Совершенно некстати.

      Кейл только-только сбросил рубашку в корзину для белья, буквально пара минут прошла. Он уже собирался заняться своими делами, как вдруг на кровати, точно на том самом месте, где он оставил телефон после отправки сообщения, загорелся экран.       Сердце его на мгновение замерло — он знал, от кого это сообщение.       Он вообще-то редко позволял себе так откровенно дразнить Альберу. Поэтому сейчас, уже после того, как сообщение ушло, его вдруг охватила легкая тревога.       В голове зазвучал навязчивый внутренний голос: а не отвлекает ли он своего парня от действительно важных дел? Ведь Альберу сейчас на совещании. Возможно, это было несвоевременно, даже немного эгоистично с его стороны.       С этими сомнениями Кейл взял в руки телефон, экран которого уже снова потемнел. Он провел пальцем по стеклу, и яркий свет ударил в глаза, открыв короткое, но емкое сообщение от Альберу:       — Кейл.. Ты гребаный ублюдок.       На губах Кейла тут же проступила непроизвольная, довольная ухмылка. Ага, значит, все в порядке.       Альберу не рассердился. Они встречались уже достаточно долго, чтобы Кейл научился безошибочно считывать его реакции.       Будь Альберу действительно недоволен, тон был бы другим — холодным, сдержанным, таким, что заставило бы Кейла тут же извиняться и обещать больше никогда так не делать. Но этого не произошло.       Ободренный, Кейл начал набирать ответ, стараясь сохранить на лице невозмутимое выражение, хотя в уголках губ все равно играла улыбка.

      — Знаешь, любимый, я просто хотел отправить эту фотографию Бикросу, чтобы он определил, стоит ли мне сменить привычки питания.

      Последовала короткая пауза, едва достаточная, чтобы сделать глоток воздуха. И телефон снова вибрировал в его ладони.       — Ты гребаный лжец.       Кейл почти физически ощутил, как на том конце провода Альберу произносит эти слова — сквозь стиснутые зубы, но с едва слышной ноткой восхищения в голосе. Он не сдавался.

      — Я бы никогда.

      Прошло еще несколько томительных секунд, в течение которых Кейл представлял себе, как Альберу, стараясь не отвлекать коллег, пытается сдержать улыбку или сокрушенно качает головой, глядя в экран. Наконец пришел новый ответ:       — Я бы не позволил, чтобы ты отправлял такие фото Бикросу.              В этот раз Кейл уже не сдерживался и тихо рассмеялся, низкий смех зазвучал в тишине комнаты.       Его пальцы сами потянулись вниз, лаская себя сквозь плотную ткань штанов — тех самых, которые Альберу купил ему совсем недавно, с таким видом, будто приобретал не просто предмет гардероба, а нечто гораздо более значимое.       Член Кейла начал потихоньку возбуждаться, отзываясь на игру и на власть, которую он в этот момент ощущал.       Но больше всего его заводили всплывающие в памяти образы. Яркие, жаркие картины прошлой ночи.       Вот Альберу, его лицо в полумраке спальни, горячо и напряженно. Вот его собственные ноги, перекинутые через сильные плечи парня.       Вот капли пота, медленно стекающие по шее Альберу, отсвечивая в тусклом свете. Он вспоминал, как темнел взгляд Альберу, когда тот смотрел на него — полный желания, одержимости и безграничного обожания.       А еще как Альберу старательно, почти благоговейно, склонялся над его членом, и этот миг растягивался в вечность, наполненную тихими стонами и тяжелым дыханием.       Кейл томно выдохнул, его взгляд упал на потухший экран телефона. Он сознательно затягивал паузу, представляя себе, что сейчас происходит там, на совещании.       Наверняка Альберу сидит с каменным лицом, стараясь сохранить деловое выражение, но в голове у него проносится единственная мысль — а не ошибся ли Кейл на самом деле? Не отправил ли он это фото случайно, перепутав чаты?       Эта мысль заставила Кейла улыбнуться. Он медленно, почти лениво провел пальцами по пряжке ремня.       Металл был прохладным на ощупь. Затем он принялся расстегивать ширинку джинсов — не торопясь, чувствуя, как ткань постепенно освобождает пространство.       Он оставил все как есть, чтобы сквозь образовавшуюся щель явственно проступала выпуклость его боксеров, плотная и многообещающая.       Комната была наполнена мягким светом, падающим из окна.       Кейл взял телефон, поднял его под нужным углом. Он сделал еще один снимок — на этот раз более откровенный, более интимный.       Проверил фото, убедился, что оно не смазано, что каждый изгиб, каждая складка ткани переданы четко. Затем отправил его.       И только после этого, уже закончив с телефоном, он позволил себе лениво поглаживать полувставший член сквозь тонкую ткань боксеров.       Прикосновения были легкими, почти невесомыми, но от них по телу разливалось тепло. Он снова представил себе выражение лица Альберу, когда тот откроет это новое сообщение.       Через мгновение на экране телефона всплыло новое сообщение от Альберу:       — Не смей говорить мне, что ты собирался отправить это кому-то другому.       Кейл чувствовал, как нарастает напряжение — то самое, сладкое и желанное. Он ухмыльнулся, пальцы легко скользнули по клавиатуре:

      — Моя ошибка, я хотел просто сохранить его, а не отправлять тебе.

      Ох, эта игра была просто восхитительна. Почему он раньше так не делал?       Эта смесь невинности и откровенного подтекста, эта возможность дразнить Альберу, оставаясь при этом в безопасности по ту сторону экрана.. Это давало ему странное чувство власти.       — Да, конечно. Охотно верю.       Почти сразу же пришел ответ, и Кейл рассмеялся вслух, представив себе скептически приподнятую бровь Альберу и то, как он, вероятно, силится сохранить серьезное выражение лица.       Отложив телефон на кровать, Кейл наконец спустил штаны полностью и перешагнул через них, оставив темный комок джинсовой ткани на полу.       Он не спешил нести их в корзину для белья. Вместо этого он медленно прошелся по просторной квартире совершенно голым, чувствуя прохладный воздух на своей коже.       Каждый его неспешный шаг отдавался легким эхом в тишине.       Он знал, что эта большая пауза между снимками будет действовать Альберу на нервы. Каждая проходящая минута будет заполнена догадками: а что же делает Кейл сейчас? Чем занят? О чем думает?       Эта неопределенность была частью игры — может, даже самой лучшей ее частью.       Кейл подошел к окну, глядя на расстилающийся внизу город, и позволил себе просто постоять так, наслаждаясь моментом и той властью, которую он сейчас имел над мыслями своего парня.       Когда Кейл вернулся к кровати, на экране телефона его ждало новое сообщение от Альберу. Всего одно слово, но Кейл безошибочно уловил скрытую в нём интонацию — эту смесь упрёка, желания и полной беспомощности.              От этого у него самопроизвольно растянулись губы в улыбке.       — Кейл.       Просто его имя, но сколько же в нём было сказано. Кейл ухмыльнулся и принялся набирать ответ, чувствуя, как нарастает возбуждение.

      — Раз уж я привлек твое внимание..

      Он откинулся на подушки, пристроил телефон удобнее.       Пальцами он туго натянул скользкую ткань своих боксёров, чтобы каждый изгиб и контур его члена проступал чётко и недвусмысленно.       Сфокусировался, делая снимок, убедившись, что тёмное влажное пятно, где просочилась капля предэкулята, хорошо видно на светлой ткани.

      — Смотри, какой я мокрый для тебя, хённый.

      Игра достигла новой остроты. Через пару секунд телефон затрясся от череды приходящих сообщений.       Они шли одно за другим, с отчаянной скоростью, словно Альберу и вправду умолял его, теряя над собой контроль.       — Кейл.              — Пожалуйста.       — Я на совещании.       — Таша будет смеяться надо мной до моей смерти, если узнает, что я занимаюсь секстингом.       — Не беспокой меня, когда мне приходится слушать эти совещания.       — Люди подумают, что я странный.       Кейл читал это с наслаждением, представляя, как его парень пытается сохранить невозмутимость, сидя среди других важных шишок, в то время как его щёки пылают, а мысли совсем не о работе. Он не удержался от колкости.

      — Но ты ведь и вправду странный, дорогой.

      Он отправил это сообщение и откинулся, удовлетворённо наблюдая, как три точки на экране сигнализируют о том, что Альберу пытается найти слова для ответа.       Через пару секунд пришел ответ, сухой и деловой, но Кейл-то слышал за ним сдерживаемое напряжение:       — Да, но это не означает, что совет директоров должен знать о них.       Кейл рассмеялся, тихо и низко. Его пальцы уже скользили по резинке боксеров.       — Конечно, но я позабочусь о том, чтобы ты не пожалел об этом, — пробормотал он, набирая сообщение.       В этот момент терпение лопнуло. Ему наскучила даже эта минимальная преграда.       Он снял трусы одним небрежным движением и отшвырнул их куда-то в сторону, не заботясь о том, где они приземлятся. Тело требовало настоящих прикосновений, а не этой игры через ткань.       Устроившись поудобнее среди простыней, он обхватил ладонью свой член, почувствовав, как всё тело вздрогнуло от долгожданного контакта.       Другой рукой он лениво набирал новое сообщение, растягивая удовольствие и для себя, и для того, кто за сотни километров пытался сохранять деловой вид.

      — Жаль, что тебя нет рядом со мной..

      Ответ пришел почти мгновенно, с оттенком отчаяния:       — У меня сегодня заседание совета директоров. Я не могу пропустить его, если хочу оставить компанию себе.       Кейл насмешливо наклонил голову, его пальцы медленно скользили вверх-вниз. Он знал, что сейчас происходит на том конце. Он намеренно сделал паузу, заставив Альберу ждать, прежде чем задать свой коварный вопрос:

      — Ты хочешь, чтобы я остановился?

      Несколько секунд экран оставался чистым. Он представлял, как Альберу борется с собой, пытаясь принять хоть какое-то решение. Наконец пришел короткий, сдавленный ответ:       — Да.       И почти сразу же, словно Альберу не выдержал собственного сопротивления:       — Блять, нет.       Следующее сообщение было прямым, лишенным всяких прикрас, чистым желанием:       — Покажи мне, как ты выглядишь сейчас, донсэн.       Кейл крепко обхватил себя за член, и из его груди вырвался низкий стон.       Прикрыв глаза, он начал медленно поглаживать себя, погружаясь в нарастающие ощущения. Большим пальцем он оттянул крайнюю плоть, обнажая чувствительную розовую головку, в то время как другая рука с трудом удерживала телефон, пытаясь открыть камеру.       Снимок получился слегка смазанным — рука дрожала от возбуждения, — но Кейла сейчас это волновало мало. Он отправил фото, не глядя.       Почти сразу же пришел ответ, наполненный отчаянием и желанием:       — О боже, Кейл.       — Я застрял здесь..       Кейл рассмеялся, но смех тут же перешел в стон, когда его рука неожиданно двинулась резче, сильнее сжимая плоть. Он на мгновение замер, затем снова вернулся к медленному, ленивому ритму, растягивая удовольствие и наслаждаясь каждой секундой.

      — Я бы мог остановиться.

      Ответил он, прекрасно зная, что эти слова прозвучат как самая жестокая шутка. Он снова провел большим пальцем по чувствительной головке, чувствуя, как всё его тело напрягается от этого прикосновения.       — Черт возьми, нет. Не смей останавливаться сейчас.       Почти сразу же пришел ответ от Альберу.       Кейл этого и ожидал. Уголок его губ дрогнул в победоносной ухмылке.       Он сделал еще один снимок, уже с другого ракурса, едва ли глядя на экран. Его пальцы скользили по влажной коже, и он даже не был уверен, что отправил фотографию, пока не почувствовал знакомую вибрацию и не увидел новое сообщение.       — Ох, черт, ты выглядишь прекрасно..       Прочитал он, и по телу пробежала волна жара. Следующая фраза заставила его сердце учащенно забиться:       — Кончи для меня, дорогой.       Тихий стон вырвался из груди Кейла, его рука ускорила движение.       Перед глазами проплывали образы: вот Альберу берет его, вот склоняется над ним, вот его губы, его руки, его взгляд, полный одержимости. Альберу, Альберу, Альберу.. Имя пульсировало в такт учащенному сердцебиению.       Бедра Кейла резко дёрнулись, и волна наслаждения накрыла его, заставив всё тело содрогнуться. Он кончил, тяжело дыша, в тишине комнаты.       И тут он услышал голос. Тот самый, низкий, с легкой хрипотцой.       — Ох, Кейл, это было..       Кейл замер, затем глупо уставился на телефон.       Сначала он подумал, что у него галлюцинации от перевозбуждения. Но нет — на экране горел таймер, указывающий, что звонок с Альберу длится уже пару минут.       — Я.. тебе звонил? — растерянно пробормотал он, всё еще пытаясь отдышаться.       — О, теперь ты будешь притворяться, что это такая же случайность, как и все, что было до этого, да? — прозвучал в ответ голос Альберу, и в его тоне явно слышалась смесь упрека и веселья.       Кейл усмехнулся, чувствуя, как по его животу медленно скатывается сперма. Он лениво провел пальцами по коже, размазывая ее.       — Разве ты не на совете директоров? — спросил он, приподнимаясь на локте и глядя на свое отражение в зеркале напротив.       Он раздвинул ноги, делая еще один откровенный снимок, и отправил его.       В ответ из динамика донесся сдавленный, почти болезненный звук — Альберу, должно быть, только что увидел новое фото.       — Я убежал в туалет, — выдавил он, и по его голосу было слышно, как тяжело ему дается это признание.       Кейл смотрит на свое отражение еще секунду, задерживая взгляд на запекшемся блеске на животе.       Затем он медленно подносит пальцы ко рту и облизывает их, не сводя глаз с зеркала, после чего опускает руку ниже и вставляет два пальца в свою дырочку, сдерживая стон.       — Возвращайся на встречу, Беру.       Вместо этого Альберу говорит, и его голос звучит приглушенно, будто он прижал телефон к губам:       — Я знаю этот звук..       Кейл усмехается, чувствуя, как влажная плотность сжимается вокруг его пальцев.       — Твоя встреча, хённим. Возвращайся, Таша расстроится, если ты оставишь её там одну среди этих противных стариков.       — Ох чёрт, тётя.. Я же не сказал ей, куда иду.. — в голосе Альберу слышится внезапная паника, смешанная с невозможностью оторваться от того, что происходит на другом конце линии.       — Иди уже, я буду ждать тебя, когда ты освободишься, — говорит Кейл, нарочито невинно, прекрасно зная, что теперь до конца совещания Альберу будет думать только об этом — о его пальцах, о его стонах, о том, что ждет его дома.       — Ты сводишь меня с ума.. — выдыхает Альберу, и слышно, как он поправляет одежду, пытаясь взять себя в руки.       — Я постараюсь быть дома как можно быстрее.