семья, пахнущая лилиями

— Папуля! — Чимин оборачивается на возгласы четырехлетнего сына, а тот мчится к нему с очередной игрушкой. — Можно мы возьмем этого зайку? — Солнышко, у меня сейчас нету денежек чтобы купить его тебе. — вздохнув, Чимин приседает перед омежкой, который вмиг погрустнел. — Я куплю его тебе позже, хорошо? — Угу... — Ену всхлипывает, а потом берет папу за руку, кладя белого зайца на полку. Чимин давно не может позволить себе и сыну многое. От ухода за собой, до начала личной жизни и дорогих игрушек сыну, которые ему нравятся. Ену отбирает у него все свободное время. Но Пак не жалуется на сына, только на усталость. В шестнадцать он забеременел от альфача с параллели с которым встречался. Он даже смог поступить в университет, но узнав о ребенке, бросил обучение. А альфа, почувствовав себя взрослым, благополучно бросил Пака на произвол судьбы, только узнав о беременности, ведь, видите ли, не готов к сыну. Родители от него отвернулись, мол, сын где-то ребенка нагулял, только Тэхен остался рядом с другом, помогал другу и сидел дома с омежкой. Когда мальчик только родился, Чимин рыдал ночами в подушку, потому что ничего не мог самостоятельно сделать, висел почти на шее у Тэхена. Тэ почти жил у него, помогая с малышом, чтобы омега мог просто прилечь на пять минут, но как только омежка не чувствовал запаха папы рядом, то начинал кричать и плакать. Чимин выгорал как спичка, на глазах умирал. Омега бегает по трем работам чтобы прокормить себя и сына, выплатить счета, оплатить аренду двушки, одежду сыну купить, оплатить садик. Зарплата низкая, но это хоть сколько. Но оплату аренды квартиры денег начинает не хватает. Омега носится с одной работы на другую, естественно устает, вот и зарплату снижают за неработоспособность. Куда его возьмут с одним только средним образованием? Благо в садике понимающие воспитатели, не просят денег, понимая ситуацию Чимина, и из своего кармана оплачивают место Ену. Тэхен постоянно предлагает помощь с деньгами, но омега всегда отказывается. Не хочет быть в долгах перед другом. — Чимин, пожалуйста, возьми пару тысяч вон. Мне не сложно, а тебе очень нужно. У тебя ребенок на плечах, так еще и работа с утра до вечера. — Тэ протягивает дюжину купюр, но Пак в очередной раз отодвигает их. — Тэ, я не могу. Потом я буду нуждаться в твоих деньгах вновь и вновь, а я должен заработать сам. — С тобой бесполезно спорить... Как хочешь, но знай, у тебя всегда есть я, и если тебе нужны будут деньги или помощь, зови меня. Я обязательно приду. Тэхен делал еще пару попыток дать деньги Паку, даже подкладывал в какие-то места, но Чимин все равно их находил и возвращал. Другим можно только позавидовать честности и упорству омеги, данным ему при рождении, но сам парень считает это обыкновенным. *** — Ену, идем со мной в магазин, солнышко. Я смогу тебе что-нибудь купить. — пересчитывая последние сбережения на месяц, говорит омега. Денег не хватает. Совсем. Но сына порадовать хочется, поэтому скрежа зубами, Чимин берет деньги из заначки. Из-за угла тут же слышатся визги и оттуда выбегает мальчик. — Но в приоритете все же клубничное молоко? — зная, как сын его любит, для Чимина ответ ожидаем. — Да! А зайку того мне купишь? — омега одевает на малыша синюю куртку, а потом шапку с медвежонком. Ребенок не сидит на месте и чуть ли не прыгает от радости. — Куплю, солнышко, куплю. — Пак хватает кошелек, телефон и закидывает на плечо сумку. Он сам понимает, что в легком осеннем пальто ему будет холодно, но все деньги он тратит на одежду сыну, чтобы тот не простудился. Поэтому потуже затянув шарф, он выводит Ену на улицу. Мальчик, завидев лужи, бежит в них прыгать, но оказывается оттянутым назад. — Ену, сейчас же промокнешь весь и заболеешь. — говорит он это с любовью, держа ладонь ребенка. Быстро заканчивают покупки, а Ену довольный бежит домой с зайчиком в руке. — Ену, не убегай, солнышко, я же за тобой не успеваю! Чимин берет тяжеленные сумки с продуктами на месяц и немного корчится от веса. Вдруг возле слышит голос мужчины. — Вам помочь? Вижу же, что Вам тяжело. — Чимин вздрагивает. Приятный альфа, чуть выше Пака, улыбается и предлагает помощь. Сразу видно, что у него хороший доход, о котором Чимин может только мечтать. Длинные волны сзади завязаны в короткий хвост, белая водолазка, шарф поверх, куртка короткая, но пуховая, теплая. О такой Чимин может плакать по ночам. — Нет-нет, все хорошо. Я правда донесу. — Чимин улыбается в ответ, но альфа настойчиво протягивает ладони и Пак вынужден отдать ему пакеты. Ену счастливо бежит вперед, но Чимин его ловит и хватает за ладошку, а ребенок теперь счатливо подпрыгивает за руку с родителем. Парень только улыбается с этих двоих. — Спасибо, мне очень приятно, что Вы помогли. — У вас нет машины? Вы так далеко пешком ходите? — У меня даже прав нет. Вот он родился и я только и успеваю по работам бегать. А круглосуточный на весь район только один. — Чимин смотрит на сына, ни в коем случае не ругая его. — Сын – единственный, кто он у меня есть. — У вас нет альфы? — мужчина удивленно смотрит на омегу, но тот только мотает головой. — Сочувствую. Однако странно, что у такого красивого омеги нет пары. — Чимин на это слегка краснеет, но благодарит. — Спасибо, нечасто слышу комплименты. — улыбается Пак. Они так и разговаривают, вскоре оказываясь у квартиры омеги. — Пришли. Спасибо за помощь. Не знаю, что бы без вас делал. — Да, ничего, все нормально. Кстати, — парень ставит пакеты и протягивает ладонь, мило улыбаясь. — Юнги. — Чимин. — омега пожимает ладонь и крепче держит сына. — Может зайдете? — Был бы не против. — улыбается Юнги. Чимин улыбается в ответ и открывает ключом квартиру. — Извините, у нас тут легкий бардак. — Юн проходит в квартиру за Паком и видит чисто убранную квартиру, в которой бардака, честно, он не наблюдает. Чимин тут же снимает с омежки ботиночки, ставит их рядом, снимает с него куртку и вешает ее на крючок. Сам снимает кроссовки и пальто, помогая альфе повесить пуховик на вешалку. Ену сразу убегает в одну из комнат, из которой вскоре доносятся звуки мультика, а Пак предлагает пройти на кухню. — Кофе или чай? — Давайте кофе. И все же, на "ты"? — Хорошо. — омега улыбается и ставит чашку кофе перед альфой, а себе делает зеленый чай с медом. Они очень долго разговаривают, постепенно сближаясь. Чимину кажется что этот альфа невероятный: он джентельмен, интеллигентный, воспитанный, образованный, не просит сходить на свидание с первой же встречи, сходить "поесть рамена", не задает глупых вопросов, а только мило разговаривает с омегой по душам. Оказалось, что у них небольшая разница в возрасте, всего два года, много общих интересов. Юнги работает продюссером в известной компании. Чимин хотел работать там же, но ребенок прервал планы. Потом к Паку на колени забирается сын и и вдруг громко выдает. — Папуль, а мне нравится аджусси! Можно он будет жить с нами? — Чимин краснеет и целует сына в макушку. Мин улыбается и тоже немного заливается румянцем. — Солнышко, у Юнги есть своя квартира, он там живет. — Ладно... — Ену грустнеет, но остается у папы на коленях, а пока омега поглаживает ребенка по голове, все равно разговаривая с Юнги, тот засыпает. — Солнышко, спишь? Может пойдем спать? — Ену угукает и Чимин, извинившись, уносит сына в кровать. Юн лишь улыбается с родителя, он хочет посмотреть на омегу, укладывающего сына спать, такого уютного и милого. Но не может, он пока не родной для этой маленькой семьи. Омега возвращается через пару минут, и они в полной тишине вновь разговаривают. Заканчивают они поздно, но в это поздно приходит хозяйка квартиры. Она сама на работе до поздна, поэтому и приходит всегда почти в ночь. Только обычно она приходит спокойная. — Пак Чимин! Когда ты будешь выплачивать счета! — женщина кричит в коридоре. Омега настолько пугается, что аж подпрыгивает на стуле и выскакивает моментально. — Госпожа Чхве, не кричите, у меня Ену спит, я скоро все выплачу, у меня зарплата должна на этой неделе быть. — Ты мне это говорил еще неделю назад, денег у меня все еще нет. Что я должна подумать? — женщина грубо разговаривает с парнем, ставя руки на бока. — Если денег через месяц не будет, ты вылетишь отсюда как пробка. — женщина грозит тому пальцем и сводит брови. Чимин чувствует слезы на глазах и всеми силами держится, чтобы не зарыдать. Вдруг он чувствует руки на талии, постепенно обнимающие сзади. Понимая, что разыгрывается сцена, он подыгрывает и кладет ладони на руки альфы. — Мы все выплатим, не переживайте. — голос Юнги мурашками отдается по коже, но омега чувствует безопасность только от его присутствия. — Альфу себе нашел? — женщина кидает презрителтный взгляд на обоих и фыркает. — Ну молодец, посмотрим. Я все сказала. — женщина еще раз грозит пальцем и выходит из квартиры, хлопая дверью. — Спасибо, я не знаю как тебя отблагодарить.. Мне даже неловко. — Юн быстро убирает руки с талии Пака, отходя на расстояние. Все-таки они не пара, это был просто спектакль. — Ничего, я помогу с деньгами. — Мин подходит к вешалке и достает из куртки бумажник, открывая и доставая купюры большого номинала. — Нет, нет! Не нужно! Я должен сам заработать! Мне все счета оплачивать. — Чимин отговаривает альфу, но тот лишь берет ладонь Пака и кладет туда несколько тысяч вон, которых хватит за долг за квартиру. — Возьми, не страшно, даже возвращать не надо. — Юнги, спасибо... — омега ненавидит брать в долг, но все же берет деньги Мина, доверяя ему. После Юн уходит, оставляя уютную квартирку. Чимин, вновь посмотрев на деньги, видит на одной из них номер телефона. К глазам сразу подступают слезы, и тот, схватив телефон, тут же вбивает его в контакты. Так проходит два месяца. Они общаются по переписке, сближаясь очень быстро. Пару раз пересекаются на каких-то мероприятиях, как Чусок, день рождения Чимина и просто погулять. Юн становится желанным гостем у Паков, особенно у Ену, который видит в Мине пример для подражания. По привычке, в свой выходной, Чимин долго сидит на диване, пиля взглядом телефон, лежащий на столе. Омега все же его хватает и пишет Юнги, зная, что Мин отвечает сразу же. Юн заходит в сеть после первого же сообщения. Они перекидываются парочкой сообщений, после чего Чимин предлагает зайти к ним на ужин. Юнги, как всегда, соглашается без колебаний, отправив "я смогу" со скобочкой. Сам весь светится от счастья. Чимин такой милый и заботливый, что просит того одеть шарф, ведь на улице уже слишком холодно. Пак заканчивает переписку и идет на кухню. А через два часа слышится дверной звонок. Брюнет еще пять минут назад заметил черный мерседес, подъезжающий к их дому. На пороге появляется Мин с чем-то за спиной. Альфа сразу чувствует невероятный запах еды, от которого слюнки текут. —Привет. Я знал какие ты любишь, поэтому... — Мин показывает из-за спины большой букет цветов. — Твои любимые лилии. — Чимин прикрывает рот рукой и берет огромный букет, улыбаясь от того, что Мин помнит, что он любит эти цветы. — Ох, не нужно было, но спасибо. — Пак улыбается и наливает воду в вазу на кухне, ставия в нее цветы. — Ты проходи, я уже ужин приготовил. — Аджусси! — к альфе бежит малыш и обнимает того за ногу, заливисто смеясь. — Привет, Ену. — Мин треплет ребенка по голове, взлохмачивая волосы, и улыбается. — А это тебе! — Юн достает из сумки, с которой пришел, большое шоколадное яйцо, которое в ладошки мальчика не помещается. — Ого, спасибо большое... — омежка смотрит на него удивленно и сразу бежит хвастаться папе. Чимин благодарит Мина за подарки, упоминая вскользь, что Ену очень нравится подарок, хоть он не так сильно радуется, потому что мальчик не получает таких подарков из-за финансов. Но вспомнив про еду, Пак убегает обратно. Ену вновь прицепляется к альфе за ногу, смеясь и говоря "спасибо". — Солнышко, дай Юнги переодеться. — с кухни кричит Пак и после прибегает обратно, отлепляя смеющегося сына от старшего и помогает повесить куртку. — Мой руки и приходи на кухню. — Чимин улыбается, а после все садятся есть. Общаются за столом на абсолютно разные темы, в перерывах между которыми Юнги раз десять хвалит еду омеги, смущая того. Ену настолько понравился Юнги, что тот его даже отпускать не хотел. Но Чимин помог Мину высвободиться из объятий сына и отпустил его домой. Рождество тоже решили отпраздновать вместе. Решили даже, что Мин останется на ночевку. Омежка был самым счастливым и чуть ли не прыгал от радости. Несколько дней спустя, двадцать пятого декабря, приходит Тэ, снова с деньгами. Он с Чонгуком был в Париже на медовом месяце, и все время звонил по видеозвонку Паку и показывал Эйфелеву башню из их номера. На одном из звонков пара даже чуть ли не открыто лапала друг друга, и если бы Чимин не прокашлялся, то все бы дошло и до постели. — Чимин-а привет! — в квартиру входит раскрасневшийся от холода Тэ и стягивает шарф. — Ты сам знаешь, зачем я пришел, хотел-... Подожди-ка... — Тэхен вдруг хмурится, наклоняется к Чимину и внюхивается в запах Пака, а потом улыбается. — Ты нашел себе альфу? На тебе запах кардамона. Это же не твой. — Нет, он не мой альфа, он просто друг. Мы с ним познакомились три месяца назад. — вздохнув, отвечает Чимин, пропуская Тэ в гостиную. Тот вальяжно плюхается на диван и потягивается. Пак приносит чашки чая и садится напротив в кресло. — Ну кому ты это втираешь-то!? Я что, по твоему не знаю, чем заканчиваются такие "просто-друзья"!? Ты к нему что-то чувствуешь? — с надеждой в глазах спрашивает Тэ. Чимин мнется и тихо отвечает. — Ну, похоже, что да. — Ким вскакивает и прыгает от радости. — Тэ, сядь, я же... — Ура-а-а! У тебя будет муж! Ура! — Чимин краснеет и закрывает лицо руками, потому что с минуты на минуту должен прийти Мин. Юнги тихо открывает дверь, удивляясь, что та не закрыта, и хочет сделать сюрприз, держа в одной руке пышный букет, но слышит возгласы и писки из гостиной про мужа, усмехается и останавливается послушать за углом. — Хен, ты не представляешь как я рад! Как его зовут? Сколько ему лет? А кем он работает? Он тебя любит? Хочешь, я вам расклад сделаю? Боже, Чимин, я так рад! — Тэ, подожди, не надо никаких раскладов! Все по порядку. Его зовут Мин Юнги, он на два года старше меня, продюссер в большой компании. Я не знаю, он чувствует ко мне что-то или нет. — Юн застывает и глупо улыбается, зачесывая каштановые волны назад. — О, боже, да он идеально тебе подходит! Вы обязаны пожениться! Срочно признайся ему в чувствах! Может он тоже что-то чувствует! — Да подожди ты, Тэ! — Чимин вскакивает с с кресла, встряхивая друга. Младший замолкает и видит страх в глазах напротив. — Я боюсь. А если не взаимно? Это будет глупо выглядеть? — Тэхен удивленно открывает рот и приобнимает того за плечи. — Чимин, ты чего говоришь такое? Это не будет выглядеть глупо, ты же признаешься в своих чувствах, это то, что ты переживаешь, тебе не должно быть боязно за это. — Чимин смотрит в сторону, сердце стучит громко и больновато из-за переполняющих его чувств. —Ты точно так думаешь? Он не скажет мне, что я отвратителен? Все-таки парень-омега, да еще и с прицепом... — Чимин! Хватит нести какую-то пургу! Как думаешь, он просто так дарил тебе цветы, проявлял знаки внимания, ухаживал? Если бы ты был ему отвратителен, то Юнги-хен давно перестал бы с тобой общаться! Я, к слову, тоже парень-омега, но ничего, замужем уже! И вообще, кто тебе сказал, что ты отвратителен!? Ты такой красивый, заботливый, лучший папа! Ну ты серьезно!? — Красивый? Не смеши меня. У меня жутко пухлые щеки, губы как два пельменя, глаза как две щелки, а после беременности я до сих пор оправиться не могу и привести себя в форму. — Чимин, о твоей фигуре мечтают сотни! Перестань! — Тэхен совсем забывает про главное, поэтому вновь напоминает об этом и Паку. — Признайся Юнги-хену в чувствах! Я уверен что он хоть что-то, да чувствует! — Между прочим чувствую. И уже очень давно. — Юнги поворачивает из-за угла в комнату, улыбаясь, с букетом пышных лилий, и Чимин застывает на месте, держа руки на плечах Тэ. Сердце пропускает удар. — Тэхен, ты почему не закрыл дверь? — шепчет омега, краснея. — Ну я забыл, прости. Но это же теперь не так важно, правда? — Тэхен цокает, но светится от счастья и подталкивает друга к альфе. — Скажи ему хоть что-нибудь! — шипит Тэ Паку за спиной, сгорая от любопытства, что будет дальше. Дальше ничего не происходит, оба все так же смотрят в глаза друг другу, только один любя и искренне, а другой боязливо и стыдливо. Мин улыбается шире и протягивает букет, на что омега смущенно берет его и пунцовым становится. — Держи, твои любимые лилии. — А-э... Спасибо... — Пак кладет букет на руку и все еще молчит. Он знает, что Мин слышал все, о чем они говорили с Тэ. Ким не выдерживает и толкает друга на Мина, и тот его ловит, а Чимина током прошибает. Младший снова смотрит в глаза Юна, а потом чувствует теплые губы на своих, мгновенно отвечая и прикрывая глаза. На талии Пак чувствует большие ладони, а сам кладет руку на плечо Юнги. Целуются долго, нежно, чувственно. Оба сначала просто соприкасаются губами, то ли стесняясь продолжить, то ли боясь. Пак жмется ближе, надеется на большее. Его надежды оправдываются. Альфьи мягкие губы прикасаются к чиминовым, нежно лаская их и сминая пухлую нижнюю. Юнги наклоняет голову, чтобы было удобнее, перемещает ладонь на плечи младшего, прижимая того еще ближе, углубляет поцелуй, проникая языком в рот, переплетая оба языка. Воздух заканчивается и оба отрываются на миллиметры, чтобы глотнуть кислорода, улыбаясь и смотря в глаза друг друга, а потом вновь соприкасаются губами. Омега чувствует давно забытые эмоции, бабочек в животе, неимоверную радость, от того и улыбается в поцелуй. Чимин не слышит никакой реакции на это, что очень уж странно, потому оборачивается на Кима, а тот стоит и рыдает. — Это можно считать согласием на предложение встречаться? — тихо говорит Мин и улыбается. —Можно. — улыбается в ответ омега и целует в уголок губ. — Ты давно пришел-то? — тихо спрашивает Чимин. —Недавно. — Юн обнимает Пака и вдруг мурлычет как кот. —Когда свадьба? — Тэхен счастливо смотрит на пару, вновь роняя крупные капли слез. —Позже, Тэ, позже. — отвечает Юн. Ким радостный покидает квартиру, мимолетно желая им хорошего Рождества. На праздник было решено не готовить самим, а заказать доставку, поэтому время было свободно. Мин, сняв верхнюю одежду, лег на диван вместе с Паком на груди, начиная гладить того по голове. — А где Ену? Не слышно его. —Он спит перед Рождеством. Его, кстати, уже будить пора. — посмотрев на часы, говорит Чимин. Пак встает с дивана, но альфа, улыбаясь, тянет его обратно и тот вновь падает в объятия. — Ничего, пусть поспит. А мы с тобой полежим. Оба так и уснули, лежа в обнимку. А просыпаются они только к десяти, целуясь следующие десять минут и шепча друг другу слова любви и всякие нежности. Ену будят после, а тот так и не может встать с кровати и Чимину приходится нести его на руках до кухни. —Солнышко, пора вставать, ты так все Рождество проспишь. — Чимин немного тормошит ребенка, целует его в макушку и по спинке хлопает легонько. —Папуль, я хочу спать. Давай пойдем в кровать? — малыш потирает глаза, кладя голову на плечо омеги. Чимин обнимает сына и улыбается, а вскоре на плече опять слышится сопение. Малыша приходится положить на диван, укутав пледом, и готовиться самостоятельно. Приезжает курьер и Мин тайком от бережливого омеги дает тому большие чаевые, желая провести праздник с семьей, а Пак стоит над сыном, прижав одну ладонь ко рту, а другой обхватив свою талию. Мин заходит в комнату, ставя пакеты на пол, и обнимает Чимина со спины. — Солнышко, пора просыпаться. — приседает перед ребенком омега, гладя сына по голове. — Я уже встаю... — мямлит омежка, потирая глазки кулачками. Но как только сквозь сон видит Юнги, стоящего рядом, то просыпается в мгновение. — Аджусси! Ты пришел! — мальчик спрыгивает с дивана, сразу оказываясь в объятиях Мина. Пак улыбается, начиная раскладывать доставку на столе. — Конечно пришел! Как я мог не прийти, Ену! — улыбается альфа, а мальчик хихикает. — Сколько до Рождества знаешь? — Нет, аджусси, сколько? — с любопытством спрашивает малыш. — Осталось десять минут! — мальчик восхищенно раскрывает глазки и тянется носочками вниз, мол, спустить его. — Беги переодеваться, мы тебя ждем! — Чимин присаживается на диван, скромненько сложив ладошки между коленями. Юн садится рядом, падая головой на плечо омеги. — Ему надо рассказать о наших отношениях. Это не может долго оставаться в секрете. Тем более, он – ребенок, он узнает все в первый же визит к Тэ, потому что тот не умеет молчать. — Чимин вздыхает и слышит хихиканье сбоку. — Ну вот чего ты смеешься? Я сказал какую-то шутку? — Чимин-и, ты уже весь пропах мною, я думаю что Ену умный мальчик и уже догадался. — Пак еще раз вздыхает. Мин прав. Младший настолько им пропах, что свой аромат почти скрылся. Вдруг в комнату вбегает малыш, на что Юнги убирает голову с плеча омеги, что не хочется делать, потому что тот очень мягкий и вставать с него не хочется. Ребенок попытался сам натянуть на себя футболочку, но не смог без помощи папы, ведь ручки еще коротковаты. —Папуля, у меня не получается надеть ее. — грустно лопочет Ену. Пак улыбается шире и ладонью подзывает к себе сына. —Давай я тебе помогу, солнышко. — мальчик подходит к родителю и он в два счета натягивает одежду на Ену. — Вот и все. Садись ко мне на колени, солнышко, сейчас будем праздновать. Время подходит, а Ену уже допытывает папу вопросами о том, какие же подарки в этом году ему принес Санта. Пак говорит, что сам не знает, но мальчик настойчиво утверждает, что его папа – рождественский эльф – и знает, что Санта ему подарит. Мин хихикает в стороне, сидя полностью повернувшись к родителю с сыном и подперев голову рукой, а Чимин ногой его ударяет легонько по и́кре. Часы показывают двенадцать часов и Юн замечает это первым. —С Рождеством вас, любимые. — Юнги улыбается. Ену вскидывает бровки в удивлении, а потом начинает хлопать в ладоши и смеяться. Чимин и Юнги чокаются фужерами с шампанским, которое омега нечасто может себе позволить, а малыш попивает сок из стаканчика. Только спустя минуту до ребенка доходит слово "любимые". — Аджусси, папуль, а вы что, любите друг друга? — Пак багровеет, а Юн улыбается. — Да, Ену, мы с твоим папой любим друг друга. — мальчик взвизгивает и обнимает крепко сначала папу, а потом альфу. — Ты теперь мой второй папа получается? — глазками-бусинками хлопает омежка, сидя на коленях Мина. — Ну если ты хочешь, могу быть и твоим вторым папой. — малыш вскрикивает радостно и восхищенными глазами смотрит на двоих взрослых, а те в свою очередь, тепло смотрят друг на друга и на ребенка. У Чимина слезы на глаза наворачиваются: настолько Ену полюбил старшего, что даже несмотря на то, что Мин не родной отец, малыш принимает его. — Папа, а ты будешь жить с нами? — Пак всхлипывает. Ену принимает Юнги в их семью, зная что сам омега давно его принял. Юн улыбается широко: малыш называет его "папой". Как родного. От этого внутри теплое чувство и в животе бабочки, что прыгать и визжать хочеться. — Ну... Если твой папа не против, то мы можем жить в моей квартире. Она намного просторней и, что немаловажно, она моя собственная. — последняя фраза была обращена к Чимину. Тот улыбается в ответ и берет со стола бокал. На родителя оборачивается Ену. — Папуля, пожалуйста, мы можем жить у папы? Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста! — мальчик выполняет коронный прием – щенячий взгляд. Перед ним его папа не выдерживает. — Я... Я должен подумать... — Пак мнется, потому что неудобно вот так сначала заявлять о том, что тебе нравится человек, а потом переехать в его квартиру на следующий день. Малыш расстраивается и делает грустный взгляд. Юнги мягко кивает, улыбаяясь. — Но я думаю, что мы можем переехать после праздников! — Ура-а, папуля, ты самый лучший! — мальчик слезает с колен Юнги и обнимает Пака. Тот целует его в макушку, а потом, подняв голову, сталкивается со вглядом Мина, явно желающим еще раз поцеловаться. Чимин долго моргает, показывая что согласен, и взгляд направляет на губы напротив. Альфа тянется к лицу младшего и соприкасается с желанными персиковыми губами, без всякой пошлости цепляя нижнюю пухлую губу. Вдруг на них смотрит Ену, широко сначала раскрывая глаза, а потом закрывая их ладошками. — Ой, фу-у! — Солнышко, в этом ничего противного нет. — говорит Пак, оторвавшись от Юна, и улыбается. — Гадость какая! Это же все потом у вас во рту! Фу-у-у! — мальчик отворачивается, вызывая этим смех взрослых. Остаток вечера проходит незаметно за разговорами о переезде, подарках, но длится совсем недолго, потому что Ену, напрыгавшись от подарков в виде "лего"-набора и долгожданной радиоуправляемой машинки, устает, засыпая на ковре. Чимин поднимает сына, неся сначала в спальню забрать вещи малыша, а потом в ванную. Мальчик в большинстве справляется сам, омега только контролирует, чтобы сын не упал или не подскользнулся. После Пак помогает Ену одеться, а затем ведет в кроватку. Малыш запрыгивает под одеяло и засыпает моментально. Омега целует сына в лоб и уходит в гостиную к Юнги. Старший просматривает соцсети, но завидев в дверном проеме Чимина, откладывает телефон. — Котенок, все, спать? — омега кивает и убирает со стола еду и напитки. — Тебе помочь? — Нет-нет, я сам справлюсь! Все в порядке! — Пак улыбается и выходит из комнаты, относя всю еду на кухню. Возвращается со стаканом воды. Юнги поднимается с дивана, поворачиваясь на него же и ставя руки в боки. — Ну, показывай, как он у тебя раскладывается. — Я по поводу этого и хотел спросить... Может ты хочешь поспать... Вместе со мной?... Я имею в виду, что на кровати же удобнее... — Пак розовеет в щеках, а Юн глаза широко раскрывает. — Хорошо, котенок. Если ты так хочешь. — Юнги улыбается, глаза полны доброты и он не намеревается делать что-то плохое рядом с этим комочком нежности и любви. Чимин улыбается в ответ, что зубки видны, а глазки в щелочки превращаются. Он протягивает ладонь, ставя стакан на столик. Юн берет пухлые пальчики омеги в свою руку, хватая сумку в коридоре. Они тихо заходят в спальню, Пак прикладывает палец к губам, показывая, что надо быть тише, ведь сын засыпает очень быстро, а спит чутко. Юнги внутри чувствует легкость от радости. Он прошел в сердце квартиры омеги, значит доверие почти достигло своего пика. Он осматривается по сторонам: большая двуспальная кровать, кроватка Ену, стоящая напротив, небольшой шкаф, две тумбочки по бокам кровати, мягкий свет от ламп на них, комод около двери, а на нем памятные вещицы как слепки ладошек и стоп Ену, фото малыша из роддома, первое совместное фото и много другого, например, букет лилий, подаренный Мином. В комнате пахнет Чимином, очень, несмотря на то, что в ней проживает еще один человечек. — Бери нужные тебе вещи, я покажу тебе что и где находится в душе. — Пак улыбается и выходит из комнаты, ожидая альфу снаружи. Мин расстегивает сумку, доставая оттуда пижаму с бельем и косметичку размером с две ладони. Как только он выходит к Чимину, тот глаза широко раскрывает на сумочку в руках старшего. — Я впервые вижу, чтобы альфа за собой так ухаживал. —Люблю чтобы мое лицо было ухоженным. — пожимает плечами Юн, улыбаясь легко. —Похвально. — хихикает Чимин и проводит в ванную, показывая полотенца Мина и тыкая на краны с водой, чтобы тот не обжегся кипятком или не задубел в ледяной воде. — Я пойду после тебя, а потом спать. —Хорошо, цветочек. — Пак вопросительно смотрит на альфу, удивляясь новому прозвищу. — Ты пахнешь лилиями, поэтому цветочек. — разъясняет Юн, хмыкая по-доброму, а омега улыбается, после чего Мин скрывается за дверью. Чимин забирается на кровать и открывает соцсети, пролистывая ленту событий за сегодня. Юнги возвращается минут через 15, ставит косметичку на стол, снимает тапочки и забирается под одеяло. Пак берет подготовленную одежду, целует того коротко в губы и уходит. Вскоре приходит обратно и тоже залезает под одеяло. Юн откладывает телефон и нежно обнимает Чимина за талию, кладя голову на грудь. Парень вздрагивает и улыбается. Он приглушает свет и гладит старшего по голове, вдыхая запах шампуня от его волос. Сопение доносится очень скоро, поэтому Чимин ложится ниже и целует Мина в нос. Но не сдерживается и осторожно прикасается губами к губам Юна. И неожиданно получает ответ. Юнги, не разрывая контакта, поднимается и нависает над младшим. Мин чувствует бешеное сердцебиение его омеги и ладони на шее и в волосах. Чимин путается пальцами в черных прядях, притягивая парня к себе ближе, и запускает вторую ладонь на чужую сильную спину. — Чимин-а, я так тебя люблю. — проводя теплой рукой по гладким волосам, шепчет Юнги и медленно проходится пальцами по шее Пака, постепенно спускаясь к тонкой талии и притягивая к себе еще ближе. Между телами не остается и сантиметра. Юнги вновь нежно припадает губами к чужим, неторопливо начиная их сминать, чуть покусывая и оттягивая. Воздух заканчивается и Чимин просто вынужден оторваться от чужих пухлых губ, как его снова затягивают в поцелуй. — Милый, у меня в легких нет столько воздуха. — хихикая, отрывается Пак и пытается отдышаться. Он улыбается и явно доволен тем, как его любит его альфа, а Мин улыбается в ответ. Юнги чмокает того и падает на подушку рядом. Мужчина сразу притягивает к себе Чимина, крепко обхватывая руками. Пак еле-еле может дотянуться до лампы и выключить ее, прежде чем повернуться к Мину и зарыться носом в чужую грудь. От Юнги пахнет кардамоном. И лилиями. Юн находит чужую ладонь и переплетает пальцы, крепко сжимая чиминову руку, словно боясь отпустить. В комнате пахнет уютом, теплом, кардамоном и лилиями. — Знаешь, а я хочу вот так... — вдруг шепотом, начал Юнги. Он сделал небольшую паузу, в темноте вглядываясь в чужие глаза, — ...всегда. И это было самое лучшее "всегда", какое только Чимин мог представить.