this is how to be in love with you

ночь в его квартире всегда была чем-то особенно тёмным, неприятным. это время означало бессонные ночи, слёзы в подушку и страх вообще начинать следующий день. однако в последние месяца – всё изменилось.  кровать такая тёплая, мягкая, утягивающая, что вставать не хотелось никогда. зачем? чтобы снова столкнуться с жестоким миром? чтобы вновь доказывать всем, что он чего-то достоин. жоан рядом - приятный, словно любимая мягкая игрушка, и жерар не может удержаться от навязчивой мысли обнять голкипера и прижать хотя бы немного поближе. мартин знал – гарсия никуда не исчезнет. он лежал прямо здесь и сопел в подушку, словно ребёнок. но защитник «барселоны» всю жизнь прокручивал в голове одни и те же навязчивые мысли. за счастье нужно держаться мёртвой хваткой. оно уйдёт в одно мгновенье, стоит лишь отпустить на секунду. потому что в нём не было ничего особенного. жерар не был топ моделью с кучей фанатов, мартин не был идеальным игроком на поле, который претендовал на частую похвалу или награды. даже за место в старте он всегда вынужден вгрызаться. просто за возможность хотя бы на секунду почувствовать себя достойным. достойным любви клуба, фанатов и человека рядом, которого очень страшно отпустить даже на мгновение. мартин почувствовал привычный ком в горле, знакомый страх, что уже завтра он всё потеряет. жерар представлял, как он снова будет лежать один в кровати и думать о собственном ничтожестве. так происходило часто в прошлом сезоне. когда он листал комментарии под аккаунтом «барселоны» и читал весьма гадкие тексты, направленные в его адрес.  каждое слово врезалось в его сердце, любая подобная фраза ломала его изнутри.  иногда жерару хотелось просто исчезнуть. жоан внёс немного счастья в его жизнь. они стали общаться ближе после совместного похода на баскетбол. оказалось, что им нравилась одна и та же команда. затем они пару раз пожили в одной комнате на выездах, гарсия стал заходить к нему в гости почаще, и мартин сам не заметил, как привязался к этим коротким волосам, коричневым глазам, небольшой щетине, выбритым вискам, запаху ванили, как улыбка на его лице стала появляться чаще.  жерару банально стало легче дышать. выходить на поле с мыслями: «у меня всё получится», а не «они снова возненавидят меня». любовь жоана исцеляла, прикосновения заставляли бежать немного быстрее. однако сейчас, на кровати, в эту секунду, жерар почувствовал насколько сильно он зависим от этих чувств. насколько быстро его сердце разломится на части, если завтра гарсии на этой кровати не окажется.  и предательский страх снова подступил к горлу. слёзы блеснули в коричневых глазах, хотя он не должен был плакать. ведь всё было хорошо? тогда почему он так сильно боялся отпустить даже на секунду? жерар закрыл глаза, слыша, как тихий всхлип вырывается из горла, затем второй и третий. мартин любыми способами старался сдержать слёзы, но они всё-таки покатились по загорелым щекам испанца. тело дрожало, а глаза были сомкнуты, словно защитник «барселоны» видел какой-то дурной кошмар. – ты чего?  сонный голос на секунду заставил жерара замереть. он открыл глаза и увидел, что гарсия больше не спал. видимо, мартин разбудил своими криками. – прости, я…я не хотел, просто оно как-то накопилось и… – не обманывай меня. что случилось? я вижу, когда ты пытаешься принизить свои проблемы. жерар снова всхлипнул, сжимая свитер голкипера в своих длинных пальцах. он посмотрел своими большими, слегка раздражёнными от слёз, глазами и тихо, почти шёпотом, сказал: – ты же меня не бросишь, да? ты останешься? жоан вздохнул. он не знал, но догадывался про то, сколько демонов разъедало жерара изнутри. и гарсия хотел избавиться от них всех. голкипер прижал к себе мартина чуть-чуть поближе, ладонью жоан аккуратно повторял ритмичные поглаживания в районе спины, чтобы дать защитнику понять. он здесь и никуда уходить не собирается. ни сейчас, ни когда-либо ещё. – конечно, я не брошу тебя, дурашка.