Вместо лекарств

Всё было хорошо, пока… — ГДЕ ЭТА СУЧКА?! …в диспетчерский отдел не ворвался Фламбе. — А-а-а-а-ХАХАХА. ВОТ ТЫ ГДЕ! — Роберт понял, что искали именно его, потому что в конце смены в офисе остался только Роберт. Так что некому было спасти его от испепеления. А именно это Фламбе и собирался сделать, судя по его яростному взгляду, по возросшей в офисе температуре, ну, и по языкам пламени, рвущимися от спины и рук, сжатых в кулаки. Да. Тоже деталь важная. — Фламбе. Ты горишь, — первое, что сказал Роберт, схватив в качестве щита свой собственный стул, и попятился. — Да что ты? ПРАВДА ЧТО ЛИ?! Сейчас-то ты прям Мистер ёбаная ОЧЕВИДНОСТЬ. — Не знаю, что тебя так разозлило, но думаю, тебе надо прекратить горячиться, — искренне испугался Роберт, не понимая, что за очередная головная боль свалилась на него в конце рабочего дня. Пиромант в ответ запрокинул голову и громко рассмеялся. Глаза его горели безумием. — Да я твою тощую лживую задницу сейчас так ВЗГРЕЮ НАХУЙ! — Фламбе дёрнулся вперёд к Роберту, мужчина чудом уклонился. — Да подожди, подожди ты! Ты если не уберёшь огонь, ты сожжешь СДС! Налетят супергерои, суперзлодеи, полиция, СМИ! Ты что ли этого хочешь? В горячие новости залететь? Одумайся. Файер-шоу я твоё оценил, а теперь убирай это всё и давай спокойно поговорим! — Роберт попытался говорить голосом, не терпящим возражений, голосом, который он использует как диспетчер. Он мало надеялся, что его Сила Слова сработает в такой пламенной ситуации. Но она сработала. — И правда. Буду я ещё на тебя сверхспособности тратить. Тьфу! Огонь я уберу. Но спокойно я с тобой разговаривать не буду, уж поверь! — Фламбе слово сдержал и убрал огонь. Роберт успел выдохнуть «Блять. Да что случилось?» прямо перед тем как Фламбе подпрыгнул, рывком подлетел к Робертсону, схватил за грудки, поднял над землёй встряхнул хорошенько, отчего мужчина, естественно, выронил стул. — Роберт. Роооберт. Роберт-блядская-ты-пиздаболка-Робертсон! — рычал Фламбе диспетчеру прямо в лицо, опаляя кожу очень горячим дыханием. — Уже не такой смелый, когда тебя прижали к стенке, а? Тебя и твой длинный язык. — Да о чём ты? — прохрипел Роберт. — Ты, блять, прикалываешься что ли? Я про то, какого хрена ты распускаешь обо мне бред ебучий?! Который я услышал от Призмы, а она услышала от Малеволы, а ей рассказал Сонар, а Сонар узнал от Куп и Громилы, а они услышали от вас с Водобоем, что мы с Големом, блять, глину месим! И весь, сука, день я и Бруно были вынуждены слушать несусветную мерзопакусную хуйню. Роберт, блять, какого ху- Роберт смог лишь похлопать ресницами, когда поток непечатных ругательств Фламбе, перемешанный с пересказом новых пошлых подробностей их с Големом взаимоотношений, стих. О как… — Я такого не говорил! — выпалил Роб. И был прав. Вот что произошло! На каком-то звене цепочки в этом сломанном телефоне разговор с Водобоем и его рассказ про те новеллы, что он читал, перемешались, и Я-Команда получила охренительный контент. Но Фламбе и всем в команде оказалось гораздо легче поверить в то, что Роберт Робертсон — блядская пиздаболка, чем в то, какого рода литературу Водобой читает в свободное время. Не порядок. Фламбе сощурился. — Ты знаешь, что Водобой тоже та ещё ссыкливая сука, от которой и мокрого места может не остаться, если его как следует прижать? Он мне слил тебя, — Фламбе как следует прижал Роберта, но тот смело остался на своей позиции: — Я ничего из этого не говорил! Я подумал, что между тобой с Големом есть некоторая связь, да. Но я ничего не придумывал о вас непристойного! Я и сам всё это впервые слышу, клянусь! Фламбе посверлил Роба долгим взглядом, как только он ответно слил всё про литературный вкус Германа, громко подышал носом, выпуская диспетчеру горячий воздух в лицо, после чего сморщился, выругался и резко отпустил его. Роберт упал на пол, закашлялся. — Повезло тебе, что у тебя милая мордашка. — Чего? — Мордашка говорю милая. У собаки твоей. Не хочу оставлять её без хозяина, — буркнул Чад. — Думаю, если меня не станет, о Бекончике с радостью позаботится Чейз. С пëсиком бы всё было в порядке. — Тогда заткнись, блять, будь добр. Не добавляй мне причин всë-таки вплавить тебя в стену после всего этого дерьма. Роберт кивнул и заткнулся.