Осень

Ты пахнешь умирающей листвой, И по ночам тебя вдыхать я смею. Тогда запамятованный голос твой Мне на ухо шипит несовестливым змеем. Чернеет небо — тучи разливаются тобой, Дождём священным и опасным… Непостижимо не любить тебя такой, Когда весь свет одной тобой повязан. В день ясный ты всего лишь тень: Невстречным ветром обнимаешь грубо. В день мрачный — словно пред лицом; Песчинками сдираешь в кровь мне губы. Сквозь сомкнутые веки вижу по ночам тебя, Тщедушно думы явью обращаю. Уст призрачных усладу воскресив в мысля́х, Ночами память вновь и вновь пытаю. Здесь я себе палач, повинный и судья… Я обвиняюсь в том, что возлюбила, Один мне впору приговор — любовь твоя! Но ты — ты не судить меня решила. Шепнула недоверчиво, серьёзно: — Зачем нужна весне зима? — Зачем? Затем сменяет лето Осень… …ты для меня навечно. Осень. Под солнцем павшим — вся в огне, Порою мрачная, порой холодная, Однако незатменная во тьме. Заманивая в медную листву, Своих очей мне патину явила, Поведала о тех корнях, что Испокон веков даруют людям силу. Передо мною рисовала лес, просторы, местности, В картину складывала разные миры — Она рвалась под тяготами вечности, Тогда её прошила золотою нитью ты. Ты оплела меня руками-ве́твями, И я не знала кокона нежней. Баюкала дождями, укрывала листопадами — Прорезались вдруг крылья за спиной моей! Ты отпускала в небо бабочкой, Но все пути мои — к тебе. Желала я с тобой угаснуть, Только гореть не требовала ты. Мне говорила ты: «Стань птицею!» А мне не нужен юг зимой! Мой век — попробовать дожить до осени, чтоб напоследок В шелесте листвы услышать голос твой. Однако я перерождаюсь сызнова, Мне сызнова не ясен окружающий сей мир. И поздно вспоминаю, что на плахе я по-прежнему, Что здесь топор — в руках моих… А ты — ты мне не веришь более: — Зачем нужна весне зима? — Зачем? Затем сменяет лето Осень. Ты знаешь… В вечности моей Давно сменили бег все до единого часы. Так страшно, что незыблемо в твоей — К закату до сих пор кренятся дни. Я выбираю умирать, сгорать, терпеть, Ведь, умирая, я тебя целую. Ты лёд — так говорили все; О том, что на душе мороз, и мне твердишь вслепую. Но знаю я, что поцелуй твой — не метель, А сердце вовсе жаркая пустыня. Моё — молит оазисом быть в ней, И — даже если миражом — стать рада я!.. …была. Стихает листьев пляс. Грядёт зима. Деревья промерзают до корней. Не суждено успеть: мираж — не я... Нам снова не сыскать былых путей. Но сердце порывается к тебе, Минуя вечности и расстояния. Не разыграла точка нам конец: Здесь дотлевает запятая. Как воздуха глоток, ты мне по-прежнему грешна. Но я ещё дышу, Но я по-прежнему тебя вдыхаю! И вновь глаза открыть заставит аромат… …твой сладко-гнилостный, Твой лиственный — отныне мой, Его тайком за пазухой Приносит в дар мне осень.