потеряшка

холодный дождь и изморось. приходят смс, а я всё жду рассвет. на телефоне три процента. ты не звонишь мне. в свой день рождения я думаю: «анюта бредит». мне снились горы острые и реки. в том небе птицы пели. величественный ястреб пал за пищей. но, как ты знаешь, он разбился. кровь всё текла по скалам вниз, в ручей — он был холодный, чистый. в нём хищник обрести покой молился. ты не поверишь — он забрал и твой, и мой. покоя больше нет, и бога — тоже. по венам — сталь, по телу — ток. холодный разум даст эмоциям контроль. но вот ошибка: нет его. пустое тело коченело, никто не мог найти его. на телефоне два процента. ты не звонишь мне, дорогой. я вспоминала наши дни — такими светлыми, порой, казались мы детьми, что думали лишь сердцем. никак не головой. слова мои ты слышишь не из уст. извне они пришли ко мне, а вслед — к тебе. ты можешь думать, всё — лишь бред. а я скажу тебе, мой свет. часы заведены до трех. я говорю им: раз, и в тот же миг я ощущаю наш покой. ты помнишь, может быть, его. мы весело качались на качелях. цвела сирень и мама пела песнь о том, какими мы бы стали. о том, кого мы потеряли. я говорю им: два. постель взъерошена. в ладонях — тряска, на душе — зима. та, что была мила. мы ездили на санках к Ване он говорил: Январь! Январь! Вы приезжайте к нам тогда! декабрь за окном смеялся. мы собирали в лесу шишки, на ужин пили квас. на телефоне нет процентов. часы заглохли, после трех. дождь лил, а я хлебала слёзы, аспирин. снег падал, не спешил. ты не писал — зима прошла. за ней экзамены, долги, закат. я падала, по сторонам не озираясь. боль стихла — ты был прав. я без тебя пройду и дальше. но заведи часы. тик-так.