Железный человек

       Чтобы выбраться из города, пришлось задействовать хорошо зарекомендовавшую себя тактику, то есть просто в наглую идти вперёд, игнорируя попытки себя задержать. И он снова порадовался, что был роботом, ведь будь он живым, то мог и не решиться на подобное или заколебаться, когда какой-то идиот попытался встать у него на пути. А так, он просто прошёл по этому ущербному, с закономерным результатом, зато больше никто не попытался его останавливать. Кстати, пара стоявших неподалёку и наблюдавших за происходящим бугаёв, облачённых в красные доспехи, только засмеялись, увидев, как он мимоходом затоптал идиота, так что можно было считать, что для таких как он такое поведение находится в рамках местной нормы.        Наружу же пришлось идти из-за излишней эффективности киборгов, которые уже успели собрать все орочьи тела и сжечь. И пусть делать этого не хотелось, слишком много там было сейчас народу, но другого варианта лучше ознакомиться с устройством организма орков не было. Да и на их вооружение было бы неплохо взглянуть поближе, а то он так и не смог его нормально рассмотреть, а знать, чего стоит ожидать от врага, всегда были полезно.        Так что пройдя вдоль стены он прошёл через тоннель врат, выйдя из города, где столкнулся с уцелевшей одержимой машиной. Честно говоря, выглядела она так себе, изрядно потрёпанная и лишившаяся двух конечностей, задней левой опорной и левой клешни. Кроме этого один её огнемёт был свёрнут на бок, а второй и вовсе отсутствовал, основное оружие было в прямом смысле отрублено и только спаренная с ним роторная пушка вроде как оставалась рабочей. Но даже такой покоцаный вид всё равно производил подавляющее впечатление, ведь машина нависала даже над ним и бугаями, что уж говорить про обычных людей. К тому же, в отличие от обычных роботов одержимые машины испытывали эмоции и обладали собственными желаниями, обычно желанием убивать и убивать кроваво, потому и стремились в ближний бой, несмотря на вполне неплохие орудия в башне.        Собиравшаяся войти в ворота машина прошипел а что-то угрожающее, даже сделала движение сохранившейся клешнёй, словно хочет его схватить, но почему-то не стала этого делать, хотя он был готов начать действовать. Но так как та не стала его всё же атаковать, то он просто стоял и холодно смотрел на неё, подмечая уязвимые места, повреждения и важные для боеспособности машины элементы, вроде оптических сенсоров. Так они некоторое время и стояли, он неподвижно и с полным безразличием в эмоциях, как могут только роботы, а машина ярясь, но почему-то опасаясь нападать первой, что было для одержимых механизмов вообще-то не свойственно. А потом он понял, почему та так себя ведёт. Это было не только потому, что все видели, как он расправился с лидерами орков, и не только потому, что он вроде как сделал это потому, что ему надоели их вопли. Просто он неосознанно выпустил немного скрывавшейся в нём силы, выставив её перед собой на манер щита. Это были те остатки силы, что остались в нём после проверки его способности окончательно уничтожать демонов. И пусть этой силы было совсем немного, но судя по реакции заключённого в машине демона, контакт с ней не доставляет ему удовольствия, а скорее даже пугает.       –Отойди, мешаешь пройти, - приказал он, максимально безразличным тоном, решив воспользоваться сложившейся ситуацией для укрепления в машине опасения.        Ведь он сейчас имел некоторое преимущество перед заключённым в механизм демоном, вернее, это демон сейчас находился в невыгодном положении. Машина получила серьёзные повреждения, её пусть и ущербный, но разум видел, как быстро он расправился с орками, с которыми до этого никто справиться не мог, а самое главное, что удерживаемый им щит из силы его покровителя вызывал у демона опасение и стойкое нежелание связываться с ним. Поэтому он не удивился, когда одержимый механизм, хоть и недовольно шипя, всё же сдвинулся в сторону, освобождая проход, в который он невозмутимо и прошёл, словно ничего не случилось.        На самом деле, ширина прохода ворот была такой, что они легко могли в них разойтись, вот только это значило уступить, а в этом обществе, как он уже успел убедиться, личная сила и то, как тебя воспринимают другие, значило очень многое. Поэтому он решил пойти на конфликт, но не выказывать опасение даже перед таким оппонентом. И пусть свидетелей этой сцены было немного, сам одержимый механизм, сопровождавшие его солдаты и немногочисленная стража на воротах, но он был уверен, что слухи о случившемся разойдутся очень быстро, что поможет в дальнейшем быстрее и эффективнее решать некоторые вопросы. Всё же он пока не планировал покидать этот город, вначале нужно было закончить ремонт штатного вооружения, а значит, соответствующая репутация полностью отшибленного на голову, перед кем даже одержимые машины отступают, будет очень даже в плюс.        Выйдя, он осмотрелся, выбирая, куда ему стоит пойти. Вокруг происходил форменный бардак, так как поставленные руководством города надсмотрщики требовали заняться сбором и сжиганием трупов, но рабов для этой работы ещё не подогнали, а никто из солдат и выживших бандитов не желал этим заниматься. И последних можно было бы понять, ведь они только что вышли из очень тяжёлого боя, сумев каким-то образом выжить, что уже само по себе было чудом, а тут им вместо отдыха предлагают ещё и тяжело поработать. Вот только он им не сочувствовал, так как отлично знал, что местные и в любой другой ситуации вели бы себя точно так же. Они были уверены, что работать должны рабы, а погибшие товарищи не вызывали ни в ком из выживших ни грамма сожаления, скорее можно было увидеть радость от собственного выживания и насмешки над теми, у кого этого сделать не получилось.        Несмотря на всё нежелание присутствующих работать, надсмотрщики всё же постепенно организовывали стаскивание трупов орков и их кремацию с помощью огнемётов. Но всё это происходило только под стеной, а чем дальше от неё, тем меньше там наблюдалось хоть какое-то шевеление. Нет, если присмотреться, то можно было заметить шарящихся по первой линии обороны мародеров, но их было мало, да и тех замечали и отлавливали, направляя на перетаскивание трупов. Так что у мародёров сложилась ситуация, когда работать в группе было выгоднее, большую территорию можно было осмотреть и лучше трофеи найти, да и унести сплочённая группа, в пересчёте на одного члена группы, может значительно больше, чем одиночка, вот только и внимание на них обращали чаще, отлавливая и направляя на работу. Одиночки же меньше привлекали к себе внимание, так как профи а с их поиски было меньше, но и унести они могли существенно меньше. Ну и одиночки или двойки рисковали быть ограбленными. Ведь даже если группу и задержат, то скорее всего изымать трофеи не будут, так как те могут пойти на принцип и устроить побоище, а у одиночки с большой вероятностью наоборот всё изымут, так как тот ничего не может противопоставить... Как правило, ведь среди одиночек попадались и довольно опасные люди, способные справиться с небольшими бандами или отрядами.        Так что отойдя подальше, он остановился возле одного достаточно целого трупа, которому попали в грудь из чего-то крупнокалиберного. Выходная дыра была такая, что туда и его кулак легко мог войти, а видимые в ране ткани больше напоминали желе, расползаясь от малейшего воздействия, настолько сильным был гидродинамический удар от быстро пролетевшей через ткани пули. Но так как остальное тело практически не пострадало, всего несколько незначительных пулевых и осколочных ранений, да парочка ожогов, судя по всему от попаданий бластера, то он извлёк висевший на поясе нож и одним точным и быстрым движением сделал длинный надрез вдоль поясницы, справа от позвоночника.        Неожиданно безвольно лежавший "труп" дёрнулся, с каким-то задушенным всхлипом вдохнул и издал рёв, попытавшись вскочить. Был бы он живым, то мог бы и растеряться, а так боевые алгоритмы отработали штатно, определив исходящую от объекта исследования угрозу, оценили степень этой угрозы и варианты его обезвреживания, после чего выбрали подходящий алгоритм реагирования. Подняв левую руку, он взялся за рукоять пило-топора и запомненным движением снял тот с крепления, после чего указательный палец зажал кнопку активации. Цепь взвизнула, раскручиваясь, и он одним движением нанёс удар сзади по шее ксеносу, точно дозируя силу удара и расстояние, на которое его рука с топором сместилась. И хоть визуально результат удара и выглядел брутально, так как цепная пила инструмент ни разу не хирургический, так что ошмётки плоти и кровь летели во все стороны, но голова не была отделена от тела полностью, а был перерублен только позвоночник.        Что интересно, но после такой раны ксенос всё ещё не умер, подтверждая сделанный ранее вывод о высокой живучести этого вида. А ведь любого человека подобные ранения спровадили бы в могилу с гарантией. И дело даже не в болевом шоке, а в кровопотере. Ведь и пробившая грудь орка бронебойная пуля, и его удар по шее должны были повредить крупные кровеносные сосуды, от чего человек истекает кровью в считанные минуты, если не секунды. Но ксеносу об этом наверное забыли сказать, поэтому умирать тот не спешил. Да и кровотечение из шеи было как-то подозрительно слабым, словно там вообще нет крупных сосудов.       –Не ори, мешаешь, - сообщил он вроде как орку, но на самом деле для окружающих, решив поддерживать репутацию не любящего громких криков человека.        Крутнув цепь топора, чтобы очистить ту от большей части попавшей в неё плоти, он повесил оказавшийся не таким уж и бесполезным инструмент успокоения на его место, после чего снова присел над телом, принявшись рассматривать рану на шее. И чем больше он смотрел, тем больше офигевал. Ведь если наличие механизма пережимания кровеносных сосудов ещё можно было предположить, всё же нечто подобное имелось у тех же ящериц и некоторых других животных Земли, то вот то, что мышцы тела рефлекторно пытались свести края раневого канала вместе, уже было очень необычным. Но больше всего его впечатлило то, что ткани на месте разрыва постепенно начинали восстанавливаться. И пусть происходило это очень медленно, но он мог это заметить. И сведя всё воедино пришёл к выводу, что если вот такой вот "труп" орка оставить не убранным, то тот вполне себе мог и восстановиться. В результате у него появилась ещё одна причина, почему местные так маниакально пытаются сжечь все трупы зеленокожих.        Закончив с осмотром шеи, он перешёл к ране, которую нанёс ножом, убеждаясь, что там происходит то же самое, кровь уже перестала идти, края раны сомкнулись, а на краях разреза уже можно было заметить образование рубцовой ткани. Похожая картина наблюдалась и на месте измочаленных гидродинамическим ударом тканей, с поправкой на особенность самого ранения. Если разорванные ткани не спешили восстанавливаться, поэтому он ничего и не заметил, то вот на границе между целыми и поражёнными тканями наблюдался процесс восстановления.        Закончив с изучением, он взмахом ножа окончательно отделил голову орка от туловища, ещё и отпихнул ту в сторону, мало ли что, может и отрезанная голова сумеет прирасти обратно, после чего занялся анализом собранных сведений. И выводы получались очень неутешительными. Ведь буквально все данные, что он имел по оркам, указывали на то, что они были созданы искусственно и только для единственной цели, для ведения войны. А ведь он узнал ещё далеко не всё про этих инопланетян. Он пока так и не сумел обнаружить, что же именно за облака те выбрасывали в воздух после своей смерти.        Кстати, от этого орка тоже поднялось в воздух нечто очень мелкое, что рассеялось даже таким лёгким ветерком, что дул сейчас. В этот раз он наблюдал весь процесс вблизи, но никаких особенных органов, что выделяли бы что-то в воздух, не заметил, словно это облако выделялось сразу всей поверхностью тела. И это вполне себе могло быть, если этот процесс схож с потоотделением. Вот только делать выводы было преждевременно и требовалось ещё раз осмотреть тело, может тогда станет немного понятнее. К тому же, его оптические датчики уловили небольшое, но резкое изменение цветовой гаммы трупа, чего в обычных условиях не бывает.        Он вновь склонился над телом, всматриваясь в кожные покровы и пытаясь понять, что в них изменилось. И разница действительно наблюдалась. Если до этого кожа орка была ярко-зелёной и довольно гладкой, то сейчас она стала темнее и даже с сероватым оттенком, при этом словно стала шершавой. Это походило на то, словно верхний слой клеток внезапно умер и высох. Вот только он не был сухим, наоборот, на коже присутствовала влага, словно орк по непонятной причине вспотел. Очень, очень странно и необычно. Но учитывая, что местные не только сжигали трупы, что было понятно зачем делать, учитывая регенеративные возможности организмов орков, но и обрабатывали какими-то химикатами всех, кто контактировал с орками, и просто поверхности вокруг, а то и проходились из огнемёта, то это явно какая-то вредная дрянь, о которой они были в курсе. Вот только начать просто расспрашивать он не мог, это бы сразу же выявило его как чужака, так как все местные явно понимали, с чем они столкнулись, по крайней мере те, кто всем руководил и что-то решал. Обычные бандиты могли и ничего толком не знать, в чём он уже убедился, допросив одного из них, но вот руководство явно было в курсе, раз предпринимает усилия по "дегазации". Осталось только понять, как добыть эти знания не выдавая своей неосведомлённости в элементарных вещах.        Поняв, что прямо тут он больше ничего от тела орка не узнает, он аккуратно срезал кусок орочьей кожи. Свернув её, он отрезал кусок ткани от одежды валяющегося неподалёку трупа какого-то бандита и завернул кожу в ткань, привязав к поясу. Сделать микроскоп, зная его устройство и обладая его возможностями, совсем не сложно, так что можно будет посмотреть на клетки кожи, может быть тогда что-то станет понятнее.        Закончив с трупом, он принялся разыскивать и осматривать оружие зеленокожих. К его удивлению, абсолютное большинство такового представляло из себя разнообразные топоры, мечи и длинные ножи, даже пару сабель нашёл, причём последние явно были какими-то переделанными трофеями, слишком изящными у них были клинки. Второй по количеству группой оружия был огнестрел, и тут разнообразие было просто невероятным. Он даже обнаружил несколько дульнозарядных карамультуков такого калибра, что в ствол пролазило три его пальца. Ну то есть это вполне себе можно было считать уже пушкой. Вроде как в древности тоже имелось нечто подобное и называлось крепостными или затинными пищалями, или гаковницами, но там стреляли с упором на стену, для чего имелся специальный крюк-гак, а тут было явно ручное оружие. При этом было видно, что хозяева свои шмалялы любили, старательно украшая и поддерживая в довольно хорошем состоянии.        Но подобные однозарядки были исключением, как и несколько однозначно переделанных трофейных экземпляров, так как всё остальное оружие имело магазинное или даже ленточное питание, а всё, кроме пистолетов, ещё и было автоматическим. Вот только внешний вид оружия был зачастую настолько диким, что вызывал закономерный вопрос о том, как они вообще додумались это собрать. Разобрав же один из крупнокалиберных пулемётов, который был установлен на гантраке, он несколько секунд думал, что создатель этого чуда, от слова чудовище, просто взял жменю заготовок от самых разных механизмов и запихнул в ствольную коробку, приварив для разнообразия несколько железяк внутри, а остальные скрепив как попало.        Впрочем, немного позависав над схемой этого ужаса оружейника, он был вынужден признать, что пусть и непонятно каким чудом, но эта фигня работала. По крайней мере при передёргивании затвора извлекатель извлекал патрон из ленты, досылатель досылал извлечённый патрон в ствол, а лентопротяжный механизм протягивал ленту на одну позицию, помещая в извлекатель новый патрон. А вот все остальные механизмы внутри были предназначены только для того, чтобы двигаться и грохотать, так как никакой работы не совершали. Ну разве что спусковой крючок и курок были функциональными, но требовалось прикладывать поистине неимоверные усилия, чтобы произвести выстрел. К тому же, патроны имели разную длину, но каким-то образом этот механизм работал даже без задержек, послушно извлекая патрон и досылая тот в ствол, а потом выбрасывая наружу.        В общем, пулемёт оказался вполне себе рабочим, но вот стрелять из него для обычного человека было неимоверно сложно, если не невозможно. К тому же, ту же перезарядку можно было произвести только если дёрнуть ручку перезарядки не только сильно, но и особым образом, а иначе рычаг соскальзывал с внутренней части механизма и перезарядка не происходила. Очень, очень специфическое оружие, ещё и явно опасное для самого стрелка. К тому же, никаких прицельных приспособлений на пулемёте он не обнаружил, так что целиться предполагалось по стволу, и поэтому становилась понятна такая низкая точность стрелков орков.        Но потом он на свою голову решил получше рассмотреть патроны в ленте и это стоило ему нескольких секунд зависания, ведь те, как оказалось, отличались не только размерами. В одной ленте находились и капсульные патроны, и патроны кругового поджига, и даже патроны с пьезоподжигом. Так что после того, как он сумел привести свой разум в порядок, он был вынужден вернуться к пулемёту, уже немного по другому смотря на его конструкцию. Та всё так же была невероятно переусложнена, но теперь хотя бы стало понятно назначение некоторых элементов, которые он ранее посчитал лишними.        Переходя к следующему образцу оружия, он думал, что был уже готов ко всему, но взятый им в руки хоть и очень уродливый, но явно автомат, преподнёс ему сюрприз. Проверяя механизм этого оружия, он понял, что тут не только полно лишних деталей, но и явно не хватает некоторых нужных элементов. По крайней мере спусковой механизм представлял из себя подпружиненную скобу, которая при каждом выстреле и откате затвора должна была дёргаться, и отрывать давящий на неё палец к херам собачьим. Но судя по состоянию оружия из него стреляли, и стреляли много и возможно даже успешно.        И подобные извращения наблюдались почти со всем огнестрелом. Хотя попадались и вполне себе достойные образцы, если рассматривать их как аналог оружия второй мировой. По крайней мере несколько автоматов со свободным затвором были вполне себе неплохими по конструкции. А вот патроны к ним подкачали, так что приводили к регулярному заклиниванию. Но даже если бы удалось достать под них нормальные боеприпасы, он бы не рискнул дать эти "пистолеты-пулемёты" крупного калибра в руки людям, даже из тех, что размером с бугая, так как отдача там должна была быть бешеной, ещё и плохо сбалансированной, а значит попасть из них куда-то было делом изначально провальным, разве что стрелять почти в упор, зато вот получить вывихи, а то и переломы было проще простого.        Но несколько раз ему попадалось и энергетическое оружие. Правда, бластеры среди этого типа оружия хоть и были, то в основном явно трофейные, а так это были какие-то странные агрегаты непонятно на каких принципах работающие. По крайней мере он мог понять логику некоторых элементов, но вот понять, что делает то или иное оружие и как именно оно работает, уже нет, только иногда предположить.        Так, один из образцов был схож с электромагнитным ускорителем, даже имелась ёмкость, в которую была засыпана жменя самых разных кусков металла, как по размеру и форме, так и по составу. Вот только стартовая камера больше походила не на обычную для гаусс-ускорителя, а на камеру электромагнитного испарения вещества с образованием плазмы. То есть, это оружие напоминало как-то прочитанное где-то описание электромагнитного ускорителя, который стрелял не металлическими снарядами, а плазмой, которая и получалась путём взрывного преобразования металлических шаров. И если это было действительно оно, то он всё равно не понимал, как это работает, так как по его представлению подобный агрегат должен был обязательно взорваться, если не на первом выстреле, так на втором или на третьем. Но раз сама пушка была целой и несла следы использования, то значит не взорвалась и из неё стреляли. Проверять, правда, он её не решился, но схему скопировал, собираясь изучить попозже, мало ли что, может где-нибудь и пригодится. Вот только делал он это скорее не из необходимости, а из некоторой упёртости, так как необходимыми познаниями в физике он не обладал, потому и разобраться, как же на самом деле подобная фигня работает и не взрывается, вряд ли у него получится.        Так что походив немного и поизучав орочье оружие, он пришёл к выводу, что или они закупают оружие у каких-то гениальных безумных учёных, или просто у безумных учёных, которые скидывают им всё то барахло, что они наваяли, но боялись сами проверить. При этом сами орки были достаточно безумными, чтобы с этим не испытанным вооружением идти в бой. Поэтому брать себе что-то из оружия он не стал, ограничившись только копированием устройства некоторых образцов, чтобы попытаться на досуге разобраться в том, как это работает.        После этого он вернулся обратно в город, не забыв пройти обеззараживание ещё раз, только уже у откровенно побаивающихся его стражников на воротах. Так как его тут больше ничего не держало, то он сразу направился к себе на базу. Требовалось проверить пило-топор и пополнить боеприпасы для роторной пушки. Да и конструкцию бластеров необходимо было доработать, так как их мощность явно была недостаточной для противостояния с орками.

      *****

       Постепенно вся необходимая ему производственная цепочка создавалась, но сделать требовалось ещё очень многое, ведь начинать ему приходилось с самого элементарного. Но к его собственному удивлению, процесс воссоздания сложной высокотехнологичной производственной линии его увлёк. Ведь он не просто строил то, что ему требовалось, постепенно воссоздавая требуемые цепочки по созданию нужных комплектующих и узлов, но и пытался разобраться, зачем это нужно, и как и на каких принципах работает. И если с первыми станками получилось довольно просто, так как они не так уж сильно и отличались от привычного ему по прошлой жизни оборудования, то вот потом необходимо было иметь более глубокое понимание задействованных физических принципов и процессов.        Конечно, он мог бы собрать всё и не понимая, как это работает, ведь у него имелись необходимые для этого инструкции, которых всего-то необходимо было придерживаться, но ему хотелось знать, что же он делает. И пусть далеко не всегда он мог досконально понять задействованные в том или ином станке физические принципы, но даже общего понимания иногда было достаточно. В конце концов, он пока не собирался становиться учёным, у него был другой путь, так сказать, путь войны, для которой он и был создан, точнее, создан робот, в котором прописалось его сознание и вроде как душа. По крайней мере на некоторые манипуляции с энергией варпа он был способен, пусть и только с варпом определённого спектра, так сказать, отличного от того, что используют местные. А с варпом, вроде как, могли взаимодействовать только те, кто обладал этой самой душой.        В данный момент у него уже имелась линия по производству веб-камер, которые он и расставил вокруг своего убежища, чтобы контролировать подступы. Впрочем, он и на территории соседей уже установил несколько сотен камер, так что вся ближайшая округа была под контролем. Правда, для этого пришлось устанавливать ретрансляторы, но только поначалу, так как занимаясь установкой настройкой камер с ретранслятора и он наткнулся на "вай-фай" станции местной сети "интернета", ну или как она там у местных называется. Причём сеть эта практически не использовалась. Какие-то сигналы по ней постоянно шли, но после их анализа он с большой вероятностью установил, что это сервисные сигналы от периферийных узлов к серверам и обратно. А вот живого трафика через сеть практически не было, только изредка проскакивали аналоговые (аналоговые, мать вашу!) сигналы чьих-то переговоров и ещё реже можно было перехватить чьи-то сигналы двоичным кодом. Всё это вызывало у него зависания и попытки разбить стены головой, но хоть голова была и крепкой, но и несущие стены местных строений тоже изготавливали не из привычного ему железобетона и даже не их известных ему сталей, так что результат пока был ноль-ноль. Только один раз он засёк сигнал с использованием шифрования, и шифрования довольно сложного, по крайней мере его дешифровочный и аналитический модули не сумели его расшифровать, что немного восстановило его душевное спокойствие.        Так вот, обнаружив наличие сети, и в очередной раз отойдя от осознания уровня деградации местных, он создал себе учётную запись и настроил шифрованный канал связи для камер. При этом он воспользовался предоставляемой сетью возможностью воспользоваться удалённым сервером-хранилищем, чтобы не демаскировать своего местоположения. Любой, кто заметил бы исходящий от камер трафик, вышел бы на один из "коммерческих" серверов сети и решил бы, что это просто работает сохранившаяся штатная система мониторинга. По крайней мере он на это надеялся, глядя на уровень цифровой грамотности местных очень немногочисленных пользователей. Сам же он получал доступ к серверу по генерируемому персональному ключу, так что расшифровке он почти не поддавался, при этом отследить его было невозможно, так как электронный адрес его точки доступа не имел материальной привязки на местности. Максимум, можно было пройти до одного из трёх центральных узлов секторов, которые динамично менялись время от времени. Нет, если очень сильно заморочиться и обладать нужными технологиями, то можно было физически проследить откуда приходят и куда уходят сигналы, но он сомневался, что кто-то из местных до такого додумается. К тому же, он установил несколько камер так, чтобы контролировать местоположения "роутеров" и идущих к ним от распределительных узлов "кабелей", или как там эти физические каналы для передачи сигналов назывались у далёких потомков, ставших теперь такими же далёкими предками.        Впрочем, стоит признать, что после более тщательного ознакомления с сетью он немного поменял своё мнение о местных. Далеко не просто так те предпочитали не слишком часто трогать это наследие древности. Дело в том, что сеть оказалась забита различными вирусами, некоторые из которых ещё и обладали способностью к самообучению и мимикрии, так что бороться с ними обычными способами было бесполезно. К тому же, пару раз он натыкался на вирусные программы явно связанные с варпом, что позволяло тем напрямую перепрыгивать на удалённое устройство, игнорируя всю цепочку соединения. Защититься от них можно было только использованием виртуальной машины для доступа в сеть, которую эти варп-вирусы видели как отдельный компьютер, для чего те и существовали. Вот только гарантировано уничтожить их можно было только прибегнув к собственной Силе. И это было неприятно, так как делало попытки ведения сетевой кибервойны заранее обречёнными на поражение, если отсутствовали его возможности. Вот только он был один, а значит только самостоятельно мог проводить подобные атаки на вражеские сервера и подключённую к сети электронику, использование же для этого специализированного ИИ становилось делом опасным.        Но в любом случае, он наладил контроль за всей близлежащей к его базе территорией и некоторыми отдалёнными участками, в том числе и за двумя ближайшими вратами в стене города, и за одним тайным выходом, которым пользовались те культисты, храм которых он обнаружил в пустоши. Это позволяло быть в курсе происходящих вокруг событий и вовремя реагировать, если кто-то из бандитских группировок решал повоевать. Вмешивался он правда редко, в основном ограничиваясь наблюдением, но дважды всё же пришлось, очень уж разошлись эти банды, устроив не просто перестрелку, а настоящую войну, с применением всевозможных гантраков. И это когда после нападения орков освободилось куча территории, а сама угроза повторного нападения никуда не делась. Правда, пострелять пришлось только единожды, во второй раз хватило того, что он разрубил топором одного из наиболее громко оравших лидеров одной из банд. Судя по всему его репутация начинала играть в его пользу.        Паралельно с этим он доработал свою маскировку, как "повседневный" доспех, в котором он ходил по городу, когда нужно было посетить торговцев или разведать что-то более подробно, так и "боевой", в котором он отправлялся туда, где был высокий риск боестолкновения. Впрочем, "боевым" его второй доспех можно было назвать без всяких кавычек, ведь это действительно был бронированный костюм для ведения боевых действий. Ну а то, что пользоваться им не сможет никто, кроме него, так это особенность конструкции.        Броня имела собственный источник питания в виде высокоёмкой батареи. Конечно, поставить реактор было бы предпочтительнее, но настолько компактного и при этом способного выдавать необходимую мощность у него не было. Вернее, один был, но от него была запитана вся его база, а для его замены пришлось бы строить что-то существенно побольше, что привело бы к серьёзному расширению базы. К тому же, выделяемое тепло, которого было бы много, пришлось бы отводить наружу, что сразу же выдало всем окружающим наличие тут мощного источника энергии. А так, украденный генератор не только выдавал значительную мощность, но и почти не выделял тепла, что говорило о его невероятном коэффициенте полезного действия. Нечто подобное он пока собрать не мог, не хватало нужных станков, тем большее уважение он испытывал к обворованному им механику, который со своими, достаточно примитивными, стоит признать, возможностями сумел собрать это чудо техники.        Возможно, стоит навестить его и переговорить о сотрудничестве. Ведь орки, как он понял, хоть и были разбиты, но никуда не делись, и судя по всему действительно плодились быстрее, чем их успевали зачищать охотничьи группы. Но никто даже не задумался по поводу укрепления обороны, ограничившись ремонтом башен, который, так-то, всё ещё не был завершён. В то же время этот механик, который, как оказалось, отвечал за одну из промышленных зон города, явно старательно укреплял оборону именно этой зоны и наращивал собственный отряд киборгов. Да и людей из его зоны хоть и продолжали выдёргивать на ритуалы, но только для центральной власти, а не как у других, для кого попало. Так что хоть общий уровень жизни для рабов и не изменился, но вот гибнуть из-за всякой фигни те стали значительно реже. В общем, стоит подойти и поговорить, раз уж тот попытался в тот раз завязать знакомство, может получится узнать что-то нужное или повысить защиту если не города, то их зон, чтобы хотя бы диверсанты орков не смогли тут безобразничать, а в случае прорыва обороны ксеносы не нанесли существенного урона нужной им инфраструктуре.