Куколдер и Таня: История одного адеквата

Куколдер и Таня: История одного адеквата Их жизнь была размернерной и спокойной. Но у Куколера была своя специальность. Он не был куколдом, нет. Он был... инжинером по куколдам. Он их делал. Процесс был отлажен: он заводил для Тани анкету на «Леонардо Дайвинчике», искал там одиноких и не очень мужиков, и начинал с ними чатиться, представляясь Таней. Он писал им такие сообщения, от которых у них в голове включалась специальная кнопочка «хочу быть куколдом». А потом подключалась уже сама Таня — живая, красивая, которая в реальных встречах тупо поддерживала эту тему. И мужики соглашались. Они теперь хотели не трахаться, а смотреть. А Куколдер любил смотреть на то, как они смотрят. Он жил в доме напротив. И когда у Тани в квартире начинался самый главный процесс, он брал свою подзорную трубу (купленную в туристическом, кстати) и из своего окна наблюдал. Вот она там с каким-то новым типом, а в углу сидит, бледный как стена, тот самый, кого они вдвоём уговорили стать куколдом. Красота! Но им захотелось чего-то особого. Какого-нибудь психованного деда-инсайда. И они нашли Димослава Икса. Димослав был толстым, с девственными усиками, слабым и очень психованным. У него была биполярка, поэтому он мог вчера писать в чате голосовыми с ором, что он повелитель тьмы, а сегодня прислать тридцать скриншотов из аниме с подписью «всё тлен...». Он ходил в анимешном худи с волком, нёс какую-то дичь про избранных и верил, что у него внутри демон. Куколдер, общаясь с ним от имени Тани, просто ржал. Он писал: «Приветик, я Танечка, тоже люблю анимэ, хочу такого сильного и непонятого, как ты». Димослав сразу повёлся. Он начал присылать стихи собственного сочинения про клыки и луну. Потом Таня написала (это был Куколдер): «А ты не хотел бы... посмотреть на меня со стороны? Это так возбуждает...». Димослав спросил: «Ты что, хочешь сделать из меня куколда?». На что ему пришло сообщение: «Нет, я хочу сделать из тебя ИЗБРАННОГО куколда. Это высшая форма духовной связи». Через три недели Димослав, уже полностью договорённый, сидел на коврике-татами в углу комнаты Тани и плакал от счастья. Он был готов. А для основной работы нашли крутого качка. Звали его Любовник Кастл файт. Он был мужественный сибиряк высотой в два метра, волосатый, как йети, и молчаливый. Когда он зашёл в квартиру, он занял собой всё её пространство. Таня посмотрела на Димослава, который уже тихонечко подвывал от предвкушения, а потом на Любовника. — Ну чё, начинаем прокачку, — сказала она и заседала на его колоссальный незеритовый меч. Димослав аж подпрыгнул на своём татами. То, что он увидел, было мощнее любого аниме. Пока Любовник Кастл файт вставлял в эту свинозомби свой незеритовый дрындулет, деревянный мечок Димослава начал расти от дикой зависти и ужаса и вымахал на все свои честные 5 сантиметров. Он смотрел, не отрываясь, с открытым ртом, и по его щекам текли слёзы экстаза. Он стал куколдом. Настоящим, как и хотели. А из окна напротив, через свою подзорную трубу, напоминающую стержень эндера, за этим всем наблюдал Куколдер. Он видел и довольную Таню, и мощного качка, и этого толстого плачущего деда-инсайда в углу. Всё работало. Он сделал ещё одного. Система была стабильна, как никогда. Он не куколд. Он — куколдителен. И это было ахуенно.