Podium Redux

      Максу казалось это подозрительным.       Гонка в Вегасе была, мягко говоря, интересной, но что-то в этом году было не так. Конечно, он был в восторге от своего перехода со второго места на первое и получения дополнительных, столь необходимых очков в чемпионате, но что-то было не так.       Во время гонки гран-при его предупредили, что Ландо будет преследовать его, и Макс мог догадаться об этом. Голландец знал, что молодой гонщик, вероятно, был очень раздражен тем, что пытался использовать собственные действия Макса против него, и он был готов сдерживать McLaren любыми необходимыми способами.       Только... он действительно мало что сделал.       Ближе к концу гонки Ландо начал быстро терять темп. Дело дошло до того, что Макс задался вопросом, не представится ли Джорджу возможность обогнать Ландо и не придется ли ему вместо этого отбиваться от пилота Mercedes. Однако этого не произошло, и всем удалось сохранить свои позиции.       Макс отказывался признаваться кому-то, кроме самого себя, что он был несколько разочарован этим. Гоняться с Ландо были неплохо, но гоняться с Джорджем было... весело. Иногда это сводило с ума, раздражало и было ужасно, но, по крайней мере, его это развлекало. Где-то в глубине души он надеялся, что Джордж сможет его обогнать, и они смогут приехать вместе к финишу. Но, увы, этому не суждено было сбыться. Не в этот раз.       И несмотря на то, что гонка завершилась без изменений, это все равно не означало, что Макс считал, что все в порядке.       Очевидно, что он был не единственным.       Стоя перед гаражом Red Bull, Макс безуспешно пытался привести в порядок свои спутанные светлые волосы и наблюдал, как Карлос обходит машины на стартовой решетке, казалось, осматривая каждую. И он в этом не стеснялся: половина гонщиков к тому моменту даже не вылезла из машин. Должно быть, он тоже заметил что-то, поскольку рыскал повсюду, как ищейка.       — Супер гонка, Макс!       Голландец едва заметно вздрогнул, когда чья-то рука опустилась ему на плечо. Повернув голову, Макс слабо улыбнулся и ответил:       — Спасибо, GP.       Ухмыльнувшись, его гоночный инженер слегка покачал головой.       — О чем ты думаешь?       Макс едва сдержался, чтобы закатить глаза. GP знал его слишком хорошо. Бросив взгляд на трассу, Макс сразу же заметил огромное количество камер, направленных на него. Многие могли бы счесть его сорвиголовой, что иногда было правдой, но он определенно не был глупцом. Наклонившись ближе к GP, Макс прикрыл рот рукой и пробормотал:        — Что, черт возьми, случилось с машиной Ландо?       GP нахмурился и, подражая Максу, тоже прикрыл рот и понизил голос.       — Мы пока не уверены. Но в паддоке ходят разные слухи. Некоторые механики предполагают, что дело не только в топливе.       — Вы считаете, что машина не на высоте?       GP заколебался с ответом, но в конце концов подтвердил:       — Да, это то, о чем говорят.       — Это серьезный уровень дисквалификации?       — Не думай об этом сейчас, — ответил GP гораздо быстрее, наконец опустив руку и снова похлопав Макса по плечу. — Иди и наслаждайся этим подиумом. Мы обсудим это позже.       Макс приподнял бровь.       — Что ж, ты тоже можешь насладиться подиумом. Ты идешь со мной.       Глаза GP на мгновение расширились, когда он указал на себя, прежде чем рассмеяться.       — Ты просто нечто, Макс. Спасибо. — Заметив, что к ним приближается его пиар-менеджер, GP кивнул и поддразнил. — Полагаю, тебе нужно выполнить кое-какие обязанности в СМИ, да?       — К сожалению, — вздохнул Макс, опуская плечи. — Знаешь, я бы предпочел вместо этого обсудить послегоночный отчет…       В отличие от Макса, который сумел сдержать себя, GP закатил глаза.       — Да, я в курсе. Но никуда не денешься! Это часть работы. Увидимся на подиуме. — Хорошо, — пробормотал Макс, заставляя себя снова улыбнуться. — Идем на подиум.              Джордж был расстроен.       Это звучало глупо для человека, который только что пришел с подиума, но он ничего не мог с собой поделать. Джордж знал, что мог бы выиграть гонку, если бы не боролся с машиной с самого первого круга. Та же чертова проблема с рулевым управлением, из-за которой он вылетел из гонки во время квалификации, так и не была решена и стала для него серьезной проблемой еще до начала гонки. Конечно, ему удалось обогнать Ландо на старте (довольно красиво, о чем не раз напоминал ему Тото), но затем последовал пит-стоп, замена шин на жесткие, и, неизбежно, пит-стоп самого Макса. Джордж отважно пытался увеличить скорость, пытаясь обогнать Red Bull, и в процессе изрядно повредил шины. Что, конечно же, означало, что он столкнулся с двумя проблемами одновременно.       Честно говоря, он должен был испытывать больше облегчения, чем что-либо еще. То, что он оказался на подиуме, было своего рода чудом. Несмотря на то, что Джордж знал, что он хороший гонщик, даже отличный, против него работало так много факторов, что было почти удивительно, как ему удалось преодолеть их все и занять третье место.       И все же, если кто-то на этом подиуме и выглядел более расстроенным, чем он, то это был Ландо.       Джордж никак не мог понять, что же происходит с его товарищем-новичком 2019 года. Молодой гонщик стоял по другую сторону от Макса и выглядел совершенно подавленным, что было крайне необычно для него. Джордж предположил, что с его машиной что-то не так, учитывая, сколько скорости он проигрывает не только Максу, но и самому Джорджу, но это было только на последнем круге. И хотя это звучало несколько лицемерно, учитывая, что Джордж и сам был разочарован тем, что не мог вырваться вперед, но не совсем понимал, почему Ландо так выглядел. Честно говоря, весь его вид заставлял Джорджа казаться совершенно бодрым.       Наверное, было бы неплохо отправить Ландо короткое сообщение, просто чтобы убедиться, что в все в порядке. Джордж не был до конца уверен, поможет это или навредит ситуации, но чувствовал, что это необходимо. В конце концов, они оба были частью сплоченного трио новичков 2019 года, и всегда заботились друг о друге как братья.       Однако, когда он потянулся за телефоном, в гараж вошёл совершенно неожиданный гость. Его светлые волосы были в полном беспорядке, а голубые глаза, широко распахнутые, метались по комнате.       — Макс? - Позвал Джордж, все еще держа руку над телефоном.       В его голосе звучало удивление, но, честно говоря, кто мог его винить? Вид Макса, бродящего по гаражу Mercedes, был сродни встречи с белым медведем на трассе в СОТА.       — А, вот ты где, - вздохнул Макс, его беспокойная фигура, наконец остановилась, когда он обратил внимание на британца.       Джордж приподнял бровь и указал на себя.       — Ты меня ищешь?       — Да. — Затаив дыхание, подтвердил Макс.       Это только еще больше смутило Джорджа. Макс бежал? Чтобы найти его?       — Эм, все в порядке? — Спросил Джордж, беря руку, которая была обращена к нему, и протягивая ладонь к водителю Red Bull. — Тебе нужна вода или что-то в этом роде?       Макс покачал головой, его брови сошлись на переносице.       — Ты не слышал, да?       Джордж склонил голову набок.       — Не слышал что?       Макс резко вздохнул, его губы сжались в прямую линию. Он немного подождал, чтобы убедиться, не шутит ли Джордж с ним, но когда британец моргнул в ответ, Макс понял, что тот действительно понятия не имеет, что происходит за стенами Mercedes.       — Оба Макларен, — ответил Макс. — Они были дисквалифицированы.       Джордж вскинул голову.       — Повтори, пожалуйста?       — У обеих машин толщина планки была меньше минимально допустимой, — пояснил Макс, без особых усилий переключаясь в свой фирменный режим “Максплейнинг”. — В конце гонки у меня возникло ощущение, что что-то не так, и GP подтвердил это. Все машины, заработавшие очки, были осмотрены после гонки, и оба "Макларен" вышли из строя. Ландо и Оскар были дисквалифицированы.       Сердце Джорджа ушло в пятки. Это объясняло, почему Ландо выглядел таким подавленным на подиуме: он явно, знал, что с его машиной что-то не так. Возможно, они и не были механиками, но водители определённо проводили в своих машинах больше времени, чтобы понять, что что-то не так. И если даже Джорджу позади было видно, что Ландо столкнулся с какой-то проблемой, он мог только догадываться, насколько плохо ему было в самой машине.       — Черт, это отстойно, — пробормотал Джордж, внезапно поблагодарив себя за то, что не успел написать Ландо до прихода Макса.       Наконец взяв свой телефон, Джордж нахмурился еще больше, когда увидел кучу поздравлений под официальным уведомлением Формулы-1 о дисквалификации. Неудивительно, что Макс был так удивлен, что понятия не имел, что происходит.       — Зато, это поднимает тебя на второе место. Так что... поздравляю.       Джордж оторвался от своего телефона и равнодушно посмотрел на Макса.       — Мы оба знаем, что это довольно плохой способ добиться успеха.       Макс медленно кивнул. Конечно, было приятно побеждать, и никто не стал бы спорить с тем, чтобы занять более высокое место, но гонщики были очень конкурентоспособны. Они знали только такой подход. Повышение на одну-две ступени из-за чужой ошибки казалось каждому из них чем-то нереальным.       — Не могу с этим не согласиться. Но это факт. Так что…еще раз поздравляю.       Джордж слабо улыбнулся. Максу остается лишь быть предельно ясным и объективным.       — Спасибо.       Макс переступил с ноги на ногу.       — Честно говоря, я не думаю, что для тебя это настолько плохо. Ты бы в любом случае занял более высокое место, если бы твоя машина не работала против тебя всю гонку. Это не значит, что ты не надрывался, чтобы добраться до P3. Иногда небольшое божественное вмешательство не так уж и плохо.       — Наверное, — вздохнул Джордж, стараясь не обращать внимания на легкий румянец, выступивший на его щеках.       Было ужасно трудно сосредоточиться на том, чтобы набирать сочувственное сообщение Ландо, пока Макс хвалил его за вождение... и, в свою очередь, за то, что он занял то самое место, которое потерял Ландо.       — Тем не менее, я все еще чувствую себя немного опустошенным.       Выпустив воздух через ноздри, Макс придвинулся ближе к Джорджу и присел перед ним на корточки, так что их глаза оказались на одном уровне. Этого простого движения было достаточно, чтобы отвлечь внимание Джорджа от телефона, и голубые глаза потерялись в синеве.       — Возможно, это звучит как бред с моей стороны, но... не будь так строг к себе, приятель. Ты чертовски хороший водитель; ты не достигаешь того, что имеешь просто удачей. Конечно, продвигаешься вперед, и ты сам этого добился, проводя мастер-класс по гонкам, пусть даже на тракторе вместо машины. Это... единственная причина, почему я тебя терпеть не могу.       Джордж рассмеялся и отвел взгляд, пытаясь не обращать внимания на то, что его лицо стало еще краснее.       — А твои комплименты всегда сопровождаются оскорблениями?       Макс пожал плечами.        — Это то, что я делаю лучше всего.       Усмехнувшись, Джордж закончил печатать свое сообщение Ландо и нажал кнопку отправки, прежде чем снова поднять взгляд на Макса.       — Подожди... Если Оскар тоже был дисквалифицирован, а он был Р4, это значит...       Макс снова мягко кивнул, когда Джордж молча осознал это. А затем, с озорной ухмылкой, голландец спросил:       — Может, нам сделать что-то особенное для него?       Джордж ответил Максу той же улыбкой и положил телефон рядом с собой.        — Что ты задумал, Ферстаппен?       Кими был измотан.       Он чувствовал, как усталость проникает глубоко в его кости, распространяясь от макушки до пяток. Он почти закончил свой первый сезон в Формуле-1, и, как ни странно, он никогда не чувствовал себя таким уставшим после гонки.       Вероятно, все дело в том, что ему удалось подняться с семнадцатой позиции до четвертой (точнее, до пятой, после пяти секундного штрафа за то, что он едва успел стартовать) на одном комплекте жестких шин, практически всю гонку. Он просидел в кабине довольно долго. он проехал целых 48 кругов, умоляя шины продержаться до конца, как будто они действительно могли его услышать.       И, судя по результату, возможно, так оно и было.       Как только гонка закончилась, он потащился обратно в свою водительскую комнату и рухнул на диван, мысленно планируя не вставать до тех пор, пока в этом не возникнет в этом необходимости. Пока все шло хорошо. Безвольно развалившись на диване, он не сдвинулся ни на дюйм, даже не взглянул на свой телефон, который все еще лежал на столике у его ног.       Кими даже не пошевелился, когда дверь в его водительскую комнату открылась, но его глаза расширились почти до комичных размеров, когда Джордж и Макс заглянули внутрь.       — Боже мой, — выдохнул Кими. — Я умер?       — Что? — Спросил Джордж с ноткой смеха в голосе. — Нет!       Кими переводил взгляд с одного пожилого гонщика на другого.       — У меня галлюцинации?       Макс громко рассмеялся, гораздо более явно, чем Джордж.       — Дружище, почему ты так думаешь?       — Потому что вы двое стоите в моем дверном проеме, вместе, — объяснил Кими, как будто это было очевидно. — Довольно странно, правда?       Джордж и Макс обменялись взглядами, внезапно осознав, что да, это было странно. Распахнув дверь, чтобы освободить себе больше места, Джордж первым вошёл в комнату Кими, Макс последовал за ним, но все же держался на расстоянии от британца.       — Почему бы тебе не пойти с нами? — Джордж поманил его к себе, а на его лице играла добрая улыбка.       Глаза Кими снова забегали.       — Куда?       — Не волнуйся, — Небрежно ответил Макс. — Скоро сам все увидишь.       Новичок наконец смог сесть, не обращая внимания на боль, охватившую его через его тело.        — Это своего рода посвящение новичка? Неужели вся команда ждет Вегаса, чтобы сделать это? Вас двоих отправили вместе, потому что так положено?!       Джордж нервно рассмеялся.       — Кими, дружище, никакого "посвящения новичка" не существует. Ты же знаешь, что никто из нас никогда бы не сделал ничего подобного с тобой или другими новичками, верно?       Макс хмыкнул и скривил рот.       — Я не знаю, есть над чем подумать...       — Нет, — проворчал Джордж, игриво хлопнув Макса по плечу. — Это не студенческое общежитие.       Макс пожал плечами.       — Похоже, если так подумать.       Качая головой, Джордж умоляюще посмотрел на своего товарища по команде:       — Клянусь, что ничего плохого не случится. Ну же!       Кими застонал. Он так сильно устал. Но Джордж и Макс действительно хотели провести с ним какое-то время вместе, и Кими не хотел упускать такую возможность. Поэтому, не обращая внимания на боль в теле, Кими встал с дивана и неторопливо подошёл к Джорджу и Максу, которые тут же нахмурились, когда поняли, насколько измотан подросток.       — Ты в порядке? — мягко спросил Джордж, обнимая Кими за плечи и выводя своего товарища по команде из комнаты.       — Да, — вздохнул Кими, все еще двигаясь медленно, но в ногу с двумя другими гонщиками, и наклонился к Джорджу, — просто... тело ломит. И устал. Эта гонка была просто нечто.       — Ты проехал просто супер! — Макс похвалил новичка, и его лицо просияло. — Отыграть тринадцать позиций — это одно, но ехать на одной и той же резине почти всю гонку? Это настоящий ветеранский кайф. Обратив свое внимание на веселого Джорджа, Макс добавил: — Ты бы видел мое лицо, когда он подошёл ко мне после гонки и сказал, что он четвертый. Я подумал, что он надо мной издевается. Парень безумно талантлив.       Кими смущенно улыбнулся.       — Я сидел в первом ряду, когда ты делал это в Бразилии. Наверное, я тоже хотел попробовать! Надеюсь, мне не придется делать это снова в ближайшее время...       — Это было бы прекрасно, — согласился Джордж. — Но иногда в итоге все складывается удачно. Даже если это не совсем так, как мы себе представляем.       Молодой итальянец вежливо улыбнулся своему товарищу по команде. Он не совсем понял, что Джордж имел в виду; иногда старший пилот любил порассуждать о разных вещах, особенно о вождении. Это было довольно мило, хотя Кими толком не понимал, что он говорил.       Однако вскоре стало ясно, что Джордж говорил не просто так. Проводив Кими до самого гаража, Джордж убрал руку с плеча новичка и подошёл к ближайшему столу, где лежал его кубок за третье место. Взяв в руки красивый разноцветный приз, Джордж нежно улыбнулся ему, прежде чем протянуть трофей Кими.       — Я думаю, что это принадлежит тебе!       Кими отступил на шаг, словно трофей вот-вот взорвется у него перед носом.       — Ого! Я знаю, что провел хорошую гонку, но не думаю, что это дает вам право отдавать мне свой трофей.       — Не льсти себе, приятель, — игриво поддразнил его Джордж. — Я бы не стал просто так раздавать свои трофеи за хорошую гонку. Это действительно твое.       Новичок отчаянно повернул голову в сторону Макса, молча умоляя голландца вразумить его товарища по команде, который, очевидно, сошел с ума. Однако Макс и близко не паниковал, как Кими. На самом деле... он откровенно улыбался.       — Похоже, ты тоже не слышал, — задумчиво произнес Макс, и его улыбка слегка померкла. — К сожалению, Ландо и Оскар были дисквалифицированы за неправильные настройки.       Лицо Кими вытянулось, очевидно, он переживал за двух других пилотов. Но, как и Макс с Джорджем до него, быстро осознал это и поднял свои широко раскрытые глаза.       — Но это значит...       Макс от души рассмеялся. Он все еще слышал, как другой водитель "Мерседес" говорил то же самое, когда эти слова звучали у него в голове.       — Боже, вы с Джорджем так похожи, что это даже больно. Да, это значит, что ты действительно попал на подиум.       — Два раза подряд, — с улыбкой подтвердил Джордж, снова протягивая трофей за третье место Кими. — Для тебя это впервые, да?       — Д-да, - пробормотал Кими, осторожно принимая трофей из рук Джорджа.       Он держал в руках кружащееся красочное произведение искусства и улыбнулся, когда огни гаража отразились в мерцающей поверхности трофея.       — Вау, это действительно красиво! — Взглянув на Джорджа, он нахмурился. — Но мне неловко забирать его у тебя.       — Ты ничего не забираешь, — заверил Джордж своего товарища по команде. — Я же тебе сказал, что этот трофей твой! Уверен, скоро получу свой новый. К тому же, мы с тобой товарищи по команде и до тех пор мы можем с радостью разделить этот трофей!       В этот момент глаза Кими загорелись.       — Двойной подиум!       — О, он такая заботливая мамочка, — поддразнил Макс, протягивая руку, чтобы игриво взъерошить кудри Джорджа.       — Эй, я думал, мы не будем играть в эту семейную ерунду, — без особой едкости ответил Джордж, поправляя прическу. Улыбка, игравшая на его губах, и румянец, заливший щеки, тоже не способствовали его аргументации.       Кими слегка охнул.       — И семейный подиум тоже! — Но его лицо снова помрачнело. — Я бы с удовольствием отпраздновал с вами снова, ребята, в прошлый раз было так весело! Тем более, что вы оба... мои наставники и все такое.       — Очень красноречиво, — усмехнулся Джордж, обменявшись с Максом еще одним понимающим взглядом. — Что ж, взгляни на это с другой стороны: мы все еще можем сфотографироваться всей командой! Боно успел собрать всех перед гаражом. Почему бы нам не отпраздновать твои первые в жизни два подиума?       И Кими снова просиял.       — Да!       Он протиснулся между двумя старшими водителями и нетерпеливо бросился к открытой двери. Чего Кими не заметил, так это трех только что открытых стеклянных бутылок на полу рядом со столом. Джордж взял одну и передал Максу, а две другие оставил себе.       — Готов?       Макс усмехнулся и протянул бутылку в шутливом приветствии.       — Конечно!       Они направились на улицу, где Джордж мастерски спрятал две бутылки за спину, проскользнув на командное фото. Макс стоял в стороне, все это время думая о том, чтобы сфотографироваться, но в итоге передумал. Он знал, что Кими, вероятно, найдет это забавным, и, возможно, даже Джорджу, но Макс не хотел портить парню момент.       Как только был сделан последний снимок, Джордж взглянул на Боно и подмигнул гоночному инженеру, который лишь коротко кивнул всего и поднял кубок Кими. Прежде чем новичок успел осознать происходящее, Джордж сунул одну из бутылок в руки Кими и начал обрызгивать его из другой, отчего подросток покатился со смеху. Макс быстро подбежал, присоединившись к веселью отчаянно тряся бутылкой, чтобы вылить все содержимое на Кими. Новичок все еще смеялся от восторга, присоединяясь к другим и пытаясь намочить Макса и Джорджа как можно сильнее. Это был сложный, нескоординированный танец, который, возможно, был даже более оживленным, чем на самом подиуме. Когда за ними никто не наблюдал, кроме остальной части гаража Mercedes, было намного легче оставаться самими собой, наслаждаться моментом и быть максимально раскрепощенными. Прежде чем напитки полностью закончились, все трое пилотов замерли, чтобы чокнуться бутылками и сделать из них по глотку. Как только Кими это сделал, он сморщил нос и в замешательстве перевел взгляд с Макса на Джорджа.       — Что это? Это не шампанское.       — Да, малыш, ты здесь нелегал — поддразнил Макс, указывая на этикетку бутылки. — Вместо этого мы принесли тебе отличный яблочный сок.       Кими издал звук отвращения и замахал руками.       — Мне кажется, это ещё более липкое.       — Думаю, ты прав, — согласился Джордж со смешком, пытаясь стряхнуть сок с руки. — Может, попробуешь снова не выигрывать в Вегасе, пока тебе не исполнится 21 год?       Кими ухмыльнулся и покачал головой.       — Ничего не обещаю!       — Справедливо. — признал Джордж.       Остановившись на мгновение, чтобы подумать, Кими спросил:       — Эй, это, наверное, слишком, но как думаешь, может, мне все-таки разрешат прокатиться на той розовой машинке Lego? Я немного расстроен, что пропустил это.       — Стоит попробовать спросить, — ответил Макс, пожав плечами. — Худшее, что они могут сказать, это "нет". Хотя Терри, возможно, не сядет за руль.       — Все в порядке, — заверил его Кими. — Будет весело, если мы прокатимся втроем!       Макс и Джордж начали что-то бормотать, нервно переглядываясь. Прежде чем они смогли связать хоть слово, Кими заключил их в крепкие объятия.       — Спасибо вам, ребята. Думаю, это было даже лучше, чем на самом подиуме!       — Не за что, малыш, — нежно ответил Джордж, взъерошив влажные кудри Кими.       — Да, ты это заслужил, приятель, — согласился Макс, похлопав подростка по спине.       Кими отстранился, улыбка все еще не сходила с его лица.       — Встретимся на трассе!       Отправляясь на поиски своего пиар-менеджера, Джордж хихикнул про себя и оглянулся через плечо на Макса.       — Мне тоже следует поблагодарить тебя. Это было очень мило с твоей стороны сделать для него такое. Знаю, что это была немного безумная идея, но для него это действительно много значит.       Макс смущенно улыбнулся.       — Он этого заслуживает. Он славный парень. К тому же, я ничего такого не сделал. Мы сделали это вместе.       Джордж покраснел, наверное, в миллионный раз за этот вечер.       — Мы сделали это. Мы действительно сделали это вместе. Но... это просто значит, что я бы не справился без тебя.       Теперь пришло время покраснеть Максу, хотя он быстро отвернулся, чтобы Джордж этого не увидел. Водитель "Мерседес", однако, не был идиотом и прекрасно понимал, что делает Макс. В конце концов, он и сам делал то же самое бесчисленное количество раз.       — Итак... - протянул Джордж, подпрыгивая на носках. — Если мы вернемся в ту машинку Lego, ты наденешь эти солнцезащитные очки?       Макс усмехнулся.       — Ты, шутишь? Конечно. Мне просто нужно забрать их из водительской.       Глаза Джорджа расширились, в голубых зрачках заиграл озорной огонек.       — Ты украл очки?!       — Да, — ответил Макс, как будто это был самый обычный случай. — А кто бы этого не сделал?       Джордж попытался выпятить грудь и сделать вид, что он морально превосходит пилота Red Bull, но эта маска быстро исчезла, когда он признался:       — Да, они тоже есть в моей комнате водителя.       Макс ухмыльнулся и игриво закатил глаза.       — Ну, если Кими начнет вести себя как клептоман, думаю, мы не сможем винить в этом кого-то из нас.