oh!

      – рот бы прикрыла, а то у тебя скоро слюна польется водопадом.         чан тут же выпрямляется, прикрывает рот и кидает в сторону хансоля недовольный взгляд.         – ничего никуда не польётся, – бурчит она едва слышно, но звучит она крайне неубедительно. тут только слепому неясно, что она во всю пялится на тренера. причем даже не на своего.         однако никакой вины чан нет в том, что вону такой.         он высокий – выше самой чан, и рядом с ним она чувствует себя маленькой и защищенной. он также носит очки, которые делают его в тысячу раз привлекательнее, и чан не может не представлять то, как аккуратно стянула бы их с его переносицы перед поцелуем… а его плечи! такие широкие плечи – аж пятьдесят восемь сантиметров! чан не уверена, что ей прям так сильно нужна была эта информация. зато теперь вполне может прикинуть, что потолок ей видно не будет, когда он будет нависать над ней во время… нет, сейчас явно не стоит о таком думать.         щёки алеют непозволительно ярко, и хансоль уже по лицу понимает, что подруга вновь провалилась в свои грёзы. она абсолютно безнадежна.         – не думала взять всё в свои сильные женские руки? не зря ведь качаешься, – предлагает он.         – отвали.         – я ж помочь хочу, – возражает хансоль, – от того, что ты будешь на него пялиться три раза в неделю и смотреть влажные сны с его участием, твоим он не станет.         нет, вот сейчас ли чан становится особенно красной. потому что у её дорогого друга чхве хансоля фильтр между мозгом и языком отключается напрочь. идиот, ещё и в общественном месте такие вещи говорит!         – я тебя ненавижу, – чтобы выглядеть убедительнее, она угрожает ему десяти килограммовой гантелей, словно действительно вот-вот ударит его, – и не снятся мне никакие сны, понял?         – ты сама об этом сказала, когда мы пили в прошлую пятницу.         вот чёрт. ладно, возможно, иногда у неё самой тоже фильтр вырубается, и она говорит вообще всё без разбора. чан даже оправдать себя никак не может, поэтому молча принимает поражение (но только сегодня и только сейчас).         в словах хансоля, естественно, есть доля правды, но признавать это вслух она не собирается, а то ещё раздует его эго, только этого не хватало.          конечно, если молча вздыхать и смотреть на вону глазами-сердечками, они не начнут встречаться каким-то магическим образом, чан прекрасно это понимает. но ей страшно. у неё никогда не было проблем с тем, чтобы первой познакомиться с кем-то или проявить внимание, но в этот раз она очень в себе сомневается. что, если она совершенно не во вкусе вону? или у него табу на отношения с посетителями зала? это всё полный бред, больше похожий на жалкие попытки саму себя отговорить от этой затеи.          что самое страшное может произойти? вону отошьет её, вот и всё. а учитывая то, что он выглядит вполне сдержанным, вряд ли будет груб с ней при отказе. да, будет неприятно и обидно, но лучше ведь попытаться и пожалеть, чем пожалеть, что не попыталась, правда?         – ну и что мне сделать? – сдаётся она наконец.         – для начала попробуй поболтать с ним, просто покажи, что он тебе интересен.         – поболтать? о чём?          – я понимаю, что в твоём воспаленном мозгу только мысли о том, как ты хочешь, чтобы он тебя трахнул, но попытайся придумать что-то ещё.         чан злостно накрывает противный рот хансоля своей ладонью (и плевать, что она не самая чистая после использования тренажеров и прочего), чтобы он не сболтнул чего ещё.          – ты такая сука, я просто поражена, – шипит она, – тебе обязательно так себя вести?         в ответ хансоль мычит и нарочно слюнявит её ладонь. она с отвращением одёргивает её и вытирает о его футболку.          – я просто называю вещи своими именами.         – ты мудак, – ворчит чан, и ханосль выразительно вскидывает брови в недоумении. – что? я тоже называю вещи своими именами.  

***

        так и начинаются попытки ли чан очаровать тренера чон вону.         прежде всего она начинает нормально здороваться с ним – не простым кивком, а словами. а ещё очень старается поддерживать зрительный контакт.         сначала это неловкие переглядывания, потому что раньше она всегда отворачивалась, когда он смотрел. от смущения, конечно же, потому что его взгляд всегда до того пристальный, что вызывает слабость в коленках, а в других частях тела – жар. теперь же чан максимально старается сохранять спокойствие, когда их глаза встречаются.         правда, однажды она решает подмигнуть ему, отчего сама смущается в сотни раз больше его самого. она этого не видит, но хансоль говорит, что щёки вону покрылись лёгким румянцем. почему-то она ему верит. возможно, потому что у хансоля стопроцентное зрение.         когда она подходит к кулеру за водой, и по счастливой случайности вону тоже оказывается там (на самом деле она через зеркала поглядывает, что он идёт в ту сторону, и немного погодя следует за ним), он всегда пропускает её вперёд и предлагает лёд. в ответ она застенчиво хлопает ресницами, выкручивая очарование на всю. когда он насыпает лёд в её стакан, спустя пару минут она ненавязчиво кладёт руку на его крепкое предплечье, чтобы показать, насколько она холодная.         вону в такие моменты медленно опускает взгляд на её руку, затем возвращает на её очаровательное лицо, а после с улыбкой накрывает её руку своей, чтобы согреть. стоит ли говорить, что это греет не только ледяную ладошку ли чан, но ещё и сердце и всё, что южнее?         хансоль говорит, что это всё, конечно, очень мило, но всё ещё недостаточно. он предлагает чан надевать в зал что-то более откровенное вместо её привычных оверсайз футболок и мешковатых спортивных штанов.          – эй! а что не так с моей обычной одеждой? – возмущается ли по дороге домой. она толкает хансоля, из-за чего тот чуть не врезается в дерево. ну, чтоб не расслаблялся.         – чтобы он увидел, что у твоих походов в зал есть результат в виде классной задницы.          – ты что, пялился на мою задницу?!          – это единственное, что ты смогла вычленить из сказанного? – вздыхает хансоль. – да, я смотрел, причем по твоей же просьбе, если ты забыла, – чан непонимающе глядит на него, он снова вздыхает. – просила проверить, не протекла ли ты. я лишь следовал твоему указанию, хотя, больше было похоже на приказ.         да, и вправду. возможно, чан немного погорячилась, но извиняться не будет. но не то чтобы хансоль в этом нуждается. за годы дружбы они уже привыкли друг к другу достаточно, чтобы некоторые вещи просто игнорировать.          – не знаю, мне как-то стрёмно, ну, надевать что-то обтягивающее, – бубнит чан себе под нос. – да и мне вообще некомфортно во всех этих леггинсах, что за извращение.          – да всего на один раз. сделаешь пару упражнений, пока он поблизости, чтобы у него ни единого шанса на сопротивление не оставалось, – всё настаивает хансоль. – мужики же все как животные, даже самые приличные джентельмены.   

***

        стоит сказать, что совету хансоля чан всё-таки следует и достаёт из недр своего гардероба леггинсы, которые надевала от силы пару раз, и оба раза её абсолютно не впечатлили. она молится всем богам, чтобы эта жертва оказалась не напрасной. если чон вону не обратит внимание на её восхитительную задницу в этих дурацких леггинсах, то сожжёт их сразу после тренировки.         сегодня в зал она приходит без своей моральной поддержки и унижения в одном флаконе в лице чхве хансоля, потому что у сынквана возникли какие-то неотложные дела. ага, знает она их неотложные дела, озабоченные придурки.         она что-то бубнит себе под нос, пока идёт на беговой дорожке. потеть в самом начале тренировки она желанием не горит, так что бег решает оставить на конец, если у неё вообще будут силы.         как назло наушники разряжаются слишком быстро, потому что чан снова забыла поставить их на зарядку после того, как уснула под очередное асмр видео. тренировка становится полнейшим тленом без музыкального сопровождения. конечно, в зале всегда играет музыка, но вкусы чан явно не совпадают со вкусами администратора, который эту самую музыку включает. к сожалению, выбора нет – только терпеть.         завидев вону неподалеку, чан принимается делать приседания. для повышения шансов быть замеченной, упражнение она нарочно делает не совсем правильно, чтобы вону это увидел и подошёл, чтобы показать ей, как надо. это и происходит через сто семь секунд (да, чан считала). какие же мужчины порой предсказуемые, думает она.         – чан-щи, у тебя неправильный угол, ты так навредишь себе, – обращается к ней вону, подойдя ближе.         – ох, правда?         быть умной – это уметь вовремя включить дуру. чан поднимает на него свой абсолютно невинный взгляд и пару раз глупо хлопает ресничками. вону на мгновение даже зависает, затем всё же приходит в себя и неловко прокашливается.         – правда, – кивает он, – давай я помогу.         он кладёт руку на её поясницу, возможно, ниже, чем это необходимо, но чан не против. она очень даже за, потому что от единого прикосновения, пока вону помогает ей встать под нужным углом, внутри неё зарождаются неугомонные бабочки. и нет, не в животе, а прямо в матке.         – вот так, – бормочет вону, – ну-ка, сделай приседание… да, вот так, теперь намного лучше.         чан мельком смотрит в зеркало и в отражении видит, что взгляд вону буквально прикован к её заднице. неужели хансоль был настолько прав? поразительно… конечно, чан в курсе, что мужчины часто думают не головой, вернее не совсем той, но не ожидала, что чон вону сдастся перед ней так быстро. серьёзно? всё это время ей нужно было всего лишь показать ему свою пятую точку во всей красе?         – оппа, – она зовёт его чересчур приторно и по выражению его лица буквально видит, как его мозг практически ломается, – я хорошо справляюсь?         вону быстро переводит взгляд с её задницы, его собственные щёки краснеют, потому что он очевидно  пойман с поличным, и чан готова станцевать победный танец прямо здесь и сейчас.         – отлично, чан-а, – заторможено отвечает он, – ты всегда прекрасно работаешь.         ох, всегда? значит ли это, что не только ли чан грешит тем, что пожирает взглядом одного конкретного тренера, но и один конкретный тренер занимается в точности тем же? ей действительно раньше следовало предпринять что-то.         она дарит вону яркую и практически невинную улыбку, и тот стыдливо совсем уже отводит взгляд и уходит к кому-то другому. да, это именно то, что чан необходимо было знать – она тоже определенным образом влияет на чон вону.