Тебе нравится твоя новая люстра, Аль-Хайтам?

      Хайтам испытывал ужасную боль. Кавех, судя по виду, был ужасно шокирован или.. травмирован. Он все еще не моргал, все еще смотрел вникуда. И Хайтам не знал, как реанимировать его из этого состояния. И он не мог полюбить его насильно. Вскоре они дошли до дома. Он аккуратно занес Кавеха внутрь и положил на диван в гостиной. Не выдержав, Хайтам с силой швырнул в стену подвернувшийся под руку графин с водой. Он звонко разбился вдребезги, но Кавех даже не шелохнулся. Просто лежал и молчал. Где же тот дерзкий, эмоциональный Кавех, которого Альхайтам знал всю жизнь? Где его язвительные колкие комментарии, его взрывное поведение?       Он подскочил к Кавеху и грубо схватил его за плечи, резко встряхнув. - Кавех!       Кавех не отвечал. Он был в сознании, но, казалось, был слишком травмирован произошедшим. Хайтам взял Кавеха за щеки и поднял на себя, вглядываясь в пустые глаза. - Кавех! - он легонько ударил его по щеке, стараясь хоть как-то пробиться сквозь оцепенение.       Архитектор замер, повернув голову по движению удара. Довольно быстро проявился красный след на лице. Затем он медленно вернулся в прежнее состояние. Хайтам повернулся и вышел из дома, хлопнув дверью. Он осознал - скрыть этот момент никак нельзя. Кавеху нужна была срочная помощь лекарей.. и изоляция с чутким присмотром.       В голову сразу же полезло множество вариантов: какие лекари лучше всего подойдут, в какой больнице найти помощь, к кому обратиться. Может, вовсе не в Сумеру? Много разных имен мелькало в его голове, но все в целом свелось к одному - Кавеху нужна профессиональная помощь. Он вернулся к Кавеху и присел на край дивана: - Слушай меня внимательно. Я сейчас отведу тебя к лекарям. Ты будешь жить.       С этими словами Альхайтам ловко подхватил Кавеха на руки. - И когда ты очнешься, мы поговорим о твоем идиотском спектакле с этой люстрой.       По пути он несколько раз осматривался по сторонам - не хотел, чтобы эту сцену кто-то увидел. Вскоре они подошли к больнице, и Алхайтам уверенно направился прямо к дверям. Завидев известных гостей, лекари вскоре выбежали навстречу с носилками. Главный лекарь тоже пришел. - Что случилось? - Попытка самоповреждения. Он не реагирует на внешние раздражители уже несколько часов.       Лекари быстро уносят Кавеха вглубь чистых коридоров. - Подождите здесь, - лекарь приглашает Альхайтама присесть в коридоре.       Прошло, наверное, полчаса, прежде чем старший лекарь вернулся. - Он должен остаться у нас. Сейчас ему ввели успокоительное, он уснул. Но потребуется большая сумма на его содержание здесь.. - Сколько? - Не могу точно сказать, - лекарь покачал головой. - Первый месяц - 80000 моры.       Альхайтам шумно выдохнул через нос, но остался непроницаемым. Он достал кошель и отсчитал сумму без колебаний. - Вот. Я вернусь завтра утром. Если его состояние изменится - немедленно пошлите гонца.       После этого он, не оглядываясь, ушел. На следующий день Альхайтам пришел утром. С собой он принес небольшой сверток с личными вещами Кавеха: книгами, чертежами, тушью и перьями - всем, что могло напомнить ему о жизни вне этих стен. - Как он?       Лекарь устало потер переносицу: - Состояние стабильное, но до сих пор не говорит.       Альхайтам кивнул и прошел дальше, к палате. Больницей служил древний дворец, который был перестроен и оптимизирован под больничную зону. Когда Хайтам вошел к Кавеху, тот сидел на кровати, пустым взглядом вглядываясь куда-то мимо узкого окна в стене…       Альхайтам остановился в дверях, сжимая сверток в руках. Он наблюдал за Кавехом несколько секунд - за его неподвижной спиной, изящными руками, безвольно лежащими на одеяле. Секретарь медленно приблизился, оставляя сверток на прикроватной тумбе. - Кавех, - он сел на стул у кровати и положил руки на свои колени. - Я принес тебе кое-что. Твои чертежи, книги. Ты можешь вернуться к ним когда захочешь.       Кавех молчал, но повернулся, уставившись на руки Хайтама. Заметив это, Альхайтам смущенно зажал руки между ног. - Но я не пришел говорить о твоей работе, Кавех.       Он осторожно протянул руку и накрыл ладонью неподвижные и холодные пальцы Кавеха. - Я не могу, - голос дрогнул. - Я не хочу терять тебя.       Брови Кавеха дрогнули. Он все еще молчал, его глаза все еще были пусты. Но он смотрел на руку, что сжимала его пальцы и была теплой и приятной. Альхайтам изо всех сил старался дать понять другу, что рядом - буквально и метафорически. - Кавех. Я знаю, что ты слышишь меня. И я хочу, чтобы ты знал… Я тебя не ненавижу. Ты всегда был очень раздражающим, - он сильнее сжал пальцы молчаливого собеседника. - Но я не хочу жить в мире, где тебя нет.       Кавех дернул руку и слабо схватился холодными пальцами за ладонь Хайтама. Мужчина замер, почувствовав ответное движение. Его обычно бесстрастные глаза раскрылись. Пальцы тут же сомкнулись вокруг руки Кавеха крепче, будто он боялся, что тот снова отстранится. - Кавех?       Теперь на Хайтама смотрели большие испуганные глаза, полные слез. - Не плачь, - странной интонацией отозвался Хайтам. - Я здесь.       Он осторожно провел пальцами свободной руки по лицу Кавеха, убирая слезы. Его движения были резкие и неумелые, определенно чуждые ему. - Ты должен перестать так пугать меня.       Хайтам внезапно обхватил Кавеха за плечи и прижал к себе, утыкаясь лицом в плечо архитектора. Кавеха затрясло. Альхайтам не знал, как помочь, как дать понять, что все снова будет в порядке. - Все будет хорошо, - казалось, говорил он скорее себе, чем Кавеху.       Он мягко отстранился, решительно глядя в тусклые глаза, но не выпуская Кавеха из объятий. - Ты должен поговорить со мной.       Но в ответ Кавех лишь сильнее зарылся в плечо Хайтама. - Хорошо, - Хайтам говорил очень тихо. - Не говори.       Он осторожно обнял Кавеха покрепче, одной рукой прижимая к себе, а другой гладя по спине -- неумело, впервые. - Я просто останусь здесь. - Когда это кончится, ты снова скажешь, что не любишь? - дрожащим голосом прошептал Кавех, не отрываясь от плеча и сжимая одежду Хайтама. - Я... Черт возьми, Кавех, ты идиот, - мужчина прижал к себе архитектора. - Если бы я не любил тебя - я бы давно вышвырнул тебя из своего дома вместе с твоими дурацкими люстрами.       Кавех затрясся еще сильнее, поддаваясь эмоциям и не смея поднять головы. * - Я не позволю тебе оставаться в этом состоянии. Не позволю. Ты слышишь, Кавех? Ты снова будешь улыбаться.       Кавех тихо всхлипывал, стараясь сдержать этот сентиментальный порыв. Альхайтам неловко похлопал его по спине. - Прекрати реветь. Ты портишь мой плащ, - но руки так и не разжались.       Кавех тихо шмыгнул, сгарбливаясь, но не отрываясь от Хайтама.       В тяжелую дверь постучали и вскоре врач объявил о времени для процедур. Хайтам должен был уйти. - Я вернусь позже, - он медленно выпустил Кавеха из рук и вышел.       Кавех на некоторое время остался один. Он поспешно вытер лицо одеялом, прежде чем в комнату вошли лекари. Альхайтам же вышел в коридор и остановился у стены в раздумьях. Он несколько минут просто стоял, прикрыв глаза и пытаясь собраться с мыслями. - Лекарь, - он заметил человека, с которым говорил накануне и перехватил его. - Когда можно будет забрать его домой? Лекарь остановился, поправляя очки. - Сложно сказать, господин, - он сделал паузу, подбирая слова. - Его состояние серьезное. Мы стараемся его вывести из этого ступора, но... Вы ведь оплатили месяц, не так ли?             Через месяц приходите к старшему лекарю, обсудите детали. - Так и сделаю.       Таким образом, Хайтам вернулся к работе в Академии. Кавех продолжал оставаться в больнице. О его положении говорили на каждом углу, сплетни растеклись по всему Сумеру.. И неизвестно, как отреагировали бы на это заказчики Кавеха. Тигнари тоже узнал об этом и посетил своего друга в больнице. Позднее Тигнари пришел и к Альхайтаму. Он пришел сразу в его кабинет в Академии. - Ты знаешь... о Кавехе? - встревоженно начал Тигнари.       Секретарь медленно поднял голову. Перо в его руке замерло. - Я знаю. Что именно ты хочешь услышать? - Вокруг поговаривают, что.. в общем я знаю, он пытался себе навредить. Я навестил его в больнице. Но он совсем не разговаривает и смотрит в одну точку. Я хочу знать, что случилось с моим другом..       Тигнари неуверенно вглядывался за спину Хайтама, где еще остались следы от надписи «Как тебе твоя новая люстра, Альхайтам?». - Сложно сказать, - сделал паузу. - Его психика не выдержала.       Тигнари озадаченно нагнул ушастую голову вбок. - И я не смог вовремя понять, - признал Хайтам. - Он любит тебя, - спокойно отозвался Тигнари. - Я знаю. И я его тоже люблю. - Ты говоришь правду? - будто с этой темой Тигнари изначально пришел к Хайтаму. Хайтам кивнул. - Хорошо, я надеялся это услышать, - Тигнари уткнулся в пол, скрестив руки на груди. - Просто.. я слышал о его криках в таверне. И ты тогда сказал ему что не любишь его. - Это... было глупо. Я не думал, что он воспримет это всерьез. Но сейчас это неважно. Важно то, что теперь я его не отпущу. - Уже нет смысла тебя винить, - вздохнул Тигнари. - Но из-за этого от него наверняка отвернутся заказчики.. и его авторитет в глазах сумерцев пошатнется. - Пусть попробуют. Я оплачу каждый его проект. Каждый чертеж, - уже громче и решительнее заявил Альхайтам. - Но никто не посмеет отвернуться от него. - Ладно, - Тигнари улыбнулся. - Не смею задерживать. Спасибо за такое теплое отношение к нему.       Он ушел. Альхайтам молча смотрел ему вслед, пока дверь не закрылась. Затем потянулся к листу бумаги на столе, схватил перо и бумагу. Написал несколько строк быстрым, отрывистым почерком, затем сложил записку вчетверо и сунул в карман. Вскоре Хайтам шел по больничному крылу, взгляд его скользил по дверям палат, ища нужную. Наконец остановился перед одной из комнат и тихо постучал в дверь. Затем медленно взялся за массивную ручку и аккуратно, беззвучно, повернул ее. Кавех сидел на кровати такой же потерянный, как когда Хайтам спустил его с потолка. Но когда Хайтам вошел, он посмотрел на него. Как и в прошлый раз, Хайтам поставил стул и сел подле кровати Кавеха. Он вытащил записку из кармана и положил на Кровать. - Кавех, я принес тебе кое-что.       Кавех потянулся за запиской и развернул ее дрожащей рукой. Альхайтам терпеливо ждал. В комнате повисла тишина. - Там новые условия нашего договора, - он заглянул в рукописный текст. - Первое - ты больше никогда не будешь висеть у меня на потолке.       Кавех вздохнул протягивая записку обратно: - Не понимаю, что написано.       Альхайтам осторожно забрал записку. -Позволь, я тебе зачитаю. Во-первых, я остаюсь с тобой. Не как арендодатель, а как человек, который, - на миг он прервался, но затем продолжил: - Как человек, который тебя любит. И больше никогда не даст тебе усомниться в этом.       Кавех сжался и нахмурился, сминая руками простынь. - Я не уйду. Даже если ты снова назовешь меня «невыносимым эгоистом», снова начнешь кричать о том, как ненавидишь мою систему ценностей. Ты мне нужен.       Альхайтам вздохнул, снова увидев в ответ пустой взгляд. - Кавех, вернись ко мне. - Альхайтам, - вдруг еле слышно отозвался Кавех. - Мне стыдно за то. Я подорвал твой авторитет в Академии..       Хайтам немного подождал, прежде чем наконец заговорить. - Не важно. Я больше переживаю о тебе.       Они еще некоторое время были вместе, Кавех начал разговаривать, но очень мало и неуверенно. Затем Хайтам вернулся в Академию, просидел там допоздна за работой.. и в эту ночь ему снова приснился Кавех... В этом сне Хайтам снова лежал в своей спальне, снова была ночь и архитектор снова зашел в его покои…