「sweet hell」- ryeji

14.16. ㅤРюджин, выбив у менеджера денёчек отдыха на двоих и закономерно получив в придачу порцию ворчания за сорванные графики, с утренней/дневной головной болью скрылась в ванной. Под прохладными струями душа она пыталась смыть остатки вчерашнего «штурма», который всё ещё отзывался приятной дрожью в мышцах. ㅤ​Да, ночь выдалась по-настоящему крышесносной. В бешеном ритме айдольской жизни такие моменты были на вес золота. Насыщенно, громко и совершенно незабываемо. ㅤ​Однако, пока вода стекала по телу, инстинкт самосохранения Рюджин начал подавать тревожные сигналы. Она прекрасно представляла, какой концерт закатит ей Йеджи, когда попытается встать с кровати и почувствует всё последствия их марафона. Зная характер лидера, праведный гнев за ноющую поясницу был лишь вопросом времени. ​ㅤ«Так, надо придумать план спасения..», — пронеслось в голове. Рюджин понимала: если она сейчас не задобрит своего котёнка чем-то очень вкусным и калорийным, то прилетит по башке так, что мало не покажется. ㅤСтруи прохладной воды стекали по подтянутому телу альфы, пока она судорожно соображала: что именно стоит принести в жертву своему сатаническому ангелу, чтобы дожить до завтрашнего рассвета? Думать мешала жгучая боль в спине – личная подпись королевы её сердца. Рваные отметины, подобные тигриному узору, красовались на коже, и Рюджин чувствовала себя Шерханом, попавшим в тиски «Красного Цветка». ㅤ​Закончив с водными процедурами, она наспех вытерлась полотенцем и натянула вчерашнюю одежду, которую утром пришлось вылавливать по самым неожиданным углам номера. ​ㅤПлан по спасению жизни созрел мгновенно. Первым делом Рюджин заказала в номер самый роскошный завтрак, ну или обед, из меню отеля. Но, понимая, что одними панкейками её не простят, она добавила к заказу тяжелую артиллерию – популярный дубайский шоколад, который лидерша обожала до дрожи. Пока столь сложный заказ выполнялся, Рюджин принялась за уборку, стараясь ликвидировать следы их ночного безумия до того, как Йеджи окончательно придет в себя. ㅤ​Уборка была закончена. Рюджин присела на край кровати, тяжело вздыхая, но тут же в дверь номера постучали. Альфа закатила глаза и, нехотя поднявшись, поплелась открывать. Забрав заказ и вежливо поблагодарив персонал, она пошла накрывать импровизированный стол. Обернувшись, она наткнулась на пару кошачьих, полных ярости глаз, уставившихся прямо на неё. Рюджин чуть поднос из рук не выронила. ㅤ​— Доброе... утро?.. — опасливо пробормотала она. — Завтрак в постель заказывали? ​ ㅤ— Нет. ​ ㅤ— Поцелуйчики? — ответа не последовало. — Обнимашки?.. ​ ㅤ— Пошла нахуй. ㅤ​— А-.. ​ ㅤ— Заткни свою грязную пасть, Шин Рюджин! — старшая звучала по-настоящему взбешённой. По её виду было ясно: она пыталась встать, но сил хватило только на то, чтобы сесть. — Хлеборезку свою будешь на концертах открывать, когда рэп-партии читаешь, а сейчас просто завали хлебало. ​ ㅤ— Да что я опять сделала-то, Ваше ㅤВысочество? — Рюджин картинно изобразила виноватую и, поставив поднос на край кровати, опустилась перед Йеджи на колени, состроив щенячьи глазки. — Неужто вы забыли, какое блаженство я вам дарила? Как вы меня вчера умоляли об удовлетворении?.. — альфа ухмыльнулась и, поднявшись с колен, присела рядом. Она перехватила ладонь омеги и прижала хрупкие костяшки к своим губам, обжигая поцелуем. — Тебе же понравилось... — Йеджи отвернулась, тщетно пытаясь скрыть густой румянец, что лишь сильнее умиляло младшую. Рюджин осторожно приобняла её за талию, боясь ненароком причинить боль. ​— Ну же, Госпожа, — прошептала она на ушко, дразня нежную кожу горячим дыханием. — Завтракать-то будете хоть?.. ㅤ​Йеджи хранила гордое молчание. Лицо к окну, губы надуты, щёки пылают. Рюджин тяжело вздохнула и уже собралась было отстраниться, понимая, что в разгар течки любое неверное движение – это мина замедленного действия. Но тут из-под носа лидера донеслось невнятное бурчание. ㅤ​— Миньнельбш... ​ ㅤ— Что? — Рюджин не разобрала слов, сказанных хриплым спросонья голосом. ㅤ​— Ты меня не любишь! — уже в голос выкрикнула старшая. ​ ㅤ— К-кто это тебе такое сказал?! — Рюджин опешила, снова усаживаясь поудобнее. ​ㅤ— Ты со стаффом флиртовала только что! — теперь острый взор Йеджи был направлен прямо на неё. — Думала, я дрыхну без задних ног и ничего не слышу? — омега с неожиданной силой вытолкнула альфу с кровати. ​— Нет! Я тебе что, шутка какая-то? Игрушка? Воспользовалась мной, пока у меня течка, и пошла любезностями с красивыми омегами обмениваться? — глаза Хван мгновенно наполнились слезами. ​Рюджин же не смела перебивать. Она знала, что сейчас любое слово против превратит её в некастрированного хуя в глазах Йеджи. — Тварь ты, Шин Рюджин! Сволочь последняя! ㅤ​Рюджин оставалось только в очередной раз глубоко выдохнуть и взять себя в руки. Второй день течки – самый пик. Гормоны бьют в голову, эмоции через край. Оставить её сейчас или, не дай бог, нагрубить в ответ будет равным добровольно прыгнуть в пасть сверепого дракона. ㅤ— Дорогая, — начала Шин, осторожно потянувшись к обиженной девушке, чтобы обнять. — Милая моя, маленькая... — Она принялась осыпать её ушко сладкими словами, пытаясь укротить гнев. — Ну как я могла флиртовать со стаффом? Он же альфа, да ещё и мужик! ㅤ​— То есть ты не отрицаешь, что с другими омегами всё-таки флиртуешь?! — Йеджи вскинулась, моментально поймав её на слове. — Ах, так вот почему ты постоянно хвалила технику одной подтансовщицы! ㅤ​Рюджин похолодела. «Приплыли...» ​ ㅤ— Не-не-нет, ты чего, котёнок! — она тут же включила режим оправданий. — Давай договоримся. — Йеджи наконец соизволила повернуться к ней. В уголках глаз всё ещё поблескивали слёзы, но взгляд уже был цепким, как у прокурора. ​— Если я хоть раз посмею косо посмотреть на другую омегу, — торжественно провозгласила Рюджин, — разрешаю тебе выколоть мне глаза. ㅤ​— ...И кастрирую, — припечатала Хван, капризно надув губки после недолгой паузы. ​ㅤ— Хорошо, и кастрируешь, — без раздумий согласилась альфа, готовая подписать любой смертный приговор, лишь бы прекратить эту пытку. — Да хоть как афганская невеста, в парандже обмотанная, ходить буду. Договорились? — получив в ответ едва слышное «угу», Рюджин выдохнула. ​— Будем теперь завтракать, принцесса? ㅤ​— Угу... ㅤ​— Вот и отлично, — прошептала Рюджин, нежно запечатлев поцелуй на её лбу. ​ㅤОна потянулась за подносом и принялась сервировать завтрак именно так, как любила Йеджи. Та, правда, всё равно сидела надутым котёнком, повернувшись спиной. Видимо, даже договор не сильно смягчил ее злость. ㅤРюджин расставила тарелки с такой щепетильностью, будто сервировала ужин в мишленовском ресторане, а не завтрак в помятом номере но-нейм отеля, хоть и в пятизведочном. Запах свежих панкейков и крепкого кофе заполнил комнату, но кошачий затылок Йеджи всё ещё выражал высшую степень презрения к человечеству и конкретно к одной наглой альфе. ㅤ— Ну, его Величество изволит откушать, или мне самой всё в одиночку замять? — Рюджин осторожно ткнула пальцем в лопатку старшей. ㅤ— Замни себе в одно место, — буркнула Йеджи, но носом всё же повела. Живот предательски заурчал, разрушая образ ледяной и неприступной королевы. ㅤРюджин подавила смешок. Она аккуратно подцепила кусочек нежного панкейка вилкой, густо макнула его в кленовый сироп и поднесла к самому лицу Хван. ㅤ— Давай, кусь. Самый сладкий кусочек для самой сладкой девочки в мире. ㅤЙеджи пару секунд боролась с собой, смешно раздувая ноздри, но в итоге сдалась. Она резко повернулась и вцепилась зубами в угощение, едва не прикусив саму вилку. Жевала она при этом с таким видом, будто делала Рюджин огромное одолжение, за которое та по гроб жизни обязана. ㅤ— Вкусно? — с надеждой спросила младшая. ㅤ— Нормально, — процедила Йеджи, проглотив кусок. — Но это не значит, что я тебя простила. И глаза я тебе всё равно выколю, если увижу, как ты на ту девчонку из подтанцовки пялишься. У неё, видишь ли, «техника хорошая»! ㅤ— Да я про хореографию говорила! — взмолилась Рюджин, прикладывая руку к сердцу. — Клянусь, я даже лиц их не запоминаю, для меня все – просто движущиеся пятна, пока ты рядом. Ты же у меня как солнце – ослепляешь все напрочь. ㅤ— Ой, завали лизалку со своими подкатами из дешёвых дорам, — Йеджи наконец-то соизволила придвинуться к подносу, но взгляд её стал подозрительно влажным. — Просто... у меня всё болит, Рюджин-а. А ты там стоишь, лыбишься кому попало... ㅤОна уткнулась лбом в плечо альфы, пачкая её футболку остатками сиропа и непролитыми слезами. Рюджин тут же отложила приборы и крепко прижала это капризное чудо к себе, вдыхая родной аромат, который сейчас, в разгар течки, буквально сбивал с ног. ㅤ— Прости меня, дуру грешную, — прошептала Шин, зарываясь носом в растрёпанные волосы. — Никуда я не уйду. Буду сидеть тут, пока не прогонишь. Хочешь, вообще телефон выключу и в окно выброшу? Правда, он у меня в своем номере. ㅤ— В окно не надо, он дорогой... Можешь в ковёр кинуть. — шмыгнула носом Йеджи, поудобнее устраиваясь в кольце её рук. — Просто корми меня... И не смей отходить даже в туалет без разрешения. Поняла? ㅤ— Есть, мой генерал, — улыбнулась Рюджин, потянувшись за следующей порцией завтрака. 15.21 ㅤ«Завтрак» проходил в относительной гармонии, если не считать того, что у Йеджи проснулась внезапная потребность превратить лицо альфы в арт-объект. Она самозабвенно мазала щеки Рюджин остатками сиропа, чтобы тут же слизывать его, утверждая, что так вкус в разы насыщеннее. Рюджин принимала все эти манипуляции с олимпийским спокойствием, напоминая гору во время урагана. ㅤКогда омега несмешно шутила – Рюджин заливисто смеялась. Когда Хван начинала поливать грязью какую-то ноунейм-группу, которую Шин имела неосторожность упомянуть, читая какой-то пост в инсте – Рюджин покорно поддакивала. Она виртуозно лавировала между расставленными ловушками, когда Йеджи бросала фразы в духе: «Да я бы приготовила лучше, чем эти бездари», лишь бы не спровоцировать новый взрыв. ㅤНаконец, когда на тарелке не осталось ни крошки от панкейков, а кофе был допит, взгляд омеги намертво приклеился к яркой упаковке дубайского шоколада. Её кошачьи глаза вмиг наполнились океаном искрящихся звёзд, а губы приоткрылись от немого восторга. ㅤ— Это мне?! — Йеджи так резко дернула альфу за воротник на себя, что та чуть не пропахала носом матрас. ㅤ— Ну конечно тебе, милая, — улыбнулась Рюджин, восстанавливая равновесие. — Я же знаю, как ты их любишь, вот и прихватила. Правда, я их ещё вчера купила, могли и подтаять чутка, — соврала она, чтобы, не дай бог, Йеджи не прочухала, что это был недавно подготовленный план по её приручению. — Давай, пробуй. ㅤЙеджи дрожащими пальцами надорвала обертку. Характерный хруст дорогого шоколада разрезал тишину комнаты. Внутри оказалась тягучая начинка из фисташковой пасты и хрустящего теста катаифи. Омега откусила приличный кусок, и её лицо тут же приняло выражение абсолютного блаженства. Гнев, подозрения и ревность на мгновение отступили, вытесненные эндорфиновым взрывом. ㅤ— Боже, Рю... — промямлила она с набитым ртом, зажмурившись от удовольствия. — Это просто отвал башки. — она слизнула каплю фисташкового крема с губы и вдруг замерла, подозрительно прищурившись на Рюджин. — Слышь, а ты чего сама не ешь? Ждёшь, пока я растолстею и стану некрасивой, чтобы у тебя был повод к другим омегам свалить? — В голосе снова прорезались капризные нотки, хотя во рту всё ещё таял шоколад. ㅤ— Да боже упаси, Хван! — Рюджин картинно всплеснула руками. — Если ты растолстеешь, мне просто будет больше места, где тебя тискать. Сама подумай, сплошные плюсы! ㅤЙеджи на секунду зависла, переваривая аргумент, а потом нехотя протянула плитку к губам младшей. ㅤ— На, кусай. Но только половинку! Если откусишь больше – убью. ㅤРюджин послушно пригубила край шоколадки, стараясь даже дышать через раз. Она видела, как пушистенький хвост, если бы он у Йеджи был, из яростно подергивающегося превращается в довольно виляющий. ㅤ— О-очень вкусно, — прокомментировала Рюджин, едва проглотив крошечный кусочек шоколада под пристальным, полным подозрений взглядом. — Теперь давай сама доедай, а я пойду… ㅤ— Куда это ты собралась? — Не успела младшая договорить, как брови Йеджи сошлись на переносице, образуя опасную складку, предвещающую бурю. ㅤ— За вещами в свой номер, — Рюджин предприняла попытку высвободить край своей футболки из цепких пальцев омеги. — Буквально на пять минут! Одна нога там — другая здесь, клянусь всеми камбэками мира! ㅤ— Ты? В свой номер? Оставить меня здесь? Одну? Подыхать? — Хван произносила каждое слово с таким надрывом, будто её только что предали на глазах у всей нации. — Никуда ты не пойдёшь, Шин Рюджин. Сиди на месте. ㅤ— Ну, дорогая! — взмолилась альфа, чувствуя, как у неё начинает дергаться глаз. — Посмотри на меня. Мою попу сейчас прикрывают только эти несчастные штаны, мои боксёры остались в том номере! К тому же, я в этой одежде уже вечность, она воняет так, что тебя через десять минут просто стошнит от моего запаха. Ну, Йеддон, будь человеком! ㅤЛидерша, впрочем, и не думала разжимать хватку. В её глазах, затуманенных течкой, сейчас читалось только одно: «Моё. Не отдам». Любые логические доводы разбивались о гранитную стену омежьей вредности. ㅤ— Плевать мне на твои боксёры. И на запах фиолетово... — отрезала Йеджи, капризно надув губы. ㅤРюджин обречённо выдохнула. Она знала этот взгляд: Йеджи была готова скорее сжечь отель дотла, чем отпустить её одну дальше, чем на расстояние вытянутой руки. ㅤ— Ладно, — сдалась Шин, потирая переносицу. — План «Б». Раз ты такая недоверчивая, пойдёшь со мной. Но идти тебе тяжело, я знаю. Так что... прыгай. ㅤОна развернулась спиной к кровати и слегка присела, похлопав себя по плечам. Йеджи даже не заставила себя уговаривать. Забыв о недавней слабости, она с ловкостью разъярённой кошки запрыгнула на спину альфы, намертво обхватив её шею руками, а талию – ногами. ㅤ— Только попробуй меня уронить, — прошептала Хван прямо в затылок Рюджин, кусая ту за мочку уха. — Иди давай, кобылка. ㅤ— Слушаюсь, Ваше капризное Величество, — прокряхтела Рюджин, подхватывая старшую под бёдра, чтобы та не сползла. 15.48 ㅤКартина маслом: коридор элитного отеля, тишина, и тут из номера выплывает Шин Рюджин с лицом мученицы, на которой верхом восседает Хван Йеджи. Лидерша выглядела как минимум победителем по жизни: в одной руке она сжимала недоеденную плитку дубайского шоколада, другой – периодически собственнически притягивала Рюджин за ухо, если та шла, по её мнению, слишком быстро. ㅤ— Левее бери, там зеркало, я хочу посмотреть, не размазался ли шоколад, — скомандовала наездница. ㅤ— Йеджи, мы идём за трусами, а не на ковровую дорожку! — взмолилась Рюджин, стараясь не заржать на весь этаж. ㅤ— Заткнись и вези, — припечатала омега, довольно откусывая шоколад и пачкая фисташковым кремом плечо своей альфы. ㅤЕдва Рюджин дотащила свою драгоценную ношу до двери собственного номера, она из последних сил извернулась, чтобы прислонить карту к замку. Едва раздался заветный писк, Йеджи, словно почувствовав новую территорию, спрыгнула с её спины, но тут же пошатнулась – ноги после бурной ночи и недавних капризов всё ещё напоминали желе. ㅤ— Так, королева фисташек, марш в ванную, — Рюджин мягко подтолкнула её в сторону душевой, попутно стягивая с себя вонючую, по её словам, футболку. — Я сейчас найду тебе чистый халат или свою огромную майку, а то ты в этих простынях скоро запутаешься и расшибешь себе нос. ㅤ— Я хочу в душ. С тобой, — Йеджи уставилась на неё своими огромными глазами, в которых обида мгновенно сменилась новой порцией нужды. ㅤ— Нет-нет-нет, солнце, если мы залезем туда вдвоём, мы оттуда до вечера не выберемся, а мне ещё нужно привести в порядок свою «хлеборезку», как ты выразилась, — Рюджин усмехнулась, чмокнув старшую в кончик носа. — Давай так: ты идёшь отмокать, мыть свои роскошные волосы, а я быстро ополоснусь следом, просто освежусь. Я же утром мылась, мне только пыль дорожную сбить. ㅤЙеджи нехотя согласилась, прихватив с собой свежее полотенце и демонстративно хлопнув дверью ванной. Рюджин выдохнула, прислонившись лбом к прохладному косяку. Тишина длилась ровно три секунды. ㅤ— Рюджин-а! Тут шампунь не тот! — донеслось из-за двери под шум воды. — Он пахнет какими-то дешёвыми цветами! Я хочу твой, который с бергамотом! ㅤ— Он на второй полке, вредина! — крикнула в ответ альфа, уже вовсю копаясь в чемодане в поисках злополучных боксеров и чистых штанов. 16.20 ㅤЧерез десять минут, когда Йеджи, окутанная облаком пара и ароматом бергамота, наконец вышла, завернутая в махровый халат, который был ей явно велик, пришла очередь Рюджин. Она зашла в ванную, где всё ещё витал сладковатый, дурманящий запах омеги. Мысли на мгновение спутались, но она вовремя взяла себя в руки. ㅤРюджин включила прохладную воду. Она не собиралась мочить волосы – возиться с сушкой и укладкой сейчас не было ни времени, ни желания, поэтому аккуратно сделал пучок, чтобы не мешалась. Быстро вспенив гель для душа, она смыла с себя липкие следы сиропа, которыми её так щедро наградила Йеджи, и напряжение последних часов. Вода приятно холодила кожу, возвращая ясность мыслям. Она быстро умыла лицо, избавляясь от остатков сна и боевого раскраса, который устроила ей лидерша тоже во время завтрака. ㅤВыйдя из душа с полотенцем на бёдрах, Рюджин застала эпичную картину: Йеджи по-хозяйски развалилась на её кровати, обложившись её же вещами, и с максимально серьёзным видом инспектировала содержимое тумбочки. ㅤ— О, соизволила выйти? — Йеджи окинула взглядом влажное тело альфы, и её зрачки на долю секунды расширились, хотя она тут же попыталась это скрыть, уткнувшись в какой-то тюбик. — Симпатично. Но штаны надень, а то я за себя не ручаюсь. У меня тоже, знаешь ли, инстинкты есть. — после того как альфа наткнулась на себя чистое белье, домашние широкие штаны и какую-то синюю футболку, Йеджи отбросила тюбик и похлопала по месту рядом с собой. — Иди сюда. Будешь мне волосы распутывать. ㅤРюджин послушно села позади неё, взяв в руки расчёску. Сейчас, когда обе были чистыми, сытыми и в относительной безопасности своего номера, атмосфера наконец начала теплеть. ㅤ— Рюджин? — обратилась она к альфе, прикрыв глаза от удовольствия, пока чуткие пальцы перебирали её пряди. ㅤ— Что такое, госпожа? — откликнулась Шин, продолжая осторожно распутывать мокрые угольно-черные волосы. ㅤЙеджи лишь фыркнула на очередное прозвище. ㅤ— А что если... мы окажемся в мире, где все — беты?.. ㅤРюджин задумчиво хмыкнула, на мгновение перестав водить расчёской. ㅤ— Думаю, было бы меньше скандалов. Например, прекратились бы эти вечные сравнения альф и омег в смешанных группах. Да и истории с дипфейками, может, не так остро бы стояли... Но, — альфа сделала паузу, подбирая слова, — бета-женщины с такими же бета-женщинами не могут иметь потомства. Так же, как и бета-мужчины с мужчинами. Это тоже был бы своего рода «скандал» для общества. Так что, если хочешь там оказаться, учти: быть со мной там — это всё равно что сейчас омеге быть с омегой. Понимаешь о чём я? — очень серьёзно подытожила она. ㅤЙеджи нахмурилась, переваривая услышанное. Логика Рюджин всегда была острой, как бритва, даже когда речь заходила о таких абстрактных вещах. ㅤ— То есть ты намекаешь, что наш союз всё равно бы считали «неправильным»? — Йеджи резко обернулась, едва не заставив Рюджин выпустить расчёску. — Ты хочешь сказать, что мы вместе только из-за этих дурацких уз альфы и омеги? Из-за того, что природа нас так «склеила»? ㅤ— Эй-эй, притормози, — Рюджин мягко приложила ладонь к её щеке, заставляя смотреть в глаза. — Я говорю о биологии, а не о нас. В мире бет я бы всё равно нашла способ прилипнуть к тебе. Просто тогда у меня не было бы оправдания в духе «это всё твой запах виноват». Пришлось бы признать, что я влюбилась в твой невыносимый характер просто так. ㅤЙеджи прищурилась, пристально вглядываясь в лицо младшей. Она искала там привычную едкую насмешку или хотя бы тень сарказма, но наткнулась лишь на обезоруживающую нежность. В груди у омеги что-то екнуло, однако шлейф гормонального шторма всё ещё заставлял её сомневаться. В голове навязчиво крутилась мысль: а была бы эта нежность такой же яркой, не будь они связаны биологическим кодом «альфа-омега»? ㅤРюджин, заметив, как в глазах лидерши снова заплескались тревожные огоньки, глубоко вздохнула. Она поняла, что простыми шутками тут не отделаться. Шин осторожно взяла Йеджи за щеки, заставляя её развернуться лицом к огромному зеркалу над туалетным столиком. ㅤ— Смотри внимательно. Кого ты там видишь? — спросила она, и голос её внезапно стал непривычно низким и серьёзным. ㅤ— Ну... — слегка замялась Йеджи, не до конца понимая, к чему клонит эта самоуверенная альфа. — Себя вижу. И тебя сзади... А что я должна там увидеть? Группу поддержки? ㅤ— Видишь? — Рюджин чуть подалась вперёд, утыкаясь подбородком в плечо старшей, так что их отражения в зеркале слились в одно целое. — В мире бет ты видела бы ровно то же самое. Как я сижу позади тебя, бережно распутываю твои волосы после душа и ворчу, что ты их опять спутала в колтун. — она медленно отпустила лицо Йеджи и снова взялась за расчёску, ведя её от корней к самым кончикам. — Твои глаза щурились бы так же смешно, когда ты злишься. Ты бы так же фыркала, когда я называю тебя «Госпожой», и так же сильно любила бы этот дурацкий шоколад. Биология просто даёт нам повод легально сходить с ума друг по другу, но она не рисует эту картинку в зеркале. Её рисуем мы. ㅤЙеджи молчала, наблюдая в отражении за сосредоточенными движениями рук Рюджин с надутыми губами. Злость окончательно испарилась, оставляя после себя приятную пустоту и сонливость. Она вдруг осознала, что даже если бы завтра весь мир проснулся «серым» и лишенным запахов, она бы всё равно узнала эти руки и этот взгляд из тысячи. 16.39 ㅤ— ...Хочу фильм посмотреть... — внезапно промямлила лидерша. — вся её колючая броня и напускная агрессия окончательно дали трещину, обнажив ранимую Йеддон, которую видела только Рюджин. Сейчас она выглядела как маленький нахохлившийся котёнок, которому просто жизненно необходимо тепло. — Можно?.. — добавила она совсем тихо, заглядывая Рюджин в глаза. ㅤ— Конечно, его величество изволит киносеанс, — хмыкнула альфа. Она нежно запечатлела поцелуй на виске старшей, вдыхая остатки аромата бергамота, и потянулась к тумбочке за пультом от огромного плазменного телевизора. — Что смотреть будем? Какую-нибудь сопливую дораму? ㅤ— Документалку... — снова едва слышно промямлила Хван, зарываясь носом в изгиб шеи младшей. — Про историю Кореи... ㅤРюджин на секунду зависла с пультом в руке. Она ожидала чего угодно: триллера, мультфильмов или даже хоррора, под который Йеджи могла бы прижиматься к ней сильнее, но история Кореи? Сейчас? ㅤ— История так история, — послушно отозвалась Шин, подавляя улыбку. — Будем просвещаться, раз уж нам всё равно суждено провести этот день в четырёх стенах. ㅤОна быстро нашла нужный канал и настроила звук. Экран залил мягкий свет, диктор начал повествование о временах династии Чосон, а Рюджин поудобнее устроилась на подушках, позволяя Йеджи буквально вплавиться в её бок. 16.50 ㅤПрошло около двадцати минут. На экране сменялись карты сражений и портреты великих императоров эпохи Чосон, но внимание Йеджи явно начало рассеиваться. Монотонный голос диктора, вещавший о земельных реформах, стал лишь фоном для куда более насущных процессов, бурлящих в её теле. Её ладонь, до этого мирно лежавшая на плече альфы, медленно скользнула вниз, по крепкому прессу Рюджин, а тонкие пальцы принялись лениво вырисовывать невидимые, дразнящие узоры на коже сквозь тонкую ткань домашней футболки. ㅤ— Рюджин-а... — позвала она, и в её голосе снова прорезалась та самая опасная, тягучая хрипотца, от которой у Шин внутри всё скрутилось в тугой узел. ㅤ— М-м? — отозвалась альфа, из последних сил стараясь сосредоточиться на рассказе о налогах пятнадцатого века, хотя пульс уже начал отбивать чечётку в висках. ㅤ— А в те времена... альфы тоже были такими занудами? — Йеджи приподнялась на локте, глядя на младшую из-под пушистых ресниц. — Или они всё-таки больше времени уделяли своим омегам, а не картинкам в телевизоре? ㅤРюджин медленно перевела взгляд с экрана на Хван. В глазах старшей плясали чертята, а зрачки, расширенные от гормонального жара, почти полностью поглотили радужку. Документалистика проигрывала зову природы всухую. ㅤ— Думаю, — Рюджин медленно отложила пульт на тумбочку, — в те времена за такое неуважение к истории альфы наказывали своих омег. Чтобы не отвлекали от государственных дел. ㅤ— Да неужели? — Йеджи дерзко прикусила нижнюю губу, подаваясь вперёд и обдавая лицо младшей своим сладким, дурманящим ароматом. — И как же именно? Продемонстрируешь, или мне продолжить слушать про рис и сою? ㅤРюджин лишь коротко хмыкнула. Терпение лопнуло. ㅤ— Опять течешь? — проворчала она, и в этом ворчании было больше обожания, чем реального недовольства. — одним резким, но выверенным движением она повалила Йеджи на спину, нависая сверху мощной тенью. Лидерша оказалась зажата между матрасом и горячим телом альфы, которая упёрлась коленями в кровать, блокируя любые пути к отступлению. Воздух в комнате мгновенно наэлектризовался. — Ещё же не вечер, а ты уже хочешь кончить? — прошептала Рюджин, обжигая дыханием нежную кожу за ухом омеги. ㅤ— Да, — гордо и без тени смущения выдохнула Йеджи, выгибая спину и теснее прижимаясь к Рюджин. Её пальцы мертвой хваткой вцепились в плечи альфы. — Но свой хуй оставь в штанах, Шин. Я завтра хочу нормально функционировать и танцевать, а не соскребать себя с пола. Так что работай руками и ртом. Это приказ. ㅤРюджин закатила глаза, издав приглушённый рык. Эта женщина умудрялась командовать даже тогда, когда её собственное тело плавилось от желания. ㅤ— Слушаюсь, мой генерал, — процедила Рюджин, спускаясь губами к её ключицам. ㅤСледующий час пролетел как в тумане. Рюджин была методична и беспощадна в своей ласке. Она сознательно игнорировала собственное тяжелое возбуждение, концентрируясь исключительно на реакциях Йеджи: на том, как та срывалась на хриплые стоны, как путалась пальцами в её волосах и как в конце концов затихала, содрогаясь в финальной судороге. ㅤКогда последняя волна оргазма отпустила омегу, оставив её полуобморочно лежать на подушках, Рюджин почувствовала, что её собственный предел пройден. Тело ныло от неудовлетворенности. ㅤ— Довольна, Ваше Величество? — хрипло выдохнула Шин, убирая прилипшую прядь с мокрого лба Йеджи. ㅤСтаршая лишь что-то невнятно пробормотала, блаженно прикрыв глаза. Её запах сменился с острого и манящего на мягкий, сытый аромат успокоенной течки. Рюджин, тяжело дыша, поднялась с кровати. ㅤ— Пойду... закончу начатое, — бросила она, направляясь в ванную. ㅤЗа закрытой дверью Рюджин первым делом плеснула в лицо ледяной водой. В ушах всё ещё стояли стоны Йеджи, а перед глазами плыли картинки её выгнутого тела. Рюджин принялась за дело сама, стараясь дышать тише. Ритмичные, рваные движения приносили лишь частичное облегчение — рука никогда не заменит ту, что сейчас лежит в соседней комнате. ㅤ«Святая женщина, — думала Рюджин, стискивая зубы, — доведет же когда-нибудь до инфаркта». ㅤСпустя двадцать минут, приведя себя в порядок и сменив футболку, Рюджин тихо приоткрыла дверь ванной, ожидая увидеть Йеджи спящей. Но нет. ㅤЛидерша, завернутая в одеяло по самый подбородок, как ни в чем не бывало сидела на кровати, уставившись в телевизор. На экране какой-то историк увлеченно рассказывал о строительстве флота. ㅤ— О, вернулась? — Йеджи обернулась к ней с абсолютно невинным видом, будто это не она только что выцарапывала узоры на спине альфы. — Садись, тут самое интересное началось. ㅤРюджин замерла в дверях, глядя на эту невозмутимую картину. Она-то надеялась на сонные обнимашки, а получила лекцию по истории. ㅤ— Ты издеваешься? — Рюджин устало поплелась к кровати и рухнула рядом. — Я там за стенкой чуть коньки не отбросила от переизбытка чувств, а ты флотом любуешься? ㅤ— Ну, мне стало легче, — Йеджи пожала плечами и, как ни в чем не бывало, положила голову на плечо Рюджин, снова переплетая их пальцы. — Ты молодец, Шин. Пять звезд за обслуживание. А теперь молчи и смотри, это про наши корни. ㅤРюджин лишь тяжело вздохнула, притягивая это несносное чудо ближе. Течка течкой, а жажда знаний у Хван Йеджи была неистребима. ㅤ— И за что мне всё это... — проворчала альфа, но всё же удобнее устроила голову омеги у себя на груди, вместе с ней погружаясь в историю великого прошлого. 17.34 ㅤ— Я хочу выйти погулять, — внезапно процедила омега. ㅤДвухчасовая документалка наконец подошла к концу, титры медленно ползли по экрану, но внимание Йеджи уже переключилось на закрытое окно. В её голосе не было и тени недавней неги — только странная, лихорадочная решимость. ㅤ— Ты сейчас серьёзно? — Рюджин вскинула бровь, замирая с пультом в руке. Она-то уже приготовилась включить свой любимый фильм, чтобы под него наконец мирно отрубиться. — Йеджи, очнись. Мы в чужой стране, в отеле, на улице ночь. У тебя, на минуточку, самый пик течки, а ты собралась гулять?! Ты хоть соображаешь, какой это риск? ㅤГолос Рюджин прозвучал резче, чем она планировала — в нём прорезались нотки покровительственного раздражения, которые обычно приберегались для нашкодивших стажёров. И это было фатальной ошибкой. Альфа, только что переплывшая океан чужих капризов, умудрилась утонуть в первой же луже бытового непонимания. ㅤОтказать омеге в такой период, да ещё и таким нравоучительным тоном — это был пропуск на десятый круг ада, где грешников, вероятно, стегают стеблями роз и пытают бесконечным воем вибраторов. ㅤУ некогда независимой и могущественной Хван острые кошачьи глазки моментально округлились, наполняясь обжигающей соленоватой влагой. Кончик носа покраснел, а нижняя губа мелко задрожала, выдавая ту степень обиды, которую невозможно сыграть. Она не только расстроилась, но и оскорбилась тем, что её желание назвали глупостью. ㅤЙеджи медленно, подчеркнуто демонстративно начала отодвигаться от тёплого бока своей альфы, словно та внезапно превратилась в кусок льда. ㅤРюджин физически почувствовала, как массивный кусок её сердца отдирают огромными щипцами без наркоза, на секунду лишая смысла всё, что она строила за свои двадцать пять лет. Вся жизнь пронеслась перед глазами, мозг выгорел и напрочь отказался сотрудничать со своим владельцем. Рот Рюджин то открывался, то закрывался: она искренне боялась ляпнуть очередную лютую дичь, за которую «кошатница» в двух метрах от неё может подать на развод, не дожидаясь утра. ㅤ— Й-Йеджи, ты же понимаешь, что менеджер нас всё равно не отпустит, да?.. — попыталась оправдаться эта жалкая альфа, не стоившая и мизинца своей госпожи. — Ну, котёнок... Посмотри на меня, пожалуйста... ㅤНоль реакций. Ноль эмоций. Йеджи как лежала, вжимаясь в подушку и тихо содрогаясь от рыданий, так и осталась сидеть, свернувшись в непробиваемый кокон обиды. Один-единственный, драгоценный кристаллик слезы, выкатившийся из правого глаза возлюбленной, ударил Рюджин больнее, чем разряд электрошокера в упор. ㅤИ тут Йеджи выдала самый жалкий, самый надрывный и тихий всхлип в истории человечества. Этого хватило, чтобы Рюджин мысленно вывернулась наизнанку, окончательно растеряв остатки хладнокровия и превратившись в бледную мумию, верно служащую своей Клеопатре. ㅤРюджин чувствовала себя последней тварью на планете. ㅤ«Ебанутая ты, Шин Рюджин, жертва пяной любви черта и золотой рыбки» ㅤОна осторожно, словно приближаясь к раненому зверю, придвинулась к этому дрожащему кокону из одеяла. ㅤ— Йеджи-я... ну прости меня, дуру грешную, — прошептала она, пытаясь нащупать под слоями ткани плечо омеги. — Я просто за тебя боюсь, сердце моё. Я же не со зла, честное слово... Ну хочешь, ударь меня? Хочешь, вообще слова мне не давай вставить до конца тура? —Йеджи в ответ лишь еще сильнее сжалась, издав такой надрывный всхлип, что у Рюджин окончательно сорвало резьбу. Альфа принялась осыпать поцелуями каждый доступный сантиметр: макушку, край уха, подрагивающее плечо. Она шептала извинения вперемешку с самой бесстыдной лестью, клялась в вечной верности и обещала купить все шоколадки мира. — Ну, пожалуйста, — взмолилась Рюджин, аккуратно разворачивая кокон к себе. — Давай мы сейчас переоденемся, заклеимся блокаторами, и я всё решу. Я выведу тебя гулять, клянусь. Хочешь, на руках понесу? ㅤЙеджи наконец-то соизволила приоткрыть один глаз, опухший от слёз. Она посмотрела на Рюджин с такой нечеловеческой обидой, что та готова была прямо сейчас пойти и грабануть банк, если бы госпожа того пожелала. После долгих уговоров и еще сотни поцелуев в соленые щеки, Йеджи всё-таки позволила снять с себя халат и натянуть безразмерную, пахнущую альфой футболку и свободные штаны. Рюджин дрожащими руками наклеила ей на шею последний пластырь-блокатор, молясь, чтобы его хватило хотя бы до ближайшей круглосуточной аптеки. ㅤ— Сиди тут, сокровище. Я сейчас всё устрою, — Рюджин схватила телефон и дрожащими пальцами набрала Юну. ​— Алло?.. ​ㅤ— О, онни, чего такое? — отозвалась Юна. На фоне слышался какой-то хруст — макнэ явно уничтожала очередную пачку чипсов. ​ ㅤ— Ситуация SOS, Юна-я! Отвлеки менеджера, по-сестрински. Я тебе за это любую пиццу куплю, хоть с ананасами, хоть с золотой стружкой! — судорожно проговорила Рюджин, то и дело бросая взгляд на шмыгающую носом Йеджи. ​ ㅤ— Так, Шин Рюджин, — внезапно голос в трубке сменился на более спокойный, но строгий. Походу, телефон перехватила Лия. — Вы обе и так не появились на репетиции сегодня, а теперь хотите под вечер сбежать? С течкой Йеджи-онни? Ты в своём уме? ​ ㅤ— Ну, Джису-ни, будь человеком! — Шин была готова сама уже зарыдать. — Пойми меня и Йеджи. Ей срочно нужен свежий воздух и, желательно, шопинг за мой счёт. Если я её не выведу, моё тело завтра найдут в канаве! Хочешь, я за тебя тоже всё оплачу? Куплю тебе тот набор косметики, на который ты облизывалась! ​ ㅤНа том конце воцарилось молчание. Лия явно взвешивала все «за» и «против» между дисциплиной и халявным шопингом. ​ ㅤ— Ну и дебилка же ты, Рюджин... — наконец выдохнула она. — Ладно. Я попробую уломать менеджера, чтобы он разрешил вам эту ночную вылазку. Но с условием: ты купишь Йеджи тонну блокаторов. Никто не должен учуять её запах дальше, чем на метр. И ты пойдёшь со мной, когда я буду просить менеджера вас отпустить. Я за твои косяки в одиночку отдуваться не буду. ​ㅤ— Всё будет, онни! Сделаем в лучшем виде! — выкрикнула Рюджин, подпрыгнув на месте. — Эй, постой... А ты с нами не пойдёшь? ​ㅤ— Нет уж, увольте. Мне и так сегодня все мозги пропили на прогонах. Лучше сериал свой досмотрю в тишине, пока вы там будете отель на уши поднимать. ​ ㅤ— Поняла! Мы с Йеддон сейчас спустимся. ㅤУломать менеджера Кана оказалось задачей не из легких. Этот прижимистый мужичок средних лет держал оборону до последнего, пока его крепость не пала под натиском телефонного звонка от дочери. Видимо, там назревал скандал помасштабнее побега айдолов, потому что Кан лишь махнул рукой и, уходя в сторону, бросил им короткое: «Чтобы ни одной фотки в интернете не увидел, иначе головы поотрываю!». ㅤЧетверка девушек разбежалась по номерам, чтобы за десять минут перевоплотиться из мировых звезд в обычных подростков. Маскировка была суровой: на лицах Юны и Рюджин умело пририсовали «акне» и мелкие прыщики – стратегический ход, чтобы сбить спесь с их идеальных черт лица. А то вымахали обе под метр восемьдесят, плечистые, статные – за версту видно, что не простые школьницы. ㅤЙеджи трогать не стали. В разгар течки её кожа и так была болезненно-бледной, а припухшие от недавней истерики веки и покрасневший нос создавали идеальный образ приболевшего подростка, которому ну очень нужно в аптеку. Ну а Черён настоящая вип-казашка, как в шутку называла её Рюджин. Против такой харизмы не попрешь. ㅤУвидев подавленную и всё ещё мелко подрагивающую Хван, Черён тут же перехватила инициативу. Она по-хозяйски притянула подругу к себе, обнимая за плечи и осыпая утешениями, будто ту только что спасли из логова дракона, а не из пятизвёздочного люкса. ㅤОмежья солидарность — штука страшная и беспощадная. Рюджин и Юна только и успели, что переглянуться, понимая: вечер обещает быть интересным. ㅤ— Ну всё, приехали, — проворчала Черён, поправляя капюшон на голове Йеджи с такой нежностью, словно та была хрустальной вазой. — Совсем девку довели, уродины. Гляньте на неё: бледная, носик распух, глазки на мокром месте... Живого места на нашей лидерше не осталось от вашего «внимания». ㅤ— Да ладно тебе, Черен-а, — подала голос Юна, пытаясь осторожно приобнять свою омегу за талию. — Мы же просто... ну, правила, менеджер, все дела... ㅤ— Руки убери, переросток! — Черён резко дёрнула плечом, уворачиваясь от объятий Юны. — Ты туда же? Подпевала Шин Рюджин? Вот уж не думала, что и моя туда же пойдёт. Все вы, альфы, одним миром мазаны – чуть что, сразу «режим босса» включаете, а как омеге плохо, так у вас «устав» и «график». Тьфу на вас, смотреть тошно. ㅤЮна аж рот приоткрыла от такой несправедливости, картинно приложив руку к груди. ㅤ— Да в чём я-то провинилась, ёлки-палки?! — взмолилась макнэ, едва не переходя на ультразвук. — Я вообще на вашей стороне была! Я Рюджин в чувство приводила по телефону! За что мне прилетает-то по старой дружбе? ㅤ— За компанию! — отрезала Черён, прижимая Йеджи ещё крепче. — Сидишь тут, плечи расправила, довольная такая... А подруга твоя вообще вон, стоит, глазками хлопает, будто не она полчаса назад Йеджи-ни истерику закатила из-за несчастной прогулки. Сухари вы черствые, вот вы кто. ㅤЙеджи в этот момент мастерски вошла в роль побитого котёнка. Она шмыгнула носом, уткнулась лицом в плечо Черён и издала такой тихий, надломленный звук, что у Рюджин в кармане даже банковская карта, кажется, сама собой приготовилась к бесконтактной оплате. ㅤ— Ну, Йеддон... — Рюджин сделала шаг вперёд, виновато сутулясь, чтобы не казаться такой уж «плечистой». — Я же всё осознала. Мы же идём. Купим тебе и блокаторов, и тех штук с витрины, и хоть весь магазин вынесем. Не плачь, а? Сердце же не железное. ㅤ— Поздно каяться, — буркнула Йеджи в плечо подруге, даже не взглянув на свою альфу. — Сначала «не соображаешь», а теперь «не плачь»... ㅤ— Слышала? — Черён победно вскинула подбородок, глядя на Рюджин как прокурор на рецидивиста. — «Не соображаешь» она ей сказала. Ну ты и выдала, Шин. Короче, план такой: вы двое плетётесь сзади на расстоянии пяти метров. Чтобы мы вашего духа даже не чуяли. Будете нашими кошельками и телохранителями. Ясно? ㅤ— Ясно, — хором выдохнули каблуки-переростки, покорно занимая позицию в арьергарде. ㅤКороче, прогулочка выдалась – врагу не пожелаешь, но кошельку Рюджин точно. Шли они по вечернему городу как на параде: впереди две «обиженные и угнетенные» омеги под ручку, а сзади – два понурых «шкафа» с нарисованными прыщами, которые только и успевали, что чехлить бабки на каждом углу. 18.56 ㅤПервым делом завалились в круглосуточную аптеку. Рюджин, как верный паж, скупила там столько блокаторов, что можно было обклеить ими весь отель в три слоя. Йеджи при этом даже на неё не смотрела – стояла, прислонившись к витрине с видом сиротки, пока Черён демонстративно проверяла срок годности на каждой пачке, поучая Рюджин: «Смотри, что берешь, а то опять косяк выйдет, альфа ты недоделанная». Рюджин только зубами скрипела, но покорно кивала, чувствуя, как её авторитет медленно стекает в канализацию под пронзительным взглядом вип-казашки. 19.42 ㅤДальше пошли за едой, потому что омежий аппетит в течку – это черная дыра, не знающая пощады. В столичном стрит-фуде Йеджи, учуяв запах острого, наконец-то подала признаки жизни, но исключительно чтобы поиздеваться. Она тыкала пальчиком в самые ядреные токпокки, от одного вида которых у нормального человека изжога начинается. Когда Рюджин заикнулась, что, мол, «солнце, тебе же плохо станет от такого количества перца», Черён тут же развернулась на 180 градусов и припечатала: «Слышь, Шин, тебе же сказано – рот открывать только для оплаты! Хочет – значит надо. Не ломай девке кайф, она и так из-за тебя настрадалась». Юна в это время пыталась незаметно подтырить палочку с сыром у своей омеги, за что получила по рукам и порцию воспитательной лекции о том, что «все альфы – наглые рожи». ㅤЗавершилось всё в круглосуточном торговом центре с кучей всякого дорогого барахла. Йеджи, играя роль грустного котёнка до победного конца, меланхолично указывала на самые пушистые худи и абсолютно бесполезные, но дико дорогие безделушки. ㅤ— Рюджин-а, мне так грустно... может, эта подвеска за триста баксов меня хоть капельку утешит? — шмыгая носом, выдавала лидерша. И Рюджин, у которой уже глаз дергался от финальной суммы на чеке, только и могла, что обреченно прикладывать карту к терминалу. ㅤБанковское приложение на телефоне уже, кажется, само начало жалобно скулить, прося о пощаде. 20.32 ㅤКогда они наконец возвращались в отель, нагруженные пакетами как вьючные мулы, Йеджи всё-таки соизволила милостиво взять Рюджин за мизинец. Это был знак высшего прощения и конца ледяного периода. Рюджин чуть не разрыдалась от облегчения прямо на глазах у менеджера Кана, который караулил их у входа, сверяя время по часам. ㅤВернувшись в номер, Рюджин чувствовала себя так, будто только что разгрузила вагон с углем, причём голыми руками и под надзором инквизиции. Но расслабиться ей не дали. Едва дверь захлопнулась, а пакеты с тихим шелестом приземлились на пол, как «побитый котёнок» внутри Йеджи мгновенно мутировал в капризную топ-модель на примерке. ㅤ— О боже, Рюджин-а, смотри, как это худи на мне сидит! — Йеджи уже вовсю потрошила покупки, разбрасывая оберточную бумагу по всему ковру. — Оно такое мягкое, прямо как твоя совесть, когда ты пытаешься загладить вину. ㅤРюджин лишь обречённо прислонилась к косяку, наблюдая, как лидерша с энтузиазмом натягивает на себя то одно, то другое. Розовое, пушистое, оверсайз, с какими-то нелепыми ушками – Йеджи крутилась перед зеркалом, то и дело поправляя сползающий блокатор на шее и довольно щурясь. На мгновение показалось, что мир и гармония наконец-то воцарились в этом номере, а банковский счёт Рюджин умер не напрасно. ㅤНо идиллия продлилась ровно до того момента, пока съеденные в порыве мести ядерные токпокки не решили заявить о своих правах на внутренние органы омеги. ㅤЙеджи внезапно замерла на полуслове, рассматривая в зеркале новую подвеску. Её лицо, до этого сиявшее от шопинг-эйфории, резко побледнело, а рука непроизвольно метнулась к животу. Она издала короткий, жалобный звук, который был подозрительно похож на сдавленный писк. ㅤ— Ой... — выдохнула она, медленно оседая на край кровати прямо в новом, ещё с биркой, худи. ㅤ— Что «ой»? — Рюджин в мгновение ока оказалась рядом, отбрасывая в сторону пустой пакет. — Йеддон, что случилось? Только не говори, что ты передумала насчёт цвета тех штанов, я их назад не понесу! ㅤ— Живот... — простонала Йеджи, сворачиваясь калачиком и прижимая колени к груди. — Кажется, тот перец... Рюджин-а, мне плохо... ㅤРюджин замерла, и в её голове пронеслась короткая, но очень ёмкая мысль: «Я же говорила!». Но озвучить её сейчас было равносильно суициду. Вместо этого альфа включила режим «заботливая мамочка на максималках», попутно проклиная Черён и её омежью солидарность, которая и допихала в Йеджи ту злосчастную порцию острого. ㅤ— Так, спокойно, — Рюджин мягко подхватила Йеджи под спину, помогая ей улечься поудобнее. — Это изжога, родная. Я же видела, как ты их уплетала, будто это последний ужин в твоей жизни. Потерпи чуть-чуть, сейчас всё исправим. ㅤОна метнулась к чемодану, перерывая его в поисках аптечки. В ход пошли антациды, тёплая вода и тонна терпения. Йеджи в это время продолжала страдать на всю катушку: она то жалобно всхлипывала, жалуясь на судьбу-злодейку, то ворчала, что это Рюджин виновата, потому что «плохо отговаривала». ㅤ— На, пей, — Рюджин аккуратно приподняла голову старшей, поднося стакан к её губам. — Мелкими глотками. И не вздумай сейчас надуваться, а то всё обратно выйдет. ㅤЙеджи послушно выпила лекарство, морщась от мятного привкуса, и снова уткнулась лбом в плечо альфы. Весь её боевой запал и желание доминировать испарились вместе с приступом боли. Теперь она снова была той самой маленькой и беззащитной Йеддон, которой просто нужно было, чтобы её погладили по животу. ㅤРюджин вздохнула, укладываясь рядом и осторожно просовывая руку под мягкую ткань нового худи. Её ладонь, тёплая и широкая, начала медленно описывать круги по напряжённому животику омеги. ㅤ— Ну как? Легче? — прошептала она, целуя Йеджи в висок. ㅤ— Немного... — промямлила та, постепенно расслабляясь под ритмичными движениями рук Рюджин. — Но ты всё равно тварь, Шин Рюджин. Зачем ты позволила мне съесть столько перца? Ты должна была меня связать и не пускать к тому ларьку. ㅤ— Конечно, конечно, — покорно согласилась Рюджин, понимая, что в этой битве логика бессильна. — В следующий раз так и сделаю. А теперь спи, горе ты моё луковое. Шопинг окончен, аптека закрыта, вулкан потушен. ㅤЙеджи что-то недовольно буркнула напоследок, но уже через пару минут её дыхание выровнялось. Она крепко вцепилась в край футболки Рюджин, пока та недно поглаживала ее пузико. 21.22 ㅤТак и уснули в обнимку.