Встречи во сне

      Она стояла на лугу. Вокруг так много цветов, все разные и такие красивые. Казалось, цветов настолько много, что они уходят далеко-далеко за горизонт. Их запах прекрасен и навевает воспоминания о детстве, когда она будучи ребёнком так же резвилась, срывала цветы и получала нагоняй от матери.       Обернувшись, она встречается с привычным взглядом в котором проносится так много эмоций, что не счесть. Радость, страх, удивление. Такие встречи со временем стали обыденностью. В первые разы обе не могли поверить, что всё происходит на самом деле.       Они кричали друг на друга, подолгу не разговаривали, но потом… Потом всё изменилось.       Они приняли новую для себя реальность и дело сдвинулось с мёртвой точки. Ночами они общались, узнавали друг друга; днями Гермиона изучала всё, что могла найти о родственных душах, Беллатрикс делами Пожирателей Смерти. Но каждую ночь их ждала новая встреча. — Рада тебя видеть, грязнуля. — И я тебя, Беллатрикс.       «Грязнуля» стало своего рода мягким прозвищем, большего от такой женщины, как Беллатрикс Лестрейндж, не добьёшься. Гермионе и этого было достаточно. Удивительно, но Белла улыбалась. Её взгляд сочился теплом и искрами наслаждения. Больше не было криков и угроз, как и холодного молчания. — Как прошёл твой день?       Гермиона легла, подкладывая руки под голову, она следила за едва плывущим одиноким облаком. Беллатрикс села рядом, приподняла голову Гермионы, положив её себе на колени. Она молчала, играясь с её волосами. Пропускала между пальцами, перебирала, зарывалась, ногтями почёсывая голову девушки.       Ответа так и не последовало. Это значило одно: день прошёл ужасно и Беллатрикс не хочет об этом говорить.       И хорошо, Гермиона не наставила. Никогда не настаивала. Тёмная ведьма умиротворена и отдыхает. Это было важнее всего. Даже если они на разных сторонах, если им предначертано убить друг друга в пылу битвы, Гермиона не могла не переживать за свою родственную душу. Временами она гадала, переживает ли за неё Беллатрикс так же?       Пальцы в волосах становились ответом.       Гермиона прикрыла глаза, а Беллатрикс тихо замурлыкала себе под нос незатейливую мелодию. Обе знали, что рано или поздно они проснутся и жестокая реальность, где они обязаны быть врагами, вновь настигнет их. Никто из них просыпаться не хотел.       Хотелось остаться в этом мире грёз, где нет крестражей, нет опасностей и смертельных ловушек, нет Тёмного Лорда и интригана Дамблдора… Где есть только они, Белла и Гермиона. Две женщины, которых вместе свела судьба. Чем они заслужили это? Такую издёвку этой же судьбы? Короткие ночи блаженства и долгие дни отчаяния.       Скорее всего Белла опять охотилась на маглов, кого-то пытала или убила. Гермиона скорее всего снова пряталась от егерей и оборотня Фенрира. Обе изрядно устали от бесконечной битвы добра со злом. Почему они просто не могут бросить всё и сбежать…       Они могут. Всё же так просто, взять и уйти. Метка Тёмного Лорда не позволит. Он призовёт, он будет пытать, он найдёт. Бежать бессмысленно. Им остаётся играть свои роли, следовать сценарию пьесы, исход которой уже ясен.       Одна из них погибнет. Это точно. Но вот кто — большой вопрос.       Гермиона умирать не хочет, как не хочет и Беллатрикс. Они обе хотят жить, построить что-то между собой. — Ты единственная, кого я хочу, — сказала Гермиона. — Во всех смыслах. — Как и я, — наконец ответила Беллатрикс.       И тогда у Гермионы щёлкнула идея. — Давай в следующем сне проведём здесь годы. Время не властно над нами. Воспользуемся этим.       Они воспользовались. Сон дело интересное. В нём время течёт куда иначе, чем в реальности. Беллатрикс и Гермиона пробовали, они учились и постигали. В конечном итоге, когда вновь они уснули, в этом сне они провели очень много лет.       За шесть часов реального времени, они провели двенадцать счастливых лет во сне. Гермиона родила девочку. Они её вырастили. Создали семью. Испытали немыслимое счастье. Обе знали — вокруг всё нереально. От этого сохранить, хотя бы в памяти, хотелось ещё сильнее.       Это был самый долгий и лучший сон в их жизнях.       Потом они проснулись. И всё началось сначала. Бойни, крики, кровь и война.       И каждая с нетерпением ждала возможности вновь увидеться во сне.       Услышать голос, коснуться кожи, закрыться в волосах.       Об их связи никто не знал и это стало их спасением.       Убежищем от зла и бед. — Я люблю тебя, грязнуля. — Я тоже люблю тебя, Беллатрикс.