Глава 8. Штаб охраны
27 февраля 2026 г., 17:13
Полдень в штабе всегда был чуть сонным — территория словно замирала после обеда. Френсис вышел после допроса, щурясь на свет.
Джесс подскочила с лестницы. Она выглядела растрёпанной, но уверенной. В одной руке — надкусанное яблоко, в другой — целое.
— Живой? — сказала она почти без прежней зажатости. — Я тут схватила тебе… ну, всё, что не было засохшим. Лови!
Цельное яблоко описало небольшую дугу. Френсис схватил без вопросов. Так, как было на их тренировках по магической обороне. В те дни он и при желании бы не словил. Маг улыбнулся и поблагодарил. Оперся на колонну, что поддерживала крыльцо главного корпуса. Яблоко было скорее кислое, чем сладкое.
Мысли привели снова к той ночи. Конечно, яблоко удержать было легче, чем руку мертвеца. Наверное, тот полицейский перепугался, вот и вызвали на допрос.
Джесс смотрела внимательно, но не так тревожно, как раньше. Скорее — проверяя.
— Что-то не так? — спросил маг.
— Ты о чём-то задумался, — с хитрицой протянула рыжая. — Есть чем поделиться?
Лозья винограда свисали с крыши, точно водопад. Острые листья уже начинали желтеть и редеть. Френсис сорвал один с колонны и, медленно крутя в пальцах, кратко рассказал, что было на допросе.
— Хорошо. Значит, ничего такого… — Джесс выдохнула. — А я уже порывалась вызвать.
Он вспомнил, как Джесс была готова притащить ему адвоката под руку.
— Зря волновалась, — тихо добавила она, глядя себе под ноги.
Он хотел было возразить, как послышались голоса у двери. Френсис обернулся, проверяя в окне силуэты. Через прутья было видно грузную тень командира. Магу всё ещё было не по себе от того, как тот сорвался.
— Идут.
Джесс встала:
— Проследим?
Френсис шикнул и спустился на пару ступеней вниз. Он протянул руку, предлагая свалить побыстрее. Это напомнило ей испуганного воробья — Джесс не смогла сдержать улыбки. Дверь скрипнула и они поспешно спустились с парадной лестницы.
За уголом здания стена была обшарпана. Ребята старались сильно не прислоняться. Запах слезающей краски неприятно щекотал нос.
Мадам Моро и Греттоном задержались у крыльца всего на пару минут — обменялись короткими фразами, пообещали держать связь «если что всплывёт». Ни Френсису, ни Джесс это ничего не добавляло: разговор был чисто служебным, сухим. Они притаились, пока Госпожа Моро удалялась к машине. Греттон пошёл открывать ворота, ворчливо бросив, что надо было Френсиса позвать помочь, раз ходит здесь. Юноша лишь передёрнул плечами.
— Всё ещё считает тебя внуком, — сказала Джесс, поддразнивая. Она мягко положила голову на плечо. Френсис едва заметно напрягся, но не отодвинулся. Вздохнул.
— Конечно… — взгляд мага ушёл в сторону, игнорируя тяжесть на плече. — Как будто когда-то видел меня правильно.
Мотор взревел. Френсис быстро стряхнул воспоминания. Чёрный седан следовательницы выехал по гравию за ворота штаба. Их помогли закрыть двое подоспевших дежурных Греттона.
Френсис нахмурился.
— Слушай… — он помедлил. — Тебе ничего не показалось странным?
— Например? — Джесс приподняла бровь.
— Не знаю. — Он пожал плечами, будто сам отмахивался от мысли. — Я не разглядел номер.
Джесс чуть склонила голову, вспоминая.
— Хм… нет, вроде нет. Может, бликовал. Или мы стояли далеко.
— Может, — легко согласился Френсис, но взгляд его всё ещё цеплялся за дорогу за воротами. Джесс задумчиво промычала.
— А ты давно запоминаешь номера?
— Нет. — Он скосил взгляд. В памяти всплыла ночная погоня и пустой задок машины. Может, тогда он тоже не разглядел? — Просто зацепило.
— Или слишком внимательно смотрел на хозяйку машины, — она хмыкнула.
Маг фыркнул:
— Ну да, конечно!
— Я не отвлекаю? — раздалось за их спиной.
Оба вздрогнули. Бриджит подошла так тихо, будто призрак — старая привычка дежурств. Волосы у неё ещё были влажные после душа; на виске блестела тонкая капля. За ней тянулся запах апельсинового мыла, перемешиваясь с прохладой двора. Она выглядела сонной, но по-настоящему довольной — как человек, который наконец-то поспал больше трёх часов. Глаза ещё немного припухшие, но не выжженные усталостью, как в дни практики.
— Кажется, кто-то говорил, что маг тебе как брат… Привет! — она улыбнулась уголком губ. Френсис кивнул, отодвигая ладонь от кирпичной стены. Он не ожидал, что испугается лекарши. На пальцах остался налёт — всё же прислонился.
“Как брат?”
Но из мыслей вытащила Джесс:
— Брии! Предупреждай, когда подходишь!
— Я тебя потеряла! Сказала бы сразу, что отойдёшь.
Огрызки яблок швырнули в уличное ведро с надписью «Пищевые отходы». Крышка от бака закачалась, что порадовало рыжую.
— Трёхочковый! — крикнула Джесс, — А ты научился!
Френсис хмыкнул. Для него швыряние казалось мелочью.
— Так… тебя всё же допросили? — спросила Бри, поправляя униформу: куртку со светоотражающими полосами, слегка смятую на груди. Без повязки с красным крестом — та была только на выездах.
Френсис только кивнул. Он не ожидал иного — кто-то точно его видел по дороге сюда, а слухи распространяются по Штабу быстро. Маг почувствовал, что язык не слушается. То ли от того, что говорил много в последний час. То ли от воспоминаний.
Здесь слухи передаются быстрее, чем лесной пожар.
Кто-то легко коснулся плеча. Маг вздрогнул.
— Эй? Ты в порядке? — взгляд Джесс оглядел его.
Френсис почувствовал, что его тянет к земле. Ноги тяжелели, точно проваливались в землю. Хотя трава оставалась на своём месте, не тянулась схватить и утянуть, как убитого у реки.
— Устал, — бросил он, надеясь, что и сам в это поверит.
— Может, — Джесс промычала, глядя на ворота из Штаба, — побудешь с нами? Ненадолго, пока перерыв не кончился!
Бриджит нахмурилась.
— А как же дела? Журналы-отчёты? — хмыкнул Френ. Он ещё помнил распорядок дня в отряде.
— Какой же ты…— вздохнула Джесс и отодвинула рукав своей куртки, проверяя время на наручных часах. Они были потёртые и в царапинах — в духе полевого патрульного, что вечно ходит по оврагам и болотам. — Задержусь, если нужно! Мне ничего не будет. А тебе, Бри?
Бриджит чуть подняла плечи, мягко, неуверенно. Этим утром задач было не так много. А после обеда другие академисты разбились по своим компаниям…
— Если не возражаете.
Джесс запищала от радости.
— Пойдём-пойдём тогда! А то потом месяц расписаниями не сойдёмся!
— А ты что-то планируешь?
Бриджит улыбнулась, но Френсису показалось, что ей всё ещё немного неловко рядом с ними. Маг замедлился, пропуская девушек вперёд. Он знал новую подругу Джесс не так много, но похоже, они ладили. Маг сглотнул ком при воспоминании их встречи на реке Тихой.
Уставший голос. Аппарат в лоб. Писк.
Признаков двойника не обнаружено.
Так учили.
Интересно, если бы он учился в Академии, то был бы таким же? Он встряхнул головой, позволяя волосам прикрыть лицо. Резинка сползла, поэтому стянул её уже до конца. В его время в штабе не так много было практикантов из магических заведений. Что-то видимо есть в Академии Люмерэс такого…
— Френ, ты где? — звонкий голос Джесс вывел снова из мыслей. Похож на огонёк в тёмном лесу. Всегда выводил из зарослей.
— Я здесь.
Френсис поравнялся с ними. Даже если лекарша и была “под крылом” образования, она всё же взяла его фонарь. Можно попробовать.
* * *
Троица петляла между корпусами, минуя железный гараж, откуда тянуло тёплым запахом масла и сушёных трав: механики снова по-своему “колдовали” над одним из вездеходов. Доносился громкий голос правой руки Греттона — Терри Джефферсон, он вёл у отрядов оборону — видимо, придётся заказывать новые детали. Джесс бросила взгляд в распахнутые двери оружейной рядом с гаражом и тихо фыркнула. Там всегда был такой порядок, что казалось, Греттон лично выстраивает ловушки по линейке. Они не были для охоты — для ведения отчёта, сколько животных в заказнике. С похожей аккуратностью командир раздаёт обереги от Зверя перед прочёсом. У теплицы Френсис замедлил шаг. Стекло запотело изнутри, и влажный, сладковатый пар вырывался наружу, едва заметно колыхаясь по ветру. — Они опять пытаются заставить индикаторы расти? — Который месяц, — усмехнулась Бри. — Хоть бы один не умер! Френсис выдохнул. Ему и раньше эта затея казалась бестолковой. Но сейчас, когда Лес переставал быть ему понятен… скорее Город успеет выстроить башню до небес, чем они выведут такие растения. В мутном стекле что-то блеснуло, когда он повернулся — Френсис не сразу понял, что это. Аккуратный педантичный голос говорил, куда пересаживать очередной индикатор. Силуэт было непросто распознать — длинный, слегка наклонённый вперёд, каждое движение отмерено. Но вот лопата опёрлась на землю, и он повернулся ближе к двери. Френсис узнал старосту своего отряда. Ноллан Вейр. Волосы тёмные, коротко подстриженные, с лёгкой сединой у висков. Он не выглядел старше 30-ти и всё же никогда не говорил, откуда у него седина; прямые жёсткие брови, из-за которых любой взгляд казался оценивающим. Рукава рубашки были закатаны, а руки были в грязи. Но уверенно держали лопату. «Конечно, кто же ещё будет так стараться! — скептично хмыкнул Френсис, — Вырастить невозможное». Староста поднял голову, заметил их — и задержался на секунду дольше, чем требовалось для узнавания. Будто мысленно спрашивал: «А вы что здесь делаете?». На нагрудном кармане появилось слабое сиреневое свечение. «Опять его брошь сбоит» — догадался Френсис. Старый амулет с аметистом, оформленный в изящную овальную рамку. Его не перезаряжали лет сто по ощущениям, а Ноллан по привычке таскает. Брошь должна предупреждать о Звере рядом, а срабатывает рядом с природными магами. С Френсисом особенно. Вот и сейчас староста заметил свечение. Он прикрыл карман рукой, не отрывая взгляда на троицу. Джесс приветливо помахала рукой. — Привееет! Обед скоро кончится, трудяги! Отдыхать кто будет? Он покачал головой и ответил кому-то внутри теплицы. В теплице снова пошла работа. Рыжая задрала нос: — Тоже мне, выслуживатель! Как будто премию дадут, сплошные переработки! — она добавила, чуть тише. — Зато как меня гонит на обед — “это другое”! Френсис почувствовал, как в животе стянуло знакомой петлёй: староста почти всегда так вёл — спокойно, можно сказать, равнодушно. Но замечал всё, точно у него везде были свои глаза и уши. Скорее всего, так и было. «Почему ты пришёл?» — всплыли его слова в ту ночь после Тихой. После увольнения Ноллан не мог говорить с ним сверху вниз. Но осадок той встречи никуда не делся. Да и других — тоже. — Он у вас такой странный, — шепнула Бри. — Да… пойдём. — махнул Френсис головой. Он думал, что отойдя подальше от теплиц, ему станет легче. Но мимо казарм его шаг наоборот стал быстрее. Нужно бежать. Ещё успею! Джесс поравнялась с ним. — Эй, ты куда вчистил? Ноллан так тебя напряг? И снова староста. Это так очевидно? Френсис остановился, но не нашёл, что ответить. Вроде бы ничего плохого не произошло. Но всё равно поднимались не самые хорошие воспоминания. И красные стены казарм только усиливали это. Зажимания, неуместные вопросы о внешности, способностях и “масти”. Его связь с лесом казалась другим отрядцам чудной, поэтому во всех вылазках подозревали неладное в Лесовике. “Там, где ты, там одни неприятности” — вспомнились чьи-то слова. Он уже не помнил за что конкретно. Маг сжал руки в кулаки, пытаясь почувствовать их. Холодные. Зачем он только решил здесь задержаться? Лишний же! Джесс тихонько ткнула его локтем в бок, заметив, как он сжался на месте. И бросила лекарше, что только подошла к ним: — Бри? — Уже уходишь? — спросила академистка. Но ответа от мага не получила. Джесс шепнула: — Похоже, не с нами. Ты не знаешь..? Девушка кивнула, глядя на то, как маг ссутулился. И без образования понятно, что проваливается в свои же мысли. Окружающие деревья и кусты у казарм колыхались по-прежнему, словно не комментируя. Кто-то на втором этаже закрыл форточку. Бри спокойно пожала плечами: — У меня там чай остался, могу вынести — предложила она, — Вчерашней заварки, правда… ничего? — Во имя леса, Бри! — усмехнулась Джесс, — Он уже в настойку у тебя превратился! — Мне всё равно нужно забежать. Посади на скамейку, пока никого нет. Может, очнётся. Френсис не успел ничего ответить. Он вроде понимал, что говорят, но зрение становилось мутным, как будто утренний туман решил вернуться. Он такое раньше не испытывал. Казалось, что образы задир из прошлого как-то смешивались с лицами девушек. Джесс села на скамью и похлопала рядом. Но Френ сел прямо на траву, пытаясь понять, не шепчет ли она ему. Это точно чары, он не мог так испугаться! Может, кто-то из академистов отрабатывал заклинания? — Похоже, ты впечатлился, друг мой. — мягко сказала Джесс. — Я тогда тоже напугалась, у реки. Сам же знаешь. Она пыталась сопоставить причины ступора и мысленно проматывала события последней стычки со старостой. Её компас остался как назло в комнате. Так бы проверила, не магия ли это. — Не думаю, что староста злится или подозревает тебя в чём-то… хотя не знаю. Она вздохнула, говоря скорее себе под нос: — И почему рядом с мёртвыми ты спокоен? А с живыми нет. Она сморщила нос и обняла себя руками. Пальцы всё так же в царапинах от колючек у края Леса. — Фе, я как вспомню, то дрожь берёт! До сих пор в медкабинет хожу! Психологиня говорит, что это шок был, когда так же замерла. Но… ты же со мной, приятель? Френ кивнул. Но мысленно был далеко отсюда. Кожа на руках покалывала — то самое мурашечное напряжение, как перед ударом. Он старался не думать о всех тех “беседах” за углами казарм, о которых знал староста. Но ничего с этим не делал. Просто молчал, сверля всё так же взглядом своих безжизненных очков. “Я нейтральная сторона” — повторял он. Почему ты не признаешь… — думал Френсис, вспоминая свои попытки достучаться до него.* * *
Сентябрь, 5 (после допроса) Говорили по очереди. Как будто я был дверью. Или радио на фоне. Надо было взять блокнот — детали уже расплываются. После выхода стало ненамного легче. Столкнулся с шоком: будто тянет к земле, но я всё ещё стою. Снова увидел старосту отряда. Он всегда защищал группу — но когда дело касалось меня, предпочитал не замечать. После Тихой реки это особенно чувствуется. У казарм тяжело. Красные стены давят, как сырая земля над корнями. Я был тем редким типом, кто прогуливал лекции, читая на улице или в библиотеке. Учителя и так пересказывали то, что я уже знал из опыта. А знания семьи и внешнего мира разнились разве что в деталях. Зато каких! Хвастался ли я? По мнению сверстников — да. В основном — мужского пола. Я считал их примитивными. Они меня — выскочкой. Это было взаимно. Позже другие маги подтвердили, что дар у меня потомственный. “Счастливчик”. И всё стало только хуже. Я говорил, что талант всё равно нужно оттачивать, иначе “заржавеет”! Но кому это интересно, когда ты “потомок старого рода”? Меня же Лес сам слушает, он же такой покладистый, как щенок! Но здесь нет любимчиков — Дикая магия быстро ставит на место! Меня — тоже. И, кажется, с удовольствием. Кто-то из неприятелей уезжал в Город на выходные, но для меня он по-прежнему чужой. Теряюсь в улицах, в шуме людей, в тайном языке намёков и жестов, которые все почему-то понимают! Вдали от Леса я как будто посредственность. Из близких, кто понимает, остаётся Джесс Харроу. Негусто. Хотя её новая напарница сегодня помогла мне выйти из ступора — Бриджит, в этот раз запомнил. Родители у неё в порту работают. Джесс не упускает случая вставить пару “морских” фразочек. Не знаю, зачем. Может, чтобы впечатлить? Она всегда быстро подстраивается под тех, кто ей дорог. Наверное, поэтому раньше чаще держался женских компаний. С ними как-то проще. Они хотя бы слушают, прежде чем судить! Я был непростым подростком. Хотя кто вообще был простым? Может, я просто оправдываюсь. Штатским всё равно. Для них я «папенькин сынок с наследством». Удобно, так же проще думать, верно? Греттону когда-то доверял — даже когда травили, он что-то пытался делать. Теперь понимаю, что нет. Не знаю, на что рассчитывал отец, называя штаб “вторым домом”. Если для него это было облегчением, то для меня — доказательством, что выбора у меня не было. “Однажды став сосудом — всегда им останешься”, да? На будущее — внимательнее у теплиц. Ноллан ведёт себя странно. Возможно, это лишь мои ощущения, но сколько можно таскать с собой сломанный амулет? Напишу весточку Джесс об этом, когда ворон вернётся.* * *
Реальность вернулась сначала запахом трав, потом шагами Бриджит. Она появилась быстрее, чем можно было ожидать. На ходу зацепила дверной косяк — кружка тонко звякнула о термос, но она даже не поморщилась. Френ вздрогнул: этот звук будто прорезал вату, в которую заворачивалось его сознание. В руках у лекарши дрожало железное горлышко термоса, от которого полз тонкий пар с запахом трав и ягод. Френсис автоматически распознал лаванду, мяту и малину. Нечастое сочетание — сам он чаще заваривал мелиссу и добавлял гречичный мёд. Надо подготовить тот улей к спячке… — Я нашла свежий, — пробормотала Бри вслух. Хотя сама знала: заварка вчерашняя, просто подогретая. Пар струился вверх, ровный, уверенный. Белее и чётче, чем его собственные мысли. Лекарша присела перед Френсисом на корточки, так, чтобы взгляд его падал не куда-то поверх голов, а в неё. — Эй, — мягко сказала она, — смотри на меня, ладно? Френ моргнул, но взгляд всё ещё блуждал. Зрачки расширены, губы сжаты, плечи чуть приподняты — всё это от внутреннего желания свернуться. Бриджит смотрела внимательно — слишком внимательно. Так, как смотрят в медкабинете, когда уже всё поняли. — Похоже на триггер. Бывает, когда место напоминает что-то из прошлого. Ты не обязан нам ничего объяснять. Только скажи — ты здесь? Голос был не приказом — просьбой. Френ попытался кивнуть, но движение вышло резким, будто дёрганым. Джесс присела рядом и наклонилась так, чтобы заглянуть ему в лицо. — Эй, капитан, — сказала она, почти шепча. — Вернись из своего подсознания, пока и мы там застревать не начали. Бриджит что-то заметила и посмеялась. Приятный звук. От Джесс же пахло яблоками и пряными специями. Магу напомнило тепло спальной комнаты с самодельным пирогом из общей кухни. И лапшой быстрого приготовления. Она аккуратно ткнула его коленом в бедро — коротко, как проверку. — Уже лучше, — сказала Джесс, заметив, как он реагирует хоть как-то. — Видишь? У нас тут полный медицинский контроль! Бриджит фыркнула, но улыбнулась. И придвинула кружку ближе к его рукам: — Держи. Тёплое помогает переключиться. Френ вздрогнул, но взял кружку. Тепло медленно возвращалось в кожу. В груди что-то отпустило, едва, но заметно. — Извини, — выдохнул он, тихо-тихо. — Я не знаю, что со мной. — За что? — Джесс села рядом на траву. — Наши стены и меня накрывают! Но по другим поводам, конечно. В голове юноши всё ещё роились чужие мысли. Они жалили как осы — точно и больно: “Выскочка без образования” “Сама неприкасаемость! Да что ты нам сделаешь, папку позовёшь?” “За девочками не прячься, фрик!” — Ты просто человек, — дополнила Бри, с профессиональной, усталой теплотой. — Слишком много воспоминаний в одной голове. Тут все такие. Лес в этом не помогает. “Как будто он когда-либо…” — подумал Френсис и сделал глубокий вдох. Трава заколыхалась подле него. Как напоминание. Листок винограда в кармане Френа смялся, но его шершавый край всё ещё было приятно трогать. Джесс подтянула колени к груди и, наблюдая за ним, спросила уже спокойнее: — Ты как, вернулся? Френ выдохнул, дольше и глубже. — Почти. Бриджит кивнула — коротко, по-деловому, но взгляд был мягким: — Хорошо. Тогда посидим, пока станет полностью. Работа подождёт. Она села рядом на траву, опершись плечом о его плечо. Но в месте касания ощутил покалывание — точно сотню маленьких игл — и слегка отстранился. — Не надо. Я… не люблю такое. Бри вопрошающе наклонила голову в сторону подруги. Та лишь кивнула. О нетактильности бывшего напарника можно было долго рассказывать, но сейчас не видела нужды. — Ладно, — выдохнула лекарша и оперлась о скамью, — я не знаю, что ты пережил, но мы рядом сейчас. Рыжая потянула руки и хмыкнула: — Вот так. Не хотел возвращаться, а мы сами пришли! Медик, патрульная и маг… уже как свой микроштаб! — Да ну, загнула! — усмехнулась Бриджит, — Маг — не Лес! Пусть и с одним именем. — Ну ему много и не надо! Правда ведь? Френ закрыл глаза на секунду, ему не хотелось отвечать. Но чувствовал, как тело расслабилось. Да, пожалуй, Джесс права. Он провёл рукой по земле, и трава слабо потянулась в ответ. Лес был рядом. Деревья шумели поодаль от Штаба. Воздух холодал, предвещая новые испытания.
