Сказка

– Мама! Мама! – Златовласая девочка дёргает мать за рукав её ночной рубашки, – Расскажи мне колыбельную-сказку, ту, про принцессу, пожалуйста. Женщина мягко улыбается, глядя на дочку, которой так полюбилась эта колыбельная. А ведь её в свое время так же слушала она сама. Не от матери, но она ей нравилась так же сильно, как теперь и её собственной дочери. – Ну хорошо. После этого ты заснешь, хорошо? – Девочка тут же активно закивала и устроилась в своей постели, приготовившись слушать сказку от мамы, – Когда-то давно... На свете жили две сестры. Каждая из них обладала исключительным даром, им были подвластны день и ночь. Старшая поднимала солнце, даруя возможность выращивать различные культуры, веселиться, проводить время с друзьями, и многое другое. Младшая же отвечала за поднятие Луны и сны всех пони, чтобы те могли выспаться за ночь и набраться сил к новому дню. Жители волшебной страны признали их правительницами и склонялись перед ними в уважении к их силе и добросердечии. Однако сестры все ещё были молоды и неопытны. Со временем младшая сестра стала ощущать себя незаметной, не такой важной. Пока она трудилась на благо Эквестрии, награждая пони возможностью отдохнуть и путешествуя во снах, дабы кошмары их не мучали темными ночами, старшая купалась в лучах славы и любви подданных, только и делая, что улыбаясь направо и налево. А чем же хуже младшая? Чем Селестия заслужила их любовь? Чем Луна хуже своей сестры, что её стараний пони не замечают, а сестру восхваляют на каждом углу? И почему же сама Селестия не замечает, что стараний её сестры не оценили по достоинству? Луна не понимала, что именно из всего этого наиболее обидно: то ли, что пони вовсе забывают про её существование, ведь днем она должна спать, пока другие проводят время с теми, кого любят, то ли, что её родная сестра про неё стала забывать, совсем потерявшись в любви своих подданных. – Всё потому, что она возомнила о себе не весть что! – Повторяла юная принцесса, цокая тёмными туфельками, пока расхаживала из стороны в сторону по своей комнате. Выходить к сестре было невыносимо. Она все улыбалась, говорила с таким воодушевлением о том, как все они счастливы, как её любят, и никак не могла умолкнуть, поинтересоваться чувствами своей же сестры. А Луна все продолжала чувствовать себя никому не нужной, обделенной светом любви. В ней стала скапливаться злоба на всех: на сестру, на подчинённых, свои обязанности хотелось исполнять все меньше, потому что... Потому что её никто не любил. Зачем стараться на благо того, кто тебя и капельку не ценит? Спустя время до Селестии дошёл слух, что принцесса Луна выполняет свои обязанности спустя рукава. Пони стали чаще мучиться от кошмаров, а принцесса ночи даже не думает их навестить и помочь справиться. Решив, что это нельзя так оставлять, Селестия отправилась к сестре. Уж её-то любимая сестра точно послушается, они всегда были не разлей вода и прислушивались друг другу. Только вот зайдя в комнату, Селестия совсем растеряла всю уверенность, с которой шла устроить сестре головомойку за халтурную работу. Луна лежала на кровати, безудержно рыдая. Всё слова вылетели из светлой головы и оставалось лишь пытаться подобрать на ходу что-то более мягкое, чем планировалось. Однако придумать что-то она не успевает. Вскочив с кровати, принцесса обрушивает на неё свою злобу за все, что происходило все это время. – Это ты виновата! – Кричала младшая, продолжая рыдать, – Это из-за тебя меня не любят, из-за твоего глупого дня и солнца! Опешившая Селестия отмерев, рассердилась. "Что за тон?" – причитала она, – Разве так принято разговаривать со старшей сестрой? Успокой свою истерику немедля!" Только о своих нравоучениях приходится в момент пожалеть: обиженная тем, что даже сейчас её слушать не стали, Луна просто выгоняет сестру за дверь, оставшись рыдать в своей комнате пуще прежнего. Почему? Почему так? Неужели она не заслуживает и капли внимания? Капли любви? Что бы о ней тоже позаботились, как она заботилась обо всех, защищая в ночных кошмарах от воображаемых пони чудовищ. Никто почему-то не думал, что юная принцесса тоже все ещё жеребенок и хочет, что бы на неё обращали внимание. Разум молодой пони помутнел от злобы и обиды на всех, кто относился к ней без должного внимания и уважения. Таковыми были абсолютно все. Теперь, когда младшая сестра накричала и выгнала, настала очередь Селестии расхаживать по тронному залу, негодуя и причитая. Совсем сестричка совесть потеряла! Так разговаривать со старшей и обесценивать её работу! Селестия весь день в делах, а её обвиняют в невнимательности к чужим каким-то тревогам, когда Луна даже не пришла, чтобы поговорить с ней. Как она должна была догадаться? Её прерывает грохот. В зале стояла пыль, такая, что у юной правительницы заслезились глаза и она закашлялась. Приоткрыв глаза, она заметила, как яркая Луна освещает чей-то трудноразличимый силуэт. – Кх.. Луна? – Но она не была похожа на Луну. Высокая, тёмная, её злобный оскал предупреждал – пони заявилась к ней вовсе не попить чаю с тортиком. – Больше нет Луны. Моё имя – Лунная пони. Грохот. Едва принцесса отрывается от земли, как на то место, где только что она стояла, обваливается часть крыши их замка, снова подняв пыль. Без лишних рездумий Селестия взмывает к небесам. Лунная пони не отстаёт. В несколько взмахов крыльев она догоняет свою цель и снова атакует. Яркая вспышка голубой магии озаряет ночное небо. Затем ещё, и ещё, и ещё. Селестия лишь уворачивается, ничего не предпринимая. Как она может атаковать свою родную сестричку? От одной этой мысли душа разрывается. Но и если она ничего не предпримет, то просто умрет, добровольно позволив себя прикончить. Она не может этого допустить. За её спиной жизни тысячи пони, нуждающихся в её защите и надеящихся на неё. – Луна! Прошу, одумайся! Кх!.. – Догнавшая её Лунная пони больно бьет в грудь копытами, озверев от злобы и нежелая ничего слушать, отбрасывает к земле. В последний миг Селестия уворачивается от нового луча магии, последующего за безжалостной атакой, – Прекрати! Вновь сорвавшись вверх, Селетия на этот раз наносит свой удар. Так продолжаться не может, она должна что-то предпринять. Ее сестра ударяется об ствол дерева, из-за чего старшая тут же жалеет о своём поступке. Но начать раскаиваться времени нет, иначе от неё останется лишь мокрое место. Луна не на шутку разозлилась, швыряя сестру без грамма сожалений. В отличии от Селестии, которая с каждой минутой слабела, не в силах продолжать сражаться с родной душой, Лунная пони, казалось, с каждым ударом лишь больше наполнялась злобой, подпитывающей её силу. Достигнув пика, мощной ударной волной она отшвыривает совсем ослабевшую сестру куда-то вниз. Протаранившую телом едва уцелевшую часть крыши принцессу добивает удар о реликвию – постамент для элементов гармонии, откуда от мощного удара выпадает один из элементов. Противиться нет ни сил, ни желания, а потому Селестия смиренно ждёт момента, когда уже летящая на нее сестра выместит на ней злобу, окончательно впечатав в кафельный пол. По щекам текут слезы. Она не хотела такого... Она не желала! Это не её вина, она не хотела, что бы сестра так себя чувствовала! Если бы только все можно было вернуть назад.. Селестия была бы внимательнее! Она бы попыталась... Размытое чёрное пятно все ближе и ближе. Тело жутко ломит от всего пережитого, кажется, еще чуть-чуть – и принцесса потеряет сознание. Закрыв глаза, Селестия шепчет извинения, смирившись с их столь трагичной судьбой. Она не замечает, как выпаший элемент взмыл в воздух и в последний момент отбросил от неё Лунную пони, огородив магическим щитом. Тело обдало жаром и болью, а в следующий миг все прекратилось. Боль в теле утихла, шрамы затянулись, а потрепанная грива стала мягко струтиться, словно никакого боя только что не было. Однако разрушенная часть замка и гробовая тишина вокруг свидетельствовали о том, что это не просто дурной сон. А также... Лунá. Полная, яркая, она освещала собой полуразрушенный тронный зал. Взглянув на неё, Селестия ужасается. Стук сердца отдаётся болью в груди и шумом в ушах. Лýна. Её маленькая сестричка... Отныне запечатана на Луне на ближайшие тысячу лет. Из глаз текут слезы и она ничего не может с этим сделать... Потому что это её вина! Это она виновата! Что ей теперь делать? Её сестра запрета на Луне на тысячу лет, и это только её вина... Тишину тронного зала разрезал душераздирающий, отчаянный крик. – Вика, опять ты ей рассказываешь эту утопию, – В комнату без стука вошла женщина, прервав рассказ. Оперевшись плечом о дверной косяк, она сложила руки на груди, однако мягкая улыбка говорила о том, что она вовсе не злится на супругу. – Она любит эту сказку. К тому же, я ведь не рассказываю ей какие-то ужасы. Всего навсего сказка по мотивам существующего мультфильма. Мне кажется, от этого только интереснее, – Взглянув на дочку, Виктория замечает, что та уже успела заснуть, не дослушав сказку до конца. Что-ж, ничего страшного, она не раз её слушала и ещё не раз попросит её рассказать. Поправив одеяло, она выходит из комнаты вместе с женой. – Ну что, Вер, тебе тоже нужно рассказать сказку на ночь? Или тебе моего присутствия рядом будет достаточно? – Обняв Веронику за спину, женщина прижалась щекой к светлой макушке и прикрыла глаза. – Ой, да ну тебя, Вик.. Тебе уже за тридцать, а ты все шутки шутишь, – И все-же она обнимает свою супругу в ответ. – Мм? Хочешь сказать, я уже старая? – Отстранившись, Вика с напусканой обидой смотрит на Веронику. – Хочу сказать, что тебе пора спать, и мне, к слову, тоже, – Закатив глаза, Вера наконец полностью отстраняется, и за руку ведёт жену в спальню, – Пойдём.