Witeloveronn

      Первым в «Околесье» прибежал Майк, но Уилл практически не отставал, и когда тёмненький обернулся, прямо позади него, стоял запыхавшийся Уилл. Майкл посмотрел на него с такой гордостью и восторженностью, как-будто это он прибежал первый.       В целом, добежать сюда было немного тяжеловато: мимо озера Возлюбленных, небольшой поляны, далее, взобраться на высокий холм, где росли прелестные снежные ёлочки.       Уилл облокотился на одну из этих ёлочек, снежок посыпался прямо ему на шапочку, Майк умилительно засмеялся, подошёл и лёгкими движениями стряхнул его с него, снова поправляя этот чудный головной убор, натягивая её поближе к ушам, видя, что она слегка сползла; похоже, в этот момент он заботился об нём больше, чем даже его мама. Лицо Уилла озарила улыбка, полная приятного удивления и благодарности, глаза светились невиданным ранее Майком светом, отчего тот на секунду замер, и казалось, не мог поверить своим глазам: то что, он видел ранее, до этого, хоть и необычайно красиво и любимо его взору, но совершенно меркнет по сравнению с тем, что он отыскал в его глазах на данный момент; он даже не удержался, сжал бровки домиком, нервно прикусил губки и слегка, до невозможности ласково провёл рукой по его щеке, делая вид, что убирает снежинки, но тут же отдёрнув руку, словно обжёгшись. Уилл, кажется, расстроился даже, когда его друг убрал руку, но не стал ничего говорить, потому что это неправильно… Но, он хотел буквально умереть от этого прикосновения и взгляда, и если бы Майк действительно сделал что-то ещё, он бы точно был бы уже мёртв… — В детстве мы добирались сюда гораздо быстрее… Даже без великов… — решил он начать разговор, чтобы немного перевести дух, сделав вид, что он не заметил…этого… Но, глубоко в душе, он просто не мог проигнорировать, будто ничего не было… Глубоко в душе это станет одним из его лучших, греющих сердце, воспоминаний, хотя, для других оно могло бы показаться сущей мелочью. — В детстве мы были другими… Быстрее, веселее, энергичнее, беззаботнее… Этого нам сейчас не хватает, — проронил Майк с ноткой уныния в голосе, слегка наклонив голову, но тут же поднял, поняв что просто не имеет права сейчас грустить рядом с ним… — Но, мы же пришли сюда за этим, правда? — он улыбнулся. Это было нежно и по-детски невинно. Байерс выглядел гораздо счастливее от его улыбки. — Да, именно за этим… Чтобы снова побыть собой… Как тогда, в детстве, и конечно… — начал было Уилл, но шоколадные глазки его опередили: он подобрал что-то со снега. — И конечно же устроить «Шишечную войну»! — он, смеясь, отбежал на приличное расстояние и кинул в него шишку, но специально промахнулся, но Уилл, так же, хохоча, попал прямо в цель — в сердце Майка. Прямо как всё время до этого, что они были знакомы, с самого начала… Майк театрально изобразил смерть, упав спиной на снег, Уилл засмеялся громче, и подбежав к нему, улёгся рядом. Повернув голову, он посмотрел на него и с каждой секундой, трепета и чувств становилось всё больше, и он ощущал это всем телом и сердцем, Майкл посмотрел на него точно так же: — А ведь ты даже не знаешь, что я тебе подготовил и куда спрятал, а ты так рад мне, как-будто знаешь, что там что-то ценное… — сказал он тихо, почти шёпотом. — Мне не нужно ничего ценного, Майк… У меня уже есть кое-что больше, чем просто ценное… Я бы даже сказал бесценное… Точнее, не кое-что, а кое-кто… — Уилл не мог не покраснеть, как и не мог поверить, что сказал это вслух. — И кто же это? — с лёгким волнением в голосе произнёс Уиллер. — Просто смотри на небо, Майк, на то, как падает снег… Сейчас он падает только на нас… Рядом, никого нет, Майк…никого, понимаешь… — он сам устремил свою голову наверх. Несколько минут они просто лежали и смотрели на падающий снег, внезапно, солнце стало светить еще ярче, а снежинки блистать, Уилл чуть приподнялся на локотке и посмотрел сверху на парня, тот сиял ещё ярче, словно и был тем самым солнцем, словно из-за него стало светлее и приятнее. — Понимаю… — наконец вымолвил он. — Только на нас…и только для нас… — он снова посмотрел в глаза другу: более открыто, внимательно, волнительно и чудесно, как-будто в голове уже писал их собственную рождественскую сказку…