Между небом и бездной

      Вокс прошёл вперёд, осматривая местность: длинные изуродованные растения, перемазанные все в копоти, останки костей, оружия и многое другое. Хоть они и жили в Аду, но такого ещё никогда не видели, это было хуже Ада раз в пять наверное. Но самая большая проблема именно для Аластора — быть в паре, наедине, без боёв со старым «приятелем». Зато Воксу было весело. — Ну и чего встал? Иди давай за мной, — медиа-демон пошёл дальше, надеясь, что напарник в этом деле пойдёт за ним. Аластору не оставалось ничего, как идти за ним. — Одни проблемы от короля. — Ты хотел сказать «от меня»? Да, ты прав, если бы не твоя рискованность, ты бы сохранил себе ещё десять таких телевизоров. — Это была маленькая шалость, что в этом такого? К тому же хорошо посидели. — Маленькая шалость? — Аластор рассмеялся с присущими помехами. — Не неси чушь, ты хотел напоить меня наркотиком, так еще и сиалисом. Ты ошибся, если думал, что я ничего не узнаю о составе. — Это твоя единственная проблема — любопытность. Лезешь на рожон и готов вставить свои копейки. — О каких копейках ещё может идти речь? Ты навредил здоровью Люцифера, знал, что он предназначен для ангелов, и всё равно рискнул. Лилит не будет подтирать за тобой, ты же ей верный пёс на поводке, — Вокс рассмеялся как не в себя, тыкая пальцем в Аластора. — Я-то пёс? У нас равный счёт, грубо говоря. У тебя под боком без привилегированный Люцифер, а у меня под боком женщина, правящая целым Адом. Только равный счёт в их статусах, а не в их привилегиях, — мужчина улыбнулся, насмехался над старым «другом», если так можно сказать. — Ты Лилит не нужен, ты всего-то очередная пешка в более могущественных женских руках. Натворил дел ты, а отчитываюсь почему-то ещё и я. Я не стану помогать тебе, если вдруг что случится, в этом мире бесполезно твоё существование, а не твои затеи. — Ну да, мы как обычно любим пофилософствовать даже в такой гнилой ситуации. Лилит чётко дала понять, что мы должны вернуться живыми и с родником, — Оверлорд переступил длинный искривлённый корень, оборачиваясь назад на него. — Почему всё самое ценное только в таких дебильных местах? — Аластор ничего не ответил, продолжая идти вперёд.       Он раздумывал о том, что здесь может водиться. Какие-то твари? Может быть, заблудшие демоны? Вроде бы не слишком страшно, как говорит за себя название этой Долины. Значит, тут есть подвох. Ловушки проставлены по всей Долине? Тоже не особо страшно. Что может быть хуже Ада? — Ты меня слушаешь вообще? Я костям что ли говорю? — Мне нет смысла с тобой разговаривать, из твоих уст всегда льётся бесполезная болтовня. — Но мне скучно! Раз уж мы тут застряли, вдвоём, ты и я, почему бы не поговорить нормально? — глаз вновь начал дёргаться от нервоза. Лучше бы на его месте был Люцифер, с ним в разы приятнее провести время, чем с этим бездарем. — Можно было и без уточнений, — про себя сказал Аластор, сжимая микрофон. — Нет, мне нет до этого дела. Уточню: мы тут точно не одни. Чем ты слушал, когда Лилит говорила про гарантию? Слух вырубили или сеть пропала? — Винсент закатил глаза от неудачной шутки. — Очень смешно. Пока есть возможность, почему бы и нет. В отличие от тебя я хотя бы более дружелюбнее веду себя даже с врагами, а в тебе даже и человечности нет. — ХА-ХА-ХА-ХА! — Аластор внезапно рассмеялся с радиопомехами чуть ли не на весь лес. По телу Вокса даже пробежали мурашки. — Человечности нет! ХА-ХА-ХА! Винсент, что ты несёшь?! Какая человечность?! Ты до сих пор чувствуешь, как тебя магнитит к земному миру? Связь туда тянет? Вай-фай поймал сигнал?! ХА-ХА-ХА-ХА! — Человечность делает нас живыми. Это черта человека, если ты не знал, — несколько обиженно сказал Вокс и отвернулся от него.       Аластор замолчал, усмехнулся и продолжил путь. Постепенно нагрянул туман, сгущая местность и обволакивая напарников. Чем дальше они шли, тем беспросветнее становилась дорога. Вокс постоянно ругался, пытался как-то повлиять на пространство вокруг, но место не подчинялось никому. Радио-демон понял это ещё как только переступил порог Долины. Тем, что оно не подчинялось никому, оно и стало таким местом с таким чудным названием, только о ней почти никто не слышал. Аластор начал слышать голоса, которые исходили в глубине тумана. Разобрать их, конечно же, не удавалось, но таким образом они воздействовали на мозг. Медиа-демон крикнул что-то, а потом оба увидели вдали какой-то силуэт. Он был очень высокий, худой, с длинными искривлёнными руками. Что-то похожее у строения тела Зестиала. — Что это? — спросил Вокс, прищуриваясь. Силуэт не двигался, и они тоже. Будто ожидали нападение или в роде того. — Советую не терять бдительность, могу подозревать, что нас окружают подобные твари. — И почему же мы их не видим? — Пока дают привыкнуть к обстановке, сводят с ума, чтобы утащить в глубь пасти Смерти.       Слова Аластора не слишком то подбодрили его, и из-за этого бдительность контролировать стало в разы сложнее. Вокс будто чувствовал, как угнетает эта местность, заманивает, притягивает, и процесс уже запустился, ведь он более подвластен эмоциональному чуткому балансу, нежели его недруг. — Сложно… — Вокс понял, что слабеет, и контроль всё быстрее начал ускользать из рук. Аластор посмотрел на него, сощурил глаза от злости и удержал его тело с помощью теневых марионеток, дабы он не ушёл в лес на зов этих голосов. — ВИНСЕНТ, — крикнул Оверлорд, надеясь тем самым достучаться до разума этого импульсивного болвана, — сейчас не время показывать свои слабости! Эти голоса пытаются затуманить твоё никчёмное мышление, не будь таким наивным!!! — Но они правы… — постепенно связь на его мониторе начала ослабевать и появились помехи, означающие, что сигнал становился всё хуже и недоступнее. — ВОКС!!! На кону твоя ценная жизнь! Чем ты готов пожертвовать?!       Аластор не беспокоился за него, а ненавидел его темпераментность, что делала мужчину слабее. Эмоции — это рычаг давления, но он этого, видимо, не понимал. Сдерживать становилось всё труднее, Вокс под сознательным давлением противостоял его удержанию. Тем временем их окружали уже более ста подобных силуэтов, и теперь понятно что за массовка образовалась. Оверлорд так же был на грани срыва, а значит, больше стал уязвим к влиянию эмоций.

***

      Лилит сидела в своём кабинете и тёрла переносицу от негодования и усталости. Она всё думала о роднике и Долине Смерти. Место, которое скрыто ото всех, даже от королевской семьи и Серафимов. Дьяволица сама толком не знала насколько опасно это место, не могла оценить. Казалось, что даже Долина не по силу ей, что уж говорить о двух слабаков, которые только и умеют мериться силами друг с другом.       Она упёрлась локтем в стол и облокотилась на руку, всё ещё задумываясь над решением своего поступка. Из пелены раздумий её вывел стук в дверь. После приглашения за дверью оказалась Чарли, она не проходила в кабинет, а стояла на пороге. — Милая, чего ты там стоишь? Иди сюда. По какому вопросу? — Эм… Мам, слушай, а куда подевался Аластор?.. — принцесса будто чуяла, что что-то случилось, но пока масштаб этой проблемы она не осознавала. Лилит слегка скривила лицо, но потом холодно посмотрела на дочь. — Зачем тебе он? — Ну, как бы… он выполняет работу по отелю, а сейчас он супер-пупер важен, особенно в данный момент, и видела как раз его вместе с тобой в последний раз, — королева будто думала: доверять или не доверять такую информацию? — Давай я решу, — Лилит встала с кресла, но её тут же окликнула дочь. — Ты что-то скрываешь?.. — Чарли боялась лишний раз взбесить мать, поэтому задавала вопросы без ноты недовольства. — Он отсутствует по важному делу. Это я его попросила. Достаточно? — Но получается, что ты скрываешь что-то… Что-то произошло на собрании? — Повелительница уже начала сомневаться в своё решении отправить их обоих в такое неизвестное место. — Я ничего не скрываю, Чарли. Это дело конфиденциально, я не могу распространять. Ещё вопросы будут? — девушка поняла, что терпение матери заканчивается, и поэтому замолкла. — Мне помочь или нет необходимости? — Не буду тебя беспокоить, сама справлюсь, — и вышла из кабинета.       Дочь можно понять, ведь сама мать сомневалась в своём же решении. Она что, заботу проявила вдруг к ним? Или жалость, что они могут погибнуть? Это было бы странно. Это даже звучит странно. Лилит вернулась обратно за стол и принялась разбирать документы, чтобы окончательно не сойти с ума от своей же сомнительности.       Чарли шла по коридору, обдумывая слова матери. «Нет, что-то здесь не так… Она что-то скрывает, но как мне узнать?» — думала она. Неожиданно перед её лицом возник яркий белый портал, из которого высунулась сначала голова Эмили, а потом и всё её тело. — Эмили? Что проис… — Серафим схватила за ладонь девушку и потащила куда-то в другой коридор, где было чуть темно из-за отсутствия грешников, — куда ты меня ведёшь?!       Они остановились, и Эмили закрыла рот подруге, прислушиваясь к чему-то. После этого она убрала руку и призвала говорить шёпотом. — Чарли, у меня для тебя новости! Я случайно сегодня услышала разговор Лилит, Сэры и Спикера Бога, и что я услышала — о Боги! Это серьёзно очень! — Эмили, что случилось? От меня мама скрывает что-то, я только вышла от неё. — Я видела. Следила за тобой, думала рассказать или нет, но решила поделиться, так как ты должна знать куда делся Аластор. В общем оказалось, что алкоголь изначально предназначался Аластору, и в нём был фенобарбитал — наркотик для демонов и серьёзное повреждение ангельской регенерации. Производные барбитуратов предназначены для ангелов, и его там кто-то создал зачем-то, но не суть! — Эмили говорила быстро, из-за чего её дыхание было сбивчивым. — В алкоголе был клофелин и фенобарбитал, может быть что-то ещё, но услышала это. Но чтобы очистить организм Люцифера и возобновить работу регенерации, нужно получить святой родник, который находится в Долине Смерти! Место находится, по моему, в северной части Ада, скрыто ото всех, и оно очень опасно, там души, не нашедшие покой! А ещё Архидемоны! Вокс и Аластор в том месте, Чарли! Они могут погибнуть! — Что?! — принцесса не могла поверить в эти слова. — И что же нам делать? Как спасти их?! — Мы ничего не сделаем, не сможем им помочь. Остаётся только надеяться, что они выживут и принесут святой родник! — Но почему Аластор рискует этим? Я не понимаю! — Кажется, Вокс и Аластор как-то связаны с Люцифером. — Что… — Чарли потеряла дар речи, мотала головой и отказывалась верить Эмили, отрицала, потому что это просто смешно. — Как это вообще возможно? — Как только Лилит ушла, Спикер сказала Сэре, что видела взаимосвязь между Воксом и Аластором. А потом добавила и Люцифером. Она не сказала это при Лилит, не хотела свои возможные догадки сеять в голове твоей мамы… Я больше ничего не слышала, меня спугнули Архангелы и я убежала, — Чарли пыталась уловить смысл всех этих отношений между её отцом и её другом, между другом и общим врагом, между общим врагом и… её отцом. Это было сложно. — Чарли, не говори об этом маме и папе, я сама могу сомневаться в том, что слышала, но не делай поспешных выводов! Расскажи Люциферу только о том, что не рассказала ему Лилит с собрания!       Эмили быстро ушла обратно в портал, оставляя подругу наедине со своими мыслями. Это был сон или… Чарли поспешила к отцу вниз в холл, но не нашла его. Она была уверена, что он не пошёл в комнату, так как уходила от него около десяти минут назад. Тогда принцесса обратилась к Хаску, что пил вместе с Черри. Энджела поблизости не было, вероятно, он отдыхал и отходил от того, что с ним творили все эти дни. — Хаск, Черри, вы не видели папу? — Да он вышел на улицу недавно и… Что с тобой? — Что-то не так? — Да ты вся возбуждена, подруга! — заявила Черри и расхохоталась. Хаск же мотнул головой. — Нет, взбудоражена. Что-то случилось? — от Хаска не ускользнули негативные эмоции принцессы, хотя он и не надеялся, что она всё ему доложит. — Мне просто очень нужно к отцу, — она побежала и в беге поблагодарила Хаска. — «Чёрт, какая связь? Какие отношения?! Что несёт Спикер Бога?! Она хоть и пророк, но в такой бред даже ребёнок бы не поверил! У папы связь только с мамой, на то они король и королева!».       Чарли нашла Люцифера около пруда, где плавали его самодельные уточки. Она остановилась неподалёку от него и заметила, что он был каким-то поникшим, будто не в этом мире, будто что-то разбилось у него в своём мире. Девушка тут же вспомнила про взаимосвязь и подумала: а если это чистая правда?..       Она медленно подошла к нему и положила руку на его плечо. Люцифер слабо отозвался на этот жест, а как увидел её, улыбнулся. Морнингстар молчала, раздумывала над вопросом, который она хотела задать ему. А вдруг соврёт? А может ничего и нет… — Пап… — Да, милая? — Почему ты такой… грустный? Будто скучаешь по кому-то, — она решила издалека зайти, но почему-то была уверена, что папа и сам не знает ничего о связи и есть ли она вообще. — Скучаю?.. — он повторил это слово ещё раза два у себя под носом прежде чем сказать причину. — Не скучаю, просто устал от этих глюков. Знаешь, это так мучительно, когда земля уходит из-под ног, когда лица искажаются, свет становится то темнее, то ярче, объекты то меньше, то больше… Я будто наркотики попробовал, и весь мир кажется разноцветным, размывчатым. Так хочется вновь вернуться в своё состояние… К вам… — К нам?.. — Ну, к Лилит и тебе. А к кому же ещё? — он усмехнулся, поворачиваясь обратно к прудику. Чарли пыталась формулировать предложение, которое ей стоит сказать отцу по требованию Эмили. — Почему ты молчишь? — Папа, мама узнала причину твоего странного самочувствия, — Люцифер мигом повернулся к дочери и его глаза обрели некую надежду с блеском. Но, возможно, ей показалось. — Ну, алкоголь предназначался не тебе, но случайно ты его выпил. В нём был фенобарбитал и клофелин, который угнетает организм. Может быть что-то ещё, но не знаем. Чтобы вывести его, Аластор отправился за святым родником. — Почему он? — ему стало вдруг интересно почему такой паршивый неблагодарный олень вызвался помочь королю. Хотя… он интересовался его самочувствием. И это было даже не сарказмом, это было действительно чем-то схоже на заботу или беспокойство. — Ну… я не знаю. Скорее всего мама приказала, — Чарли не могла говорить почему именно он, хотя сама хотела бы этого не знать. Вероятно, она боялась, что взаимоотношения между мамой и папой на самом деле не состоятся, пока существует эта «неопознанная» связь. Хотя о какой связи речь идёт, если все они втроём друг друга буквально хотят уничтожить? И уже была битва даже. Всё больше похоже на то, что «видения» или догадки Спикера немного оказались ошибочны, потому что ничего не намекает даже на эту мысль, не говоря уже о реальной наблюдательности. — Как приятно слышать такие новости… Наконец-то я покончу с этим кошмаром, а потом придушу этого Аластора. — Но за что? — Как за что? Он не доглядел за своим бокалом, не мог хотя бы ставить его рядом со мной, а я перепутал. — А вдруг он целенаправленно так сделал? — Что? Ха-ха-ха, не-ет! Он сам не понимал моего поведения и что за побочка появилась у меня после того алкоголя. Придушить хочу его, он издевался надо мной, пока я был в таком состоянии! Не прощу!       Чарли заметила, что отец говорил о Аласторе очень… вспыльчиво, Это не странно, если бы она не знала того, что сказала ей Эмили, она бы посчитала это за «традицию» оскорблять его. Обычно их взаимоотношения на таком и строились. А теперь в это трудно стало верить. — Маме спасибо, что разобралась и нашла причину! — улыбка едва сползла с лица Люцифера. Он отвернулся к прудику и охотно кивнул. Не стоит ей видеть чувства на лице отца, дабы она не переживала. Да и он сам ещё толком не понимает что происходит, чтобы разбираться с этим на полном серьёзе в таком шатком состоянии.

***

      Аластор боролся с душами и против Вокса, у которого уже окончательно снесло крышу. Души приобрели физическую форму, и иногда возвращались в призрачную. Это напоминал какой-то кошмар из сна. Радио-демон не справлялся и раньше с Воксом, но тут ещё с душами бороться? И ведь вся соль была в том, что души не трогали его, так как он и так находился под их контролем. Аластор не любил много говорить, но ситуация уже вынуждала вернуть из того мира, в котором находился его напарник по несчастному делу. — Винсент!!! Лилит не простит тебе, что ты предал её и служишь теперь этому месту!!! Не поддавайся чарам этого места, Вокс! — но он молчал, ничего не говорил. Вероятно, он слышал, но подействовать не мог, раз он под контролем. — Вокс, я не знаю что голоса тебе напели на твою бездарную душу, но пойми, мы всегда будем противоположны по существованию, будущего «нас» НЕТ!       Эти слова будто задели за живое, и медиа-демон взревел. Он хотел уничтожить Аластора за то, что он существует в его мыслях с тех самых пор, как только они впервые познакомились. Эти унижения, эти оскорбления, этот смех… «Оно» вызывало такую ненависть и такие благородные чувства одновременно, и поэтому его желаниями управляли голоса, которые он вряд ли бы даже молча показал их ему. — Ты серьёзно решил так унизиться и попытаться уничтожить меня?! Я никогда не приму такую трусость с твоей стороны, никогда не приму тебя и не признаю твою силу! Ты — никчёмный пустой сосуд, который только и умеет наполняться за счёт других, и это они тебя делают сильнее, а не ты сам! — Я похороню тебя здесь вместе со своими чувствами. Если ты не достанешься мне, значит не достанешься никому. Я обращаю на тебя внимание, а Люцифер — бездушная кукла, всё ещё мечтающая о браке с Лилит. Он тебя не примет, не пытайся. — «Люцифер?»       Но как только Аластор из-за мыслей снизил бдительность, Вокс полоснул по его груди своей зарядной волной. Демон упал, сильно ударившись об корни дерева. Можно было даже подумать, что его череп на две половинки раскололся. Души приняли призрачную форму, как бы «заканчивая бой», а Винсент остановился рядом с ним. Что-то хорошо запомнилось в его сознании, отчего он даже пробудился и вышел из-под давящего контроля голосов. Вокс ошарашенно смотрел на тело Аластора и не понимал что чувствует. Он рухнул на колени, дрожащими руками потянулся к телу и перенёс его к себе на колени, прижимая крепко. Оверлорд всё ещё не понимал что чувствует, будто его эмоции так резко отключились, сознание помутнело, и он пытался понять что же произошло и почему так получилось. — Я не… не хотел… — Вокс говорил это на автомате. Но потом он понял. Он понял, что сделал.