Счастье в новый год из телефонной будки

История празднования Рождества очень глубока и интересна. Библейская легенда гласит, что именно в этот день в Вифлееме на свет появился Иисус Христос. Это событие было ознаменовано как пришествие Бога, и приравнено к знаменитому событию. И спустя много пререканий, запретов и судьбоносных событий, повлекших за собой череду последствий, Рождеству приравнялся статус государственного праздника. Но, это слабо сказано, ведь в данный момент, почти к мировому. Первейший штат, принявший официальный празднование Рождества – Оклахома. Но герои, пережитые такие же судьбоносные решения, жили в другом месте. И они особо не связаны с историей Рождества или Нового Года. Им просто посчастливилось оказаться в нужном месте, поймать удачу за хвост и принять верное решение.

***

Это случилось почти в начале декабря. Улицы уже были плотно украшены к предстоящему новому году, огоньки мелькали на каждом углу, а люди спешили украшать ёлки и покупать подарки для своих близких людей. Зима выходила холодной, снег валил раз в неделю, а дороги стали всё чаще посыпать песком, иначе бы случаи со сломанными конечностями побили все рекорды в мире. Нью-Йорк сиял. Главная ёлка на Рокфеллер-центре была такой высокой, что приходилось задирать голову вверх, чтобы добраться глазами до вершины. Игрушки, что её украшали, были небывалой красоты: меняли цвета, имели различные фигурки, сияли от света фонарей. Это была необъяснимая красота, которая будоражила сердце и заставляла верить в чудо.        Запах, исходимый от ели, навевал чувство наступающего уже на пятки праздника. Скоро новый год зашагает по планете, и в каждом доме, в каждом человеке, абсолютно везде, наступит новая глава в жизни. Тэхён в этом не сомневался.        Его работа почти подошла к концу. Стрелки часов подступали к пяти, за окном близился вечер, а дома ждала малышка Эмми. Он взял щенка далматинца всего год назад, а уже так привязался! Это пятнистое создание удивительно скрашивало одиночество, и было самым верным другом, которого только можно пожелать.        — Джаспер написал заявление на увольнение! — Роджер рвал и метал! Его один из главных актёров озвучки собирается уволиться в канун Рождества и Нового года! — Сказал, закончит последний проект и уйдёт. Просто немыслимо!        Низкорослый мужчина с полным животом и в красной рубашке с туго завязанным зелёном галстуком на шее грузно сел в своё кресло. На его столе стояла вычурная рамка, где на фотографии красовались его пять детей и красавица жена. Сколько Тэхён не думал, то всегда приходил в ужас: это надо же, сначала родить тройню, а потом и двойню. Большая семья – здорово, но в таком огромном количестве – это настоящая катастрофа.        — Если отдел озвучки не закончит всё до двадцать седьмого декабря, не видать нам всем отпуска, — Ральф, так звали главного в отделе, где люди озвучивали мультфильмы и фильмы, почти впал в отчаяние. — Как можно быть настолько известной компанией, и так часто лажать?        — Брось, Ральф, — Тэхён садиться на край стола начальника, вырезая последнюю снежинку, — Джаспер всё закончит, а со следующего года мы найдём нового человека.        — Милый мой мальчик, но кто будет озвучивать голос Котти в новом сезоне?        — У Филиппа с Джаспером очень похожи голоса, мы могли бы сделать замену, и никто не заметил бы, — вырезанная снежинка приятно раскрывается, обещая украсить зал перед наступающим праздником. — Сейчас украсим блестками, и будет настоящий шедевр.        — Будем надеяться на благоразумие Филиппа! — Роджер поправляет стоящую рамку с фотографией, сдувая с неё пыль. — У нас куча снежинок, зачем ты каждый раз делаешь новые?        — Ох, Роджер! — Тэхён рассматривает свою очередную аппликацию, испытывая детское очарование перед предстоящим праздником. — Это же так чудесно, создавать новогоднее настроение!        — Твоими снежинками скоро можно будет украсить всё здание, — Роджер смотрит на часы и медленно начинает собирать вещи, боясь попасть в вечернюю пробку. — Ладно, займёмся украшением отдела в понедельник. Сегодня пятница, а это значит, что у меня вечер с моими девочками. Обещал им кулинарный вечер.        — Что в подборке меню? — Тэхён складывает свои произведения искусства в папку, попутно выключает компьютер. В этот вечер он планирует объесться мандаринами и посмотреть что-нибудь расслабляющее. Может «Один дома» хорошо впишется в их компанию с малышкой Эмми.        — Рождественское печенье! Роуз мечтает испечь эльфа, а Лили снеговика. Боюсь, что вместо снеговика и эльфа у нас получатся чудовища, но зато девочки будут довольны.        — Роджер, ты просто замечательный отец! — Тэхён натягивает шарф поверх пальто, забирая сумку. — Жду в понедельник чудо выпечку! Пока, Ральф.

***

Манхэттен сияет! Тысячи разных огоньков, гирлянд, мишуры и игрушек! Рождественская музыка льётся счастливой мелодией, перемешиваясь с запахом свежей выпечки. Люди закупаются подарками, желая подарить новогоднее чудо.        У Тэхёна есть только Эмми. Годовалая девочка далматинец, которая ждёт его каждый раз у двери, стоит только времени подойти к его возвращению. И он настолько оказался преисполнен к ней любви, что теперь и дня без неё не представляет.        Родители остались в Корее, ведь молодому поколению необходимо реализовывать свои цели, а они своё уже прожили. И как бы Тэхён их не уговаривал, они остались при своём мнении, поэтому теперь он вынужден летать к ним дважды в год. И если в первое время было тяжело, сейчас он уже привык, что большую часть видит их только на экране компьютера.        Прогуливаясь по шумным улицам, проваливаясь в счастливые семейные воспоминания, Тэхён даже и не заметил, как повалил снег. Стоило только ветру ударить его по щеке, как он быстро вернулся в реальность. Начиналась настоящая буря, людей на улице становилось всё меньше и меньше, а видимость дороги гасла на глазах.        — Ничего, я всё же попытаюсь дойти, — реализма ему явно не хватало, поэтому хлёсткий ветер обдувал лицо, не смотря на вязаный шарф. Пальто раздувало в стороны, сумка на плече норовила слететь, а ближайший фонарь перестал гореть. Да он в полнейшей заднице!        Магазины быстро потерялись из видимости, а ветер всё набирал обороты, кружа только что выпавший снег. Мороз щипал не только лицо, но и все внутренности, где пальто и шарф не смогли прикрыть. Если он сейчас же не найдёт укрытие, то вероятно, останется без ушей и пальцев. Говорила же мама: Тэхён, надевай шапку!        В видимости почти закрытых от снега и ветра глаз, взгляд упал на яркую красную телефонную будку. Вот же оно – спасение! Недолго думая, Тэхён побрёл к ней, впредь пообещав себе больше никогда не забывать дома шапку и перчатки. Стоило закрыть дверь и оказаться внутри, как паника отступила. Бурю можно переждать здесь, а Эмми, наверное, уже скучает.        Спустя долгих, томительных двадцати минут, спустя сотни многочисленных попыток согреться, Тэхён видит через прозрачное стекло будки маленькую бабушку, укутанную в шубу. Она быстро садиться в машину, держа в руках свою маленькую собаку. Щенок жмётся ближе к хозяйке, трясясь от холода. Тэхён всматривается всё сильнее, вытаскивая из закромов памяти то, о чём вид бабушки напомнил ему.        — Мисс Элизабет! — вот же чёрт! Как он мог забыть про бабушку, которой помогает уже полгода! Работа отнимает всё время, занимая собой все остальные дела. Из волонтёрского отряда наверняка уже пытались связаться с ним.        Попытка дозвониться успехом не блещет, и Тэхён пробует позвонить через телефон в будке, но этот способ также оказывается неудачным.        — Милая моя, я позвоню вам утром, обещаю, — Тэхён опирается лбом об стекло, поздно замечая, что его одинокую компанию нарушает такой же слабоумный отвага, решивший, что он в силах пережить бурю.        — Прошу прощения, — мужчина снимает капюшон, и снег, лежавший на нём, падает под ноги, быстро тая. — На улице чистилище, а эта будка единственное, что я заметил.        Тэхён теряет дар речи, потому что сказать он действительно ничего не может. Он не помнит, что заказывал у Санты на новый год, но теперь точно уверен в своём желании. Если он посмеет упустить этого мужчину, всю оставшуюся жизнь ему придётся страдать и умереть в гордом одиночестве.        — Вы меня слышите? — мужчина напротив волнующе щёлкает пальцами перед лицом, и единственное, что может сделать Тэхён – это медленно кивнуть.               Перед ним идеальное создание из всех его фантазий, представлений, мечт и желаний! Роберт Паттинсон, Джонни Депп, Леонардо ди Каприо? Нет! Тэхён мгновенно забыл своих любимчиков, когда мужчине напротив стоило снять лишь капюшон.        Мысли звучат банально и глупо, но глаза его друга по слабоумию и отваги напротив выглядят точно как топленый мёд, который делала ему бабушка, а волосы в цвет тёмного-тёмного шоколада, который ему варил старший брат. Не совсем понятно как, но в незнакомом человеке чувствуется тот самый аромат тоски по недостающему дому.        Аккуратный нос, и кроличьи губы с маленьким пирсингом, которые придают своему носителю не, сколько брутальности, сколько нежности и гармонии с его образом, Тэхёну, правда, по душе. И, он искренне поражён, как быстро ему смог понравится человек, которого он видит впервые.        — Извините за молчание, — Тэхён поправляет шарф, опираясь спиной на стекло. Это будет невежливо, если он выпалит всё прямо сейчас, что успел прочувствовать за прошлую минуту.        — Я вам понравился, — мужчина оказывается куда смелее и прямолинейнее, чем Тэхён, и это сильно подкупает.        — Нет, — и что он отвечает? Разве минуту назад не собирался погибнуть в одиночестве, если потеряет этого мужчину?        — Да, — а улыбка такая же, как у мягких кроликов. Честное слово, ещё хоть одно утверждение, и он поймёт, что влюблён! В первого встречного!        — Ещё раз извините, — сделать попытку объясниться стоит. — Просто я впервые сталкиваюсь с тем, чтобы мне понравился незнакомец.        — Я тоже, — Тэхён снова теряется, и прячет улыбку за вязаным красным шарфом. — Не стесняйтесь, а берите быка за рога.        — Быка за рога? — Тэхён не понимает совершенно ничего.        — Да, быка за рога. Предлагаю сходить вместе на каток. Завтра в семь, у рождественской ёлки. Ну? — мужчина смотрит с теплотой в глазах, и Тэхён только сейчас в полной мере осознаёт, что он тоже понравился и ему признались в этом!        — Тогда я буду ждать вас в семь у катка, — мужчина протягивает руку для рукопожатия, и Тэхён охотно отвечает. — Я, кстати Чонгук.        — Тэхён, — чужая рука отдаёт теплом и мягкостью кожи.        — Тогда, до завтра?        — До завтра.

***

Рождество в Нью-Йорке прославлено на весь мир. Сотни тысяч туристов каждый год съезжаются сюда, чтобы встретить одни из главных праздников всего мира – Рождество и Новый Год. И каждый раз этот город позволяет окунуться сюда и поверить в настоящее чудо, вдохнуть запах ушедшего детства, и загадать самое заветное желание. И даже несмотря на затвердевшие сердца очерствелых людей, Нью-Йорк в канун Рождества и Нового года даёт возможность всем изменить свою жизнь навсегда.        Чонгук влюбился в этот город, когда посетил его с родителями в десять лет. На детское сознание повлияли миллионы огоньков, герои из любимых мультфильмов и запах ели под рождественские песни. Огромные возможности, открывшиеся перед ребёнком, посеяли своё зерно, и теперь Чонгук уже пятый год проживает на Манхэттене.        Возможное одиночество скрашивает годовалый щенок породы далматинца. Знакомый всем мультфильм про сто щенков и злую женщину проявил такую любовь, что Чонгук ни о какой породе уже мечтать и не мог. Поэтому, как только обзавёлся своим жильём, сразу исполнил свою заветную мечту.        — Итак, Робби, сейчас я пойду на свидание с таким очаровательным мужчиной, что от одного его вида у меня захватывает дух! Он безумно красив, ты бы только видел!        Щенок облизывает руки хозяина, и Чонгук даёт малышу ещё одну порцию корма.        — Не переживай, если я задержусь, ладно? — Робби гавкает и поудобнее ложится на своей лежанке, совершенно не переживая, что хозяин задержится. — Люблю тебя, малыш.        Огромное количество людей на катке и сотни попыток найти красивого парня из телефонной будки не позволяют думать о плохом. Чонгук обходит каток уже на второй круг, но Тэхёна всё ещё нет. Часы показывают половину восьмого, и надежда на встречу в сердце медленно угасает. Он же даже не взял номер!        — Я здесь! — Тэхён появляется неожиданно, весь запыхавшийся и покрасневший. — На работе завал! Еле вырвался из хватки начальника!        — Сегодня ведь суббота, — Чонгук стряхивает накопившийся снег с волос Тэхёна. Заботливый жест не остаётся без внимания, одариваясь улыбкой.        — Прости, прости, я знаю! Но ведь конец года, хочется получить премию и уйти на заслуженный отдых без долгов, — Тэхён, осторожными движениями ступает на лёд, придерживаясь за бортики. Чонгук же чувствует себя более уверено, шагая прямо без намёка на помощь.        — Я тебя понимаю, у самого куча забот, — из памяти никак не хотят уходить скипы документов на его рабочем столе.        — Кем ты работаешь? — Тэхён катается неуверенно, но и не падает, не давая опозориться перед своим новым другом.        — Вообще я художник иллюстратор, создаю мультфильмы и всякие картинки для книг, журналов и прочее, — через интонацию, звук и спокойную улыбку Тэхёну становится сразу понятно, что человек восхищён своей работой. Он любит её, он погружён в неё, он точно в своей стихии.        — Если я сейчас заикнусь про судьбу в нашем знакомстве, ты примешь это за неудачный флирт? — Тэхён подкатывается к бортику, переводя дыхание. Всё же его навык в катании на коньках не так хорошо развит, как у его спутника.        — Ты тоже художник? — Чонгук подкатывается и встаёт рядом, смотря в чистейшие карие глаза. И он ещё не знает, что через несколько дней сможет рассмотреть в них зелёные крапинки, и это будет точно не отсвечивание от ели.        — Я актёр озвучки, мультфильмы и зарубежные фильмы – вот моё призвание, — Чонгук заинтересованно подъезжает ближе, осознавая, что перед ним стоит настоящий волшебник.        — Это волшебно! — Тэхён скептически выгибает бровь, не видя в этом ничего захватывающего.        — Как по мне, создавать мультфильмы более интересно, чем их озвучивать, — и Чонгук уже готовит все возможные аргументы, чтобы переубедить.        — Это чистая ложь. Я создаю лишь картинку. Одну оболочку, которая выполняет простейшие функции, не зная, что такое душа. Ты же вдыхаешь в это жизнь. Образ приобретает голос и право на существование, когда ты передаёшь ему слова, чувства и эмоции. Это и удивительно, а от того и волшебно, что без тебя не случилось бы искусства.        — Искусство, а особенно мультфильмы – заслуга огромной команды, так что озвучка это просто недостающая вишенка на огромно трёхъярусном бисквите.        — Даже глаз недостаточно, чтобы передать, например, боль. Разве крик, всхлипы, не смогут показать, что персонаж переживает отрицательные эмоции?        — Разве боль обязана кричать? Она может быть и тихой, и молчаливой, и совсем незаметной. Разница лишь в том, как ты её переживаешь.        — И как же пережить боль тому, кто любит кричать без голоса? — Обычно тот, кто любит кричать – всегда носит с собой самую тихую боль. Так что здесь снова выбор каждого.        — Хорошо. Представь себе ребёнка. Ребёнок сможет молчать? Он всегда плачет, когда чувствует дискомфорт. Здесь так же, ты даёшь ему право голоса, чтобы он смог передать боль. А смех? Радость? Счастье? Одной улыбкой разве можно передать весь спектр чувств? Искусство – это не значит молчать. Это значит кричать, кричать на весь мир так громко, чтобы все услышали все твои чувства. А как сделает это твой герой это уже другое. Поэтому голос так и важен.        — Голос передаёт искусство?        — Голос даёт нам шанс донести до собеседника своё видение мысли. Да, в твоём случае мы говорим именно про физическую составляющую, но можно и по-другому. Так что, говоря свой монолог, я пришёл к выводу, что мы оба правы, но я всё же считаю, что именно актёры озвучки вдыхают жизнь в оболочку.        — Я не буду спорить с тобой по поводу немых фильмов.        — Время идет, и техника не стоит на месте. Я рад, что мы нашли средство, как передать голос в искусство.        — Ещё никто не восхвалял так мою профессию, — Тэхён искренне поражён чужим видением жизни. Он ведь раньше и не задумывался, как важно его участие в создании мультфильмов.        Небоскрёбы теряются на фоне счастливых эмоций, испытуемые на вечернем катке. Люди катаются туда-сюда, кто-то снова падает, кто-то уверенно выполняет различные трюки, а Тэхён вынужден взять Чонгука за руку. Всё-таки внутренняя уверенность снова его подвела, и он пару раз упал.        Но теперь он вынужден признать, что рад своей неуклюжести. Чонгук держит его крепко, катится рядом и, по всей видимости, отпускать не собирается. Тэхён прячет выступающий румянец за шарфом, но партнёр всё замечает.        Спустя час, когда мороз добирается до румяных щёк, пара решает прогуляться по украшенным улицам. Тэхён прячет руки глубоко в перчатки, не забывая про свою вечную неудачу к морозу, и искренне начинает завидовать Чонгуку, которому даже шапка не особо нужна.        — Мне очень понравилась прогулка с тобой, — Чонгук, который выше на целую голову Тэхёна, вынужден всё время смотреть вниз, чтобы встречаться с глазами собеседника. — Может, обменяемся номерами?        — Конечно, — Тэхён считает это более волнующим моментом, чем катание за руку. Теперь он может в любое время написать Чону, и с большой вероятностью, получить ответ. — Как на счёт ярмарки? Завтра, в три.        — Завтра в три буду ждать тебя у главных ворот, не опаздывай, — Тэхён снова прячет румянец в красном шарфе, а улыбка Чонгука теряется в толпе.       

***

— Ох, Эмми, видела бы ты его улыбку! — Тэхён одевает вместо пальто тёплую куртку зелёного цвета. Если красный шарф войдёт в его сегодняшний образ, он точно не будет ничем отличаться от рождественской ёлки. — А его глаза! Господи, как же я уже хочу встретиться с ним.        Он никогда не испытывал таких огромных чувств, к человеку, которого знал всего три дня. Всего три дня, а по ощущениям, всю жизнь! Теперь все мысли были заняты одним Чонгуком, их прогулкой на катке, и, конечно же, их катанием за ручку. Раньше Тэхёну казалось, что испытывать огромные явления к человеку – сущий бред и ерунда. Но, сейчас, он понимает, что никогда раньше не встречал человека, который вызывал бы в нём такую бурю.        — Мы переписывали до четырёх утра! — Эмми, пытаясь уснуть, всё же вынуждена слушать своего хозяина. — Было столько флирта, что я даже не знал, что я так умею. Это определённо мой рождественский подарок, и никак иначе.        Целуя Эмми, Тэхён идёт на первое свидание с Чонгуком. Общение с нотками флирта до четырёх утра привели к тому, что оба согласились назвать прогулку по ярмарке – их свиданием. И Тэхён вынужден будет назвать себя дураком, если скажет, что ему такая формулировка не по нраву.        — И как ты умудряешься приходить раньше меня? — Чонгук стоит со стеклянным шаром, внимательно озаряясь по сторонам, пока Тэхён снова безбожно опаздывает.        — Я живу вон в той высотке, — Чонгук показывает на небоскрёб за спиной Тэхёна, вынуждая Кима повернутся и взглянуть на огромное стеклянное здание, украшенное лучше, чем его, рабочее.        — Да ладно, там же нереально купить квартиру, я пытался, — Тэхён поворачивается к Чонгуку, серьёзно задумываясь: не уйти ли ему в художники.        — Во-первых, у меня близкий друг лучший риелтор в городе, во-вторых, даже не думай подаваться в художники, потому что мы только вчера выяснили, что без твоего голоса не будет такого искусства, как мультфильмы.        — Ты слишком быстро раскусил мой план, да и рисовать я не очень умею, так что, останусь у микрофона, — Чонгук одобрительно кивает, приглашая Кима прогуляться по улице известной рождественской ярмарки.        — Кстати, это тебе, — Чонгук вручает стеклянный шар Тэхёну. — Мы мало знакомы, и я подумал, что к Рождеству эту будет хороший подарок. Там, вон, и ёлка, и Санта, и снеговик с оленем. Поставишь дома, как сувенир.        — Спасибо, — от чистого сердца говорит Ким. — Теперь я тоже должен купить что-то тебе.        — Нет, это не обязательно, — Чонгук по-доброму смеётся, когда Тэхён действительно начинает всматриваться в товар на лавочках и витринах, чтобы присмотреть действительно что-то стоящее.        — Ты любишь читать? — Тэхён останавливается у книжной витрины, где в ряд расставлены рождественские книги.        — Ну, вообще-то, да, — Чонгук ни за что не признается, что предпочитает больше слушать, чем читать.        — Можно мне, пожалуйста, Чарльза Диккенса «Рождественскую песнь», — Тэхён отдаёт добрых четыре доллара за книгу, и в ярком новогоднем пакете со смешным снеговиком вручает её Чонгуку. — Это мой подарок тебе. Счастливого Рождества, Чонгук.        — И тебе счастливого Рождества, Тэхён.        Взгляд медовых и шоколадных глаз встречается, и всё окружающее застывает. Тэхён теряется в спектре эмоций, потому что Чонгук смотрит на него так, словно он влюблён бесконечно сильно. Рядом кто-то взрывает хлопушку, и Тэхён возвращается в настоящее, спеша отвести взгляд.        — Расскажи о себе, о своей семье, — Тэхёну интересно узнавать новое о своём знакомом.        — Мои родители в разводе. Я – единственный ребёнок в семье, от того и немного грустно. Мама живёт в квартале от меня, у неё новый муж, а у этого мужа дочь и двое внуков. Папа живёт в Нью-Джерси, у него тоже новая жена, и недавно родилась дочь. И я… — Чонгук вздыхает, пытаясь подобрать нужные слова.        — Ты чувствуешь себя лишним? — Тэхён не знает, может ли он спрашивать такие откровенные вопросы, но хочет верить, что Чонгук не обидится за слишком пройденные границы.        — Да. Если говорить честно, то я чувствую себя немного вне семьи, поэтому приходится всегда обходиться компанией друзей.        — Разве ты не можешь встретить одно Рождество с мамой, а на следующий год с папой?        — Могу, конечно. Изначально я так и делал, но теперь, стоит мне к ним приехать, я чувствую себя нежеланным гостем. Сам посуди: кто захочет видеть в своём доме ребёнка от первого брака? Особенно взрослого и самостоятельного, который в праздник может справиться и сам.        — Неверно мыслишь. Ты ничем не отличаешься от других детей, и имеешь право встретить Рождество, как с мамой, так и с папой. Тем более, если бы я знал, что мой сын вынужден в праздник быть где-то один, то моё сердце разорвалось бы от боли. Какая разница мне до чужих внуков и прочих детей, если один из них вынужден страдать от моего выбора.        — Напомни мне вручить тебе статуэтку «Родитель года», когда обзаведёшься детьми.        — Я непременно потребую её от тебя!        На душе становится теплее от мысли, что кто-то может обсудить с тобой твою проблему и не называть тебя глупым человеком. Чонгук не виноват, что почти к тридцати годам стал не нужен собственным родителям. Сложно поддерживать семейные отношения, когда ворота, в которые ты стучишь, закрывают на сто замков.        — А что на счёт тебя? Теперь и мне интересно узнать о тебе.        — Мои родители, старший брат и сестра, остались в Корее, — по грустному тону можно понять, что Тэхён не рад положению нынешних дел. — Я вынужден летать к ним два раза в год, когда мне дают отпуск. В большинстве случаев это получается в мае и ноябре. Этой осенью у меня не получилось побывать дома, потому что на работе был настоящий завал.        — Ты скучаешь?        — Очень, на самом деле.        — Почему они не летают к тебе? — Я не знаю. Много раз спрашивал, но всегда получал разные ответы: сейчас у нас дела, потом у нас работа, вот бабушка Ёхи заболела, вот мы не хотим нагружать твой бюджет, и так по кругу. Хоть силком тащи, честное слово.        — С кем ты тогда встречаешь Рождество?        — Со своей собакой, со своим другом Марли, или в окружении новогодних комедий.        — Что может быть тоскливее одиночества в этом мире?        — Полное одиночество, когда ты знаешь, что у тебя есть близкие сердцу люди.        Снег, огромными хлопьями начал падать на вечерний Нью-Йорк. Старая новогодняя будка, которую скоро уберут совсем, по чистой случайности свела две одинокие жизни. Тэхён, в силу работы и мечты совсем не виделся с семьёй, а Чонгук, ставший ненужным ребёнком вследствие развода, оказался и вовсе без неё.        И что же может быть хуже одиночества, когда близкие и родные сердцу люди добровольно отказываются от тебя.       

***

Спустя неделю общение из «дружеского» плавно перетекало в «романтическое». Поцелуи в щёку, прогулки за ручку, переписки до глубокой ночи уже вошли в привычку. Тэхён уже знал, что вечером снова увидится с Чонгуком, а Чонгук, в свою очередь, знал, что Тэхён согласится на любое времяпровождение.        Спонтанное знакомство перетекало в глубокие чувства, которые проникали в самое сердце. Оба были уверены, что их встреча – настоящая судьба, которая была предписана кем-то свыше.        — Он сейчас придёт в гости, Эмми. Будь хорошей малышкой, и веди себя прилично.        Тэхён, устав проводить всё время на морозе, вдруг вспомнил, что они оба взрослые люди, и могут ходить друг к другу в гости.        — Надеюсь, что сегодня у нас случатся действительные сдвиги в отношениях, — Тэхён протирает последнюю полку с книгами. — Я устал смотреть на его губы без возможности их поцеловать. Обоим почти тридцать, а ведём себя, как подростки.        Малышка Эмми грызёт резиновую кость, и Тэхён хочет верить, что она его понимает.        Через полчаса в дверь звонят, и Тэхён, причёсывая волосы на ходу, спешит впустить гостя в дом.        Чонгук стоит на пороге с букетом свежих подсолнухов. В середине декабря, где на улице одна лишь грязь и слякоть вперемешку с рождественскими украшениями, это выглядит очень удивительно.        — Где ты их нашёл? — Тэхён, завороженно принимая букет из рук, вдыхает аромат свежих цветов.        — У друга своя компания по выращиванию цветов, вот, выделил мне немного. Тебе нравится?        — Поверь, это самый лучший подарок, который мне делали в середине декабря, — Тэхён снова вдыхает аромат ярких цветов, а внимание Чонгука переключается на появившуюся в прихожей Эмму. — Познакомься, это малышка Эмми – мой верный друг и товарищ.        — Тэхён, если я сейчас заикнусь про судьбу в нашем знакомстве, ты примешь это за неудачный флирт?        — Чонгук, если ты уже начинаешь говорить моими словами, то это точно судьба, но в твоём случае можно немного конкретики?        — У меня тоже годовалый щенок далматинца, только мальчик, и Робби.        — Ого! — Тэхён пропускает Чонгука в квартиру, разрешая чувствовать себя как дома. — Если случайности так случайны, то мы определённо должны сходить на совместную прогулку с собаками.        Чонгук одобрительно кивает, поднимая голову к потолку. Квартира Тэхёна с мансардой, обтянутая гирляндой. Летом, наверное, это ад от палящего солнца, но зимой, когда идёт снег, наверняка выглядит чудесно. Но сейчас Чонгука привлекло совершенно не эстетичное содержание этой квартиры, а состояние балок. Они совершенно не крепки, и находятся на молитвах Бога. Находится в таком помещении, особенно, когда мансарда идёт по всей квартире, чрезвычайно опасно.        — Тебя привлекло наличие стеклянного потолка? — Тэхён ставит мандарины на накрытый стол, вставая рядом с Чонгуком. Задирая голову вверх, он видит исполнение собственной детской мечты: квартира с мансардой по всему периметру.        — Состояние этих балок очень плачевно.        — О чём ты говоришь? — Тэхён ничего не понимает.        — Они держатся на последнем слове, и могут в любое время обрушиться. Находиться здесь небезопасно, — Чонгук волнуется, что однажды ему сообщат, что его слова исполнились.        — Нет, их проверяют каждые полгода за хорошую сумму, никаких проблем не может быть.        — Тэхён, я вижу, что плохо, — попытки переубедить парня успехом не завершаются, и Чонгук выбирает думать, что случится это, когда Тэхёна и Эмми не будет дома.        Вечер протекает в спокойной обстановке. Старые рождественские фильмы под бокал дорого вина, мирно спящая Эмми рядом, и приятная компания приносят свои плоды. Тэхён уже почти засыпает на плече Чонгука, а последний досмотренный фильм показывает титры.        — Тэхён, кажется, что мне пора идти, — Чонгук аккуратными движениями гладит парня по щеке, выводя из сонного мира.        — Тебе кажется, — Тэхён, окончательно раскрывая глаза, приближается ближе к Чонгуку, кладя руку на тёплую щёку. Дыхание сбивается у обоих, но пути назад нет.        — Но ты почти спишь, — Чонгук не отходит в сторону, не прерывает процесс, только тянется ближе, стараясь получить желаемое.        — Но на моей кровати хватит места двоим, — всё также, шёпотом, проговаривает Тэхён, прежде чем их губы сталкиваются в поцелуи.        Губы Чонгука такие же мягкие, как и предполагал Тэхён. На вкус они отдают вишнёвым бальзамом, и совсем не принимают равенства. Чонгуку нравится доминировать, и Тэхён вполне разрешает ему делать это. Когда-то позже он всё-таки поймёт, что ему это очень по вкусу.        Кровать встречает их мягкой периной и теплом. Часы показывают двенадцать, когда засосы ложатся долгой россыпью на обоих телах. Чонгук, не смотря на всю мягкость своего характера, проявляет всю грубую силу, которую он может себе позволить. Стоны в квартире громкие, звенящие, вкусные на слух. И ночь, в середине декабря, сводит две души, не позволяя почувствовать им очередное чувство одиночества и ненужности.       

***

Тэхён машет рукой около своего лица, создавая воздух. В регистрационном зале очень жарко, полно народу и мало места. Украшено на славу, но вот с гостями явно перебор.        — Почему Ральф не нашёл зал побольше? Всё-таки свадьба, а не похороны нелюбимой бабки, — Роджер расстёгивает первые пуговицы на своей рубашке, спасаясь от жары.        — Обещали открыть окна, простите, господа, — Ральф виновато извиняется перед всеми, понимая, что не рассчитал с гостями и залом. — Сейчас пройдёт церемония, и мы отправимся в ресторан, извините.        — Ладно, Ральф, не извиняйся в свой же день, — Роджер отводит коллегу к алтарю. — Ты женишься, так что переживай об этом, а остальные потерпят.        — Ещё раз, извините.        Роджер садиться рядом с Тэхёном, ожидая быстрого завершения церемонии. Через десять минут в зале все занимают свои места, и к алтарю выходит регистратор брака. Тэхён, отвлекаясь на платок в своём нагрудном кармане, поздно замечает, что регистратор ему очень знаком.        — Какого чёрта? — выходит громче, чем планировалось, и все оборачиваются на Кима. Регистратор в том же числе. — Извините.        Чонгук, замечая Тэхёна, виновато улыбается, глазами обещая объяснить всё позже. Признаёт вину намного раньше и шлёт незаметный поцелуй. Ким же складывает руки на груди, совсем забывая про жару. Да его нагло обманули!        — Сегодня мы с вами собрались здесь, чтобы зарегистрировать союз двух людей. Ральфа и Оливию. Их отношения начались спонтанно и случайно, но, несмотря на все препятствия, они смогли выдержать и собрать нас всех в этом зале. Давайте же поприветствуем Оливию в сопровождении с отцом.        Невеста, в белоснежном платье с огромным шлейфом, появляется в сопровождении с седовласым мужчиной. Он на голову ниже её, на взгляд строже, и явно намного взволнованнее. Отдавать дочь замуж всегда волнительно.        — Сейчас мы с вами станем свидетелями создания новой семьи. Семьи, которая пройдёт ещё много трудностей, справится со всеми проблемами, прошагает огромный путь, и выстоит. Я прошу ответить вас, жених: согласны ли вы взять мисс Оливию в жёны?        — Да, — Ральф отвечает громко и уверенно.        — Прошу ответить вас, невеста: согласны ли вы взять в мужья Ральфа? — голос Чонгука спокойный и уверенный. Его руки не дрожат, взгляд не смотрит в пол, и он точно знает, что нужно делать.        — Вы можете обменяться кольцами и закрепить свой союз поцелуем.        Когда все свадебные манипуляции были завершены, зал разорвался аплодисментами. Родители, тщательно утирая слёзы, спешили поздравить своих детей, друзья пожимали руки, а гости взрывали хлопушки. Радостное событие перекрыло собой всем ненавистную жару.        Тэхён, поздравив молодожён, поспешил удалиться. Он требовал объяснений, и как можно скорее, тем лучше. Чонгук говорил, что он художник-иллюстратор, так какого чёрта он регистрирует брак? На государственного служителя он не похож, на священника – особенно, да и Тэхён своими глазами видел его работы.        — Тэхён! — Чонгук вбегает в зимний сад, останавливаясь рядом. — Я тебя не обманывал!        — Да, и, наверное, поэтому ты стоял за стойкой и с умным видом и книжечкой регистрировал чужой брака? — выходит грубее, чем он планировал, но никому не понравится обман.        — Я просто не договаривал тебе. Я, правда, художник-иллюстратор, правда создаю мультфильмы и картинки, но одним этим я бы не заработал себе на квартиру в центре Манхэттена и дорогую машину.        — И ты хочешь мне сказать, что работаешь на двух работах?        — Хочу тебе сказать, что это моя основная работа, а рисование – хобби, которое приносит хороший заработок.        — И когда ты хотел мне об этом сказать?        — Когда бы ты пришёл ко мне домой, увидел на столе вместо рисунков непонятные бумаги, и спросил бы «а где твоё творчество?». А я бы тебе ответил «Тэхён, знаешь, вообще-то это моя вторая работа» и в таком духе. Но, видимо, пришлось узнать сегодня.        — Ты не хотел меня обманывать?        — Конечно, нет, — Чонгук обнимает Тэхёна за талию, притягивая ближе. — Лучше дай поцелую.       

***

Квартира Чонгука ещё просторнее, чем у Тэхёна. Огромной мансардной нет, но зато панорамных окон хоть отбавляй. Мебели по минимуму, всё в серых оттенках и ни одного рождественского украшения. Даже маленькой ёлочки. Холодное пространство разбавляет лишь озорной далматинец Робби, который признал в Эмми родную душу.        — Они нашли общий язык, — Чонгук, под действием влияния своей второй половинки, клеит ненавистную мишуру на пустую стену.        — Я удивлён, как Робби не умер от скуки в такой квартире, — первое, что испытал Тэхён, войдя сюда: пустоту. Даже на его работе мебели больше.        — Может, мы лучше сходим погулять с собаками, а потом вместе украсим?        — Уговорил.        Снег снова валит огромными хлопьями. Собаки радостно виляют хвостами, снова и снова обнюхивая друг друга. Кажется, они и правда родственные души. Совсем как их хозяева, думает Чонгук.        На улицах идёт огромная подготовка к Рождеству. Через неделю в каждом доме соберутся семьи, чтобы отметить этот чудесный праздник. И Тэхён, смотря на Чонгука, спешит высказать свою затею, которая крутиться в голове уже давно.        — Чонгук, — отпуская с поводка Эмми и Робби, Тэхён садиться к парню на лавочку, молясь о позитивном исходе.        — Что такое? — Чонгук гладит щенка по подбородку.        — Ты бы не хотел отметить Рождество вместе?        — Вместе?        — Да, вместе. Только ты, я, и наши щенки, — надежда не угасает даже тогда, когда Чонгук начинает долго раздумывать об этом предложении.        — У тебя или у меня? — Тэхён не верит, что Чонгук всё же соглашается.        — Можем и у тебя, если конечно мы доведём квартиру до праздничного настроения, — Чонгук тяжело вздыхает, но всё же соглашается.        Прошла всего половина месяца с того момента, как снежная буря загнала их обоих в телефонную будку. С первой прогулки на катке, с ярмарки и первого поцелуя. Но Чонгуку не кажется это странным, наоборот, даже радует больное сердце. Он так долго ждал своего человека, что наконец-то найдя, не хочет упускать. И плевать, что понадобилось всего две недели, чтобы сблизиться и начать строить отношения.        Он искренне рад, что встретил Тэхёна. Этот парень ведёт себя как ребёнок, но не перестаёт быть мудрым человеком. Он знает, когда нужно сказать что-то стоящее, а когда промолчать. Тэхён совсем не ревнует, и полностью доверят, а это главное качество, которое Чонгук ценит в отношениях. И ему становится спокойно, когда парень из телефонной будки с шоколадными глазами находится рядом.        Чонгук влюблён. Влюблён в первого встречного, и уже самого ценного человека в своей жизни.        И ничто не нарушит его счастье. Правда же?        — Нам не пора идти домой? Темнеет, — Тэхён подзывает к себе щенков, одевая на них поводки.        — Останетесь у меня? — Чонгук слишком сильно полюбил ночи, когда Тэхён оставался у него.        — Нет, не получится, извини. Завтра рано на работу, а твоя квартира находится дальше, поэтому мне придётся вставать раньше, — Чонгук всё понимает.        — Тогда я провожу вас до дома.        — Хорошо.        Приближаясь к дому, Тэхён замечает слишком знакомую фигуру. Мужчина стоит у дерева, трясясь от холода и кутаясь в шарф. Ким замедляет шаг, пытаясь понять, что давно ушедшему прошлому нужно в его настоящем.        — Тэхён! Я уже думал, что ты переехал, — блондинистые волосы до плеч завязаны в небрежный хвост, а множественные тату на пальцах разбавлены яркими красками. В ушах по три прокола, а пальто, с неприятным жёлтым цветом, еле достаёт до колен.        — Остин? — Тэхён уже и не думал встретиться со своим бывшим человеком. Они расстались год назад, почти под самое Рождество, и бередить старые раны сейчас не хочется. — Что тебе нужно?        — Мы можем поговорить наедине? — парень протирает руки, обдувая их горячим воздухом. Пальцы от холода побледнели, и Остин не оставляет попыток согреть их.        — Конечно, — Тэхён обязательно выслушает и окажет необходимую помощь. Они разошлись на мирной ноте, когда поняли, что отношения изжили самих себя, и возвращаться к ним уже не стоит. — Чонгук, ты можешь идти, я напишу тебе позже.        Чонгук сразу понимает, что перед ними стоит не бывший товарищ, который затерялся в суете дел. Но он выбирает доверять своему любимому человеку, особенно тогда, когда их отношения только приобретают какую-то силу.        — Я буду ждать, — Чон целует Тэхёна в губы, уходя с Робби в сторону дома.        Остин, терпеливо ожидающий у дерева, спешит подняться в квартиру и наконец-то отогреться. Тэхён, снимая поводок с Эмми, идёт в ванную, чтобы помыть ей лапы. Бывшему парню ничего не составляет труда ориентироваться в квартире и чувствовать себя как дома. Он быстро заваривает себе чай и прилаживает руки к батарее.        — О чём ты хотел поговорить? — Тэхён наливает себе горячего шоколада, садясь за обеденный стол. Он предвещал, что Остин когда-нибудь снова его навестит, но не думал, что так скоро.        — Это твой новый парень? — Остин кладёт себе две чайные ложки сахара в чай, и монотонно перемешивая строго по часовой стрелке, ждёт ответа.        — Ты пришёл спустя год, чтобы спросить у меня об этом?        — Я пришёл сказать, что бабуля Марти умерла и передать её завещание, предназначенное для тебя, — Тэхён давится шоколадом, узнав, что милая бабушка, которая души в нём не чаяла, покинула этот свет.        — Ох, Остин, мне очень жаль.        — Брось. Когда твоей бабушке девяносто лет, ты подсознательно готов к её уходу, — Остин не выглядит переживающим или скучающим. Весь его вид не выдаёт ничего, чтобы выдавало, что он пережил смерть близкого человека.        — Ты не похож на человека, который лишился бабушки, — Тэхён подливает ещё чая Остину, находя в шкафу давно забытые пряники. — Когда это случилось? И почему твоя бабушка вдруг оставляет завещание мне?        — Вообще-то она умерла ещё в июле, и я уже вроде как смирился, да и как я уже говорил, я был готов к её уходу. А что по поводу завещания, то это не совсем оно, просто записка, написанная её дрожащей рукой, и выбитое из меня согласие, что я передам её тебе.        — Чёрт, почему ты не сказал раньше? Я бы приехал на похороны! — сейчас Тэхён жалеет, что не узнал об этом. Он сильно дорожил этой бабушкой, и сейчас её кончина ложится тяжёлым грузом на плечи.        — Ты бы полетел в Германию на похороны? — скептически замечает Остин.        — Почему ты похоронил свою бабушку в Германии? — обескураженно задумывается Тэхён.        — Потому что она немка, Тэхён, её родина – Германия, это уже под старость ей захотелось пожить в штатах.        — Ты не говорил мне об этом, — сколько не пытается, а вспомнить не может, чтобы Остин хоть раз упоминал Германию в разговорах.        — А то, что я иногда говорю на немецком, тебя это не смущало?        — Мало ли, может ты выучил его в университете, или для работы, откуда мне надо было знать? Я вот знаю французский, но это же не значит, что я из Франции!        — Чёрт, как ты мог быть со мной в отношениях столько лет, если не знал, что моя семья из Германии…        — Слушай, кто старое помянет, тому… — дальше вспомнить не может, поэтому под звонкий смех Остина только отмахивается. — Давай сюда записку, мне нужно исполнить последнюю волю умершей.        Остин достаёт из кармана помятый, свёрнутый втрое листок, вырванный из записной книжки. Его уголки уже стёрлись, а один уже и вовсе исчез.        — Что с листком? Ты забыл забрать его у бабули и выкопал её?        — Тупые шутки, Тэхён! — в Кима летит столовое полотенце, но в адресата не попадает.        «Я знаю, что когда ты прочитаешь моё письмо, я буду уже мертва. Не переживай, что не побывал на моих похоронах, гнить в земле холодной Германии не так уж и скучно, а ещё я знаю, что этот оболтус вспомнит передать тебе эту записочку в самый неподходящий момент. Я не займу много твоего времени, просто скажу то, что меня тревожит с того самого момента, как вы расстались. Тэхён, мы очень скучаем по тебе. Я скучаю по тебе, Остин, и вся наша семья. Расстаться – это легко, но я знаю, что те чувства, что были между вами, никуда не исчезли. И я смею взять на себя эту ношу, и сказать, что вы созданы друг для друга и должны быть вместе. Любовь приходит, но уходит крайне редко, поэтому, милый, мы все ждём тебя дома. Последний раз обнимаю, и надеюсь, что в следующий раз проведать меня вы придёте уже вместе.       

Твоя бабуля Марти,

2 апреля 2025 год».

— Ох, бабуля Марти, в самое сердце, — Тэхён сворачивает записку обратно, кладя на стол перед собой.        — Тэхён? — Остин ждёт ответа, но Киму нечего сказать. Он не поступит с Чонгуком как последний идиот, и ни за что не выберет того, с кем уже всё порвано.        — Остин, я уже нахожусь в отношениях, и я не планирую от них отказываться только лишь потому, что твоя бабушка не смогла принять наш разрыв.        — Тэхён, но ведь я тоже не смог его принять, — Остин касается руки Тэхёна, заглядывая в глаза.        — Уходи, — Тэхён не хочет нарушать то, что построил. Да, их трёхнедельные отношения с Чонгуком не сравнятся с трёхлетними с Остином, но и сравнивать было бы глупо.        — Тэхён, но нельзя за год позабыть всё, что было между нами! — Остин не теряет попыток вразумить бывшего парня, но Тэхён настроен решительно. — Посмотри, это же наша квартира, в которой мы были так счастливы, просто дай нам ещё один шанс!        — Остин, самое глупое решение, который я могу сделать в уходящем году – это дать шанс прошлому! Уходи.        — Хорошо, хорошо, я уйду! — Остин натягивает на себя отвратительное жёлтое пальто, которое ему не совсем по размеру. — Но давай встретимся завтра ещё раз, пожалуйста! Ты подумаешь за ночь, и мы обо всё поговорим!        — Остин, я уже принял своё решение, и одна глупая ночь не изменит его, — Тэхёну приходится выталкивать парня из квартиры, чтобы закрыть дверь и наконец-то остаться одному.        Он не хочет терять Чонгука. Да, он был счастлив с Остином, их действительно многое связывало, но отношения изжили самих себя. Даже быт не съедает так сильно, как обычная привычка находится рядом друг с другом. Нет никаких гарантий, что с Чоном не будет также, или хотя бы они доживут до такого огромного срока, как с Остином, но он перестанет уважать себя, если не попытается. Он наконец-то чувствует стабильность, комфорт и чувство любви, которого ему так не хватало. Наконец-то он чувствует, что любят именно его, а не простое присутствие рядом.        — Мы будем счастливы с Чонгуком, правда? — Эмми гавкает, и Тэхён принимает это за положительный знак.       

***

Тэхён переворачивает блинчик на сковороде, пока Чонгук пытается украсить ель. Ким не шутил, когда говорил, что серьёзно настроен на совместное Рождество и украшение чужой квартиры.        — На следующее Рождество ты будешь украшать всё сам, — Чонгук путается в лежащей на полу мишуре и почти падает. С самого детства не любил украшать дом к праздникам, и даже сейчас его ничто не может переубедить.        — Сочту это за гарантию, что наши отношения доживут и до следующего Рождества, — Чонгук цокает, но отвечать не спешит. Они оба уверены, что это не последний их праздник вместе.        Что хотел от тебя твой бывший? — Тэхён роняет лопатку с тестом от неожиданности.        — Передал мне записку от умершей бабули Марти.        — Я надеюсь, что она не позвала тебя с собой?        — Глупая шутка, Чонгук!        — Ладно, ладно! Так что же от тебя хотела умершая бабуля Марти?        — Сказала, что наше расставание с Остином полный бред, и что нам нужно воссоединиться, чтобы она спала спокойно, — Тэхён, стоя спиной к Чонгуку не замечает, как тот застыл с ёлочной игрушкой в руках.        — И что ты ответил? — Чонгук хочет верить, что это не последняя их встреча.        — Что это идиотизм, и что я уже нахожусь в отношениях, — последний блин раскатывается по сковороде, как и любовь Чонгука к Тэхёну по его сердцу.        — А Остин? Что он думает?        — Сказал, что тоже не принял наше расставание, и что планирует встретиться сегодня, чтобы переубедить меня.        — И ты, конечно же, пойдёшь, — Тэхён оборачивается к Чонгуку, улавливая недовольный тон.        — Почему ты так считаешь? — Тэхён откладывает столовое полотенце в сторону, забывая про подгораемый блин.        — Потому что ты захочешь туда пойти, чтобы объяснить ему, что ты не передумал, — Чонгук вешает последнюю ёлочную игрушку, поздно замечая, что развесил их все в одну кучу.        — Ты ревнуешь? — Тэхёну нравится ревность, но только тогда, когда она обоснована, а не появляется на пустом месте.        — Тэхён, если бы я пошёл сейчас на встречу с бывшим, как бы ты чувствовал себя? — Чонгук снимает ёлочные игрушки, скидывая их обратно в коробку. Наряжать что-то смысла он уже не видит.        — Я не дал тебе повода и объяснил, что происходит! — Тэхён переходит на крик. — Хотя, знаешь, сначала я думал, что мы пойдём туда вместе, но теперь, назло тебе, я пойду туда один!        Тэхён кидает лопатку для блинов, и показательно обходя Чонгука, направляется к двери.        — Ты серьёзно уйдёшь? — Чонгук направляется следом, но встречает только спину в забавной зелёной куртке.        — Я пойду к нему, и скажу, что он мне больше не нужен! — дверь с хлопком закрывается, и Чонгук остаётся один на один со своими мыслями.        — Конечно, так я тебя и отпустил одного туда, — Чонгук уходит следом, не замечая скулящего Робби и клубок дыма из кухни.       

***

Остин, после звонка Тэхёна, верно ждёт его у дома. Всё тоже глупое жёлтое пальто и озябшие пальцы. Тэхён, выходя из машины, настроен серьёзно на объяснения, что им ничего не светит. Чонгук, выезжающий с соседней улицы немного отстаёт, но всё же тоже настроен решительно показать, что Тэхён уже занят.        — Остин, я подумал над твоим предложением, и готов сообщить ответ, — Тэхён встаёт рядом, зачёсывая волосы назад.        — Я рад, что ты готов вернуться назад, — Тэхён даже теряется от того, что происходит дальше. Его целуют! Грубо, резко, без разрешения, и очень глубоко! Именно так, как любит Остин, и именно так, как нравилось ему. Но не сейчас, не тогда, когда сердце уже занято другим, а чужие губы вызывают отвращение.        Он еле вырывается из хватки, и, не успев отойти на полшага, замечает, как Остин падает на землю. Из его и без того хрупкого носа льётся кровь, а из глаз слёзы. Чонгук явно переборщил с силой.        — Он рад, что ты готов вернуться назад?! — Чонгук в недоумении. Он так спешил, чтобы сказать, что этот парень занят, а в итоге увидел и услышал совсем другое.        — Ты сломал ему нос! — Тэхён садится перед Остином, вытирая кровь рукавами своей куртки.        — Я спросил, почему он рад, что ты готов вернуться назад? — Чонгуку плевать на сломанный нос. Такое разрушение не сравнится с тем, что происходит внутри.        — Я не собираюсь возвращаться к нему! — Тэхён обдувает чужую рану, снова и снова вытирая кровь, которая не перестаёт останавливаться. — Но учитывая, как ты решаешь проблемы, я не уверен, готов ли вернуться сейчас и к тебе.        До Рождества два дня. Чонгук занимался самым нелюбимым делом в своей жизни, чтобы встретить его с Тэхёном. Они познакомились в телефонной будке три недели назад и закрутили отношения. Может быть, они слишком поспешили со всем, и все последствия привели ко всем разногласиям.        Но это глупо, они же обсуждали уже это и их обоих всё устраивало. Но, видимо, что Чонгук слишком поверил в их отношениях. Чуда не бывает и он только что в этом убедился.        — Ты хочешь сказать, что это всё? — неудача случается с каждым. Никто не обещал ему любовь и семью в Рождество. Это вполне привычное явление.        — Я не хочу говорить это, просто дай мне время и не дави, — Тэхён чувствует стекающие слёзы, которые застывают от холодного ветра.        — Ты сделал правильный выбор, — Остин, придерживаясь одной рукой за дерево, а другой, придерживая поломанный нос, встаёт с земли.        — Я не делал никакой выбор, придурок, и к тебе я точно не вернусь! Вали туда, где был целый год, — на улице быстро потемнело. Снег снова повалил огромными хлопьями. Удивительно, как он выпадает во все важные моменты жизни Тэхёна. Особенно, в этом декабре.        Звонок телефона Чонгука звучит как-то не к месту, но взять нужно обязательно.        — Чёрт, — Чонгук, ничего не объясняя, садится в машину и уезжает, оставляя Тэхёна одного.        — Давай просто всё обсудим, — Остин делает новую попытку, но получает только удар в и без того сломанный нос.        — Если ты ещё раз появишься на пороге моего дома, я сломаю тебе остальные части тела! — Тэхён уходит, оставляя Остина там, где он и должен быть. В том самом прошлом, которое уже давно забыто, закрыто, и не требует ничего больше. Бывший парень ловит такси и уезжает от дома, в котором прожил три года, и, как думал, останется навсегда.        Чонгук бросил его. И из-за такой глупой недосказанности! Он бы ни за что не променял его на Остина, ни при каких возможностях.        Слёзы застилают глаза, когда Эмми выбегает в прихожую. Собака взволнована, она трётся об хозяина и гавкает, но Тэхён не в состоянии понять, что от него требуется.        — Малышка, сейчас я успокоюсь, переоденусь, и мы поедем к Чонгуку, — Тэхён не обращает внимания на нервную собаку и проходит в гостиную, снимая пальто. — Эмми, что с тобой?        Тэхён берёт щенка на руки, и слышит треск откуда-то сверху. Он поднимает голову и успевает прижать далматинца к себе, прежде чем огромная балка, вперемешку со стеклом падает прямо на них.        Чонгук говорил проверить их, но Тэхён был слишком уверен в компании, которая занималась их состоянием. Теперь на него буквально обрушился потолок, а рядом никого нет, чтобы помочь.       

***

Тэхён открывает глаза под рождественскую песню и запах медикаментов. Место, в котором он находится, украшено отвратительной мишурой, которая режет глаза. Очень безвкусно и однотипно.        Он пытается подняться, но жгучая боль в рёбрах не даёт ему даже спокойно вдохнуть. Он в больнице, он жив, и он не отправился к бабуле Марти.        — Да ты счастливчик, — вошедшая в палату медсестра проверяет все показания, и, записав их в историю пациента, лучезарно улыбается. — На тебя упала огромная балка, а ты отделался только мелкими порезами и тремя сломанными рёбрами.        — Умирать в мои планы не входило, — через боль он всё же поднимается, принимая полу сидячее положение. — Какое сегодня число?        — Сегодня Рождество, — Тэхён провалялся в кровати и ничего не сделал!        — А моя собака? Что с ней? Где она?        — За вашим милым далматинцем ухаживает ваш молодой человек, не переживайте! Красавец он у вас, честное слово.        — Мой молодой человек?        — Ну да, высокий азиат, у него тоже славный далматинец.        Тэхён выдыхает. Чонгук рядом, и не бросил его. Эмми жива и в надёжных руках. Несмотря на все события, Рождество выходит более удачным, чем ему казалось минуту назад.        Врач осматривает его уже второй раз, убеждаясь, что кроме сломанных рёбер и порезов у Тэхёна нет ничего серьёзного. Он ведь действительно счастливчик, раз смог выжить в такой катастрофе. Нужно будет отблагодарить соседей, которые успели вызвать скорую до его кончины. Умирать в конце года совсем не выгодно.        Ближе к вечеру, когда время приёма почти заканчивается, Тэхён уже и не надеется, что Чонгук придёт. Но стоит больничному коридору немного опустеть, он слышит знакомый лай.        — Заходим по одному, аккуратно, — Чонгук заводит щенков в палату, поздно замечая, что Ким уже не спит.        — Как тебе разрешили провести собак в больницу? — Чонгук пугается от резкого голоса, но всё-таки позволяет Эмми залезть на кровать к хозяину и облизать ему всё лицо.        — У меня есть знакомый среди врачей, — и Тэхён только сейчас начинает задумываться, сколько же знакомых у Чонгука по всему городу. — Мы побудем немного и уйдём.        — Чонгук, — Тэхён хватается за чужое запястье, прося посмотреть Чона в глаза. — Я повёл себя слишком глупо, прости.        — Ты не должен извиняться за свои чувства, и ты мне ничем не обязан, — страшно подумать, что там уже принял Чонгук.        — Ты глупый, но и я не умнее. Я не выбирал его, я даже не задумывался об этом.        — Но я всё слышал возле твоего дома, — Чонгук выглядит как человек, который выбрал самобичевание как главный образ жизни. Тэхён не хочет видеть, что Чону больно. Не с ним в отношениях, да и вообще никогда.        — Этот придурок сам решил, что я к нему вернусь, но Чонгук, правда в том, что я не хочу жить в прошлом. Мне не нужна та жизнь, где не будет тебя.        — Прямо таки не нужна.        — Чонгук, — Тэхён касается щеки своего партнёра. — Я выбрал тебя и будущее с тобой. Рождество, которое скоро наступит, я тоже хочу встретить с тобой. Новый год и все остальные года, я тоже хочу провести именно с тобой и нашими щенками. Я люблю тебя. Да, спустя всего три недели, не зная твой любимый цвет, фильм или город, но я люблю тебя просто потому, что ты есть. Есть именно в моей жизни, и именно ты. И никакой Остин не сможет тебя заменить.        Чонгук целует тягуче и мягко. Он счастлив, что холодная телефонная будка в снежную бурю свела его с Тэхёном.        — Спасибо, что позволяешь мне быть не одиноким, и прости, что Рождество мы встречаем в палате.        — Ничего, у нас ещё есть Новый год. Так как моя квартира разрушена окончательно, украсим наконец-то твою и встретим там.        Чонгук тушуется, и отсаживается на стул, который стоит у кровати.        — Что такое? — Тэхён чувствует неладное, но понять ничего не может.        — У меня не получится отметить.        — Почему? — Тэхён не понимает, всё ведь шло по плану.        — Ты когда уходил, не выключил плиту и случился пожар. Моя кухня уничтожена, и требуется капитальный ремонт.        Тэхён закрывает лицо руками от стыда. Чёрт, чёрт, чёрт! Он спалил чужую квартиру и чуть не убил Робби.        — Я оплачу весь ремонт, обещаю! Прости, что так вышло!        — Успокойся, — Чонгук аккуратно прижимает к себе дрожащего Тэхёна. — Тебе самому нужно ремонтировать квартиру, а мне только заменить кухню.        — Нам негде встретить Новый год, — они остались оба без жилища, и это действительно последнее, чего ожидаешь в Рождество.        — Я уже снял квартиру. Бомжами нам точно не стать.        Тэхён жмётся ближе. Он выбрал настоящего мужчину, который ни за что его не оставит ни в какой ситуации.        — С Рождеством тебя, Чонгук. Спасибо, что разделил со мной компанию в той телефонной будке.        — С Рождеством тебя, Тэхён. Спасибо, что заглянул в ту будку.       

***

Тридцать первое декабря наступает слишком быстро. Тэхёна выписывают из больницы, и вот они уже украшают их новую временную квартиру к предстоящему Новому году. Несмотря на непопулярность, Ким всегда любил встречать и этот праздник. Чувствовать переход из одного года в другой, ощущалось, как перескочить в другую вселенную. А перемены он очень любил, особенно, приятные сердцу.        В дверь звонят, и, превозмогая боль в рёбрах, Тэхён спешит открыть. Люди, стоящие позади него, просят быть аккуратнее, но он лишь даёт им знак, чтобы они вели себя тише.        Чонгук, держа в руках огромную живую ель, поправляет шапку. Встречать Новый год без хвойного растения настоящее нарушение традиции.        — Ты специально выбрал самую большую? — Тэхён поражается шириной и высотой, и начинает переживать, что украшений для неё не хватит. — Ты поэтому задержался?        — Я ездил за твоим подарком.        — Разве мы не договаривались, что пока без подарков?        — Этот тебе точно понравится, — Чонгук смотрит с любовью. — С днём рождения и наступающим Новым годом, Тэхён.        — О чём ты?        Чонгук отодвигает ель в сторону, и из-за угла выходит целая группа людей.        Тэхён теряет дар речи и пропускает первые слезинки.        — Мама, папа, бабуля! — они серьёзно прилетели к нему спустя пять лет! На его день рождения, к Новому году, в полном составе! Тёплые объятия заглушают все обиды, которые он хранил на членов своей семьи, и даже зарастающие рёбра совсем ему не помеха.        — Глупый, почему ты не сказал, что тебе нас не хватает? — мама вытирает слёзы со щеки своего сына. — Какая разница, что тебе уже тридцать? Мы думали, что будем мешать тебе, если будем летать так часто, но если бы ты сказал, мы бы не упустили так много времени.        — Я думал, что вы не хотите лететь ко мне. Взрослому человеку сложно о чём-то просить.        — Взрослый, ребёнок, какая разница, если ты всё-таки наш сын? Нас всех чуть не хватил инфаркт, когда мы узнали, что с тобой случилось, — отец треплет сына по макушке, тоже прижимая к себе.        — Жаль, что я не могу показать вам квартиру моей мечты. Но если вы обещаете прилетать ко мне чаще, то к февралю она будет уже готова.        — Значит, в феврале снова жди нас в гости, — бабушка, не видящая внука так долго, не может всё насмотреться на него, и Тэхён не хочет замечать, какую боль они все пережили из-за прошлых событий.        — Спасибо, это самый лучший подарок за всю мою жизнь, — Тэхён обнимает Чонгука, целуя в щёку. Рёбра не дают дотянуться до губ, да и при семье это делать как-то неудобно. — Но, если честно, у меня тоже есть для тебя кое-что.        — Тэхён, я вынужден тебе признаться, что я не люблю читать книги, — Тэхён прыскает от смеха, но обещает поговорить об этом позже.        — У меня есть что-то получше книг, — Тэхён открывает дверь в квартиру, и теперь настаёт очередь Чонгука удивляться происходящему. Его родители стоят в прихожей. В полном составе: мама, папа и его маленькая сестра, которую он ещё ни разу не видел. Когда они встречались все вместе? Он даже не помнит последний совместный ужин, что говорить про совместный праздник.        — Мама? — она действительно стоит перед ним. Рядом нет её нового мужа и их совместных противных внуков, которые забирали всё её внимание.        — Прости меня. Я забыла, что у меня есть сын, который тоже нуждается в моей любви, мне очень жаль, родной, что я бросила тебя на всех праздниках и отдала предпочтение новой семье, — мама трясётся и сильно переживает, но для Чонгука это признак раскаяния. Он ведь уже и забыл, что значит, когда мама рядом.        — И ты меня прости, милый. Я глупец, раз думал, что если ты взрослый, значит, уже не нуждаешься во мне. Ты тоже моя семья, ничем не отличающийся от новой, и я люблю тебя.        — Мама тоже любит тебя, солнышко.        Чонгуку не нужны горы, золото и немыслимые достижения. Его родители рядом, его годовалая сестрёнка, которую увидеть у него не было возможности, тоже теперь рядом. Мама и папа сегодня сядут с ним за один праздничный стол, и вот он уже не тридцатилетний мужчина, способный вынести все тяжести мира, а пятилетний мальчик, который просто рад быть дома.        Куранты пробивают заветные двенадцать залпов. За столом собралась одна дружная семья, а Чонгук и Тэхён смотрят только друг другу в глаза.        Этот год завершился самым главным исполнением желаний: они нашли друг друга. На огромной планете, среди восьми миллиардов людей, снежную бурю и сотни туристов, им посчастливилось забрести в одну телефонную будку, которая связала их на всю жизнь.        Да, их ждёт ещё много испытаний и препятствий, но они смогут всё выдержать, пока держатся за руки и ничего не боятся.        Любовь всегда выбирает тех, кто способен за неё бороться.        — Кстати, ты был у мисс Элизабет? — Тэхён оставляет недоеденную креветку в сторону, вспоминая о своей подопечной.        — Чёрт!