Гарольд Принц сын Северуса Снейпа

После инцидента с Квирреллом Хогвартс погрузился в странное, звенящее затишье. Дамблдор больше не пытался вызывать Гарольда на «доверительные беседы» в свой кабинет, понимая, что за спиной мальчика стоит не просто мастер зелий, а коалиция из оскорбленного Сириуса Блэка и политически всесильного Люциуса Малфоя. До конца учебного года оставалось несколько недель. Слизерин уверенно лидировал в соревновании факультетов. Гарольд и Драко стали неофициальными лидерами не только своего курса, но и всего младшего звена. Однажды вечером, когда в гостиной Слизерина остались только они двое, Драко захлопнул учебник по Истории магии. — Знаешь, Гарольд, — он посмотрел на брата, который вертел в руках ту самую Карту Мародёров. — Отец пишет, что в Министерстве сейчас паника. Дамблдора обвиняют в халатности. Тот факт, что папа Снейп и Сириус нашли одержимого профессора раньше, чем величайший светлый маг, сильно ударил по его репутации. Гарольд задумчиво проследил взглядом за точкой «Альбус Дамблдор», которая бесконечно мерила кругами кабинет директора. — Это только начало, Драко. Папа говорит, что Дамблдор никогда не оставляет попыток «исправить» ситуацию. Он всё еще считает, что я должен быть его пешкой. — Ну, теперь у него есть проблема посерьезнее, — усмехнулся Драко. — Твой крестный. Сириус Блэк получил временное разрешение находиться в школе в качестве «консультанта по безопасности» (должность, которую Люциус буквально выбил в Попечительском совете). Это было частью плана Северуса: держать Сириуса под присмотром и одновременно использовать его как щит. В один из солнечных дней Гарольд встретил Сириуса у озера. Блэк выглядел гораздо лучше — он подстригся, сменил лохмотья на дорогую мантию и, казалось, понемногу возвращал себе былое обаяние. — Привет, малец, — улыбнулся Сириус. — Снейп всё еще заставляет тебя варить зелья до полуночи? — Папа считает, что практика — лучший учитель, — ответил Гарольд, присаживаясь на траву. — Сириус... почему ты не уехал в свое поместье? Ты ведь теперь свободен. Сириус помрачнел. — Свободен? Гарольд, я пропустил десять лет твоей жизни. Десять лет я гнил в Азкабане, пока этот... Нюниус... — он осекся под ледяным взглядом Гарольда. — Прости. Пока твой отец растил тебя. Я хочу быть рядом. Хочу знать, кто ты на самом деле. — Тогда перестань искать во мне Джеймса, — спокойно сказал Гарольд. — И перестань оскорблять человека, который заменил мне всех. Если ты это примешь, мы сможем стать друзьями. Сириус вздохнул и кивнул. Для него это была самая сложная трансфигурация в жизни — признать, что его злейший враг стал лучшим отцом для сына его лучшего друга. Последний экзамен и предчувствие каникул Экзамены по Зельеварению прошли для слизеринцев триумфально. Северус, проходя между рядами котлов, лишь едва заметно кивал, когда видел идеальный цвет состава в котлах Гарольда и Драко. Однако, когда Гарольд сдавал свой свиток, Северус придержал его за руку. — Сегодня вечером собери вещи, — тихо произнес он. — Мы уезжаем на день раньше официального поезда. — Что-то случилось, папа? — Гарольд мгновенно подобрался. — Дамблдор хочет устроить прощальный ужин с «особым объявлением». Я не хочу, чтобы ты был частью его очередного спектакля. Люциус уже прислал портключ. Мы проведем первую неделю лета в Малфой-Мэноре. Гарри кивнул. Он знал, это не просто поездка. Это военный совет. На следующее утро, когда весь Хогвартс еще спал, три фигуры и один большой черный пес пересекли антитрансгрессионную границу замка. Северус Снейп шел первым, за ним — Гарольд и Драко, которые весело переговаривались о предстоящих дуэльных тренировках. Завтра в Большом зале Дамблдор обнаружит пустые места за столом Слизерина. Он не сможет объявить Гарольда Принца «героем года», не сможет начислить ему гриффиндорские баллы за «храбрость». Гарольд обернулся и посмотрел на башни Хогвартса в лучах восходящего солнца. — Мы вернемся на второй курс другими, верно, папа? — Мы вернемся хозяевами положения, Гарольд, — ответил Снейп, активируя портключ. — Теперь всё только начинается. Малфой-Мэнор встретил их безупречно подстриженными живыми изгородями и величественным спокойствием. Здесь, вдали от пронизывающих сквозняков Хогвартса и всевидящего ока Дамблдора, Гарольд чувствовал себя в безопасности. Но это была безопасность хищника, который вернулся в свое логово. Первая неделя лета превратилась в череду интенсивных тренировок и долгих вечеров в библиотеке. Пока Люциус и Северус обсуждали политические последствия «инцидента с Квирреллом» в кабинете, Гарольд и Драко изучали то, чему не учили в школе. Однажды вечером, когда Сириус и Люциус затеяли дуэльный поединок в саду (который больше напоминал попытку Сириуса выплеснуть старую агрессию), Гарольд и Драко оказались в кабинете Малфоя-старшего. Они искали редкий атлас по магической географии, но внимание Гарольда привлекла странная вибрация, исходившая от секретного отделения в массивном столе. — Драко, смотри, — Гарольд прикоснулся к едва заметному стыку дерева. — Папа убьет нас, если мы туда залезем, — прошептал Драко, но в его глазах вспыхнул азарт. — Твой отец доверил мне ключи от этой секции на случай, если нам понадобятся документы Принцев, — напомнил Гарольд. Он применил мягкое заклинание, и потайная панель отъехала. Там, среди долговых расписок и древних свитков, лежал невзрачный черный блокнот в кожаном переплете. На нем не было ни букв, ни гербов. — Старый дневник? — Драко разочарованно фыркнул. — Я думал, там будет хотя бы пара проклятых кинжалов. Гарольд взял дневник в руки. Его пальцы покалывало от холода. Это была не просто вещь — это была магия, запертая внутри. Магия, которая была удивительно похожа на ту, что он почувствовал в лесу от Квиррелла. — Положи его на место, Гарольд. Голос Северуса прозвучал от двери сухо и резко. Мальчики вздрогнули. Снейп стоял на пороге, его взгляд был прикован к черной книжке в руках сына. — Папа, что это? — Гарольд не испугался, он привык к прямоте в отношениях с отцом. — От него пахнет смертью. Но не такой, как в лесу. Эта — более... концентрированная. Северус подошел, забрал дневник и, достав палочку, наложил на него несколько изолирующих заклятий. — Это вещь, которую Люциус хранит по ошибке, — Снейп посмотрел на подошедшего к дверям Люциуса, который выглядел слегка смущенными. — Это наследие человека, который едва не уничтожил наш мир. И это то, что Дамблдор ищет годами. Позже, когда Драко ушел спать, а Люциус и Сириус остались внизу, Северус позвал Гарольда в малую библиотеку, которую временно отвели под дела рода Принц. — Пришло время, Гарольд, — Снейп выложил на стол тяжелую шкатулку из темного дерева. — Дневник Реддла — это лишь часть головоломки. Но чтобы противостоять таким вещам, ты должен знать, кто ты. Он открыл шкатулку. Внутри лежали старые письма, кольцо с печаткой и дневник Лили — настоящий, который Северус хранил все эти годы. — Твоя мать, Лили, была не просто талантливой ведьмой. Она вела исследования в области крови и защиты, которые не понимал даже Дамблдор. Она знала, что Темный Лорд вернется. И она передала мне права на твою опеку не только потому, что доверяла мне... а потому что в моих жилах течет кровь Принцев, способная скрыть твою суть. Без этого я бы не смог, вести тебя в род Принцев. Гарольд взял в руки кольцо. — Ты хочешь, чтобы я принял наследие сейчас? Не дожидаясь совершеннолетия? — Да. Дамблдор будет давить на Министерство, пытаясь объявить тебя сиротой под его крылом. Но если ты станешь Лордом Принцем — официально, по праву магии и крови — он не сможет подойти к тебе ближе, чем на фут, без твоего приглашения. В ту ночь в ритуальном зале Малфой-Мэноре, при свете черных свечей, Гарольд совершил то, к чему его готовили с момента их отъезда из Альп. — Я, Гарольд Северус Принц, принимаю имя и силу своего рода, — голос мальчика звучал неожиданно глубоко. Кольцо на его пальце вспыхнуло, признавая хозяина. Магия рода окутала его, окончательно закрепляя изменения во внешности: его глаза стали еще темнее, а осанка — еще властнее. Когда всё закончилось, Гарольд подошёл к Северусу. — Теперь я не просто твой сын, папа. Я твой союзник. Северус положил руку на голову Гарольда. — Теперь ты — моя самая большая гордость. И моя самая опасная тайна. На следующее утро Сириус Блэк, увидев Гарольда за завтраком, невольно выронил вилку. Перед ним сидел не «маленький Гарри», а молодой аристократ, от которого исходила такая мощь, что даже домовые эльфы кланялись ему ниже, чем Люциусу. — Снейп... — прошептал Сириус. — Что ты из него сделал? — Я сделал его тем, кого никто не сможет сломать, — ответил Северус, наливая себе кофе. — В отличие от нас с тобой, Блэк, у него будет будущее. Летний зной плавил воздух над поместьем Малфоев, но в подземельях, где располагались тренировочные залы и лаборатории, всегда царила бодрящая прохлада. Гарольд и Драко, предоставленные самим себе, пока Сириус и Люциус пропадали на бесконечных заседаниях Визенгамота, нашли себе занятие куда интереснее полетов на метлах. Дневник Реддла, который Северус запер в шкатулку с мощными охранными чарами, манил их. Для Драко это было опасным приключением, для Гарольда — ключом к пониманию того, кто убил его мать. — Папа Снейп сказал, что это артефакт высшего уровня черноты, — прошептал Драко, когда они вновь оказались в библиотеке перед запертой шкатулкой. — Мы не должны... — Папа также учил нас, что врага нужно знать в лицо, — Гарольд прикоснулся к крышке шкатулки. — Если эта вещь — часть Темного Лорда, то она может знать то, чего не знает Дамблдор. Например, почему он пришел за мной той ночью. Гарольд сосредоточился. Его магия, усиленная кольцом Лорда Принца, теперь была не просто потоком силы, а послушным инструментом. Он почувствовал структуру заклятия Северуса — оно было создано на основе «Семейной тишины», которую сам же папа Снейп ему и показывал. Щелчок — и крышка открылась. Черный блокнот лежал внутри, безмолвный и жуткий. Гарольд взял перо и капнул чернилами на пустую страницу. Клякса впиталась мгновенно, словно бумага была голодной. «Здравствуй. Кто ты?» — медленно вывела рука Гарольда. Ответ проявился плавно, изящным почерком: «Меня зовут Том Реддл. А ты, судя по почерку и силе магии, не просто первокурсник. Кто ты, юный Принц?» Драко, заглядывающий через плечо, ахнул. Гарольд же оставался холодным. «Я тот, кто владеет тобой сейчас. Скажи мне, Том, почему ты пахнешь так же, как тот паразит, что пил кровь единорога в Хогвартсе?» Дневник долго молчал. Казалось, страница пульсирует. «Паразит? Как грубо... Значит, я вернулся. Но в жалком обличии. Расскажи мне больше. Расскажи мне о мире, в котором ты живешь, и я открою тебе тайны, которые скрываются от тебя ради твоего же блага». Гарольд хотел написать что-то еще, но внезапно дверь библиотеки распахнулась. Северус вошёл стремительно, его мантия взметнулась, а лицо было бледнее обычного. Одним движением он вырвал дневник из рук сына. — Вон! — рявкнул он на Драко. Тот, не дожидаясь второго приглашения, выскочил из комнаты. Северус захлопнул дневник и посмотрел на Гарольда взглядом, в котором смешались гнев и смертный ужас. — Ты хоть понимаешь, во что ты полез? — голос Снейпа дрожал от напряжения. — Это не просто книга. Это кусок души. Он питается твоими эмоциями, Гарольд! Он забирает твою жизнь, чтобы создать себе тело! — Он знает правду, папа, — Гарольд не отвёл взгляда. — Он назвал меня Принцем. Он готов говорить. Почему ты так боишься, что я узнаю что-то от него? Северус подошёл вплотную и тяжело опустил руки на плечи мальчика. — Потому что он — мастер лжи. Он предложит тебе силу, предложит ответы о Лили... Но в конце он сожрёт тебя изнутри. Я потратил годы, чтобы вытравить его след из твоей головы, Гарольд. Не смей добровольно впускать его обратно. Гарольд увидел, как сильно дрожат руки отца. В этот момент он понял, что Северус боится не Темного Лорда — он боится потерять сына. Гнев мальчика мгновенно испарился. — Прости меня, папа, — Гарольд прижался лбом к груди Северуса, как делал это в детстве в Альпах. — Я просто хотел быть сильнее. Чтобы защитить тебя и Драко, если он вернется по-настоящему. Северус тяжело вздохнул и обнял его, зарываясь лицом в черные волосы. — Ты и так силен, Гарольд. Сильнее, чем я был в твои годы. Но твоя сила — в твоём разуме и твоей семье. Вечером того же дня Северус, Сириус и Люциус провели тайный обряд. Дневник был помещен в свинцовый ящик и запечатан в самом глубоком сейфе Гринготтса под охраной гоблинов. Но Гарольд знал, Том Реддл запомнил его. И это была связь, которую не разорвать просто стальным ящиком.