Я тебя не достоин

      Противный писк будильника разрезает утреннюю тишину. Антон берет в руку разбитый телефон с «сеточкой» на экране: 6:20. Парень плюхается обратно на подушку, потирая глаза. За окном еще темно, и лишь огромные сугробы отражают свет фонарей. Юноша поднимается с постели, пробираясь дрожью, деревянные окна не спасают от мороза, хоть Антон и проклеил их скотчем.       По пути на кухню парень задевает парочку пустых бутылок дешевой водки. В квартире стойкий запах перегара, хоть топор вешай. Мальчишка с громким дребезжанием металла поставил чайник на плиту, не боясь разбудить родителей, ведь после вчерашнего их мало что может потревожить. Открыв холодильник, Антона ничего не удивило, все как вчера: остатки плесневелого сыра и замерзший огурец. Налив чай и отыскав в рюкзаке недоеденный сникерс, парень принялся завтракать Так длилось уже много лет.       Когда-то семья Шастунов жила очень хорошо. Хоть они и не располагали огромными деньгами, в доме был уют. Мама - Светлана работала поваром, поэтому детство Антона ассоциируется с запахом столовских котлет, тогда это была его любимая еда. Да и сейчас он, порой, вспоминает то время с грустной ностальгией. Отец - Андрей работал на заводе и всегда под Новый год приносил сыну сладкий подарок. Это был единственный подарок, который родители могли себе позволить. Так длилось до тех пор, пока отец не получил производственную травму. А потом… нерабочая группа и крохотная пенсия по инвалидности. Отец не рассказывал подробностей, и все, что помнит Антон - звонок из больницы, операция, слезы мамы и папа в инвалидном кресле. И после жизнь перевернулась. Андрей начал пить, Светлана работала и ухаживала за мужем, от тяжести жизни начала по вечерам прикладываться к бутылке вместе с супругом. Так прошел подростковый период парня, и уже года три, как маму уволили с работы.       Допив чай, Шастун собрал бутылки, надел свои потрепанные джинсы, которые, уже кажется, не переживут еще одной стирки, худи и сложил рабочую форму в рюкзак. Собравшись и выйдя на улицу, юноша вдохнул морозный воздух, предвкушая предстоящий день. Сегодня и завтра у парня смены во «Вкусно и точка» после универа. Там он работает уже полгода, из всех мест, где он успел побывать - это нравилось ему больше всего.       Парень неспешно шел, выкуривая по пути сигарету. Когда начало виднеться крыльцо его корпуса, он встретил компанию одногруппников, выходивших из машин. Антон учился в юридической академии, куда попал только благодаря своему школьному аттестату с отличием. В его группе учились, в основном, одни мажоры, были, конечно, и простые ребята, но куда более обеспеченные, чем Шастун. Поэтому парень не высовывался. На их курсе сразу образовались компании, которые Антон делил в своей голове на высший уровень, средний и свой. Ребят «своего» уровня в группе юноша не нашел, а остальные не особо проявляли желание с ним общаться.       Поздоровавшись ради приличия друг с другом, ребята направились в аудиторию. Перед последней парой Антон подошел к старосте:       - Ир, у нас сейчас будет философия?, - наклонился он к парте, за которой сидела девушка. Ирина Кузнецова - староста, отличница, со всеми общалась хорошо. Шастун относил ее к среднему уровню.       - Да, а что?, - сразу переключила внимание от телефона девушка.       - Мне уехать надо, можешь не отмечать?, - робко попросил парень. Ему часто приходилось прогуливать последние лекции, чтобы успевать на смены.       - Антон, я-то не отмечу, но ты же знаешь Павленко, он потом все конспекты проверит.       - Я перепишу… если ты мне скинешь, - неловко улыбнулся мальчишка.       - Скину, - вздохнула Ира, - а куда ты все время сбегаешь?, - поинтересовалась она, когда Антон уже собирался отходить от нее.       - Я…, - юноша замялся, его никогда не спрашивали об этом, - по делам, - решил не рассказывать он.       - Ладно, не буду лезть в личное, - улыбнулась она, - напишешь тогда, я пришлю лекции.       - Спасибо, Ир, - искренне улыбнулся Антон.       Тапнув по экрану, телефон показал 14:10, Шастун поспешил в гардероб. Не глядя по сторонам он налетел на одногруппника, чуть не сбив его с ног.       - Куда прешь?, - крикнул парень, отталкивая от себя Антона с некой брезгливостью.       - Сорян, я не заметил тебя, - торопливо извинялся юноша.       - Шастун, козел блин, на ботинки наступил! Ты хоть знаешь, сколько они стоят?, - продолжал кричать одногруппник, толкнув Антона в плечо.       - Арсений, я не специально, - тараторил парень, пытаясь как можно скорее попасть в раздевалку, - извини еще раз, - выпалил он и убежал.       - Мудак, - буркнул под нос Попов, отряхивая замшу.       - Да откуда ему знать, сколько стоят «Detroit», - усмехнулся друг Арсения Сергей Матвиенко, - ты его видел?, - хохотнул он.       - Дебил, сам на рынке одевается и думает, все так, - поправив прическу, парень направился в аудиторию.       Забежав в кафе за 10 минут до начала смены, Антон облегченно выдохнул.       - Шаст, здорова, - парень обернулся на голос.       - Привет, Поз, - протянул руку товарищ.       - Ты че как поздно? Тебя сейчас Стас убьет, - посматривал в проход Дима, убеждаясь не идет ли управляющий.       - Да там, - махнул рукой Шастун, прикрепляя бейдж, - в универе задержали.       - Давай быстрей, ты на авто, - хлопнув по плечу товарища, Позов ушел на рабочее место.       Время шло быстро, авто-заказов было много, и Антон даже не успевал подумать о том, как он устал. Лишь когда пришел сменщик, парень посмотрел на часы - 22:00. Сев в раздевалку юноша прижался головой к металлическому шкафчику, переводя дыхание. На экране телефона высвечивался пропущенный от мамы, мальчишка нажал на вызов. После долгих гудков послышался пьяный голос:       - А-ало, - женщина громко дышала в трубку.       - Что звонила?, - холодно спросил сын.       - Н-не помню, - с трудом ворочала языком мать, - ты на работе, да, сынок?       - Да, это все?, - уже раздражался юноша, он ненавидел мать в таком состоянии.       - В магазин зайди, купи еды, п-пожалуйста.       - Ладно, - нехотя согласился Антон.       - И… 0,5 озер, - со сладостью в голосе просила Светлана.       - Сами купите, я не буду позориться, - сквозь зубы процедил сын, - все, давай, - не дожидаясь ответа, мальчишка бросил трубку.       - Че, Тох, погнали домой, - плюхнулся рядом Позов.       - Погнали, только немножко посидим, - прикрыл глаза Шастун.       - Ребят, ну че расселись? Нам тоже надо переодеться, - возмущалась сменщица Катя.       - Все, все, Кать, уходим, - быстро поднялся с места Антон и Дима встал вслед за ним.       Ребята неторопливо брели домой. Они жили в одном районе, практически по соседству.       - Шаст, зарплата пришла, - обрадовал Дима, не отрываясь от телефона.       - Хорошо, как раз надо еды купить, - тяжело вздохнул Антон, понимая, что придется опять кормить родителей на свои деньги.       - Антох, ты прости что лезу, - аккуратно начал друг, - но может не стоит тратить бабки на содержание родаков?       - Да мне самому это поперек горла уже, - Антон прислонил ладонь в подбородку, - но родители блин, все-таки, с голоду что ль им помирать теперь…       - Блин, Шаст, ты и так квартплату платишь, а они даже на еду не могут найти денег!, - возмутился Дима.       - Да я их не балую ведь, - пожал плечами парень, - куплю вот сейчас курицу, пачку макарон и гречки, что сварят, то сварят, - тяжело вздохнул он, - ладно, Поз, давай, магаз в другой стороне.       - Давай, Шаст, - ударил пятюню Дима, и его фигура стала отдаляться.       Купив продуктов, Антон вернулся домой с полным пакетом, ему было стыдно признаться другу в этом. В квартире царила тишина, отец храпел на диване, а мама мыла посуду.       - Антош, пришел?, - голос женщины слегка протрезвел.       - Да, держи, мам, - протянул сын пакет.       Светлана начала перебирать продукты:       - Ты не купил что ли?, - нахмурился она брови.       - Я же сказал, сами купите, - спокойно ответил Антон, вешая куртку на крючок, - я тебе бананов купил, твои любимые зеленые, - парень помнил еще с детства, как мама любила зеленые бананы. Как она прежде, чем начать есть вдыхала их аромат с закрытыми глазами. Он все еще верил, что мама не совсем безнадежна, верил и пытался хотя бы на секунду напомнить ей и себе какая она была. Хоть в последние годы на него смотрела словно чужая женщина. С морщинами на лице, с черными кругами под глазами, нежные руки, что раньше гладили его макушку сейчас стали синюшными и тряслись. Чем больше парень смотрел на мать, тем меньше узнавал в ней родного человека.       - Да срать я хотела на твои бананы, - закричала женщина, - эгоист, о себе только и думаешь, - огрызнувшись, она ушла в зал к мужу.       Антон и не ждал другого. Хмыкнув, он сел на треногую табуретку, оторвал один банан, открыл его, поднес к носу, вдыхая этот аромат и с аппетитом откусил. Жуя банан, он улыбался, а по щеке катилась слеза.