Everything Floats

Океан колыхался по прихоти беззвёздного неба. Чёрная вода плескалась у борта шлюпки, растекаясь вокруг, словно пролитые чернила, и устремлялась к горизонту. Если бы не жемчужная капля луны над головой, Алекс не отличил бы небо от моря. Непроглядная ночь сгустилась над Ирландским морем, но он всё равно рискнул. Моряки, которые схватили его в заливе Барритариан, не собирались его отпускать. Они назвали его призом за проигранное сражение с пиратами Лафита, организованное генералом Джексоном. Пираты разбежались, а Алекс не успел добраться домой, на остров Галвестон, или вглубь материка, в Новый Орлеан. Его накрыли огромные волны и вытолкнули из солёной воды. Человек, который делил с ним койку, назвал это "вербовкой". С ним тоже такое случилось несколько лет назад, и он, казалось, смирился с тем, что никогда не вернется домой. Алекс был не в восторге. Его воспитание не готовило его к такому. Следующие два года пролетели незаметно, но он даром времени не терял. Холодными тёмными ночами в "Вороньем гнезде", пока остальная команда спала в трюме... Во время установки пушек под августовским солнцем у берегов Алжира... И вот теперь, в конце ноября, когда в северных водах уже чувствовалось приближение зимы, Алекс улучил момент, чтобы ускользнуть с корабля Её Величества "Swiftsure". Он знал, что пройдёт совсем немного времени, и о нём даже не вспомнят. В ту ночь он стоял вторым в дозоре. Когда он поднялся со своей койки, закутавшись в куртку, его карманы были набиты теми немногими вещами, которые ему были дороги: маленькие часы, компас, который он стащил у своего соседа по койке, небольшая пачка писем и бронзовый ключ на прочном шнурке, который он носил на шее. Ключ от дома его матери в Галвестоне, на другом конце света. Зайти в воду было легко. Он самостоятельно спустил одну из шлюпок в море, стараясь не раскачивать её. Затем спустился сам по веревочным тросам и, оттолкнувшись от борта корабля, поплыл прочь, отчаянно работая вёслами. Прошло уже несколько часов, и мир потерял очертания. Алекс плыл по наитию, пока луна не стала его единственным ориентиром. Алекс стоял на коленях на дне лодки, и щепки впивались ему в кожу сквозь штаны. Он смотрел на небо. Он почему-то был уверен, что преследователи, если таковые обнаружатся, будут находиться непременно по левому борту. Он плыл по течению до самого утра. Слишком много времени потеряно, слишком много миль отделяет его от надежды достичь земли. Он снова натянул перчатки и вытащил вёсла со дна, где они лежали. Гребки давались легко, вода была спокойной и даже ласковой, но её чернильная темнота и неумолимое пятно в пределах видимости заставили его содрогнуться от страха. Там наверняка чудовища, змеи, природа, которая восстанет и утопит его, а он не успеет даже пикнуть. Холод, сырость и ветер заморозят его. Появится ещё один военный корабль, который разнесёт его в щепки. Алекс покачал головой и опустил подбородок. Налегая на весла, он считал гребки. Пять, четыре, три, два, один, пока цифры не превратились в ритм, а ритм - в слова, а слова - в песню. "Прощайте, испанские дамы Прощайте, дамы Испании Ибо мы получили приказы Отправиться в старую добрую Англию Мы надеемся вскоре увидеть вас снова". За прошедшие два года Алекс выучил множество песен. Мужчины пели, когда работали, когда готовили, когда курили и пили. Иногда они танцевали. Иногда к танцам добавлялась игра на волынке или скрипке. Иногда генералы рявкали на них, и они забывали о песнях. Иногда это было единственным, что удерживало их на заданиях. Он научил их нескольким куплетам, которые знал сам, но над ним смеялись из-за того, что он был янки, а не англичанин. Тогда Алекс закатывал глаза и напевал что-то себе под нос. Ему не нужно было ни с кем делиться. Но "Испанские дамы" не выходили у него из головы. Они были слегка торжественны и запечатлели в его памяти прибрежные города. Как только он услышал припев, его мысли сразу же перенеслись к сестре, бабушке, матери. Дамы Новой Испании, но, тем не менее, леди. Женщины, которых он отчаянно хотел увидеть снова. "Мы будем возмущаться и бушевать на просторах солёных морей. Пока мы не наткнёмся на зондажи В проливе старой Англии От Ушанта до Силли тридцать пять лье". Скрежет под днищем лодки отвлёк Алекса от его погребального песнопения. Он вскрикнул и подпрыгнул, пытаясь удержать вёсла. Прижав их к груди, Алекс перевёл дыхание, в попытке успокоиться. Он поблагодарил всех богов за то, что был один и никто из моряков, с которыми он плавал, не услышал его позорный визг. Он повернул голову влево. Тёмная вода простиралась до линии горизонта. Он повернулся вправо. Тёмное небо изгибалось над ним, спускаясь к кромке океана, где, по убеждению старых моряков, можно было уплыть в небытие. Небытие пронизывало воздух вокруг него. А под ним скрывалось "нечто". Сделав несколько глубоких вздохов, Алекс снова погрузил вёсла в воду. Он потянул один раз, потом ещё, потом ещё, напевая про себя ту же песню. Довольно скоро он снова заработал вёслами в прежнем темпе. Плыл вперёд, как будто ничто его не напугало, как будто ничего не произошло. Скользя по поверхности моря, как рябь по стеклу. "Мы пришвартовали наш корабль, с юго-западным ветром, ребята. Мы направляем наш корабль, необходимо провести глубокое зондирование..." Ещё один удар по корпусу, затем всплеск прямо над его плечом. Алекс не закричал, не взвизгнул, даже не всхлипнул. Он подпрыгнул на месте и всё-таки выронил весло. Он потянулся за ним, смахнув его рукой в воду, и весло скрылось из виду. Его сердце упало. Нет. Нет, нет, нет, нет... Ещё один всплеск, и он развернулся на коленях, от чего лодка опасно накренилась. - Боже правый, пожалуйста, нет, - дрожа, прошептал Алекс. Он застрял посреди океана, и вокруг него не было ни души, кроме того неизвестного, что заставляло его сердце биться чаще. Посреди океана, посреди ночи, без весла. - Чёрт возьми, - пробормотал он себе под нос, снова опускаясь на колени. Наклонившись, он прижался лбом к влажному, покрытому солью старому дереву на дне. Слёзы потекли из его глаз, когда отчаяние затмило все остальные чувства. Какие бы слова ни крутились у него в голове раньше, сейчас они бесследно исчезли. Теперь их заменили слова, которые он знал всю свою жизнь. "Радуйся, Мария, благодатная, Господь с тобой. Благословенна ты среди женщин, и благословен плод чрева твоего, Иисус. Святая Мария, матерь Божья, помолись за нас, грешных, сейчас и в час нашей смерти. Аминь". - С тобой всё в порядке? Алекс резко выпрямился, услышав чужой голос. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять, что он по-прежнему одинок. Он сомневался, что пробыл в отключке так долго, чтобы у него начались галлюцинации. Он был уверен, что с головой у него всё в порядке. Он обхватил себя руками, присаживаясь на корточки. - Ау? Вода выплеснулась, а потом... - Добрый день. Или, полагаю, вечер. Ты хорошо проводишь время? Что-то не похоже. - Чёрт возьми... - Ничего святого. - бледная гибкая рука скользнула по воздуху и исчезла. Алекс резко выдохнул. — Что?.. С кем я разговариваю? - Со мной. Вода забурлила, лодка качнулась, а затем раздался ещё один всплеск. Около кормы из—за борта показалось тело мужчины, светлый и бледный и... Алекс втянул в себя воздух - не совсем человек. Влажная кожа отливала серебром в лунном свете, а перепонки между тонкими пальцами сияли, как лунный камень. Его обнажённые плечи и торс заканчивались не бриджами, чулками или голыми ногами, а светящейся синей чешуёй. Хвост, толстый, но элегантный, развевался за его белокурой головой, как экзотический веер. Алекс разинул рот. Русал нахмурился. - Чёрт возьми. Вы все такие? Алекс моргнул. - Какие такие? - Такие, - русал ткнул в него пальцем с острым ноготком. - Рот открыт, чтобы ловить морских вшей и криль. - Извини, - Алекс, внезапно почувствовав себя пристыжённым, закрыл рот и откашлялся. - Я... Ты.... Извини. Блядь. Ты просто... вау. Выражение лица русала смягчилось — теперь он была польщён его изумлением. Он снова скрестил руки на груди и опёрся на потерянное весло, которое теперь лежало поперёк планшира. Его хвост покачивался в лунном свете, и с него, словно бриллианты, стекали капельки воды. Его глаза, большие, как у мотылька, сверкнули полуночной синевой. - Ты это потерял? - он постучал ногтем по мокрому дереву. - Оно упало мне на голову, когда я пытался разглядеть тебя получше. - Ты напугал меня, - торопливо сказал Алекс. — И я его уронил. Я... Русал с грохотом столкнул весло обратно в лодку. Затем одним плавным движением он забрался внутрь, свернувшись так, что в воде остались только плавники и пальцы. - Морякам уже поздно выходить в море. Разве ты не знаешь? Алекс ухмыльнулся. - Ты говоришь по-английски. - Я вырос, слушая тонущих моряков, любимый, - он осмотрел перепонки и ногти на своей руке, явно испытывая скуку, и покосился на Алекса. - Хотя по выговору ты не похож на англичанина. - А я и не он. - А кто ты? - Алекс. Русал ухмыльнулся. - Я Генри. Алекс хмыкнул и улыбнулся во весь рот. - Генри? Довольно скучновато для фантастического существа, тебе не кажется? - Я всё ещё фантазия, несмотря на то, что сижу в твоей лодке? - Не уверен. Возможно. Генри приподнял бровь. - Ты не англичанин? - Нет. Американец. - О! В последнее время вас стало больше...- Генри снова оглядел его с ног до головы. - Не похоже, что ты хочешь меня съесть. Алекс подавился смехом. - Что? - Съесть меня, - беззаботно повторил Генри. - Все всегда говорили, что местные жители захотят разрезать нас на куски и съесть на обед, если мы подойдем слишком близко. Алекс покачал головой. - Нет, милый. Я не собираюсь тебя есть. Я вообще не очень люблю рыбу. Генри наморщил нос. - Грубо. - Ты испытываешь облегчение или просто язвишь? - И то, и другое. Алекс рассмеялся. Если он и сходил с ума, то делал это с удовольствием. - Ну что ж, Генри, волшебное создание из морских глубин, с тобой было весело. Но я и так почти заблудился. Так что, если ты не возражаешь... - он сунул руку между ботинок и нащупал рукоятку весла. Генри не сдвинулся с места. Он так и сидел на корме, изучая его, постепенно превращаясь из язвительного и чопорного в задумчивого. - Ты далеко от дома, - тихо сказал он. Алекс кивнул. - Очень далеко. Я пытаюсь вернуться. - К кому? - К родителям. К сестре. - И они очень далеко? - Генри поджал губы. - Насколько далеко? - За тысячи лиг, - ответил Алекс. - В Мексиканском заливе. - Недалеко от Карибского моря? - Да. - Мерси, - Генри нахмурился, затем резко выдохнул. - Я могу доставить тебя в Уайт. Ты сможешь оттуда добраться самостоятельно? Алекс уставился на него. - Что? Генри раздражённо выдохнул. - Я могу доставить тебя на остров Уайт примерно за два с половиной часа. Тебя это устроит? - Ты мне помогаешь? - Конечно. - Почему? - Потому что я не горю желанием есть на ужин американца, от которого остались только кожа да кости, - Генри сверкнул улыбкой, давая понять, что шутит. Вскоре он снова стал серьёзным. - Конечно, это была шутка. Я бы хотел тебе помочь. Ты слишком красив, чтобы чахнуть в ожидании удачи. Алекс слегка приосанился. - Ты и сам не так уж плох. - Я знаю, - Генри взмахнул хвостом. - Я необыкновенный, - он нарисовал пальцем круг на воде. - Но я не бескорыстен. Алекс наклонился вперед. - И что же ты хочешь, дорогой? Бледные щёки Генри порозовели. Он тоже откашлялся, и Алекс улыбнулся, довольный тем, что смутил его. - Поцелуй. - Поцелуй? - Ммм, всего один. Алекс кивнул и задумался. - Ни проклятия, ни связывающего заклинания? Ничего? Генри усмехнулся. - Нет, ничего подобного. - Тогда почему поцелуй? - спросил Алекс Генри пожал плечами. - Не знаю. Ну у тебя же нет книг. А почему бы мне не захотеть поцеловать красивого моряка? Прежде чем Алекс успел произнести хоть слово, русал выгнул спину, а затем нырнул в беззвёздное море. Не прошло и минуты, как рядом с ним показалась мокрая светловолосая голова Генри. Он не прикасался к лодке и больше не двигался. Он просто покачивался на волнах, ожидая решения Алекса. Алекс выдохнул. - Хорошо. - Согласен? Алекс кивнул. - Иди сюда, и я тебя поцелую, - он протянул руку Генри. - И ещё раз я тебя поцелую, когда ты поможешь мне добраться до суши. Генри, казалось, воодушевился этой перспективой. Он взял протянутую руку и выбрался из воды, намочив Алекса до пояса. Он пробормотал что-то в своё оправдание, но Алекс отмахнулся и потянулся к его лицу. Он ожидал, что будет холодно, сыро и, возможно, немного скользко. Но Генри оказался тёплым, мягким и податливым. Гладкая, нежная кожа, морская вода и чистый лунный свет. Отстранившись, они уставились друг на друга. Немного смущённо, но с любопытством. Генри наклонился и нежно поцеловал Алекс в щёку. - На этом всё, пока не доберёмся до берега, - пообещал он. - Иначе мы остановимся только к утру. Алекс рассмеялся. Он взял вёсла, а Генри снова скользнул в воду. - Веди, милый. Генри развернулся в воде, сверкнув хвостом, и скрылся под водой. - Следуй за мной, любимый. Ты будешь в целости и сохранности.