По ту сторону

А по ту сторону на нас смотрят те, кого мы потеряли. Когда наступает тот самый день, говорят, что для них открывается мост в наш мир, чтобы они могли вновь с нами попрощаться и сказать последние слова, которые, возможно, хотели бы услышать мы сами. Обычная байка. Мёртвые не могут говорить, не могут войти в мир живых. Это всего лишь пустая оболочка, которую либо сожгли в огне, либо предали земле. Ю Джун Хёк не верил в неё, и тем более, никогда не мечтал о том, чтобы увидеть хоть на короткое мгновение человека, осмелевшего перевернуть его жизнь с ног на голову, а после вот так взять и бросить. Потому и в этот раз, когда купил новые гирлянды, он не думал о нём. Не думал о нём и тогда, когда развесил их в пустующей холодной комнате. Здесь всё было по-прежнему. В углу стоял небольшой столик, а на нём стопки разных книг. По вечерам, Ким Док Чжа любил сидеть там и брать в руки очередной томик, погружаясь в иной мир. В такие моменты он выглядел расслабленным и живым. Ему нравилось наблюдать за ним, пусть и не показывал этого. Он готовил для них чай и осторожно ставил одну кружку на поверхность стола ничего не говоря, чтобы не отвлекать. Изящные тонкие пальцы переворачивали страницу за страницей, аккуратно проводили по её краям, чтобы ощутить приятный бархат. Такое простое действие казалось Ю Джун Хёку сюрреалистичным. Наблюдая за ним в такие моменты, в груди становилось щекотно, будто кто-то взял перо и решил провести им по сердцу. Даже тогда ему эти чувства казались необычны. В другом углу расположился стеллаж, где раньше стояли горшки с зелеными растениями. Правда теперь полки пустовали и давно покрылись пылью. Ю Джун Хёк посмотрел внимательней, замечая появившуюся паутину. Кажется, стоит ему навести немного порядок. — Ю Джун Хёк! Скажи честно, тебе настолько не нравились мои растения, что ты решил их выбросить? — На миг перед глазами появился размытый силуэт, а комната окрасилась в неяркий желтый свет. Ким Док Чжа стоял возле стеллажа и укоризненно смотрел на него. Он всё так же был одет в свой любимый свитер, который Джун Хёк подарил ему на прошлое Рождество. — Не посмел бы. Просто перенес в гостиную, — силуэт медленно исчез и комната вновь погрузилась во мрак. И снова его мучают навязчивые мысли. Стараясь не обращать внимание на всё остальное, он уверенно решил закончить с гирляндами, которые так нравились Киму Док Чжа. Он говорил, что те похожи на разноцветных светлячков в большом зеленом поле. Какая глупость. И ведь именно из-за этих гирлянд он и кинулся в тот мир, ушёл в другую сторону от него. Тогда улицы замело снегом. Хлопья красиво спадали с неба на землю, покрывая её белым покрывалом. Ким Док Чжа заставил его украшать дом, ворча о том, что у Ю Джун Хёка напрочь отсутствует чувство предстоящего праздника и это нужно в скором времени исправить, создавая рождественскую атмосферу. Если бы он только знал, что отпустив тёплую ладонь, никогда больше того не увидит, не посмел бы разжать пальцы. Притянул бы к себе, заключил в крепкие объятия и не отпускал до тех пор, пока тот не передумает идти за гирляндами. Закончив наконец украшать комнату, Ю Джун Хёк воткнул в розетку шнур. Всё вокруг тут же озарилось разноцветными огоньками. — И в каком же месте, они похожи на светлячков? — Включи свою фантазию, дурак. Позади него на кровати сидел молодой парень. Он с печалью в глазах наблюдал за тем, как когда-то его комната, погрузилась в ту самую атмосферу, о которой говорил Джун Хёку. Встав и подойдя ближе, почти вплотную, он заглянул в знакомые ему глаза. В них отражались огни и тоска. Глубокая, необъятная. Ему захотелось прикоснуться к нему, осторожно положить ладони на щёки и погладить, сказать, что всё хорошо, вот он здесь, стоит прямо перед ним. Но и вправду, мёртвые есть мёртвые. — Знаешь, тогда в последние минуты я вспомнил наше первое знакомство. Я выходил из здания и столкнулся с тобой. Мой кофе оказался на холодной земле. Ты ещё так страшно на меня посмотрел. Думал убьёшь, честное слово, — улыбнувшись воспоминаниям, Ким Док Чжа продолжил. — Я никогда не жалел о нашем знакомстве, но жалею о том, что не смог сказать тебе о всех чувствах. И не смог попрощаться как следует. В это Рождество, мне бы хотелось пожелать тебе жить дальше счастливо. Звучит довольно эгоистично, правда? Ю Джун Хёк смотрел на огни, практически не моргая. Внутри всё сжалось в тугой комок. Больно, но терпимо. Почему-то теперь он действительно видел разноцветных светлячков. — Ким Док Чжа, в следующей жизни, я сам убью тебя. Клянусь. Усмехнувшись словам, Док Чжа прикоснулся рукой к чужой, ощущая призрачное тепло.