Реалити

На завтрак, что удивительно, Серябкина пришла вовремя. Утро выдалось прохладным, лёгкий ветер и пасмурное небо заставляли поёживаться. Поэтому завтрак решили устроить не на террасе, как обычно, а в доме, в уютной столовой, где пахло маслом и поджаренными тостами. — А где..? — Артём бросил взгляд на пустой стул рядом с собой. — Шесть яичниц, — лениво подсчитал Тор, отодвигая тарелку. — Что можно такого делать, что на это требуется опять очень много времени? — нахмурилась Оля, подперев щёку рукой. — Самый главный вопрос: почему нету Лены? Ну так долго, ну что это за бонус. Хорошо что не меня выбрала Серябкина и мою картину, потому что я лучше буду с ребятами чем там кайфовать, — проговорил Торнике. Как по расписанию, заиграла колонна: громкий сигнал, от которого у всех мгновенно исчезла сонливость. — Гости виллы, — торжественно раздалось, — Отправляйтесь на большое испытание. *** Дорога была долгой и наполненной странным молчанием. Машина подрагивала, в окнах мелькали зелёные холмы. Все были напряжены, каждый думал о том, где же Темникова. — Весёлые у тебя ребята, — усмехнулась Ляйсан, взглянув на Волю. — Мы приехали на испытание, встали в ряд. Приехали народные, среди них не было Жени, но и не было Лены, — рассказал Лёша. Среди участников началось оживлённое обсуждение вчерашней стычки между народниками, когда вдруг вдали послышался звук мотора. Гольфкар остановился и все синхронно обернулись. Приехали Лена и Женя. — Я была очень рада видеть Лену. Она была какой то свеженькой, какой то отдохнувшей, — протянула Полина. Лена подошла, поздоровалась, а потом, как ни в чём не бывало, встала между Лёшей и Олей. — Я тебе очень благодарна за бонус, — мягко произнесла она, глядя прямо на Серябкину. — Это было невероятно. — Ты кайфовала? — повернулся к ней Артём. — Да, я была в спа, — ответила Лена спокойно, как будто это было самое естественное на свете. — Подожди, ты реально была в спа? — переспросила Оля, не веря своим ушам. — Лена… сделала то, что должна была делать я, — с улыбкой вздохнула Серябкина. — Лен, а чё ты не передарила обратно Оле? — не удержалась Ляйсан. — Если бы знала, что меня ждёт, передарила бы сто процентов, — отозвалась Темникова. — Оля сильно расстроилась, — она виновато ухмыльнулась, — Я ей сказала что было не очень, но она всё поняла. Паша хлопнул в ладони: — Давайте расскажем что вчера происходило, о чём знаем только я, Женя и Лена. Взгляды устремились на них.  — Ребятам давалась возможность выиграть преимущество на большом испытании. Каждому для своей команды. Те куклы, которые вам вчера раздали, так же участвовали в этом испытании. Им нужно было угадать как распределили роли вы. — Ааа… — протянули команды смеясь. — Я вообще думаю, что Лена во всех куклах ошиблась, — предположил Торнике. — Потому что.. ну мы просто даже не подумали для чего это и начали ставить не думая. — Случилась ничья, — улыбнулся Воля. — Никто не получает преимущества. — Теперь наша любимая часть, — сказала Ляйсан. — Большое испытание. Оно называется «Небо и земля». Площадка выглядела устрашающе: пять платформ и между ними – батуты, натянутые, как пружины. — Это моё испытание. И сейчас все будут в шоке как я его исполню, — уверенно кивал в камеру Щербаков. — Я никогда в жизни не прыгала на батутах. Никогда. Я знаю, что это очень опасно, — поделилась Оля. Глаза Лёши заблестели, в них явно рождался план. Он пригласил парней поближе, кивнув, чтобы говорили тише. — Так, слушайте внимательно, — начал он, понижая голос. — Оля боится, Лена нет. — И что? — Тор нахмурился, не сразу уловив ход мысли. — А то, — Лёша улыбнулся, — Что будем прыгать так, чтобы в какой-то момент они оставались на платформе вдвоём. Только они. Он сделал выразительную паузу и добавил: — Она по-любому начнёт её поддерживать. Захочет или нет. Тор расплылся в широкой улыбке: — Лёха, ты гений! — А если она не сможет её уговорить? — осторожно вставил Паша, глядя на Лёшу с сомнением. Тот лишь махнул рукой, будто отгоняя ненужные сомнения. — Да куда она денется. Это ж Лена. Она может сколько угодно делать вид, что ей всё равно, но когда видит, что кто-то рядом боится срабатывает. Она её не оставит. Парни переглянулись. В воздухе витала лёгкая надежда, что, может быть, именно это испытание станет не просто очередным соревнованием, а шансом снова почувствовать друг друга. — Ну, Лёха иногда тупит, но в этот раз – красавчик. План гениальный. Главное, чтобы девчонки не догадались, — проговорил Артём. — Мне кажется, если они останутся вдвоём, то либо помирятся, либо одна другую с батута столкнёт, — захохотал Торнике. — В любом случае, скучно не будет. — Я вообще не верю в эти манёвры. Но пусть попробуют. Вдруг чудо случится. Или хотя бы шоу будет повеселее, — добавил Мамаев. И где-то в стороне, не слыша мужских заговоров, Темникова стояла у ограждения и смотрела в сторону платформ. Она и не подозревала, что в этот момент именно от неё, от её решимости, терпения и, возможно, сочувствия зависело, пройдут они испытание или нет. Им завязали глаза, на время прохождения испытания народной команды. Слышались крики народников – кто-то визжал, кто-то плакал, кто-то падал. Напряжение росло. — Вы готовы? — спросила Ляйсан. — Да! — хором ответили звёзды. Первым прыгнул Лёша – и со всего размаху впечатался в платформу. — Я не матерюсь на камеру, но это был… просто пиздец, — сказала Лена и прикрыла лицо рукой. — Я как лох впечатался в стену, такой стыд и позор. Я разбит внутри.. — стыдился Щербаков. — Оля, идёшь? — спросила Полина. — Нет! Я не пойду! — дрожащим голосом выкрикнула она. По плану ребят, на первой платформе остались только Оля и Лена. — Сядь на корточки и прыгни, — спокойно говорила Темникова, глядя ей в глаза.  — Я не могу! — повторяла Оля, раз пятый. — Давай. Я тебя спущу, держись за меня, — сказала Лена и схватила её за руку. — Оля идёт в отказ, — Лена покачала головой. — Это было испытание про то, кто не разобьёт себе лицо и кто удержит Олю, чтобы она не убежала обратно на землю, — рессмеялся Артём. Кое-как уговорив Серябкину, Лена помогла ей спрыгнуть, а потом сама легко перелетела на следующую платформу. Они двигались дальше. Каждый прыжок давался Оле всё труднее. Но на каждой платформе рядом с ней неизменно оказывалась Лена, поддерживала, тянула, держала за руку. — Смотрю на Олю, а у Оли такая.. мини паника, — вспоминал Тор. — Понимаю что опять я, и я опять не могу! — злилась Серябкина. В конце, обессиленные, они добрались до последней платформы. Когда Оля в очередной раз оступилась, Лена мгновенно подхватила её. После испытания всем оказали медицинскую помощь. У Оли оказался порез на ладони. Камера поймала момент где Лена рядом, пока той обрабатывают рану. — Если бы не ты, я бы вообще ни разу не прыгнула, — тяжело выдохнула Оля. — Я думала если я прыгну, ты одна останешься, а потом вообще не прыгнешь.. не-не-не. — отмахнулась Лена уходя. — Я бы не смогла решиться, — добавила Оля. Темникова вернулась и обняла её за плечи. — Я реально не думала, что Лена… вот так себя поведёт. Она меня тянула, держала, успокаивала. И я, честно, в какой-то момент забыла, что мы вообще в одной команде, просто человек рядом, которому не всё равно. — Вот ключ! Забирайте! — радостно объявил Павел. — Оля, герой! — кричали ребята. Серябкина, сияя от радости, подняла ключ над головой. Лена стояла усталая, но довольная. И за долгое время между ними не было ни тени обиды. Только чистая, честная радость. *** Голосование прошло на редкость легко и весело. В зале то и дело раздавались смешки, кто-то подшучивал над друг другом. Даже обычно сдержанный Мамаев не удержался от улыбки, все выглядело по-настоящему расслабленно. На малое испытание народная команда вновь отправила Сухорукову, а звёзды единогласно выбрали Артёма. Решение казалось очевидным: уверенность, энергия – всё было на его стороне. Вечером, за ужином, атмосфера была удивительно спокойной. Никто не волновался, никто не строил драматичных предположений. Казалось, будто в воздухе витало общее чувство что Калайджян победит. Полина тихо разливала чай, Тор пересчитывал котлеты в своей тарелке, Лёша и Лена шутили над Пашей, и только Оля смотрела куда-то в одну точку, держа вилку в воздухе.  — Хоть бы он пришёл… — сказала она, больше себе, чем кому-то ещё. И словно в ответ на её слова, заговорила медиа-колонна. В комнате тут же стало тише, зазвучала знакомая тревожная мелодия. — Уважаемые участники виллы, — произнёс механический голос. — Участник вашей команды завтра к вам не вернётся. Никто не сразу понял смысл сказанного. Оля с Полиной застыли, Тор сжал кулаки на столе, Щербаков поднял брови, а у Лены глаза наполнились растерянностью. — Проиграл..? — тихо, спросила Гагарина. — Завтра к вам не вернётся, — повторил Тор, уже не столько голосом, сколько эхом. Мамаев резко встал: — Так он сегодня вернётся! — сказал он с уверенностью, будто это единственный возможный вариант. И вдруг все поняли. На лицах мелькнула искра догадки. Тор не выдержал и сорвался с места, выбежал в коридор и через секунду послышался его крик. Не крик ужаса, а чистой радости. Дверь распахнулась. Артём стоял на пороге, уставший, но с улыбкой, как будто вернулся домой после долгого пути. — Я думала, сейчас реально скажут, что проиграл, а потом бац и заходит. Все орут, я аж чай разлила, — рассмеялась Полина. — Ну что, скучали? — сказал он, и дом взорвался от радости. Крики, смех, объятия, всё смешалось в одно сплошное ликование. Кто-то хлопал его по плечу, кто-то обнял с разбегу, кто-то просто стоял и улыбался. Оля подошла и улыбнувшись, просто сказала: — Добро пожаловать домой, Тём. Он ответил той же улыбкой. В этот момент всё казалось простым и правильным, как будто дом, команда и даже вся игра обрели свой баланс.