Три истории от любителя животов

Не уверен, когда именно во мне возник этот фетиш, в каком из трёх случаев, что особо запомнились, поэтому расскажу все три по-порядку, а вы уж сами решите. Впервые это случилось, когда мы с родителями ехали в поезде. Сразу после посадки они смотались в буфет и надолго там застряли, я же остался один в купе, лежал на верхней полке, завернувшись в плед. И тут заходит она – глубоко беременная незнакомка. Должно быть, она решила, что поедет без соседей по купе, а меня так вообще не заметила. Ну а мне на неё было плевать – ровно до того момента, пока она (почти сразу, как села) не стала мастурбировать. Её огромный живот с задранной кверху футболкой раскачивался в такт движениям сомкнутых меж ног пальцев, стоны постепенно становились громче и чаще. Я не выдавал своего присутствия, несмотря на сильное возбуждение. При виде её огромного живота с торчащим пупком любой, наверное, набросился бы, а я терпел, опасаясь, как бы родители не зашли. Да и что будет, покажись я ей, да ещё возбуждённый? Заорёт и убежит. И всё же я так и не кончил в пустоту, а дождался, когда эта дамочка подойдёт к самому пику. Спрыгнув с полки, я, совершенно голый, молча положил торчащий член на её гигантское пузо, успел потереться об него, прежде чем она оттолкнула меня и попыталась подняться. Что при этом она говорила, не помню, разве что позже тон сменился на умоляющий, и вдруг, оставив попытки выбраться из-под меня, беременная затихла, будто бы сдавшись. Очевидно, возбуждение сработало против морали, ей же так хотелось кончить (как и мне), а тут молоденький самец, возбуждённый её мастурбацией, уже лежит на ней, ожидая, когда бросит сопротивляться. И едва она сдалась, я с упоением вошёл в неё, обхватил раздутый, беременный живот, что тогда казался просто гигантским, в который и я бы спокойно поместился – до того он был большим. Кончил я быстро, не в силах больше терпеть, но и после не выпускал её пузо, теребя его, изучая. Она тяжело дышала, разомлевшая, и, кажется, была не против, чтобы я и дальше лежал на её животе. Потом, заслышав шаги, мы спешно оделись и разбежались по местам. Тот день я запомнил так живо, что и сейчас могу во всех подробностях (а не кратко, как тут) его описать. Другая история случилась спустя несколько лет, когда в универе мне рассказали секрет. Раньше я думал, что один такой, кого привлекают беременные, но, как оказалось… И вот один парень рассказал, как сразу и без усилий добыть хоть целый гарем из беременных. Они с друзьями уже несколько раз такое проворачивали. Делалось это просто (по его словам): нужно прийти в женскую консультацию, желательно с подругой-единомышленницей – так будет меньше подозрений. Подруге сделать фальшивый живот, но можно и без него. Дальше подсаживаться якобы в очередь к беременным с самыми большими животами, и незаметно подкладывать им в сумочки бумажки с адресом места, где можно бесплатно потрахаться с шикарными мужиками. И так пройтись по всем очередям в этом здании. На мой скепсис, мол, они что, совсем дурочки на такое вестись, у них же мужья, он резонно заметил, что этих самых мужей обычно воротит от жён, когда те беременны. И меня это вдруг возмутило. В самом деле, это твоя любимая женщина, она, лять, не жирная, мудака ты кусок, не отвратительная, и вообще – там, внутри, твой наследник, твоё продолжение! Как ты можешь отказывать ей в сексе лишь потому, что у неё временно не осиная талия? Вот поэтому-то, понял я, неудовлетворённые беременные и могут клюнуть на приманку – и согласился на рейд в сопровождении поддельной жены. Выбрав в очереди самых толстобрюхих, я подсунул каждой записку, и, полный надежд, что придёт хотя бы четверть из всех, стал ждать звонка от организатора. К слову, место ни в коем случае не квартира, иначе соседи, или сами беременные, могли навести ментов. Мы выбирали заброшенные здания на окраинах, либо в лесу. Туда свезена старая мебель, а постельное бельё привозили в день встречи. Разумеется, я не один собирался трахать всех этих женщин. Помимо заинтересованных одногруппников, приезжали их друзья со двора, и друзья этих друзей – все до одного проверенные люди. До сих пор никто не сдал нас ментам. Даже сами беременные понимали, что лишь тут можно всласть предаться разврату с молодыми парнями. Они и вправду изголодались по сексу, и это я понял в первый же раз, когда сразу три бабы с самыми большими животами, толкая ими друг дружку, едва не подрались за меня. Моих сил едва хватило, чтобы удовлетворить всех троих, а в ушах ещё долго стоял звук от многочисленных стонов, когда все еблись одновременно. Женщин приходило достаточно – даже больше, чем нужно, и нам приходилось искать силы на остальных. Мне рассказывали, что в самый первый раз их явилось около ста, а парней пришло всего двадцать. Пришлось выбрать самых толстопузых, а остальным сказать, чтобы пришли через неделю. Третья же история, как по мне, самая необычная. Когда я уже работал, один мужик жаловался мне, мол, жена никак не может родить. Я отвечал, что, ну, бывает, бесплодие это кошмар и всё такое, а он мне: да ты не понял, она уже беременна, брюхо вот такое, скоро уж десятый месяц, искусственно вызвать роды ни в какую – боится последствий каких-то, кесарева тоже боится. - А лопнуть не боится? – пошутил я, а у самого уже привстал. И тут я так захотел увидеть её, так захотел, что был готов выдумать что угодно, лишь бы дотронуться до её пуза. А выдумал я невероятный бред, сказав, что знаю, как вызвать роды без препаратов и хирургии. Тот обрадовался, и мы договорились встретиться у меня дома. Не знаю, как бы я скрывал своё возбуждение в присутствии её мужа – в тот момент я не подумал об этом, целиком поглощённый хитроумным планом. Дома я взял прочный кожаный ремень – длинный, чтобы хватило на необъятный живот, - и проделал в нём несколько дополнительных дырочек. Вряд ли этот метод вызовет роды, но если вызовет – они же сами этого хотят. И всё, как договаривались: без препаратов и скальпелей. Мне предстояло постепенно стягивать ей живот, по идее, возбуждаясь от этого. А команды пусть отдаёт муж, но не она. Пускай она умоляет ослабить – это ей не поможет, ведь супруг уже устал ждать появления ребёнка. Ну и под конец я её обману: скажу мужу, что начались схватки, а сам предложу ей прекратить экзекуцию взамен на секс. Муж умчится ждать акушеров со «скорой», а мы с ней тем временем… Ух, как же это было опасно! Опасно во всех смыслах: и вправду вызвать роды этим ремнём, и совокупиться фактически в присутствии мужа, но… Мне так хотелось попробовать, рискнуть! К тому же, муж сам виноват, что разболтал о беременной жене на десятом месяце. В назначенный день он привёз мне её. Насколько же она была огромной! Её пузо так сильно выдавалось вперёд, да и с боков донельзя раздутое! Даже сквозь свитер был виден крупный, выпяченный пуп, а шла она вразвалку, как пингвин, и тяжело дышала, ведь набитое под завязку брюхо, насколько я видел через одежду, поднялось под самые груди, и, вероятно, сдавливало лёгкие. Никогда, ни до этого, ни после я не встречал настолько больших животов. С трудом сдерживая растущее напряжение, я велей ей раздеться и пошёл за ремнём. Вернувшись, я попросил мужа поскорее выйти, чтобы тот не заметил моего возбуждения, ведь едва я узрел её голое брюхо… Да, на мне были просторные штаны, но даже они плохо скрывали мой большой, изголодавшийся по сексу член. «Пока не время, не время, мы даже не начали», - твердил я себе, не в силах отвести глаз от огромного пуза, за которым не было видно самой женщины, что разлеглась в кресле в одних трусах и лифчике. Муж, довольный, что лишний раз не будет смотреть на уродство своей некогда стройной жены, исчез за дверью, но при этом мы прекрасно слышали друг друга. Напомню, он должен был переговариваться с женой, контролируя её ощущения и отдавая мне команды затянуть, либо ослабить ремень. Я, конечно, подозревал, что команда «ослабить» никогда не прозвучит, даже если жена станет вопить от боли. В этом наши с ним потребности совпадали. Прикоснувшись к её аномально объёмному брюху, я провёл ладонью вокруг пупка, что, крупнее любого соска, торчал на верхушке. Сейчас пузо было выше её головы, и она не видела ни меня, ни того, что у меня в руках, ни того, что торчит между ног. Осмелев, я накрыл ладонью пуп, массируя его. Она всё же задала вопрос, и я ответил, что подготавливаю кожу перед процедурой. Она поверила и умолкла, всё так же тяжело дыша. Брюхо вздымалось и чуть опадало, на ощупь такое твёрдое и горячее, будто и впрямь готовое лопнуть, как и мои яйца сейчас. Пришлось ещё несколько раз повторить про себя, что это начало, что следует успокоиться, но это мало помогло. Эх, мне бы сейчас отвращение к беременным, как у её мужа и почти всех мужчин, но я сам организовал то, что вижу сейчас, этот предлог с ремешком, так что терпи, казак. Ещё немного помассировав натянутый до предела живот беременной, я, наконец, взял ремень и зафиксировал его на самом ближнем отверстии. Всего их было семь: четыре проделанных мною, с минимальным расстоянием, дабы сперва не сильно стягивать пузо, чтобы дать ей привыкнуть – и три заводских, где промежуток различался раза в три. Сейчас ремень сидел плотно, впритык, не стягивая пуза. Ремень я разместил почти посередине, прямо над торчащим пупом. На этом уровне вроде бы находятся ноги плода, так что мой метод вполне мог помочь ему родиться, не навредив стягиванием самому его телу, а, напротив, постепенно сдвигая к выходу. Роды я, разумеется, не планировал, надеясь отыметь этот огромный шар как можно скорее. Но прежде придётся разыграть дебильный спектакль с ремнём. Ремень действительно плотно облегал её высокий живот, длины едва хватало, и, любуясь обнажённым пузом, в котором явно не один ребёнок, а то и не два, мне невольно нравилось это сочетание. Я готов был войти в неё немедленно, а тут ещё и ремень, облегающий пузо, начал нравиться. Ох, что же будет, когда он максимально сдавит её огромный живот? Ну точно роды как минимум. Или ремень попросту лопнет. Первое я видеть не желал, а второе – вполне. - Начинаем, - сообщил я громко и мужу, и ей, расстегнул пряжку и переместил её во второе отверстие. Беременная слабо пискнула, ухватилась было за живот, за ремень, но я убрал её руки. - Терпи, дальше будет потуже, - произнёс я, глядя на живот сбоку. Он слегка сплющился под напором ремня, очевидно, не причиняя боли, лишь лёгкий дискомфорт. При этом нижняя часть – та, что под ремнём – стала ещё выпуклей, и даже пуп как будто крупнее. Я облизнул губы, предвкушая, каким станет пузо после первого заводского отверстия ремня. Пока эта картина не усилила моё возбуждение до предела, хоть член и не думал обмякать. Ждать первых схваток при таком слабом натяжении было бессмысленно, и уже через пару минут я переместил пряжку в третье отверстие, едва муж об этом попросил. Закряхтев и заёрзав, беременная впилась ногтями в края гигантского живота, но в этот раз я не одернул её, наблюдая, как сильно натянулась кожа по краям ремня, а вокруг громадного пупа возник розоватый ореол, пока едва заметный. Оно и понятно, пузо и так на пределе, а тут ещё и ремень. Дожидаясь новой команды, я наблюдал, как беременная пыхтит, оглаживая необъятное пузо, едва дотягиваясь до пупа. Она почти лежала в кресле, широко раздвинув ноги, и живот её возвышался и надо мной, сидевшим на корточках, и над нею самой. Последнее из самодельных отверстий пошло в дело спустя шесть минут, я с трудом сумел затянуть ремень. Беременная натужно стонала, часто дыша, извивалась, но я предупредительно и довольно сильно шлёпнул по пузу в разных местах – тогда она почти затихла. Ореол вокруг пупа превратился в насыщенно-розовый, низ вздулся, продавленный напором ремня. А схватки так и не начались. А раз не начались, впереди упрямицу ждёт самое сложное – предельное сжимание в три подхода. Спустя пятнадцать минут ожидания я получил команду от мужа и даже переспросил, уверен ли он, и получил ответ: - Уверен. Туже! Его жена громко запротестовала, но я уже поднялся над огромным, покрасневшим шаром, и, уворачиваясь от взмахов её рук, стянул живот до первого заводского отверстия. После этого пузо стало выглядеть значительно стянутым, вздувшись по обе стороны. Ремень примял его сантиметров на пять, не меньше. В её рот пришлось вставить кляп. Снова присев и осторожно трогая член, я наблюдал, как краснеет уже весь низ живота, а взбухший пуп так и просится его пососать. Скоро, уже скоро, если не начнутся схватки, я смогу попробовать её всю! Прошло десять минут. Она металась в кресле, огромное брюхо колыхалось, заводя меня всё сильней, хоть я уже давно был на пределе, и вскоре очередная команда мужа убедила меня, что роды и впрямь начнутся, если дойти до конца. - Туже! Жена замычала через кляп, заметавшись пуще прежнего. - Вы уверены? – вновь спросил я, опасаясь, что останусь без секса. Может, пора уже соврать, что начались схватки? - Туже затягивай, туже! Я выполнил приказ, приложив все усилия, чтобы затянуть этот чёртов ремень. Сглотнув, уставился на сильно продавленное брюхо, буквально поделённое надвое. Эти выпуклости, раскрасневшиеся, плотные и горячие, заводили не так, как целое пузо, поэтому и мне уже хотелось снять его и поскорее войти в этот огромный живот. Она смотрела на меня, умоляя избавить от мук, а я только рад был исполнить желание, за которое придётся расплатиться изменой. Она металась в кресле и била себя по верхней половине пуза, не в силах избавиться от ремня и своего толстого, неподъёмного бремени. Склонившись к её уху, я нашептал свои условия, и она сразу согласилась. Тогда я привязал её за руки и ноги, чтобы без глупостей, а сам крикнул мужу, что схватки начались, пусть вызывает «скорую» и бежит их встречать. Едва он метнулся наружу, я запер дверь на ключ. Взявшись за ремень, я не успел его расстегнуть – он неожиданно лопнул, порвавшись на верхушке пуза. Освобождённое, оно подпрыгнуло кверху, враз округлившись, разве что краснота не ушла. Я мгновенно припал к её пупу, двигая членом по низу живота, который тяжко вздымался, такой же горячий и твёрдый, как и пузо самой первой женщины в том поезде. Вскоре я вошёл в неё, отчаянно, до одури вбиваясь, прижав себя к необъятному шару, самому крупному из всех, что встречал. А она, освобождённая от нестерпимой пытки, была только рада, что изменяет с тем, кто избавил её от мучений. Из-за того, что долго терпел, кончил я быстро. И хорошо: в дверь уже ломился муж с докторами. Одевшись, я открыл и объяснил им, что схваток нет, что ей показалось. Провожал я эту парочку долго, пялясь из окна на её брюхо, из-за которого она с трудом запихивала себя в машину. Хоть я только что кончил, казалось, что хочу её снова, ещё и ещё, но, к несчастью, больше мы не увиделись, - да, по сути, и незачем: спустя неделю она всё же родила. Тройню. И родила сама, как и хотела. Эти три эпизода лишь подчёркивают мою страстную одержимость беременными, но не дают ответа на вопрос, в какой именно момент я это полюбил. В поезде, на оргиях, или при стягивании пуза ремнём. Ныне я не занимаюсь разводом беременных на секс, мне нравится другое, когда они сами пытаются меня охмурить, благо я постоянно кидаю на них голодные взгляды, не пропуская ни одной, если её пузо достаточно велико, и если поблизости нет мужа. И довольно часто мне везёт, ведь, как уже было сказано, беременным уделяют мало внимания, а они жаждут секса куда сильней, чем до беременности – ну а я тут как тут, и пользуюсь этим.