Глава 4. Снятые маски
30 января 2026 г., 22:06
Гермиона чуть не разрыдалась, увидев Флер в обносках, грязи и снегу.
Всё это время она вспоминала о ней, волнуясь и задаваясь вопросом, стоит ли ей найти её.
Однако ей не пришлось. Счастью Гермионы не было предела. Её план сбылся.
Француженка тараторила, запинаясь при рассказе о Красной убийце, пока не заметила её. Та тут же бросилась к ней в объятия. Как выяснилось, Флер добралась до Гриммо всего пятнадцать минут назад.
— Я запомнила, что у неё были карие глаза и коричневые волосы, — продолжила она, высвобождаясь из объятий. Несмотря на её непрезентабельный вид, девушку окутывал райский шлейф сладких духов. Должно быть, кто-то чарами скрыл исходившие от неё смердящие запахи пота, грязи и мочи.
— Прямо как у Гермионы, — заметила Джинни, улыбаясь. Обе девушки и Билл перевели взгляд на неё.
— Réellement. Но у неё кудрявые волосы, а у той были прямые.
Гермиона с напущенным удивлением приподняла брови, промолчав.
— Но вы очень похожи, — внимательно засматриваясь на неё, сказала Делакур. Её глаз при этом странно дергался. Рассказала ли она остальным о том, где именно её нашла Красная убийца?
— Девочки, отпустите её, — встряла в разговор Молли. — Я приготовила для тебя ванну, полотенце и свежую одежду, Флер. Идем.
Та тут же встала и, прихрамывая, последовала за миссис Уизли в коридор. Билл проследил за ними взглядом.
— Она не сказала, где пропадала? — словно невзначай поинтересовалась Гермиона.
— Сказала только, что жила в доме Малфоев эти полгода. Судя по вещам, которые она носила, из неё сделали домашнего эльфа или еще что похуже, — ответил Билл Уизли встревоженным голосом. Его глаза были серьезны, как никогда прежде.
— Она заикается и у неё дергается глаз, — подхватила Джинни. — Она пришла вся заплаканная и испуганная… боюсь, с ней делали что-то пострашнее, чем превратили в домашнего эльфа.
— Мы должны позаботиться о ней. Я уверена, она расскажет нам больше, когда отдохнет, отоспится и поест, — обнадеживающе улыбнулось Гермиона.
— Мы должны отплатить Красной убийце. Почему она ей помогла?
— Это значит, что она точно на нашей стороне, — сказал Римус Люпин. Всё это время он наблюдал и прислушивался к их диалогу, стоя в стороне. — Но, что меня занимает больше, это то, что она знает, где находится штаб-квартира. Ведь, по словам Флер, именно она направила её сюда. Как она может знать об этом? Откуда?
Все трое повернулись к нему.
— Хочешь сказать, она… может быть членом Ордена?
Гермиона затаила дыхание.
— Я бы ни за что не поверил, — покачал головой Билл.
— Я не утверждаю, а лишь предполагаю. Иначе откуда ей знать? Либо у нас есть… шпион, помогающий ей. Ведь совсем не факт, что она работает одна.
Они говорили совсем негромко. Гермиона сглотнула, оглянувшись по сторонам. Все зеваки уже разошлись. Для поддержания разговора, она закивала:
— Я согласна с Биллом. Это невероятно, но… что-то здесь нечисто, это правда.
— Так или иначе, мы должны отплатить ей за это. Правда, я не знаю как…
— Давайте обсудим это на сегодняшнем собрании, — предложила Гермиона.
Как говорится, в расследовании преступления главное не выйти на самого себя.
***
С их первой слежки вдвоем прошло четыре дня. И сегодня ночью они убьют Беллатрису Лестрейндж. Думая об этом, Драко быстро шагал по бедному району магического Лондона, где находилась штаб-квартира Красной убийцы. Его лицо, как обычно, было скрыто под капюшоном мантии. За эти четыре дня они увидели его тетушку в поместье лишь два раза. В первые два дня они провалились, зато Драко удалось понаблюдать за Нарциссой. В один из дней, подкравшись к окнам, он смог разглядеть её лицо. Оно совсем побледнело, а под глазами залегли тёмные круги. Должно быть, она совсем не спала, мало ела и едва ли выходила из дома. И всё из-за него и Миакоды. Драко чувствовал невыносимую вину перед матерью: за то, что оставил её, за то, что обманывал и даже за то, что следил. Однако он уже сделал свой выбор. И в нем он был непоколебим. Беллатриса вела себя как обычно, лишь иногда в её поведении и выражении лица проскальзывала тень, похожая на волнение. Очевидно, все Пожиратели Смерти были взволнованы и ошарашены внезапной смертью Люциуса прямо у них под носом. Похороны, само собой, прошли еще до начала их слежки. Они с Миакодой также посетили семейное кладбище, и Драко с каменным лицом смотрел на могилу своего отца. И всё же, он никогда не думал, что окажется в таком положении, где ему придется убивать свою семью и её «друзей». Пока война не приобрела совсем неприятный для него окрас. После первой слежки по вечерам они с Миакодой выбирались из их секретного штаба в Малфой-мэнор. Они забирались на крышу, прятались в изгороди, висели на стенах и подслушивали разговоры Пожирателей, заодно приглядывая за Беллатрисой. Они всё еще привыкали друг к другу и, не сказать, что были идеальными напарниками. Точнее, их полной противоположностью. Миакода доселе никогда не работала в паре и очень раздражалась, если Драко выполнял её указания не совсем так, как она того требовала. Он быстро выучил, что она та еще перфекционистка, и тем не менее, только и делал, что перечил ей. Он не мог не признать, это доставляло ему даже какое-то удовольствие. Однако сразу после слежки они тренировались прямо в тесной квартирке до седьмого пота и любое раздражение вымещали в боях друг с другом. Драко чему-то учил её, а чему-то она — его. Поднявшись в квартиру, он встретился с Миакодой. Та, как и всегда, была в маске. Но в этот раз красной, прямо как при их первой встрече. Она была одета в удобную черную одежду, на её ногах блестели те самые бордовые сапоги, а на поясе было прикреплено несколько кинжалов. — Выглядишь впечатляюще, — вместо приветствия произнес Драко. — У меня и для тебя кое-что есть, — сказала та и вытащила из шкафа в гостиной сапоги и маску. Точь-в-точь как у неё. Он молча взял их в руки и надел. Тогда они оба посмотрелись в зеркало в полный рост всё в той же гостиной. На лицах обоих красовались маски, а из-под мантии выглядывали сапоги. Они выглядели как дьявольская парочка. — О нас напишет Рита Скитер, — убежденно заявила Миакода. — Я обижусь, если нет, — с расплывшейся на лице полу-улыбкой согласился Драко. — И как же нас назовут? — насмешливым тоном вопросила та у зеркала. — «Осторожно: Красные убийцы размножаются»? «Кровавых асассинов теперь двое»? Он слегка наклонил к ней голову. Миакода была ненамного, но ниже его. — Хочешь сказать, теперь я тоже «Красный убийца»? — Очень сомневаюсь. Но мы это выясним. Ты готов? — Нет, я никогда не пойму, кого же ты мне напоминаешь, — Драко разочарованно покачал головой. Та усмехнулось и сунула ему в руки кинжалы — на всякий случай. — Я серьезно, Малфой. Если мы не сработаемся вместе… нам придется очень, очень плохо. — Нас убьют. Не так уж и плохо. — Хуже. Нас возьмут в плен. А ты прекрасно знаешь, что делают с пленными. А ты еще и предатель… ты знаешь, что делают с предателями? — Боюсь травмировать твою психику, если скажу, — ответил Драко. — Идем. Я готов. — Я доверяю тебе, — серьезным тоном продолжила Миакода. — Если ты предашь мое доверие, то даже не надейся найти после этого покой. Пристегнув кинжалы к поясу, Драко наклонился к ней. — Не хочу это признавать, но ты не перестаешь меня восхищать. Та легонько ударила его в живот, отталкивая. — Еще бы. Мной восторгается вся Великобритания, чтобы ты знал. — О, я знаю. А еще пол Великобритании тебя ненавидит, — он последовал за ней к выходу. — Слава Мерлину!***
Они карабкались по крыше, следя за одним и тем же окном. Это было окно комнаты Беллатрисы Лестрейндж. Та уже около часа не выходила из неё. Она мучила одного из пленников. Гермиона не видела его лица, а узнать по голосу и истошным крикам было невозможно. Однако было очевидно, что это парень. — Это так весело, не правда ли? Сплошное веселье! Обожаю «Кровавый бал»! — громко говорила Пожирательница, хихикая. Единственным источником света в комнате были свечи и камин, из-за чего было плохо видно обоих. — Да, Тео? Ты тоже обожаешь? Гермиона почувствовала движение и повернулась к Драко, который находился совсем близко. Они устроились на крыше рядом с балконом, на который выходили окна комнаты. Тот задумчиво нахмурился. Иногда она забывала, что работает в паре. В паре с, черт возьми, Драко Малфоем. И если по началу ее это просто озадачивало и смущало одновременно, то теперь вызывало тревогу. Она сомневалась, что сделала правильный выбор, когда составила договор и решила взять Малфоя в напарники. Теперь, как убийца, она стала уязвимее. Их вдвоем будет легче заметить и поймать. И тем не менее, ей уже не слишком хотелось избавиться от него. — В Хогвартсе со мной учился один Теодор, — пояснил свой конфуз Драко. — На Слизерине? — Да. Но он был сыном одного из Пожирателей. Он не может быть пленником. — Знаешь, Теодор, я обожаю подписывать свои жертвы. И особенно — предателей. Так и подпишу тебя! — завопила Беллатриса, привязав парня к собственной кровати. Он был раздет до пояса и, взяв серебряный ножик, она принялась вырезать слово большими буквами на его груди. Из рта Гермионы вырвался резкий вдох. Нет. Она не делает это. Она не… Но Беллатриса Лестрейндж однозначно делала то, что снилось ей в кошмарах по сей день. Теодор отчаянно закричал, когда ведьма вонзила нож в его кожу: — Пожалуйста, не надо! Та лишь расхохоталась, удобно устроившись на его бедрах, а затем со злостью зашипела: — Ты предал свою фамилию! Ты предал Волан-де-Морта! И ты поплатишься за это, маленький гаденыш. Потом я покажу свои старания всем остальным и все тут же поймут, что будет с ними, если они свернут не на ту дорогу. — Он предатель. Но это не может быть… — пробормотал Драко у её уха. — Ты не слышала о его деле? Может быть, он убил кого-то из Пожирателей? Миакода? Он потряс её за плечо и она медленно вышла из транса, в который её поверг ужас от происходящего. — Пора, — с комом в горле произнесла она. — Я убью её. В кромешной темноте они спрыгнули на балкон.***
песня: You Can Run — Adam Jones и Sucker For Pain — Lil Wayne, Wiz Khalifa, Imagine Dragons, Logic, Ty Dolla Sign, X Ambassadors. Их приземление, как и ожидалось, вызвало шум. Спрятавшись под окнами на полу, они приготовили свои палочки, однако Беллатриса отвлеклась вовсе не на их шум. В комнату резко ворвалась другая ведьма и Драко, сев у левого окна, не мог её увидеть. Он её услышал и мгновенно узнал. Этот резкий, дерзкий женский голос он не мог не спутать ни с кем. — Убрала от него руки, старая сучка! — отбросив Беллатрису магией на пол, грозно произнесла Пэнси Паркинсон. Не то что бы они когда-то были друзьями, но Драко еще никогда не радовался её присутствую больше, чем сейчас. Потому что судя по всему, она явно не на стороне его тетушки. Его взгляд мгновенно метнулся к Миакоде. Та сильнее прижалась к стене, чтобы её вдруг не заметили, но было очевидно, что она также ошеломлена появлением Паркинсон, как и он. Впрочем, как и все в этой комнате. — Ты что творишь?! — завизжала Беллатриса, однако Пэнси тут же заставила её умолкнуть, использовав какое-то заклинание, о котором Драко даже не слышал. — Не трожь его, иначе напрочь язык вырву, — заявила она и Малфой приподнялся, заглядывая в окно с решеткой. Связав веревками его тетушку, которая изо всех сил пыталась вырваться, она бросилась к Теодору… Нотту? В голову Драко ударило осознание, когда он вблизи увидел лицо старого одноклассника. — Пэнси? — его вопрошающий взгляд был полностью сосредоточен на его спасительнице. И его вид был совсем никчемным. Беллатриса успела вырезать чуть ниже его груди букву «T». При этом всё его тело уже было в ссадинах и шрамах так, что его едва ли можно было узнать. Особенно выделялся шрам на его лице — кривая линия, проходящая по губам и подбородку. Его волосы всё еще были кудрявыми, но часть из них заметно поседела. Что ж, это касалось практически всех людей, участвовавших в войне. Пэнси подняла с пола упавший из рук Беллатрисы ножик и разрезала веревки, выпуская его из пут. — Я узнала, что ты здесь, но не могла нигде найти, — пояснила она, а затем помогла ему встать. Как долго Беллатриса издевалась над ним? Та, приняв свое положение, смиренно сидела недалеко у стены. Может быть, говорить она и не могла, но идиотская ухмылка все еще была при ней. — Ты пришла меня спасти? — охрипшим голосом вымолвил Тео. Его губы растянулись в крохотную полу-улыбку. — В моих планах этого не было. Но теперь тебе нужно бежать. — А я скучал по тебе, — опираясь на её плечо, прохрипел он. Это заставило её замереть. Драко вспомнил, что эти двое были, как ему помнится, в чем-то наподобие отношений. Однако ни Пэнси, ни Тео он не видел с начала войны. Её родители всегда были строги и держали свою дочь близко к дому, а Тео стал сиротой в конце седьмого курса, но он и подумать не мог, что тот предал Темного лорда. Он заметил движение справа и повернулся к Миакоде. Та кивнула макушкой в их сторону и приподняла палочку. Драко тут же понял её намек и кивнул. — Значит так, вы — не трогаете нас, а мы — вас, — начала Миакода, когда оба одновременно выскочили из своего укрытия, направляя палочки на Пэнси и Тео. — Нам нужна она. Даю вам пятнадцать секунд на то, чтобы сбежать. Время пошло. — Это еще что за маскарад? — изогнув бровь, саркастично пробормотала Пэнси, тоже перенаправив палочку на них. — Красная Убийца? — тихо произнес Тео. — Скорее две, — вставил Драко. — А я-то думала, что это слухи, — без особого беспокойства заявила Пэнси. — Убирайтесь. Быстрее. У вас еще десять секунд. Драко заметил, что Миакода даже не обращала внимание на них, устремив свой взгляд к непривычно тихой, улыбающейся Беллатрисе. Та, в свою очередь, разглядывала ее. — Красивая маска. Одолжишь? — широко улыбнувшись, вопросила Пэнси. — Эванеско. Не успела Миакода увернуться и Драко отшагнуть, как заклинание попало в них обоих и их маски… исчезли. Она тут же отвернулась, пряча лицо свободной рукой и Драко понял, что ему пора действовать. — Остолбеней! — и Пэнси с Тео рухнули на пол. — Малфой?! — подняв голову, завопила Паркинсон. — Драко! — окликнула его Миакода, накинув капюшон и указывая на место, где только что валялась Беллатриса. Он, кажется, перестал дышать, когда увидел её, избавившуюся от пут и стоящую перед ними с палочкой в руках. Когда она успела до неё дотянуться?! — Экспеллиармус! — закричал он, но было уже поздно. Беллатриса быстро отпрыгнула и завопила: «Круцио», которое попало прямо в Миакоду. Из её горла вырвалось что-то похожее на животное рычание. Она все еще сжимала свою палочку, но, не выдержав силы непростительного заклятия, мгновенно упала на колени. — Как же легко оказывается выбить тебя из колеи, — промурлыкала Беллатриса. — Остолбеней! А это заклинание полетело уже в него. Драко отбросило в стену и он грохнулся на пол. Миакода истошно кричала, пока её тело пронзала боль. Драко отлично знал, как это ощущается. Тысяча острых осколков, одновременно впивающихся в тебя… Беллатриса подошла к ней ближе и резким движением сбросила с неё капюшон. Все четверо застыли, узнав её лицо. — Гермиона Грейнджер, — медленно произнесла Лестрейндж, смакуя её имя. — Вот уж кого я не ожидала увидеть. По её щекам бежали слезы и все её тело дрожало, когда она посмотрела на Драко. Не не её мученицу, а на него. Его рот бесшумно открылся. Он, кажется, перестал дышать. Гермиона Грейнджер. Гермиона, мать его, Грейнджер. Ему казалось, что во всем этом есть какой-то подвох. Должно быть, ему это снится. Или повиделось. Это никак не может быть правдой. Он несколько раз моргнул, а затем нахмурился, приглядываясь. Но как бы он не хотел принимать этот факт, это была она. Он не мог не узнать ту самую «Грязнокровку» Грейнджер. Вот только Грейнджер состоит в Ордене Феникса. Может быть, это её двойник? А у неё есть близнец? Она не отрывала от него глаз, а затем опустила голову, дергаясь от боли. — Грязнокровка Грейнджер это Красная Убийца? Интересно, — бормотала в это время Беллатриса. Когда судороги и действие заклятия прошло, девушка нашла в себе силы поднять голову. — Ну, привет, — её слегка подрагивающие губы расплылись в уже знакомую Драко сумасшедшую ухмылку. — Не ожидала, говоришь? Беллатриса сжала её подбородок в своей руке. — Я тебя не убью, Грязнокровка. Я отдам тебя Темному лорду и он будет издеваться над тобой столько, сколько пожелает, пока твои друзья не сдадутся. В глазах Грейнджер Драко увидел знакомые злые огоньки, однако она была слишком слаба, чтобы двигаться. Затем Беллатриса грубо отпустила её и подошла к нему, сверля взглядом черных глаз. — Милый мой Драко. Так значит, ты был заодно с ней всё это время и никто не забирал тебя в плен? Она ловко подхватила с пола свой серебристый ножик и быстрым движением вонзила его ему в ногу. Драко вскрикнул, но не отрывал от неё глаз. Бежать ему было некуда. Он чувствовал, как по его бедру побежал ручеек крови. — Неужели ты — предатель? — сложив брови домиком, вопросила Беллатриса. — Ты не знал, что она — Грязнокровка, ведь так? Драко молчал и тогда она вонзила нож в его другую ногу. Неглубоко, но достаточно больно, чтобы из его горла вырвался стон. — А может быть это ты убил своего отца, а, Драко? — Я мечтал об этом, — прохрипел он. — Как грустно, — уголки не губ упали вниз. — Жаль, что у вас были такие отношения. Но и тебя я не могу убить. Я отдам тебя Лорду, как и её. Он будет издеваться над вами, а вы будете наблюдать за этим, пока умираете. Драко заметил движение за своей тетушкой. Миакода… Гермиона Грейнджер бесшумно поднялась и со всей силы ударила Беллатрису в спину, заставляя её споткнуться и упасть. Теодор Нотт попытался отодвинуться, когда она приземлилась рядом с ним на четвереньки. — Ты, маленькая шлю… Гермиона грубо схватила ее за черные лохмотья и развернула к себе лицом. Откуда в ней столько силы? — Говоришь, не убьешь меня? — Ты за это поплатишься… — Не сомневаюсь. Вот только ты этого не увидишь, — ледяным, вкрадчивым тоном произнесла Красная Убийца. — потому что я тебя убью. Авада Кедавра! После этого тело Беллатрисы Лестрейндж замертво рухнуло на пол.
Примечания:
как вам?) прошу, пишите комментарии! очень важен фидбек 🥹❤️
