Где тени шепчут

Последние аккорды «Scorpions » затихли в воздухе, наполненном запахом свежей краски и дорогой мебели. Сара О’Нил, развалясь на огромном кровати с шелковым балдахином, лениво перевернула виниловую пластинку. Комната была больше, чем вся их прошлая квартира в Балтиморе, и до отвращения новая. Отец, Роберт О’Нил, за две недели до их переезда нанял бригаду, которая не просто отремонтировала старый фамильный особняк, а выпотрошила его, наполнив самым современным и дорогим, что только можно было найти. Стеклянные столики, хромированные детали, огромный телевизор и стереосистема, от которой дрожали стекла. Дом кричал о деньгах и власти, резким белым пятном выделяясь на фоне скромных, потрепанных временем викторианских домиков Сентфора. Сара вздохнула, достала сигарету «Marlboro» и, не вставая с кровати, прикурила от тяжелой серебряной зажигалки. Ее отец никогда не запрещал дочери курить. «Лучше при мне, чем за домом со своими придурками», — говорил он. Ей было семнадцать, и вся ее жизнь перевернулась с ног на голову. Балтимор с его шумными вечеринками, модными клубами и друзьями остался позади. Причина переезда была проста: расширение бизнеса отца. «Дела», как он их называл. Те дела, из-за которых от него ушла мать, забрав с собой лишь чемодан с вещами и разбитое сердце. Она пыталась забрать Сару, но Роберт был непреклонен. Дочь осталась с ним. Он был ее якорем. Он был суровым и грубым со всеми, кроме нее. Для Сары у него всегда находилась редкая, почти медвежья ласка. Раздался стук в дверь. — Входи, — лениво бросила Сара. Дверь открылась, и на пороге возникла внушительная фигура Роберта. В свои тридцать восемь он выглядел моложе, его лицо с жесткими чертами и пронзительными голубыми глазами, такими же, как у Сары, было спокойно. Дорогой темно-синий костюм сидел на нем безупречно. — Привыкаешь к новой берлоге, золотко? — его голос, обычно металлический и повелительный, смягчился. — Берлога – это точно, — фыркнула Сара, выпуская струйку дыма. — Снаружи-то выглядит как дворец, а внутри… пусто. — Мебель завезем, все, что захочешь. Сказал же. — Речь не о мебели, пап. Здесь… скучно. Посмотри на этот город. Он будто застрял в эре динозавров.  Роберт подошел к окну, отодвинул тяжелую штору. — Этот город многому меня научил. И он научит тебя. Завтра в школу. Посмотришь, познакомишься с местными. Не все тут динозавры.  Он повернулся к ней, и его взгляд стал серьезным. — Правила те же. Никаких наркотиков. Никаких сомнительных связей без моего одобрения. Уважай нашу фамилию. Ее здесь помнят. — И боятся? — с вызовом спросила Сара. — И уважают, — поправил он, но в его глазах мелькнуло что-то, что дало ей понять: она права. — Ложись спать, завтра важный день. Он вышел, и Сара снова осталась одна с гулкой тишиной своего нового королевства. Она встала и подошла к окну. Улицы Сентфора были пустынны, фонари отбрасывали длинные, пугающие тени. «Город-призрак», — подумала она с отвращением. Сентфорская средняя школа оказалась не такой уж и архаичной, как она ожидала. Здание было современным, для города. Яркие стены, плакаты с призывами к учебе, шумные толчки учеников. Сара, в своей короткой клетчатой юбке от Ralph Lauren, черном тонком свитере и на каблуках, чувствовала себя как на сцене. Всеобщее внимание ей было привычно, но здесь в нем был оттенок не просто любопытства, а чего-то более острого, почти опасливого. Шепотки, которые ползли за ней по коридору: «Это О’Нил… Дочь того самого… С Балтимора…» Ее проводили в кабинет, и она, не смущаясь, вошла внутрь. Учитель представил ее классу. Сара скользнула взглядом по рядам. Вычислила всех за секунды. Парочка «золотой молодежи» — рыжая девушка с высокомерным взглядом и ее приятель, крепкий парень с вызывающей ухмылкой. Групка «нормальных» — миловидная блондинка в розовом свитере, девушка с каре в кожаной куртке, выглядевшая бойко, и еще несколько ребят.  Сара выбрала свободное место рядом с блондинкой в розовом. — Можно? — спросила она, сверкнув безупречной улыбкой. — Конечно! — та заулыбалась в ответ. — Я Кэнди. Кэнди Нельсон. Так началась ее дружба с Кэнди. Легкомысленной, болтливой, но невероятно милой. На перемене к ним присоединилась Стефани — та самая девушка в кожаной куртке. Ее голубые глаза смотрели на Сару с открытым интересом, без страха и подобострастия. — Нравится наш зоопарк? — спросила Стефани, закуривая на заднем школьном дворе. Сара с удовольствием присоединилась к ней.  — Пока скучновато. Но я только начинаю осваиваться. К ним подошли парни. Дерек Никсон, сын шерифа — практичный и немного бесчувственный с виду, но с умными зелеными глазами. Бобби Тёрнер, застенчивый очкарик, постоянно теребивший свой ингалятор. И тихий Люк Моринг, светловолосый и голубоглазый, как юный ДиКаприо. — Это наша компания, — представила Кэнди. — Тут все свои. Сара почувствовала необъяснимое облегчение. Они были… нормальными. Не лебезили, не боялись. Дерек спросил прямо.  — Правда, что твой отец Роберт О’Нил? — Правда, — так же прямо ответила Сара. — Моему отцу это не понравится, — усмехнулся он. — Но мне пофиг. В столовой к ним подошла троица — Адель, ее верный пес Стив и высокомерный красавчик Майкл Тёрнер, старший брат Бобби, — явно составляли им оппозицию. Сара заметила, как они задирали ее новых друзей, отпуская колкости. Бобби съеживался под насмешливым взглядом брата, а Дерек сжимал кулаки. Сара, сидевшая с «четверкой», поймала взгляд Адель. Та смерила ее оценивающим взглядом, в котором читалось не враждебность, а скорее любопытство.  После уроков Кэнди, болтая без умолку, потащила Сару гулять по городу. — Тебе надо посмотреть наше святилище! — восторженно говорила она. — Антикварная лавка миссис Хилл! Там столько всего интересного! Лавка оказалась именно таким местом, каким должна быть старая антикварка в городишке, застрявшем в прошлом. Колокольчик над дверью звякнул, возвещая их приход. Воздух был густым от запаха старого дерева, пыли и ладана. Повсюду были разбросаны диковинные вещи: фарфоровые куклы с пугающими стеклянными глазами, пожелтевшие книги, странные механизмы. — Кэнди, дорогая! — из-за прилавка появилась маленькая, сухонькая старушка с седыми распущенными волосами и живыми зелеными глазами. Она была в фиолетовом платье и кардигане, на шее у нее звенели многочисленные бусы. — И привела ко мне новую гостью! — Миссис Хилл, это Сара, — представила Кэнди. — Она переехала к нам недавно.  Взгляд старушки стал пристальным, изучающим. Она подошла ближе. — О’Нил… Да, я вижу. Глаза… упрямые и своенравные. Вылитый Роберт, когда он был молод. Я дружила с твоими бабушкой и дедушкой, милая. Хорошие люди. — Ее тон был теплым, но в глазах читалась какая-то глубокая, древняя печаль. Сара почувствовала себя неловко под этим взглядом. Ее отвлекло движение в углу. Огромная черная собака, настоящий зверь, подняла голову и лениво вильнула хвостом. — Ого! — не удержалась Сара. — Это кто? — Это Малютка, — усмехнулась миссис Хилл. — Ирония,не правда ли? Она у меня уже несколько лет, но, честно говоря, я с ней не справляюсь. Стара стала. Не хочешь забрать ее?  Идея показалась Саре забавной. Большая злая собака для большой новой виллы. Символично. — Почему бы и нет? — согласилась она. Пока миссис Хилл собирала принадлежности для собаки , Сара разглядывала витрину с украшениями и остановила взгляд на паре сережек цвета морской волны с сапфировыми вкраплениями. — Они идеально подойдут к твоим глазам, детка, — мягко сказала миссис Хилл, словно прочитав ее мысли. — Голубым, как лед. Но с огоньком внутри. Сара купила серьги. И через полчаса она и Кэнди вышли из лавки, ведя на поводке огромную черную собаку, которая смотрела на мир с невозмутимым спокойствием. Вернувшись домой, Сара обнаружила отца в гостиной. Он смотрел местные новости. На экране показывали фотографии двух детей – девочки лет девяти и мальчика-подростка. — Полиция Сентфора продолжает поиски,  пятнадцатилетнего Дэвида Уолтера, пропавшего три дня назад. Как сообщают родители, мальчик вышел погулять и не вернулся. Это уже второе исчезновение ребенка за последний месяц. Напомним, неделю назад пропала девятилетняя Меган Уайт… Роберт выключил телевизор. – Мрачные дела, – проворчал он. – В наше время такого не было. – В «наше время» здесь, наверное, мамонты ходили, – съязвила Сара, отпуская Малютку. Собака сразу же обнюхала комнату и улеглась у камина. Отец посмотрел на собаку, потом на дочь, поднял бровь. – Обзавелась другом? – Подругой. Ее зовут Малютка. Будет жить с нами. Роберт ничего не сказал, лишь кивнул. Он привык к внезапным решениям.  Сара уже укладывалась спать. Малютка улеглась на соседней стороне кровати, мирно посапывая. Сара закрыла глаза, погружаясь в сон, но по коже пробежали мурашки. Может, этот городок не такой уж и скучный? Может, он просто… опасный?  На следующее утро, по дороге в школу, она увидела его. Истомленный, с покрасневшими глазами мужчина ходил по улицам и всовывал в руки прохожим листовки. Он подошел и к Саре. — Вы не видели моего сына? — его голос дрожал. — Дэвида? Сара взяла листовку. На ней было фото улыбающегося паренька. Дэвид Уолтер. Пропал четыре дня назад. — Извините… — прошептала она. — Нет. Мужчина кивнул и поплелся дальше, тенью скользя по тротуару. Сара сложила листовку пополам и сунула в карман. Воздух Сентфора внезапно показался ей густым и тяжелым, пахнущим не просто стариной, а чем-то гнилым, темным, что пряталось за фасадом тихого, сонного городка. В классе в этот день появился новенький. Джон Холл. Симпатичный, улыбчивый, с открытым лицом. Он легко влился в коллектив, шутил с учителем, располагал к себе. Но когда его представили, и он улыбнулся Саре, ей показалось, что в его глазах, таких ясных и дружелюбных, на мгновение мелькнуло что-то холодное, оценивающее. Быстрое, как вспышка. Может, ей показалось? Она пожала плечами, достала учебник и отогнала от себя неприятное ощущение. Впереди была пятница, а значит, можно будет устроить вечеринку и развеяться. Этот городок начинал действовать ей на нервы.