не сказать, что не испытываю страха перед Малефисентой, да и мои доводы вызывают лишь желание шлепнуть себя по голове за излишний риск. Однако рисковать чужими жизнями в личной войне — для меня недопустимо.        — Да-да! Принц знает, что делает! — уже оказавшись около моего плеча, Динь-динь помахала Белль пальчиком.        — Зачем ты вообще забирал меня из Вильнёва, если просто отмахиваешься от моего мнения?!        — Точно, Белль же твоя Хранительница, ты должен её слушать! — вновь упорхнула к плечу девушки фея в зелёном платье.        — Хранительница, но не надзирательница. Это значит, что окончательное решение принимать мне. И я его принял. — подошёл вплотную к Белль, показывая, что у неё нет шанса меня удержать.        — Да, принц обязан быть решителен, иначе подвиги не совершить! — с Динь-динь, у которой от перелётов туда, сюда, обратно уже голова закружилась.       

.....

      Конечно, когда я получил ответ Малефисенты с приглашением на ужин. То очередного витка спора с Белль избежать не удалось. Кажется, она надеялась, что наша встреча пройдёт в таком месте, за которым они с Динь-динь смогут хотя бы наблюдать.        — Да в чём вообще её проблема?! Вывез из глубинки, где её все ненавидели! Наделил политическим статусом! Даю свободу заниматься чем хочет! Лучше бы в библиотеке свою упругую попку просиживала, чем мне на мозги капала! — всю дорогу до комнаты Малефисенты, а она у неё оказалась отдельная, я провёл в попытках выплеснуть весь негатив, прежде чем вести шахматную игру с опасной женщиной.        — И не говори! Белль совсем не знает границ, вечно запрещает мне съедать сладости целиком!       И только когда заносил руку для того, чтобы постучать, обратил внимание на...        — А ты что здесь забыла?! — что всю дорогу за мной летела Динь-динь, причём учитывая запас маны феи, то явно подворовывая её у меня.        — А? Разве ты не был против того, чтобы Белль шла? Боялся за её безопасность? — с улыбкой предположила наивная фея то, что совершенно никак не связано с правдой. С чего бы меня заботила безопасность тиранши в юбке?! Я просто не люблю, когда за меня решают, и всё! — А я могу за себя постоять, я же фея!       На гордо выпяченную грудь Динь-динь, мне было лишь одно, что ответить:        — Самая слабая фея. И я был против кого-либо, а не исключительно Белль.        — Так я и не Кого-либо, я Динь-динь!       

.....

      По итогу мне удалось запереть Динь-динь в домике, на удивление в котором не было надувшейся в обиде Белль. И по дороге обратно к комнате Малефисенты, я прикупил для женщины роскошный букет роз. Алый цвет заставил меня прикоснуться к спрятанному кинжалу.       Наверное, будь я Марти Стью, то мог бы идти куда угодно без опаски. Однако я обычный парень, заурядный в прошлом мире, и не могу сохранять хладнокровие, оказавшись посреди интриг, людей, желающих меня убить просто из-за факта моего существования.       Сердце стучит громче, чем разносятся звуки каблуков на ботинках по каменному полу. С самого начала попадания в этот мир, я не хотел становиться злодеем, убийцей, и вот я на пороге женщины, которая вполне может не пережить сегодняшний ужин.        — Добро пожаловать в мои покои, многоуважаемый принц. Ужин только принесли.       Стройная, высокая блондинка открыла мне дверь с умело отыгранной улыбкой, за которой нельзя было прочитать и намёка на неприязнь. Одета же Малефисента в чёрное платье, что своим тугим корсетом говорило о строгости, а высоким вырезом просило разорвать его даже не снимая.        — Нет места, в котором я бы хотел оказаться сильнее. — словно это сделал кто-то за меня, на моём лице возникла улыбка. Спокойная улыбка, судя по отражению в глазах моего оппонента.       Я протянул букет цветов, беспокоясь, что Малефисента к нему принюхаться. И именно это она и сделала, правда...        — Прошу, проходите. — однако лишь строптиво хлопнув ресницами, блондинка зашагала внутрь своих покоев.       Спрятанный кинжал заныл, рука хотела его выхватить, ибо все мысли говорили о том, что Малефисента раскусила мой план использовать тот же яд, которым отравила меня Фифи. Что, если не действовать сейчас, то иного шанса мне не представится.        — У вас так много цветов, я восхищён... — однако я проглотил жалкий страх, да постарался оглядеть комнату, в которой оказался.        — Как и я вами, господин Принц. — положив обнажённую длинную ножку на другую, Малефисента попробовала поиграть с моим эго. — То, как вы ловко одолели моего принца, а теперь стравливаете его с Геркулесом — вы так умны, но...       Отпив красного вина, Малефисента повесила тишину. Я почувствовал, как вокруг меня начинает расти мана...        — Всё ли это ради женщины? Женщин. — одним ловким движением ладони, блондинка потушила свечи на подсвечнике.        — Что сказать, мне нравится окружать себя красавицами. Да и пока эти двое собачатся, я могу сконцентрироваться на принцессах.       Лунный свет обрамлял улыбку Малефисенты ровно до того момента, как в стеклянных колбах, что хранили в себе разного рода растения, не начал загораться свет... Это были запертые феи.        — А Аладдин и так не против уступить вам, да? Даже готов положить свою Хранительницу под вас...        “Отлично, она знает куда больше, чем я рассчитывал” — мысль о том, что уловка со слухами не сработала, заставила меня сглотнуть.        — Мой Дар магии Естества “Хозяйка фей”, он позволяет мне питаться от фей. И как занятно, что вы пришли сюда без своего маленького фамильяра.       Что успокаивало, так это попытка причислить случайности тайный смысл. Очевидно, что как Малефисента посчитала отсутствие Динь-динь за знак того, что знал о её Даре заранее. Так и я могу начать приписывать ей призрачную опасность и роль серого кардинала. В конце концов, “питаться от фей” — это больше питает фантазию, чем раскрывает карты в руках оппонента.        — Я не хотел, чтобы мой фамильяр видел вещи, которые планирую с вами совершить.        — И что же это за вещи, многоуважаемый принц Эренделла? — уверенно переложила одну ногу на другую Малефисента.       Пока я сам в смысле своих слов был далёк от уверенности.       

.....

      В небольшом, освященном лишь светом пойманных фей помещении, мы с Малефисентой принялись ужинать. Разумеется, я не спешил, незаметно протерев бокал пальцем, я пригубил вина только после хозяйки.        — Как так получилось, что когда я навещал принца Короны в прошлый раз, вас там не было?        — Он был упрямцем и сделал меня Хранителем только после поражения вам.       Пища попадала ко мне в рот мелкими частями, и только после того, как я чувствовал естественный запах. Стоит ли говорить, что разбирая салат на фрагменты, пара ломтиков помидора закончили на тарелке из-за кислого запаха, непонятного соуса или же чего похуже.        — Не должны ли вы быть мне благодарны тогда?        — О, разумеется, я полна благодарности, именно поэтому желаю подарить вам этот незабываемый вечер. Но я также не собираюсь пренебрегать своими обязанностями Хранителя, господин принц.       В какой-то момент я стал редко покашливать. Видимо, слишком много салата, прежде чем услышал запах яда. Малефисента позволила мне использовать магию лечения. Улыбнувшись, женщина поднялась со своего места и присела на стол, рядом со мной.        — Я ожидала, что у вас будет гораздо больше маны, господин принц. Неужели слишком много потратили на девиц? — опустив ладонь на моё бедро, Малефисента прошлась по нему и закончила... — Какая прелесть, это тоже мне?       С кинжалом у себя в руках, какой-то магией вытащив его через ткань. Вскоре лезвие полоснуло меня по щеке.        — Ох, какая я неловкая.        — ... Ничего. — затянул порез магией Естества. — А так, я и в самом деле практически без маны... Которая всё уходит и уходит.        — Лечение и в самом деле потребляет... — осеклась Малефисента, заметив, что благодаря пыльце Динь-динь, нашей связи с ней, я могу наполнять маной вещи и на расстоянии. Как, например, парализующий яд, коим смазаны стебли розы, что были опущены в прекрасную вазу в виде дракона.        — И так, на чём мы закончили? — и вот я поднялся, встав напротив Малефисенты.       Женщина стиснула зубы, глаза загорелись розовым пламенем, однако на данный момент моё физическое превосходство уравнивало шансы.       За секунду я могу схватить кинжал и перерезать Малефисенте горло. И даже если узнают, что это был я, как наследному принцу мне ничего не сделают, тем более если обнаружат доказательства её покушения на меня.       Если же я оставлю её жить, то поступлю как типичный дурак из историй, что отпускали негодяев лишь для того, чтобы те наносили новые и новые удары в спину.       Выбор был очевидный, поэтому я сдавил шею Малефисенте и...        — Если ты ещё хоть раз появишься на моих глазах, тебя ждёт смерть. — совершил свой выбор глупого человека, что до конца отказывается становиться злодеем. — Сегодня ночью ты соберёшь свои вещи и покинешь Академию. Если же решишь прождать даже до утра, то не доживёшь и до вечера. И уж поверь, если захочешь встретиться ещё раз, я как следует восполню свою ману твоими страданиями.       Стоило мне получить смиренный кивок, как я отпустил девушку, забрав из её рук кинжал и направился на выход...        — Как же меня раздражают те, кому от жизни достаётся слишком много! — однако Малефисента, как оказалось, не умеет проигрывать. Колдунья обернула собственные пальцы толстыми, покрытыми острыми шипами корнями, и махнула ими в мою сторону...        — Кгхм!.. Это... Было ожидаемо... — и у меня не было пространства, чтобы увернуться, поэтому лоскуты кожи полетели с моей груди. Я упал на колено, сжал кинжал и челюсти от ненавистной мысли о том, чтобы стать убийцей...        *Треск*       Как внезапно дверь перед моим лицом распахнулась.        — Малефисента, вы обвиняетесь в покушении на наследного принца Эренделла. Сдавайтесь или погибнете на месте. — и за ней оказалась Амелия Смоллетт в компании пятерых рыцарей, двое из которых удерживали испуганную моим видом Белль, рвущуюся на помощь.