Потянувшись к солнцу

      Стоило Дориану чуть приоткрыть входную дверь, как холодное тёмно-синее море неприятно разлилось по венам, смешиваясь с густой кровью. Шёпот солёных волн затуманивал слух и разум. Однако звук, призванный успокаивать, нагонял неподдельный ужас. Призрак дома – медиум по-прежнему не узнал его имени – находился совсем рядом. Хэйзел слегка обернулся и тут же резко отдёрнул самого себя. Ему ни в коем случае нельзя оборачиваться! Чужого осуждения он не перенесёт. Ни сейчас, ни потом.        – Благоприятного пути, – обычно строгий и местами саркастически-надменный голос теперь переполняли ноты доброжелательности.       Сосед произнёс самую обычную фразу, и Дориан не имел права обижаться на неё. Только неужели мужчина совершенно не ведал, что именно поджидало молодого человека вне родных стен? Он прерывисто вздохнул и торопливо вышел за порог.       Провертев в замке ключ и убрав его в карман плотного осеннего пальто, Хэйзел поджал губы. Наверное, нужно было поблагодарить истинного хозяина дома с чёрными ставнями, но язык будто онемел. Да и подходящий момент безвозвратно утрачен.       Он не желал поворачиваться и подстраиваться под поток людей. Уж лучше навсегда застыть мраморным изваянием, уткнувшись лбом в лакированную поверхность деревянной двери. Но спуститься с крыльца всё-таки пришлось.       Дориан в очередной раз проверил, чтобы волосы падали на правую сторону лица, закрывая безобразный шрам, которым его одарила природа. Молодой человек ярко ощущал любопытные и насмешливые взгляды. Глаза, следящие пристально за любым шорохом, мерещились повсюду. Они возникали на гладких стенах зданий, вырастали, как грибы, на стволах деревьев и даже человеческие лица превращались в одно сплошное глазное яблоко. Даже если не смотреть, их внимание всё равно проникало под слои одежды и чешуйчатой змеёй скользило по коже. Хэйзел опустил голову и приподнял воротник, случайно задев локтем проходящего рядом мужчину. Шепча извинения точно молитву, он отскочил от незнакомца, как от вспыхнувшей спички, и ускорил шаг. Всю оставшуюся дорогу медиум с интересом разглядывал отбитые и поцарапанные носики своих чёрных туфель.       Дориан с горящими ушами топтался на пороге бюро. Минуты две назад он проскочил нужную улицу, из-за чего пришлось возвращаться. Глаза-спутники подрагивали, словно смеялись над несусветной глупостью блондина. Молодой человек сверялся с адресом, небрежно начёрканном на клочке бумаги, убирал его в карман и выуживал снова, повторяя по кругу одни и те же действия.

Стук.

Щёлк.

Дзы-ы-ынь.

      Бодрая трель золотистого колокольчика прояснила мысли и не позволила демонам разума войти вместе со своим трусливым вместилищем. Блондин какое-то время подпирал спиной дверь и, глубоко дыша, наблюдал за вальсом пылинок под потолком помещения.       Спустя минуты три он сделал шаг вперёд. Прислушиваясь к посторонним звукам, снял пальто и повесил его на крючок тоненькой вешалки у выхода. Легко и бойко тикали часы. Беспокойные и раздражающие шумы города вовсе исчезли. Казалось, что Хэйзел здесь совершенно один. Однако следы присутствия владельца похоронного бизнеса отчётливо прослеживались. Это немного успокоило Дориана.       На мгновение показалось, что он очутился дома. Светлые стены не давили, не угнетали и не вызывали привычного панического желания сбежать куда подальше. Молодой человек принялся медленно изучать витрины, стараясь не нарушать мирную атмосферу этого противоречивого места. Взяв в руки один из каталогов, он расположился в ближайшем кресле. Тихий шелест страниц увлекал блондина в обитель лености.        – Приветствую вас, Дориан! – Хэйзел встрепенулся и подкинул журнал в воздух. Кое-как, не без комичности и неуклюжих движений, он поймал его и прижал к груди от страха. Новый работодатель возник перед ним практически из воздуха.        – Я п-предупреждал, что не п-подойду вам, – фраза вместо приветствия прозвучала едва различимо. Валентайну даже показалось, что он неожиданно научился читать мысли.       Брюнет наклонился и опёрся руками на подлокотники кресла. Если не знать правды, то могло показаться, что перед ним сидел и всеми силами вжимался в мягкую спинку пугливый призрак. Только очень плотный и чёткий.        – Дориан, право, вы же не пришли отказаться от моего предложения, – здесь молодого человека неприятно подловили. Он уже давно уволился с предыдущего места, поэтому если не возьмётся за эту работу, то ему не на что будет жить.       Снова что-то странное потянуло под рёбрами, когда блондин встретился с пытливыми серыми глазами. Мистер Смит, в отличие от других людей, выглядел… нормально. Дориан едва мысленно не взвыл от стыда. Он не имел в виду, что гробовщик не наделён даром красоты. Отнюдь, от источал её точно так же, как солнце освещало Лондон. Даже удивительно, что такая привлекательная личность оказалась связана миром похорон.       Валентайн улыбнулся. Непринуждённо и ненавязчиво. И от этого сердце Хэйзела пронзили тысячи иголок.       Брюнет, перед тем как выпрямиться, чуть отодвинул светлые пряди, открывая вид на шрам, и похлопал новоявленного работника по напряжённым плечам.        – Вы освоитесь быстрее, чем успеете осознать! Добро пожаловать в похоронное бюро Валентайна Смита!       Мужчина протянул руку. Блондин пару раз быстро моргнул – Смит отметил про себя невинный полёт пушистых ресничек.       Дориан уверен, что сгорит… Сгорит, как Икар, приблизившись к небесному светилу. Вся кожа обуглится, а после он превратиться в горстку пепла. Хэйзелу страшно вновь оказаться во власти раздирающей на клочки боли, но он, положив каталог на колени, неуверенно пожал ладонь в чёрной перчатке.        – Надеюсь на вашу п-помощь, мистер Смит.        – Для вас – просто Валентайн.