Жить смеясь

      Элли устроилась на заднем сиденье их джипа, прижавшись плечом к окну и наблюдая, как за стеклом медленно ползёт пейзаж. Солнце пробивалось сквозь остатки утреннего тумана. Лениво ползли поросшие лопухами и колючками обочины, редкие покосившиеся почтовые ящики, в которые никто больше не положит утреннюю газету. За рулём, сосредоточенно всматриваясь в дорогу, сидел Дэрил. Он привычно держал обе руки на руле, коротко отвечал на вопросы. Но больше молчал, периодически бросая быстрые взгляды в боковое зеркало.       На переднем месте, небрежно развалившись, как всегда, восседал Мерл. Сначала он шутил, отпускал едкие замечания, потом перешёл к более серьёзному обсуждению. То ворчал насчёт новых дорог, то спорил с братом о запасах топлива и возможных объездах. При этом Мерл постоянно крутился, что-то искал в бардачке, дёргал козырек от солнца. У них, несмотря на усталость, в салоне царило какое-то братское упрямство, привычно разбавленное короткими перебранками и незлобными взаимными оскорблениями.       Элли слушала их вполуха, вдыхая запах пыли, бензина, легкой кожаной затхлости старого салона. Её мысли текли вразнобой, но снова и снова возвращались к одному — впереди зима. Хотя воздух все еще был горячим, совсем не таким, как дома. Она понимала, если и получится устроиться в новом доме у озера, придётся очень быстро налаживать быт, утеплять окна, копить запасы и заново распределять роли. Пугающий холод надвигался с севера. И больше не было возможности просто надеяться на чью-то добрую волю, на долгие рыбалки и охоты под ласковым солнцем, на лёгкость быта. Всё, что будет дальше, требовало силы. При чем не только тела, но и духа. Элли это отчетливо осознавала.       Дорога тянулась ровной, пока ещё спокойной лентой. Никто не сигналил, все двигались за машиной Рика. Монотонный шум двигателя, покачивание на ухабах и приглушённые голоса впереди убаюкивали Элли. Словно укрывая пушистым пледом после мучительной ночи. В какой-то момент она не заметила, как глаза стали тяжелыми, а мир за стеклом сменится на черную пустоту. Она прислонилась лбом к прохладному оконному стеклу, запах осеннего ветра смешался с теплом салона, и ночные тревоги наконец отпустили.       Первым её сон заметил Дэрил, кивнув назад.       — Мерл, заткнись уже.       Диксон, не ожидавший такого замечания, удивлённо обернулся и замолчал. На несколько секунд салон наполнился только звуками дороги и дыханием тех, кто был рядом. Мерл посмотрел на Элли. Расслабленное лицо, прядь выбившихся светлых волос на щеке, руки, стиснутые на коленях под неплотно застёгнутой курткой. Сейчас она казалась совсем другой. Не бойкой, не стойкой, а просто уставшей девчонкой, которой наконец позволили надеяться и спать, не боясь быть застигнутой врасплох.       Мерл смотрел на неё несколько секунд, думая о том, как легко она засыпает в машинах. Потом покосился на младшего брата, не сказал больше ни слова и уставился обратно в окно, едва заметно улыбаясь.       Элли проснулась резко. Её сознание выдернуло из забытья неуютное ощущение, будто что-то потряс её за плечо. В первые мгновения в душе вспыхнул страх, что всё опять повторяется: приближающийся топот ходячих и необходимость бежать без оглядки.       Она дёрнулась с места так резко, что больно ударилась головой о стойку между сиденьями.       — Чёрт! — выдохнула сквозь зубы, рефлекторно накрывая голову рукой.       Мерл резко отдёрнул ладонь, видя, как она вздрогнула, и, стараясь не выглядеть виноватым, поспешил оправдать свои действия.       — Спокойно, цветочек, тут всё тихо. Мы почти приехали.       Дэрил не смог удержаться. Его сдержанный смех срывался где-то сбоку, приглушённый, но от этого только более красочный.       — Ну как, взбодрилась?       Элли зло покосилась на младшего из братьев, попыталась изобразить грозный вид. Потом потерла ушибленную макушку, морщась. Обида, страх и остатки сна перемешались в одну странную смесь. Но вместе с этим пришло ощущение того уютного раздражения, что появляется лишь рядом с теми, на кого больше всего можешь положиться.       — Ещё раз так разбудишь, проснешься посреди озера на надувном матрасе, — процедила она, хитро щурясь на смеющегося Мерла и одновременно бросая резкий взгляд в зеркало. Чтобы Дэрил тоже не расслаблялся.       Дорога за окном уже менялась. Поля становились всё более неровными, лес подступал ближе, а воздух становился резче и пах свежестью озера. Впереди, где просёлочная дорога уходила к озеру, вдруг замигала аварийка внедорожника Рика. Машины одна за другой замедлили ход и остановились на обочине, среди разросшейся травы и кустов. Вот оно, новое место, возможно, единственный шанс на убежище, если дом Бет окажется не просто руинами.       Рик первым выбрался наружу, поправил ремень с пистолетом, оглядел собравшихся. Спокойно, но твёрдо обратился ко всей группе.       — Прежде чем что-то решать, надо проверить территорию. Возможно там кто-то есть. Я пойду первый, но нужны еще люди.       — Я с тобой, — тут же вызвался Шейн, закинув дробовик на плечо. Его глаза светились азартом. Опасность была его привычной стихией.       Рик кивнул, продолжил.       — Кто ещё?       Не размышляя долго, вперед выступили Гленн и Дэрил. Гленн уже сосредоточенно проверявший магазин у пистолета. Дэрил чуть ухмыляясь, будто вся эта суета ему даже нравилась. Тут же шагнул вперёд и Мерл, не желая отпускать брата одного.       Элли почувствовала прилив решимости, шагнула вперёд. За ней вперед вышла Андреа и Мэгги. Но Элли тут же ощутила тяжёлую ладонь Дэрила на плече. Он мягко, но настойчиво оттолкнул её обратно к остальным женщинам и детям.       — Размечталась. Ты даже проснуться без травм не можешь, — проворчал он, глядя исподлобья, — оставайся здесь. Присмотри за малышнёй.       Лёгкая волна возмущения пробежалась по лицу Элли — ей явно не понравился такой расклад, но Дэрил был непреклонен. Смешок Мерла только усилил её раздражение, а суровый кивок Рика дал понять — обсуждать больше нечего.       — Дэрил прав. Вы трое останетесь приглядывать за оставшимися, — коротко обронил Рик, и в его голосе слышалась явная забота, перемешанная с командной жёсткостью.       Элли досадливо нахмурилась, но смирилась, отступив на шаг назад к оставшимся у машин женщинам и детям, поджав губы и сложив руки на груди. Она переглянулась с Мэгги и Андреа. Девушки скривились, понимая, что спорить с этими сексистами себе дороже. За этим ощущением досады и обиды пряталось беспокойство. Чем ближе был шанс на новый дом, тем сильнее хотелось сделать всё самой, а не только ждать команды «можно».       Мерл, обернувшись к ней, не смог удержаться от привычной колкости. Он ухмыльнулся и, нарочито громко, чтобы все услышали, произнёс.       — Не дуйся, кто-то ведь должен охранять тут детей и других нежных созданий, а ты как никто…       Не успев договорить, он получил короткий, но весьма ощутимый удар пластиковой бутылкой прямо по лбу. Элли метнула её почти машинально, не сильно замахиваясь. Бутылка отлетела в траву, а Мерл, потерев ушибленное место, широко заулыбался, не злясь ни капли.       Картина вышла настолько нелепой и неожиданной, что даже невозмутимый Дэрил в этот момент хмыкнул и засмеялся. Искренне и заразительно. Такое Элли видела редко. Его смех оказался неожиданно звонким в вечерних сумерках, разрядив на мгновение и собственную серьёзность.       Элли, чуть склонив голову и со злобной, дерзкой ухмылкой, провозгласила.       — Ну всё, готовьтесь, на нашу планету сегодня рухнет метеорит. Дэрил за этот день смеялся уже дважды.       Ответная волна усмешек промелькнула среди группы. Но вот оружие проверено, патроны распиханы по карманам. Страха ни у кого не было. Только отвага и упрямое желание выжить.       Мерл ещё раз помахал Элли на прощание и, вместе с остальными, двинулся вслед за Риком и Шейном к цели. Машины остались на обочине, а за ними — нетерпеливо наблюдающие женщины, дети и Элли. Которая теперь с трудом могла усидеть на месте, подогреваемая досадой, тревогой и тупой верой, что судьба наконец повернется к ним лицом.       Наконец из леса показались силуэты — Рик, Дэрил, Гленн, Шейн и Мерл шли бодро, без излишней спешки или паники. У всех на лицах читалась усталость, но не было тревоги ни в движениях, ни во взгляде. Группа замерла на месте, ожидая сигнала.       Рик подошёл к стоящей ближайшей машине и голосом, в котором звучал давно забытый оптимизм, громко объявил всей собравшейся группе.       — Всё чисто. Дом пустой, никаких следов других людей. Сам дом цел, окна закрыты, крыша держится. Место хорошее. Бет, ты умница. Без тебя нам бы пришлось туго, — он тепло улыбнулся девушке, не скрывая своего облегчения.       Бет смущенно опустила голову, но в глазах её вспыхнула радость. Она украдкой взглянула на отца и сестру, ища их одобрения. Мэгги обняла сестру и прошептала ей, как сильно она ее любит. В глазах отца Бет увидела уважение и полную поддержку.       Всё завертелось очень быстро. Грузно рокоча моторами, весь их караван тронулся с места, ныряя одной колонной в глубокую тень подъездной дорожки. Колёса приминали влажную землю, и чем ближе они были к дому, тем отчётливее становился нарастающий трепет.       За густыми деревьями наконец открылся вид на новое убежище. Дом стоял рядом с пляжем у озера, словно возвышаясь над водой, как маяк. Это был большой двухэтажный особняк из красного кирпича с красивыми облицовочными деталями, с широкой тёмной верандой, опоясывающей половину фасада и просторным деревянным крыльцом, куда вела лестница с широкими пологими ступенями. Крыша была невысокая, скатная, окна с белыми ставнями.       Территория вокруг дома оказалась просторной и ухоженной, несмотря на заброшенность. Вдоль дорожки от ворот к крыльцу тянулись заросшие газоны, кое-где виднелись яблони и старые садовые качели. Позади дома шумела зеленоватой стеной густая приозёрная роща, а поодаль виднелся крытый сарай и старая конюшня.       Когда группа в полном составе поднялась на крыльцо, раздалась серия радостных вздохов. Самые напуганные уже не сдерживали улыбок и слёз облегчения. Дверь дома поддалась легко. Изнутри, как в детстве, потянуло сладковатым запахом древесины и не распакованными конфетами.       Первый этаж встречал огромной прихожей и арочной дверью в просторную кухню. Там у одного окна стояла массивная столешница, рядом по стене висел ряд шкафчиков, плита, холодильник. От кухни легко переходили в огромную столовую, совмещённую с гостиной: длинный стол, десяток стульев, мягкие диваны и кресла под окнами. А камин из тёмного камня венчал пространство у дальней стены. Побелка слегка выцвела, но всё было по-домашнему чисто и наполнено светом. На первом этаже размещались три уютные спальни. В каждой большие кровати, шкафы для одежды. В двух ванных комнатах нашлась бытовая химия, шампуни, мыло и полотенца, аккуратно разложенные на полках.       Большая лестница вела на второй этаж, где начинался настоящий лабиринт. Здесь располагались сразу пять спален, в которых нашлись не только кровати, но и комоды, письменные столики. Две ванные комнаты, а в дальнем крыле дома обнаружился большой кабинет с высокими книжными стеллажами и рабочим столом у окна. Из части окон открывался вид на озеро.       Едва группа убедилась в безопасности дома, как сразу же началось оживлённое обсуждение — кто и где будет спать. В такой просторной обстановке впервые за долгое время все могли позволить себе не только выбрать комнату, но и соседей. Лори, Керол и Хершел с Дейлом заняли спальни на первом этаже. Остальные быстро разошлись по второму этажу, дети подошли к окнам, восхищаясь видом на озеро.       Элли вместе с Мэгги и Бет выбрала одну из светлых комнат на втором этаже. С большим окном и с мягким голубым покрывалом на каждой из двух больших кроватей. Обои были чуть выцветшие, но мебель целая, а из окна виднелась полоска воды. Мэгги с Бет радостно заняли одну кровать, тут же начав обсуждать планы на вечер и делясь впечатлениями. Элли, едва бросив рюкзак и сумку на одно из кресел, позволила себе роскошь — упала прямо в одежде лицом в мягкую, пахнущую пылью подушку.       — О господи, какая же она мягкая... — выдохнула она счастливо и, не сдержавшись, рассмеялась так громко, что звук разлетелся по всему этажу.       В этот же момент Элли схватила первую же подвернувшуюся подушку и, не глядя, кинула её в Мэгги. Та весело засмеялась, пригнулась и тут же с заговорщицкой ухмылкой отправила свою подушку в Элли. Бет, наблюдая за ними, захихикала, прикрывая лицо руками. Девушки будто бы на миг вернулись в прежнюю, довоенную жизнь, где не было ни ходячих, ни отчаянных попыток выжить. Только глупые проблемы и развлечения.       Элли позволила себе роскошь. Впервые за долгое время она осознанно провалялась в постели до обеда. Ткань подушки хранила вчерашний смех и свежий запах озера, а из открытого окна тянуло сыростью, тихим шорохом листвы и покоем.       Мэгги и Бет, как настоящие подруги, деликатно покинули комнату ещё ранним утром. Элли слышала где-то на границе сознания, как они вполголоса разговаривают и одеваются, оставляя её отдыхать.       Когда она вылезла из-под тёплого одеяла, мир казался другим. Почти нормальным. Элли наспех переоделась и неторопливо спустилась по лестнице.       В большом зале, совмещённом со столовой, было уже многолюдно и оживлённо. На длинном столе лежала разложенная карта, рядом стопка бумаг и, кажется, один из блокнотов Хершела. Около карты столпились взрослые: Рик что-то рисовал, Гленн быстро делал записи, Лори, Керол и Мэгги обсуждали запасы. С другого конца стола Шейн и Андреа обсуждали, как удобнее распределить участки для патрулей. Было шумно, живо, даже немного по-семейному. Голоса перекликались, кто-то спорил, кто-то смеялся.       Элли, подхватив темп общего обсуждения, на секунду задержала взгляд на братьях Диксонах. Мерл поймал этот взгляд первым и, в своей манере, подмигнул. Дэрил лишь скользнул по ней взглядом и кивнул. Она заняла место у карты, незаметно улыбнулась про себя, ощущая приятно тепло, думая о новом доме и ее новой семье.       После насыщенного обсуждения в доме, Элли не спеша вышла на улицу. Ей нужно было подышать свежим воздухом, восстановить внутреннее равновесие и просто осмотреть всё вокруг своими глазами без вечерней спешки. Солнечный свет казался особенно ярким после длительного пребывания в душной столовой, и Элли приятно жмурилась.       Она неторопливо обошла по периметру территорию вокруг дома, мысленно отмечая удобные укрытия, густые кусты сирени, крепкие стены и те окна, откуда хорошо видно каждую тропинку во дворе. Возле сарая за домом оказалось довольно просторно. Там решено было разместить транспорт. Чтобы в случае проблем быстро уехать.       Почти машинально она двинулась в сторону прибрежной тропы, которая вела к воде. Берег озера был заросшим и слегка диким, но всё же уютным. Воздух наполнился легким запахом ила и мокрого дерева. У самой кромки лежала крепкая деревянная лодка и пара весел. У нее были выцветшие борта. Но пробоин видно не было.       Элли подошла к длинному деревянному пирсу, уходящему в озеро. Доски были гладкими, вытертыми временем. Она встала на самый его край, задержалась, позволяя себе не думать ни о патрулях, ни о вылазках, ни даже о зиме, а только настоящем.       Гладкая поверхность воды отражала тёмную синеву неба, чёткие очертания прибрежных деревьев и бегущие облака. Элли мысленно напомнила, что у нее будет время насладиться хорошей книгой сидя на берегу. Пускай все это может в любой момент исчезнуть, ей не хотелось терять время, вечно тревожась.       «Хорошее место, — подумала она, ловя себя на лёгкой улыбке. — Тихое. Может быть, на этот раз все получится».       Вскоре за первыми восторгами наступила рутина. Дом у озера постепенно оживал, наполняясь звуками и запахам, бурной жизни его новых владельцев. День за днём группа всё глубже врастала в новый ритм. Тут было спокойнее чем на ферме, настоящая семейная идиллия.       Прошло пару недель. Время словно ускорилось, в попытке все успеть. Элли, не заметила, как усталость сменилась уверенностью. Её дни стали расписаны почти по минутам. С утра она помогала на кухне — готовила травы для чая, пекла хлеб или собирала грибы и ягоды. Затем занималась обходом территории или помощью с обустройством кладовой.       Дежурства у ворот выпадали не часто. Но она ходила на охоту и рыбалку, заменяя Дэрила, который занимался стройкой и вылазками. После обеда, не позволяя себе отдыхать, она садилась с Карлом, Софией и Бет над школьными тетрадками. Они продолжали учиться точным наукам и выживанию.       Элли так погрузилась в дела, что почти забыла про привычную тревогу. Она мало сидела без дела. Иногда после особенно насыщенного дня, они с Мэгги сидели на пирсе и болтали о всякой ерунде. Элли расспрашивала ее об отношениях с Гленном и частенько их прикрывала, давая возможность побыть на едине.       Мерл и Дэрил вскоре тоже полностью влились в разного рода дела и заботы. Вместе с другими мужчинами братья осматривали крышу, подбивали доски на веранде, заколачивали ставни на тех окнах, что пострадали от ветра или времени. В подполе обнаружилась просевшая балка. Пришлось менять часть опор, чтобы не просели полы и в морозы не пустить холод в дом.       Особым делом стала подготовка к строительству забора. Ряды заготовленных столбов лежали штабелем чуть в стороне от сарая. Мерл, соскребая щепу с толстой балки, рассуждал о схеме строительства.       — Плотнее их друг к другу надо, а то нихера не выдержит, — ворчал он, поглядывая, как Дэрил вытёсывает заострённые пики для верхней части.       — Можно еще трос пустить, — добавил Дэрил, — а там, где кусты, вообще двойной ряд поставить.       Когда находилось время, они забирались в ближайшие сёла по разбитым дорогам. Однажды даже прорвались на стройку за инструментами и материалами.       Тащили в дом всё: от мешков цемента, до старых ручных топоров, колючей проволоки, досок. Вылазки были утомительными, но каждый раз возвращались с приятным чувством удовлетворения. Ощущение безопасности росло пропорционально строительству забора.       Работы было множество, и в привычном для себя деле Дэрил чувствовал себя уверенно. Но с каждым днём, когда быт становился однообразней, он ловил себя на странной скуке. Ему хотелось в лес, в его родную стихию. Побродить в тишине, подстрелить парочку зазевавшихся белок. Да и все эти хлопоты и забота о защите уже не приносили того азарта, к которому он привык в суровых неделях выживания на дороге.       Чаще всего это ощущение наваливалось вечерами, когда солнце опускалось за озером, и лагерь погружался в усталую дрему. Дэрил присаживался на крыльце или возился возле сарая, бросая оценивающий взгляд на застывающий в закате лес, и думал, чего еще ему не хватает.       Получалась, что он хотел и лесной тишины, и азарта от выживания. Раньше ведь только этим и жил. Каждая вылазка на грани. Каждое новое дело, опаснее предыдущего.       Больше всего ему не хватало духа соперничества, той самой перчинки, что делала даже обыденность интересной.       Дэрил часто вспоминал, как они с Элли превращали каждую охоту или рыбалку в спор: кто первым обнаружит след, кто ловчее выставит ловушку, кто наловит больше рыбы. Эти мелкие соревнования заводили, давали скатиться в рутину. Он даже иногда ловил себя на желании пригласить ее на охоту.       Нехотя, скрепя сердцем, Дэрил признался, что скучает не только по трудностям, бодрящей опасности или лесной чаще. Он скучает по ней. По возможности быть на равных с тем, кто не боится спорить, рисковать и побеждать. Именно так, как делала Элли.       Мерл в новом ритме жизни чувствовал себя все более не в своей тарелке. Первое время он энергично взялся за дело. Работал, строил, подшучивал над остальными. Но с каждым днём туда, где прежде был юмор и лёгкость, всё чаще подкрадывалась раздражительность.       Он стал замечать, что срывается на Дэрила чаще обычного. Порой пустяковый спор о расположении столбов перерастал в настоящую ссору, а потом Мерл сам удивлялся себе. Не потому ли, что всё больше и больше чувствовал себя ненужным? Всё чаще он без лишних слов просто уходил за ворота или к лесу, выискивая ходячих среди деревьев или в оврагах. Мерл делал это не только для безопасности, но и чтобы выплеснуть злость, выпустить пар. Доказать самому себе, что он всё ещё что-то может, что не просто тень рядом с братом и остальными.       Одна из вещей, что по-настоящему выводила Мерла из себя, так это пропажа Элли из его повседневной жизни. Сначала в пути, потом в лагере и снова в дороге, она почти всегда была с ним и Дэрилом. Спорила, шутила, помогала, бросала колкости. Оказалось, именно на ней держался тот хрупкий баланс, который сглаживает острые углы, притупляет ссоры и негатив. Сейчас всё было иначе. Как раньше. Вот только возможности забыться выпивкой или наркотой у Мерла не было.       Элли теперь всё реже появлялась рядом. Она чаще всего была занята, то работала с Мэгги в саду, то что-то объясняла детям за письменным столом, то дежурила или слонялась по лесу. Она смеялась с женщинами, затевала с девочками ночные разговоры в их спальне, обсуждала травы с Хершелом. В какой-то момент Мерл поймал себя на мысли, что он завидует всей группе. Они так легко с ней общались, находили общие темы. А он, казалось, был просто удобным раньше.       Вся эта ситуацию начинала не на шутку бесить. Он ждал, что Элли придёт к ним с Дэрилом, как раньше. Просто сядет рядом, бросит какую-то шутку, позовет на охоту или рыбалку. Ему казалось почти невозможным, что она по ним не скучала. Досадливое чувство, что он, Mерл Диксон, вдруг оказался не нужен, только усугубляло раздражение. И он всё чаще срывался на брате или менялся с кем-нибудь дежурством. Опасаясь признаться даже самому себе, как ему теперь не хватает этих ярких моментов соседства с Элли.       Мерл не хотел ждать, когда всё решится само. Но и что делать он не понимал. Просто подойти и начать разговор? Допустим, но что тогда обсуждать? Нехватку муки? Проблемы в постройке забора? Или как Мэгги и Гленн опять заняли сарай на всю ночь? Всё это казалось мужчине нелепым и смешным. Он уж было собрался позвать её на несанкционированную вылазку, но тут удача вновь повернулась к нему правильным местом.       Вечер выдался из тех, что пропитан золотыми отблесками на воде и прохладой, облегающей деревья и нежданных гостей леса. Элли вышла к озеру одна, чтобы размяться после очередного длинного дня. Она наконец-то никуда не торопилась и не опаздывала. Просто шла вдоль берега, вслушиваясь в стрекот цикад и тихий плеск волн возле пирса. Сумерки уже спустились на тропинку и Элли достала фонарик, чтобы подсветить себе путь.       Лучи света упали прямо в воду у самого берега. И тут Элли замерла, не веря своим глазам. В зарослях, между камнями и песком, копошились настоящие раки! Клешни медленно шевелились в тусклом луче света. Одна особенно наглая особь даже выбрался из-под старой коряги и выдвинулася на пару сантиметров из воды, бросая плотную тень на дно. Там была целая стая, живая, копошащаяся. Элли ахнула и чуть не поскользнулась, от волнения едва не выронив фонарик.       — Раки, да тут же настоящие раки! — только и успела вымолвить она вслух, почти не веря своим глазам.       Она пару секунд смотрела на воду в полном восторге, а потом, не раздумывая ни секунды, бросилась вприпрыжку к дому.       Сапоги били по мокрому песку, под ногами мешались корни. Элли вскочила на крыльцо за два прыжка, влетела на веранду, где в полумраке стояли Мерл и Дэрил. Оба, на удивление мирно, курили, молча разглядывая окрестности. Луна уже медленно поднималась над водой, освещая их угловатые силуэты.       Она запыхалась, волосы выбились из прически, взгляд горел детским восторгом.       — О, вы то мне и нужны! — выдохнула Элли. — Там, у берега… Вы не поверите, там такое… — она осеклась, переводя дыхание. — Раки, представляете!? Живые, ползающие раки!       Мерл и Дэрил замерли, оба удивленно переглянувшись. Мерл, занёсший было сигарету к губам, затаил дыхание, не в силах отвести глаз от девушки. Её запыхавшееся лицо, сияние глаз, лёгкая дрожь в голосе показались ему по-настоящему красивыми. Сейчас она не выглядела просто уставшей от рутины и бесконечных дел Элли. Нет. Она была такой неумолимо радостной, живой. И в прочем очень даже походила на счастливого, копошащегося рака, о которых рассказывала с таким диким энтузиазмом.       Дэрил тем временем откинулся на перила веранды, скрестил руки и вслушивался в этот сумбурный, наполненный азартом рассказ. В глубине его взгляда мелькнул интерес. Всё-таки новые находки в таком мире были особым сокровищем. А настроение, которым Элли делилась, каким-то образом мгновенно подняло дух не только ей, но ему.       — Раки, говоришь… — протянул он задумчиво, чуть склонив голову к плечу, — ну, если там и вправду их много, есть смысл наловить.       Элли, не давая себе и секунды на отдых после забега, буквально вцепилась в рукав Дэрила. Возбужденная и взволнованная, почти повиснув на нём всем своим весом. Она смеялась, ещё пытаясь отдышаться. И неосознанно тянула его к себе — настолько искренен был её азарт.       — Дэрил! Ты тоже понял, что это шанс, да? — Она вскинула на него сияющий взгляд, глаза горели. — Нам просто необходимо попробовать, тем более я уже все придумала! Надо смастерить какие-нибудь сети на длинных палках. А еще удочки… Или, может, ведрами их черпать, не знаю, как там принято… — Элли замялась, вдруг осознав, что не полностью понимает, на что вообще ловят раков. — А они, ну, на рыбу клюют или на что?       Дэрил пялился на нее во все глаза, и неожиданно для себя почувствовал, что эта её непосредственность и даже тяжесть, когда она буквально навалилась на него, ему приятна. Мягкое давление её пальцев, запах лесного ветра в её волосах. Это так взбудоражило. Он чуть сдвинул плечо, чтобы расслабиться, медленно и осторожно вытащил руку из её захвата, но сделал это не резко. А скорее с неохотой, чтобы не потерять её тепло.       — Раки.... Их лучше всего ловить на лягушек, — тихо и спокойно сказал он, сдерживая привычное раздражение, чуть ухмыляясь. — Можно и мясо попробовать, если найдём.       Элли слушала с восторгом, невольно глядя на него во все глаза, не перебивая, словно то, что говорит Дэрил, было для неё единственным интересным и важным. Элли с энтузиазмом закивала, не отпуская тему.       — Точно, значит так и сделаем! Надо наловить столько, чтобы хватило. Мерл, наблюдавший за ней с весёлым интересом, ухмыльнулся и тут же поддел.       — Ты это чего, сама в лес полезешь? Ползать по топям, гоняться за лягушками под дождём? — его глаза зажглись озорным блеском. — Я бы на это посмотрел, цветочек.       Элли на секунду растерялась, озадаченно глядя в его сторону. Но привычка молниеносно отвечать на его шуточки и остроты не подвела.       — Ну знаешь, у нас тут молодёжь в излишке, — она хитро покосилась на дом, где наверняка играли Карл и София. — Вот этим займутся завтра! И им развлечение, и нам польза.       Дэрил лишь усмехнулся, глядя на их препирательства, а Мерл хлопнув себя по бедру, заметил.       — Вот это я понимаю — делегирование! Ты только проследи, чтобы эти козявки змею не притащили.       Элли пожала плечами, расправила волосы и с прежним озорством сказала.       — Главное — результат. А насчёт змей… А так даже удобнее ловить. Представь, голову в озеро, а за хвост тянешь. Удочка для ленивых.       Мерл, наблюдая за азартом и стремительным перебором идей не смог сдержаться — по-настоящему рассмеялся, громко, хрипло. Он так чертовски соскучился по ней, по ее, порой бредовым идеям. Да и в целом, по их скромной компании. Он взглянул на брата, который уже тоже во всю посмеивался. Его серые глаза потеплели, и он с едва заметной улыбкой сказал.       — Элли, слушай, чего ты так к этим ракам пристала? Не пойму… Будто тебе роскоши не хватает. Может, ты у нас из богатой семьи, а? С устрицами на ужин и омарами по понедельникам. Соскучилась по золотым тарелкам?       Элли тут же надулась, прищурившись с вызовом. Губы поджались, носик задрался, а в глазах мелькнуло забавное возмущение. Она скрестила руки на груди и с притворной обидой вскинула подбородок.       — Очень смешно, ха-ха. Ну, тогда и не помогайте! Думаете, без вас не справлюсь? Вот сами потом и завидуйте, когда все будут есть раков, а вы локти себе грызть! — она хмыкнула, отбрасывая мешающие волосы. — Или вообще попрошу кого-нибудь другого мне помочь. Вон, Гленн охотно в любые авантюры суётся.       Мерл только фыркнул, тут же ощутив ревность. И к чему? К ловле раков с этой взбалмушной девчонкой! Он как будто снова был в 4 классе и девочка, которая ему нравилась угрожала пойти на танцы с другим. А Дэрил еле сдержал смешок, поковыривая ногтем дырку на перилах.       Элли продолжила, закатывая глаза с преувеличенным драматизмом.       — А если серьёзно, может, я вообще хочу устроить тут мини-пивоварню. Раки — просто в качестве закуски. Неужели откажетесь от такого приятного времяпрепровождения? —       Она повела рукой театральным жестом в сторону озера, словно уже обозначала береговую линию как бар.       Мерл, вытирая слёзы смеха рукой и всё ещё посмеиваясь, наконец поднял обе ладони в примирительном жесте.       — Да ладно тебе, цветочек. Ты думаешь, я упущу шанс поразвлечься на озере, особенно если есть возможность посостязаться в ловле раков? Завтра после обеда встретимся в сарае. Приготовим, что надо.       Дэрил, уже менее насмешливо, кивнул в знак согласия, даже без обыденного ворчания.       Элли выпрямилась вся, приосанилась и гордо вскинула подбородок, будто всецело контролирует процесс.       — Вот и прекрасно! Так бы сразу. — Она с удовольствием бросила на обоих оценивающий взгляд, в котором замелькали и игривость, и маленькая победа.       Не сказав больше ни слова, Элли с высоты своей новой уверенности резко развернулась и ушла в дом, оставив обоих братьев на веранде. Как только она скрылась за дверью, Дэрил повернулся к брату с недоумением.       — Че это вообще было? — спросил он, качая головой, будто до сих пор не может поверить в размах задора и напора их согруппницы.       Мерл только пожал плечами, пряча улыбку и протянул, не глядя на брата.       — Чем бы дитя ни тешилось, лишь бы не вешалось, — усмехнулся он, склонившись за пачкой сигарет. — Хочет ловить раков — значит будем ловить раков. Её развлечения хотя бы весёлые, в отличии от твоих. Молчать дни напролет, да по лесу шароебиться, тоже мне занятие.       Дэрил только хмыкнул. Собственные мысли цеплялись за уходящую фигуру Элли куда плотнее, чем он готов был признать вслух. Ему вдруг показалось, что она слишком прочно, неотрывно, почти неуловимо обосновалась в их с Мерлом мире. В этот тихий, почти домашний вечер, он осознал, как сильно за эти несколько недель ему не хватало её искреннего, живого голоса, неожиданных идей, даже смеха, что звучал у костра и прогонял привычную тишину.       На следующий день Элли проснулась гораздо раньше остальных. С первыми солнечными лучами она уже стояла на кухне, быстро и ловко расправляясь с утренними хлопотами. А потом на цыпочках, не поднимая шум, ушла собираться. Сегодня ей было не до долгих разговоров и даже не до утренних посиделок с подругами.       Как только все втянулись в свои дела и утренний, суетливый поток людей разошёлся, Элли нашла Карла и Софию. Она выдала им свою задумку с важным видом настоящего руководителя экспедиции.       — Сегодня нам нужны лучшие ловцы лягушек в округе! Готовы? — И, не дожидаясь возражений, повела малышей по тропе к озёрному леску.       Воздух в роще был прохладнее, утренние лучи пробирались сквозь листву, всё дышало влагой. София и Карл с воодушевлением разбрелись по прибрежным кочкам, отыскивая лягушек в высокой траве, между сырых корней и под листьями репейника. Их смех и азартные выкрики то и дело прерывали тишину, когда кто-то ловил свою добычу или просто пугал шустрого зверька.       Пока дети были заняты охотой, Элли занялась другой частью подготовки. Она облазила заросли, выбирая прочные длинные палки. Такие, чтобы натянуть на них сеть. Эли планировала получить что-то вроде сачка. Она на ходу оценила каждую ветку. Удобно ли держать, насколько она прямая, выдержит ли тяжесть наловленных раков. Пару крепких сухих палок она отложила в сторону, чуть подрезав торчащие ветки карманным ножом.       И хотя утро было по-рабочему суматошным, внутри у Элли появлялся тот самый азарт, что появлялся с новыми задачами. Ее так утомили рутина и ее бесконечный день сурка, что эта ночная рыбалка казалась не настоящим вызовом, а приятным развлечением.       Девушка втайне очень надеялась, что Диксоны ей не откажут. Она уже несколько дней пыталась придумать повод с ними пообщаться. Она успела соскучиться по болтовне с Мерлом и охоте с Дэрилом. Она не заметила, как с появлением у них нового убежища она отдалилась от братьев. Теперь она планировала это исправить.