Консорт Прайма

Три Часа Ночи Снова. Каждую ночь одно и то же. Оптимус проснулся с беззвучным криком на губах — он научился не кричать вслух, чтобы не будить Лио. Его массивное тело дрожало, оптика дико светилась в темноте, сканируя покои в поисках несуществующих врагов. Сон был особенно жестоким этой ночью. Бамблби, разрываемый на части. Клиффджампер, истекающий энергоном. И десятки, сотни безымянных ботов, чьи искры гасли на его руках, пока он не успевал спасти их. "Почему ты не пришёл раньше, Прайм?" "Ты мог спасти нас..." "Твоя медлительность убила меня..." Якорь в Реальности Оптимус повернул голову, всё ещё тяжело вентилируя, и увидел его. Лио. Маленький бот спал, свернувшись калачиком у его бока. Одна рука подложена под голову, вторая инстинктивно тянулась к Оптимусу даже во сне. Янтарная оптика была притушена, лицевые пластины расслаблены. На плече всё ещё виднелись следы энергоновой пыли — он даже не успел полностью помыться после смены, так устал. Тихое, мерное жужжание его систем в режиме подзарядки было как колыбельная. Контраст Миров Оптимус смотрел на него, и контраст был ошеломляющим. В его кошмарах — смерть, разрушение, крики боли. Перед ним — жизнь, покой, тихое дыхание. В его памяти — боты, которых он вёл на смерть. Перед ним — бот, который никогда не знал войны. В его искре — вина выжившего. Перед ним — невинность того, кто родился в мире. Не Буди Лио пошевелился во сне, что-то тихо пробормотал — вероятно, считал тонны руды. Оптимус замер. Он не хотел будить его. Не хотел, чтобы его кошмары коснулись этого мирного существа. Осторожно, стараясь не потревожить, Прайм протянул руку и едва касаясь провёл пальцем по щеке Лио. Тёплый металл, живой, настоящий. "Ты реален. Ты здесь. Война закончилась. Это имело смысл." Ночной Страж Оптимус не спал остаток ночи. Он просто смотрел на Лио, изучая каждую царапину, каждую вмятину на его броне. Следы мирной жизни. Следы труда, не войны. Когда кошмарные образы пытались вернуться, он сосредотачивался на дыхании Лио. Вдох-выдох. Вдох-выдох. Ритмично, спокойно. Когда голоса мёртвых становились слишком громкими, он слушал тихое жужжание систем Лио. Живой звук. Мирный звук. Предрассветный Час Ближе к утру Лио начал просыпаться. Его оптика медленно загоралась, фокусируясь. "Оптимус? Ты не спал?" "Просто... смотрел на тебя." Лио нахмурился, заметив напряжение в его голосе: "Опять кошмары?" "Да." Без лишних слов Лио подполз ближе, устраиваясь на широкой груди Прайма. Его маленький вес был почти неощутим, но присутствие — бесценно. "Хочешь рассказать?" "Нет. Не хочу пачкать тебя моими демонами." "Глупый," — Лио погладил его по лицу. — "Твои демоны не могут запачкать меня. Я слишком упрямый для этого." Ритуал Исцеления Это стало их ритуалом. Когда кошмары были особенно плохи, Лио просто лежал на груди Оптимуса, рассказывая о своём дне. "Сегодня нашли новую жилу. Чистейший энергон, представляешь? Старик Кирка чуть не сплясал от радости..." Обыденность. Нормальность. Мирные проблемы мирного времени. "А Ржавый опять застрял в узком проходе. Пришлось его вытаскивать. Он так ругался..." Голос Лио был как лекарство. Медленно, по капле, вымывая яд войны из искры Прайма. Признание "Знаешь, почему я смотрю на тебя после кошмаров?" — однажды признался Оптимус. "Почему?" "Ты — доказательство, что мы победили. Что есть боты, которые не знают ужаса войны. Которые могут спокойно спать, не ожидая атаки." "Это хорошо или плохо?" "Это прекрасно. Ты — то будущее, за которое мы сражались. Мирное, уставшее после честной работы, а не битвы." Неожиданная Мудрость "Оптимус," — сказал Лио однажды ночью, когда Прайм снова не спал. — "Твои кошмары... они часть тебя. И я люблю тебя целиком. С кошмарами тоже." "Как ты можешь любить сломанное?" "А как ты можешь любить того, кто продавал себя за выживание?" "Это другое..." "Нет. Мы оба несём шрамы. Твои — от войны. Мои — от выживания. Но мы здесь. Вместе. И можем исцелять друг друга." Эпилог: Мир в Маленьком Месяцы Спустя Кошмары не ушли полностью — такие раны не заживают быстро. Но теперь Оптимус знал лекарство. Когда призраки прошлого становились слишком громкими, он смотрел на спящего Лио. На его мирное лицо. На следы честного труда. На существо, которое никогда не держало оружия. "Ты мой мир," — шептал он в темноте. Ответная Забота Лио тоже адаптировался. Он научился чувствовать, когда Оптимус просыпается от кошмара — даже если тот не издаёт ни звука. И просто молча обнимал его, насколько мог охватить маленькими руками. "Я здесь. Война кончилась. Ты дома. Ты со мной." Простые слова. Но они работали лучше любой терапии. Последняя Мысль Однажды утром, наблюдая, как Лио собирается на смену — обычная утренняя суета мирного бота — Оптимус понял: Лио не просто его якорь в реальности. Он — живое доказательство того, что все жертвы были не напрасны. Что где-то маленький бот может спокойно спать, не боясь войны, потому что Оптимус и его товарищи сделали это возможным. И может быть, только может быть, этого достаточно, чтобы примириться с призраками. Хотя бы немного. Хотя бы иногда. Особенно когда маленький шахтёр спит рядом, тихо посапывая и бормоча во сне что-то про энергоновые жилы.