Автозагар

Первым, что она почувствовала, была боль. Не острая, а пульсирующая, тяжелая, словно внутри черепа поселился маленький, но очень настырный барабанщик. Голова сейчас взорвется. В горле пустыня Сахара. Тело ломило, а мышцы протестовали против любого движения. Сакура медленно приоткрыла глаза. Свет был приглушен, но достаточно ярок, чтобы понять: это не её комната. Воспоминания о вчерашнем вечере были туманны, словно сквозь вату: смех, музыка, Наруто с алкоголем, яркие этикетки, объятия, и... Внезапно до неё дошло. Холодно. Она была голая. Сакура резко села, обхватив себя руками. Она была в чужой постели, в чужом доме. Она осторожно повернула голову. Рядом с ней спал Саске. Он лежал на спине, укрытый лишь тонкой простыней до пояса, демонстрируя идеальный торс. Он был только в трусах, рот чуть приоткрыт, и, кажется, он спал так сладко, что вот-вот пустит слюни. Абсолютно безмятежный, не похожий на того отстраненного и вечно напряженного Саске, которого она знала. Сакура вздохнула. Ну, по крайней мере, она была с Саске. Это объясняло многое. Она осторожно попыталась выбраться из постели, опираясь ладонью на матрас, чтобы не разбудить его. И тут же услышала тихое, но отчетливое шипение прямо под своей рукой. Она застыла и медленно, с ужасом обернулась. Под одеялом, которое она только что приподняла, чтобы встать, лежал Наруто. Он хмурил брови, его глаза были еле приоткрыты, и он шипел от боли, потому что Сакура только что надавила всей тяжестью своей ладони прямо ему на ребра. Он был явно голый, укрытый одеялом, которое они делили втроем. — Ммм... Сакура-чан... полегче, — пробормотал Наруто сонным, хриплым голосом. Сакура застыла. Её мозг, и без того перегруженный похмельем, отказался обрабатывать информацию. Она, голая. Саске, голый, спит рядом. Наруто, голый, спит с другой стороны. Шок был настолько сильным, что она не могла даже крикнуть. Только широко раскрытые глаза и немой ужас. Её дом рухнул. Шок медленно сменялся паникой. Сакура, не в силах оторвать взгляд от спящего Наруто, а затем от такого же безмятежного Саске, медленно, с дрожащими руками, натянула на себя вчерашнюю одежду. Её движения были скомканными, неловкими. Каждый шорох казался оглушительным, каждый шепот её собственного дыхания – предательским. Как можно было ТАК напиться, чтобы ничего не помнить? Чтобы проснуться... в таком положении? Одевшись, она быстро выскользнула из комнаты, глаза бегали по сторонам, отчаянно ища воду. Сухость в горле была невыносимой, жгучей. Она прошла по тихому коридору, который вчера казался таким уютным, и направилась на кухню. Там, как ни в чем не бывало, стояли Канкуро и Шикамару. Канкуро, на удивление, уже был одет в чистую футболку и брюки, а Шикамару потягивал кофе, оперевшись о столешницу. — Доброе утро, Сакура, — спокойно произнес Шикамару, его взгляд был как всегда немного ленивым, но внимательным. — Доброе утро, — добавил Канкуро, чуть улыбнувшись. Сакура неловко выдавила из себя ответную улыбку, которая скорее напоминала гримасу. — Доброе утро, парни. Шикамару отпил свой кофе. — Как спалось? — Голова трещит, — выдохнула Сакура, её голос был хриплым. — Дай воды, пожалуйста. Канкуро тут же налил полный стакан и протянул ей. — Да, напились мы знатно. Девушка жадно, большими глотками осушила стакан. Как только он опустел, она поставила его на стол и тяжело вздохнула. — Даа. Но я ничего не помню, — было заметно, как ей неловко. Она избегала их взглядов, пытаясь сквозь туман в голове хоть что-то вспомнить. Шикамару задумчиво провел рукой по подбородку. "Ммм..." Канкуро, к облегчению Сакуры, пожал плечами. — Да ничего такого вроде. Вы с Саске пошли в свободную комнату... вроде. Шикамару кивнул, подтверждая. — Да, вы пошли в свободную комнату. Дальше мы танцевали, тоже пьяные были, поэтому насчёт вас не знаю. Мы с Темари тоже в какой-то момент просто... отрубились. — Он многозначительно взглянул на Канкуро. — Кажется, ты был последним, кто ещё держался, Канкуро. Канкуро рассмеялся. — Я? Нет, это Чоджи уснул прямо на диване, а я пошел искать туалет и... очнулся на кухне. — Он сделал паузу. — Ну, а Наруто... Наруто, кажется, тоже ушел к вам, нет? Он вроде говорил, что ему холодно на диване. Сакура застыла. Ком в горле стал ещё больше. Наруто. Точно. Она же помнит, как он полз под одеяло. Но зачем? Почему? И как? Она была так уверена в себе вчера вечером, а теперь она не помнила даже, как оказалась в этой постели. И это пугало её больше всего. Она чувствовала себя так, словно пропустила целую главу своей жизни. И эта глава, судя по утреннему пробуждению, была очень, очень важной.