Here Comes the Rain Again

Уилл пропадал довольно долго. Не слишком долго, но достаточно, чтобы Майк забеспокоился. Он крепко спал на диване Майка, а его мама сидела рядом с ним с встревоженным выражением лица.  Майк высунул голову из-за угла, гадая, прошло ли уже достаточно времени; гадая, позволит ли мама Уилла ему наконец побыть с сыном наедине. Он знал, что всё будет не так просто: миссис Байерс оберегала Уилла, как рёбра оберегают сердце. Но прошло уже 13 часов; она наверняка немного устала. Майк глубоко вздохнул.   — Миссис Байерс? — окликнул её Майк достаточно громко, чтобы не напугать. Она обернулась, и на её лице появилась слабая улыбка при виде него.   — Привет, Майк. Как дела, малыш? — Она вздохнула, явно измученная. Майк почувствовал, как у него защемило сердце.  — Не волнуйтесь за меня, я в порядке, — начал он, садясь напротив неё и внимательно глядя на Уилла. Он выглядел таким умиротворённым, совсем не так, как в прошлый раз, когда он его видел. При одной мысли о прошлой ночи у него в животе всё переворачивалось. — Если вам нужно поспать, я могу присмотреть за ним. Джойс улыбнулась — Это очень мило с твоей стороны, милый, но я не могу его оставить. Мне нужно быть рядом с ним. — Она тут же отвела взгляд и посмотрела на младшего сына.    — Я понимаю.  Просто... вы же можете мне доверять. Я уже делал такое раньше, помните? — Майк улыбнулся, надеясь, что она помнит о его преданности в 1984 году, когда он не отходил от Уилла даже во сне.  — Я обещаю, что вы будете первыми, кому я скажу, если он очнётся. Вам нужно отдохнуть, как и всем нам, — добавил Майк.   Джойс задумчиво перевела взгляд на Майка. — Ну ладно. Но если он проснётся, сразу скажи мне, хорошо? — Конечно, миссис Байерс, — улыбнулся Майк, наблюдая за тем, как она неохотно поднимается и направляется в подвал.    Майк вздохнул и сосредоточился на Уилле.    — Уилл, я знаю, что ты просто спишь, но мне нужно, чтобы ты вернулся, — признался Майк, втайне надеясь, что его слов будет достаточно, чтобы разбудить спящего друга, но тщетно. Майк смотрел, как ритмично поднимается и опускается грудь Уилла, и чувствовал, как в животе у него сжимается узел каждый раз, когда он вспоминает прошлую ночь.  Уилл спас его. Уилл, его лучший друг, с которым они дружат уже больше 10 лет, спас ему жизнь. И не только это, он сделал это силой мысли. Уилл, его лучший друг, супергерой. От этой мысли, мягко говоря, голова шла кругом.  Однако в Майке что-то изменилось, он не знал, что именно. После того как он увидел, как Уилл находит в себе силы спасти его, что-то внутри него изменилось. Он не мог понять, что именно, но знал, что это так.  Майк чувствовал себя одиноким. Все остальные уснули, устав от произошедшего безумия. Но не Майк, он не мог уснуть. Его мысли метались всю ночь; единственным человеком, с которым он хотел поговорить, был Уилл. Он знал, что Уилл поймёт.  Но он вёл себя глупо. Как Уилл должен был ему помочь? Что, Майк просто говорит, что чувствует, что что-то изменилось. Что каждый раз, когда он вспоминает прошлую ночь, у него сводит желудок, как никогда раньше? И что Уилл должен ему сказать, чтобы всё исправить?   Майк знал только то, что ему нужно, чтобы Уилл проснулся.   — Майк? Уилл приоткрыл глаза, позволяя свету рассеять темноту его сна. Он чувствовал себя хорошо отдохнувшим, но знал, что его тело все еще пытается понять, что, черт возьми, он делал прошлой ночью. Уилл перевел взгляд на стол напротив и заметил Майка, который с озабоченным видом теребил пальцами лоб. — Майк? — Он заговорил вслух, подразумевая, что вопрос задан про себя. Майк вскинул голову, на его лице отразился шок.  — Уилл! Я позову твою маму, — сказал Майк, быстро вставая. Уилл заставил себя принять сидячее положение.  — Нет, нет, Майк. Не зови ее, пока не надо, — начал он, протирая глаза. Он услышал, как Майк остановился как вкопанный, — Я просто... мне нужно подумать.  Майк осторожно опустился обратно на стол, наблюдая, как Уилл пытается собраться с мыслями.  — Ты в порядке? — Спросил Майк мягким голосом. Это был тот голос, которым он говорил с Уиллом, когда был с ним искренен. Этот голос был его любимым.  — Со мной всё в порядке? Майк, я в порядке. А ты в порядке? Как Лукас? Робин? Мама?— Уилл начал возмущаться. Майк поднял руки, пытаясь дать Уиллу знак, чтобы тот замолчал.  — С ними всё хорошо, Уилл. Все беспокоятся о тебе. Без обид, но с ними всё будет в порядке. Сейчас я беспокоюсь только о тебе, — признался Майк. Уилл почувствовал, как его губы предательски расплываются в улыбке.  — Я в порядке, просто немного растерялся, — сказал Уилл, пытаясь скрыть румянец, потирая лицо.  — Ладно, хорошо. Почему ты растерялся? — спросил Майк, наклоняясь к нему. Уилл на мгновение собрался с мыслями.  — Я... я... — Спас мою жизнь, убив демогоргонов силой мысли? Да. Ты это сделал, — сказал Майк, садясь рядом с Уиллом на диван. — Ты также спас Лукаса и Робин, за что они тебе бесконечно благодарны.  — Это похоже на сон: вот я смотрю глазами Демогоргона, который собирается напасть на тебя, а в следующую секунду чувствую, как сам его уничтожаю. Это так нереально, — сказал Уилл, опустив взгляд. Майк положил руку на плечо Уилла — ещё одна причуда Майка Уиллера в общении с Уиллом.   — Ты даже не представляешь, как я тебе благодарен, Уилл. Правда, ты меня спас, — сказал Майк, чем вызвал усмешку Уилла. — Не волнуйся, я бы сделал это ещё раз десять, если бы пришлось, — улыбнулся Уилл, и вокруг них воцарилась атмосфера спокойствия.  — Ты… чувствуешь что-то другое? — тихо спросил Майк. Уилл снова посмотрел на него, восхищённый его вниманием.  — Эм, наверное, немного. Но не в плохом смысле, — Уилл снова опустил взгляд. Рука Майка по-прежнему крепко сжимала его плечо, но Уилл заметил, что другой рукой он начал теребить край свитера. — Такое ощущение, что что-то внутри меня изменилось, как будто Векна больше не контролирует меня. Как будто мы равны, — Уилл сел, и рука Майка наконец соскользнула с его плеча.  — Значит, раз вы равны, это значит... — Думаю, — перебил его Уилл, увидев, как на лице Майка отразились восхищение и надежда, — если я пойму, как это контролировать, возможно, нас с Эл вместе будет достаточно, чтобы его остановить. — Уилл, это потрясающе! Я же говорил, что ты чародей! — улыбнулся Майк, придвигаясь ближе к Уиллу. Он старался сохранять невозмутимое выражение лица, но настойчивое желание Майка быть рядом в этот момент определённо отражалось на его лице.  — Да, я не могу в это поверить, но вроде как могу, — нервно рассмеялся Уилл, крутя в руках большие пальцы. Они помолчали, а потом Майк откашлялся.   — Ну, как ты это сделал? — спросил Майк, явно сомневаясь, что может задать этот вопрос.   — Эм, я не совсем уверен. Я просто увидел, как оно нападает на тебя, и понял, что мне нужно что-то сделать, — сказал Уилл, пытаясь собраться с мыслями. Как он мог рассказать эту историю, не раскрыв слишком многого?  С другой стороны, он мог призвать свою силу, только приняв себя таким, какой он есть. Так что же его останавливает? Как он мог победить Векну, если в итоге просто вернулся в прежнее состояние? — Но всё началось с того, что Робин, ну, не знаю, подбодрила меня? — Уилл продолжил, снова привлекая внимание Майка, — Она сказала мне перестать бояться того, кто я есть, что мне нужно принять себя целиком. И она сказала мне, что увидела свою детскую киноплёнку и поняла, что ей нужно быть собой, — Уилл сделал паузу, наконец набравшись смелости посмотреть Майку в глаза, — Поэтому, когда я увидел, что он идёт за тобой, я вспомнил своё детство, воспоминания, которые сделали меня тем, кто я есть: замок Байерс, моя первая коробка с цветными карандашами, встреча с тобой на качелях и первый раз, когда я спустился в твой подвал. Наша первая «встреча», как называла её моя мама.  Лицо Майка вытянулось, и на нём появилось новое выражение, которое Уилл редко видел. Он не мог понять, была ли это грусть или что-то другое, но такое случалось редко. — Когда ты нас нарисовал? И был одет как волшебник? — спросил Майк дрожащим голосом.  — Да, в тот день. В тот момент я понял, что всё моё счастье связано с этими моментами, с воспоминаниями о том, как я был бесстрашным. Я не могу быть собой без своей семьи, без своего искусства и особенно без тебя, — признался Уилл. Он чуть не поклялся, что видит, как в глазах Майка наворачиваются слёзы, поэтому Уилл отвёл взгляд, чтобы не мешать ему. — И после того, как я принял себя таким, какой я есть, меня словно что-то потянуло. Я увидел, как Демогоргон бежит к тебе. Я увидел тебя, того, кто сделал меня таким, какой я есть, на грани смерти. И эта сила, я просто… я её использовал. — Уилл… — Я знаю, это звучит нелепо, но на самом деле я должен тебя благодарить.  — Нет, Уилл. Это не нелепо, — фыркнул Майк. Уилл не хотел, чтобы всё вышло из-под контроля; сейчас он точно не мог смотреть Майку в глаза. Майк откашлялся — Послушай, если мы хотим показаться смешными, то после всего, что произошло, я не могу мыслить здраво. — Почему? — Я не знаю. И я не знаю, стоит ли тебе об этом говорить, но после того, как я увидел, как ты с поднятыми руками убиваешь буквально монстра у меня на глазах, чтобы спасти мне жизнь, что-то изменилось. Я пытался понять, что именно, и это не давало мне спать всю ночь. Единственный человек, с которым я мог бы поговорить об этом — это ты, но на твоём месте я бы не знал, как мне помочь себе... — Уилл положил руку на плечо Майка, и тот почти сразу замолчал.  — Майк, расслабься, — начал Уилл, но его быстро перебил Лукас, появившийся из-за угла.    — Уилл! Слава богу, чувак, я за тебя волновался. Твоя мама знает, что ты не спишь? — воскликнул он, подбегая к мальчикам. Уилл почувствовал, как Майк быстро отодвинулся от него, не осознавая, насколько близко они сидели, пока не появился Лукас.    — Нет, я пойду за ней, — сказал Майк и быстро вышел из комнаты. Лукас проводил его взглядом и в замешательстве переглянулся с Уиллом. Майк вдохнул свежий воздух, наполняя лёгкие запахом дождя. Если раньше ему было трудно заснуть, то теперь это было невозможно. После того, что сказал ему Уилл. Он не мог думать ни о чём другом: Уилл спас ему жизнь, воспользовавшись их дружбой, чтобы раскрыть его потенциал. Он и не подозревал, насколько важен для Уилла. Конечно, они были лучшими друзьями с детского сада, но Уилл фактически признался, что Майк — часть его самого, что без Майка Уилл — не Уилл.  Мысль о том, что он так сильно нужен, почти опьяняла, и это пугало Майка. Всё произошло так внезапно, что его мозг не мог отключиться.  Решатель проблем внутри него должен был разобраться в его новообретённой влюблённости в Уилла. Но чем дольше он размышлял об этом, тем больше понимал, что это увлечение было совсем не новым. Майк пошёл в свою комнату, чтобы подумать, но его сразу же встретила папка с рисунками Уилла. Он открыл её и увидел тот самый рисунок, о котором Уилл упоминал ранее.  Это напомнило ему о том, что он не бросил Уилла, когда тот пропал; о том, что он не отходил от Уилла с тех пор, как узнал о пожирателе разума. Майк почувствовал, как у него скрутило живот; его затошнило, и чем больше страниц он перелистывал, тем хуже ему становилось. Майк захлопнул книгу и решил подышать свежим воздухом. Он всегда так делал, когда ему было плохо.  И вот он сидел на заднем дворе и пытался успокоиться. Это начинало работать, его мозг наконец-то позволил ему перестать накручивать себя и мыслить ясно.  Так продолжалось до тех пор, пока он не услышал, как открылась задняя дверь.  — Майк, что ты здесь делаешь? — Майк повернул голову и увидел Уилла, стоящего в дверном проеме. Сверху его освещал желтый свет фонаря во дворе. Комок в животе вернулся почти мгновенно.  — Мне, э-э, нужно было подышать свежим воздухом. Не могу уснуть.  — Все еще? —  Спросил Уилл, присаживаясь рядом с Майком. Прохладный голубой свет луны заменил свет фонарей во дворе, создав на его лице какофонию красок. Майк отвернулся, не желая выдавать себя взглядом.  Не желая, чтобы его взгляд выдал, насколько, по мнению Майка, он красив.  Эта мысль исчезла так же быстро, как и появилась, но он не мог её игнорировать. Майк понял, что узел в его животе — это, возможно, не боль в животе, а влечение.  Теперь Майка действительно затошнило. Всё происходило так быстро, что голова шла кругом.  — Майк, что случилось? — спросил Уилл, наклоняясь к Майку, чтобы оценить его состояние. Майк провёл руками по лицу и выпрямился.   — Ничего, я просто... я всё ещё думаю о прошлой ночи, — признался Майк. Он знал, что Уилл — единственный, кто может его выслушать, по-настоящему выслушать, но Майк решил, что ему нужно как-то это скрыть.   — Прости, мне не стоило вываливать на тебя всю эту информацию сегодня утром. Я могу уйти, если тебе нужно время, чтобы всё обдумать, — сказал Уилл, вставая.   — Нет, нет, тебе не нужно уходить. Да, их было много, но я просто... я не знаю, как всё уладить, — сказал Майк, надеясь, что Уилл поймёт его бессвязную речь.    — Что нужно уладить? — спросил Уилл, снова садясь. Майка не стошнило бы, но у него случился бы сердечный приступ.  — Думаю, мне просто нужно осознать, насколько... я важен для тебя? Я знаю, это звучит глупо, но мне просто нужно посидеть и подумать, — признался Майк, наконец поворачиваясь к Уиллу. Его глаза были широко раскрыты, он наблюдал, как они изучают лицо Майка. Уилл опустил взгляд, глубоко вздохнул и поднял глаза. Он повернулся лицом к лесу, обдумывая, что сказать. Это заставило Майка занервничать.  — Майк, мне нужно тебе кое-что сказать. Я не знаю, поможет это или нет, но Робин сказала, что мне нужно принять себя таким, какой я есть, и я не смогу по-настоящему гордиться собой, если ты будешь в неведении, — сказал Уилл, не сводя глаз с леса перед собой. У Майка перехватило дыхание.  — Ты можешь рассказать мне всё, мы же сумасшедшие вместе, верно? — спросил Майк, чувствуя, как у него начинают дрожать руки. Его тело предавало его. Уилл сделал ещё один глубокий вдох, и Майк увидел, как Уилл ущипнул себя за руку.  — Чтобы принять себя целиком, мне нужно было признать, что ты так много для меня значишь, потому что я влюблён в тебя.  Это признание обрушилось на Майка как гром среди ясного неба. Весь его мир рухнул в считаные секунды. Его не тошнило, его не трясло, он был спокоен.  — Прости, что вываливаю это на тебя, но я должен был это сказать. Я могу уйти, тебе нужно подумать об этом. Мне правда жаль, Майк, — сказал Уилл, снова вставая и собираясь вернуться в подвал Майка.  — Почему я? — Это было единственное, что Майк мог придумать в качестве ответа. Он услышал, как Уилл замер на месте, и ни один из них не осмелился посмотреть на другого.   — Потому что с тобой я чувствую, что я не ошибка, что я лучше, потому что я другой, потому что я такой, какой есть, — Эти слова были так знакомы Майку, что ему потребовалось всего мгновение, чтобы вспомнить, где он слышал их в последний раз.  — Подожди, разве... — начал Майк, вставая. Уилл повернулся к Майку, и их взгляды наконец встретились. Уилл был готов расплакаться, но Майк знал, что, скорее всего, выглядит так же. — Майк, тебе не нужно меня жалеть. Мне просто нужно было, чтобы ты знал. Это часть меня, и я уверен, что переживу, но пока что всё так, как есть, — сказал Уилл, и его голос задрожал. Мысли Майка понеслись со скоростью миллион миль в час, перескакивая с одной на другую, пока он пытался понять, какие чувства у него вызывает эта информация. — Погоди. Ты сказал, что со мной ты чувствуешь себя не ошибкой, разве не это ты говорил об Эл? В Калифорнии? — начал Майк, изо всех сил пытаясь сложить головоломку. Уилл наклонил голову, явно ожидая, что Майк продолжит. — Ты подарил мне... картину. Я... это... — лицо Майка мгновенно вытянулось, и он, наконец, сообразил, что к чему, — это никогда не была Эл. Это был ты. Это... это то, что ты чувствовал... ко мне? — Спросил Майк, как будто ему нужен был второй источник для подтверждения. Уилл кивнул.  — В этом нет ничего нового, Майк. Я знал об этом много лет, — сказал Уилл, наконец-то позволив слезе скатиться из его глаз. Майк почувствовал, как у него внутри все сжалось. Это оказалось гораздо сильнее, чем он ожидал.  — Я не знаю, что сказать, — Лицо Уилла исказилось от боли, но он быстро взял себя в руки. — Всё в порядке, я просто... тебе нужно побыть одному, — сказал Уилл, вытирая слёзы.  Громкий раскат грома эхом разнёсся по двору, на время выбив обоих мальчиков из колеи. Майк вернулся в 1985 год и внезапно вспомнил, как плохо он обращался с Уиллом. Всё это время он игнорировал его, отдавал предпочтение Эл, говорил ему гадости в пылу ссоры. А Уилл любил его.  После того, как он проигнорировал Уилла в его день рождения, сосредоточившись на своих угасающих отношениях с Эл, после того, как он признался Эл в «любви» у него на глазах, после того, как Майк использовал любовь Уилла к нему, чтобы попытаться восстановить свои отношения с Эл.   После всего этого Уилл всё ещё любил его.  — Уилл, мне так жаль... — начал Майк. Уилл поднял руки, чтобы остановить его.  — Нет, не надо. Не думаю, что смогу это услышать. Не сейчас.  — Нет, Уилл. Я не осознавал, насколько жестоко обошёлся с тобой. После всего, через что тебе пришлось пройти, после того, как я был груб с тобой перед твоим переездом, даже в Калифорнии. Если бы я знал, я бы не был таким… таким болтуном.  — Майк, нет. Ты не знал, ты не можешь винить себя, — вздохнул Уилл, изо всех сил стараясь сохранять спокойствие. Майк покачал головой и подошёл ближе к другу.  — Это не имеет значения. Я причинил тебе боль. Ты этого не заслуживаешь, — начал Майк, осмеливаясь подойти ближе. Его руки снова задрожали, но мысли стали замедляться.  Он знал, что чувствует, знал, почему хранил рисунки Уилла в папке, и знал, почему то, что Уилл спас ему жизнь, заставило его «чувствовать себя другим». Он знал, что ему просто нужно найти способ принять это.  Майк снова переключил внимание на Уилла, который тоже явно был погружён в свои мысли. Майк подошёл на шаг ближе. — Уилл...   — Майк, нет... — перебил его Уилл, протягивая руку, чтобы остановить его, но Майк почувствовал, как его с силой толкнули на землю, словно кто-то сбил его с ног.  Он покатился по траве и почувствовал, как капли дождя падают на его кожу.  Лицо Уилла вытянулось, — Чёрт!  Майк, ты в порядке? — Он почти сразу же подбежал к Майку.  Майк не понимал, что произошло, пока не услышал, как Уилл извиняется.   — Это был ты? — спросил Майк, садясь. Уилл осмотрел тело Майка в поисках ссадин или травм.   — Думаю, да. Я просто так сильно думал о тебе, что не понял... Я пока не знаю, как это контролировать. Я даже не уверен, как это у меня получилось, — выпалил Уилл, помогая Майку подняться на ноги, держа его за руку.  Когда они оба встали на ноги, Майк почувствовал тепло руки Уилла в своей. В этот момент он понял, что ему нужно, чтобы Уилл знал, что он не один.  — Уилл, — начал Майк, беря его за свободную руку и любуясь этими руками, которые обладали такой невероятной силой — и всё благодаря ему, — кажется, я всё ещё немного не в себе, но... — продолжил он, глядя на Уилла, который был совершенно очарован Майком.  Майк решил, что с него хватит слов. Слов, которые крутились у него в голове и путались, когда он говорил, — хватит. Майк поднёс руку к лицу Уилла и стал рассматривать его черты крупным планом. — Майк, что ты делаешь? — прошептал Уилл, не в силах смириться с тем, что Майк ласкает его лицо, словно розу.  Майк глубоко вздохнул. Всё это время он пытался убедить себя, что они с Эл нормально относятся к поцелуям, но на самом деле они никогда не значили для них ничего особенного. Это было легко; легко, потому что это никогда не имело значения. Но Майка это пугало.  Майк осторожно наклонился к Уиллу, опустил руку к его подбородку и приподнял голову ровно настолько, чтобы их губы осторожно соприкоснулись. Он почувствовал, как Уилл напрягся под ним. Майк запаниковал и начал сомневаться во всём, что когда-либо чувствовал. Майк быстро оттолкнул их друг от друга. — Прости, я просто должен был что-то сказать. Я... я пойду, — выпалил Майк, собираясь с мыслями и быстро направляясь к двери.   Неужели он был настолько глуп, что думал, будто Уилл этого хочет? Может быть, он слишком поспешно сделал собственные выводы. Губы Уилла были мягкими, и Майк понял, что ему бы хотелось исследовать их дальше. Может быть, он слишком торопится. Может быть, Уилл был прав, и Майку нужно время, чтобы подумать. Но даже за то короткое время, что у него было, он понял, что сильно заблуждался насчёт своей дружбы, и не хотел возвращаться к тому, что узнал.   Не успел Майк дойти до двери, как почувствовал, что его тянут за пояс, и начал отступать.  Майк почувствовал, как внутри него нарастает паника, прежде чем понял, что происходит.   Майк почувствовал, что поворачивается лицом к Уиллу, на его лице, словно сорняки, расцвело влюбленное выражение, и он протянул руку, подзывая Майка к себе. Когда Майк, наконец, подошел, Уилл осторожно опустил его на землю и обнял Майка за талию.  Нежное прикосновение Уилла обожгло; дождь был единственным, что помогало ему сохранять хладнокровие. Майк воспринял эти сигналы как сигнал к повторной попытке. Он положил руку Уиллу на затылок и откинулся назад. Они идеально подходили друг другу, как будто Майк был создан для того, чтобы вот так обнимать Уилла.  Майк и не подозревал, что поцелуй может быть таким страстным. Казалось, что чем дольше они так стоят, тем сильнее он возбуждается. Майк забыл обо всех своих сомнениях. Ничто не могло помешать ему снова захотеть этого.  Уилл вдруг рассмеялся прямо в губы Майка, заставив его отстраниться. Уилл выглядел по-настоящему счастливым, чего Майк не видел уже много лет.  — Что? — Майк рассмеялся, надеясь, что не сделал ничего плохого. — Ничего, я просто… не могу поверить, что это происходит, — снова рассмеялся Уилл, и небо ответило ему ещё одним раскатом грома. Мальчики почти сразу разошлись. — Чёрт, нам нужно зайти внутрь. Мы промокли насквозь, — сказал Майк, схватил Уилла за руку и потащил его к задней двери. Они сняли промокшие свитера и направились к двери в подвал.  — Майк, — тихо сказал Уилл. Майк обратил свое внимание на Уилла, — Пожалуйста, пусть это не будет чем-то одноразовым, — сказал Уилл, и на его лице появилось сомнение.  — Не думаю, что мы смогли бы вернуться к тому, что было, даже если бы попытались, — прошептал Майк, беря Уилла за свободную руку. Он наклонился, чтобы в последний раз поцеловать Уилла на прощание. — Спокойной ночи, Супермен, — Лицо Уилла стало ярко-красным. — Заткнись, — рассмеялся Уилл, отталкивая Майка. — Спокойной ночи, Майк.