Железный человек

      Для перевозки трёх его полков было выделено два транспортных корабля. Корабли были небольшие, по местным меркам, но на удивление в хорошем состоянии. Как он потом узнал, эти корабли не так давно сошли со стапелей и были захвачены одним из пиратских кланов, после чего выставлены на торги... вместе с командой. И да, когда торгаши поняли, что сбежать не удастся, а помощь не придёт, но напавшие на них пираты достаточно адекватные, то они связались с лидером пиратов и договорились о сдаче с сохранением за собой должностей, даже показательно осквернили имевшиеся на судах молельни. Представителей эклезиархии, местной церкви, там не было, а их роль выполняли капитаны кораблей, так что даже не пришлось никого вешать, ведь как оказалось, жить люди хотят сильнее, чем отстаивать веру. Правда, на одном из кораблей имелся агент инквизиции, которого быстренько пристрелили, чтобы не дразнить пиратов, но это уже другой разговор, как и возможное наличие среди команд осведомителей инквизиции, которые просто не попались.        Что намного интереснее, так это то, что пираты сдержали слово и действительно не стали никого убивать, и даже разграбили суда очень аккуратно, забрав только товары и некоторое количество людей с нижних палуб, которых и так никто не считает. Понятно, что потенциальных покупателей поставили в известность, что за командами нужен присмотр, но как-либо ущемлять тех никто не стал, позволяя жить так, как они привыкли. Ну а так как намечался новый поход и варп-бандам потребовались суда для перевозки войск, то и эти и другие выставленные на торги корабли раскупили почти не торгуясь. Ведь даже гражданские суда со слабым вооружением было лучше, чем полное отсутствие собственных кораблей, так как тогда придётся или платить за перевозку, или вовсе идти на этот поход под чужую руку, а значит тебя первым кинут на имперскую оборону, чтобы сохранить собственные силы. Да и просто все будут помнить, что ты ходил вот под этой бандой, так что вполне возможно и сейчас всё ещё им подчиняешься.        Понятно, что он бы предпочёл перевозить свои войска на чём-то более крепком и лучше вооружённом, но с другой стороны боевые корабли должны были участвовать в боях в космосе, так что ещё неизвестно, что было лучше. Всё же гражданское не самое крупное судно будет легко уничтожено даже фрегатом, так что важно было не попадаться. В то время как военные корабли более крепкие, но участвуя в сражениях в космосе можно легко потерять своих бойцов даже не увидев противника. Да и какой-нибудь фрегат, и тем более эсминец, не самые лучшие для выживания корабли при участии в космическом сражении, а крейсер ему вряд ли бы кто-то выдал, самим нужнее.        Само собой, что сам он летел не на одном из этих кораблей, а погрузился на "Феррум Инвиктус", крейсер Стального Братства, который выступал у тех в роли флагмана их маленькой, но зубастой эскадры, и одновременно мобильной базой. Погрузился он на него не сам, понятное дело, а с отобранными им для абордажа станции войсками и таки выпрошенным у механика Таллаксом. Так что весь путь, вначале до точки сосредоточения всех сил похода, а потом и до выбранной для атаки системы, он занимался тем, что продолжал тренировать штурмовиков и будущих абордажников, в которых он решил переквалифицировать те отряды мотопехоты, которые взял в прикрытие штурмовиков. В конце концов, рано или поздно, а скорее всего как раз "рано", абордажники им потребуются.        Ведь строить все корабли будет очень накладно. Не только в плане ресурсов, которые ещё добыть нужно будет, но и в плане затрат времени на строительство этих самых кораблей. Зато можно будет захватывать корабли на абордаж, пополняя таким образом свой флот, ну и ликвидные средства, ведь те суда, которые им будут не нужны, можно будет продавать. Да и для противостояния вражескому абордажу на каждом корабле стоит иметь отряд корабельной пехоты, которая может пригодиться и не только для отражения вражеской атаки, но и чтобы сопровождать грузы или членов экипажа на какую-нибудь встречу.       

      *****

             –Удивительно, но всё действительно прошло именно так, как ты предсказал, одни идиоты решили поспорить и сейчас вынуждены без подготовки брать на абордаж ещё одну станцию, - сообщил Кёрз, когда все приготовления к атаке на станцию были закончены и они, вместе с другими Стальными Братьями, спокойно стояли перед тактическим столом в боевой рубке корабля и наблюдали за совершаемыми тем эволюциями. - Ты точно не пророк?       –Абсолютно, просто я хорошо изучил психологию подобных человеческих образований и представляю себе, как они будут реагировать в том или ином случае, - открестился от подобного Мегатрон. - Так что это самый обычный расчёт, только не действий вражеского командира во время сражения, в поступков много о себе мнящих разумных.       –По поводу много о себе возомнивших, это было в самую точку, - засмеялся Парвиз, один из лейтенантов. - Ты бы видел, как их перекосило от злобы, когда лорд буквально приказал этим идиотам взять на абордаж станцию.       –Они что, без шлемов были? - спросил Мегатрон.        Впрочем, вопрос был задан совершенно безэмоционально, демонстрируя, что ему в общем-то плевать на идиотов, которые игнорируют собственную защиту. Сам он в это время внимательно следил за тем, как отметки станции и их крейсера постепенно сближались, а условные значки отмечали выявленные огневые точки, которые будет нужно подавить в первую очередь, чтобы облегчить кораблю расхождение с последующим возвращением, чтобы высадить вторую партию штурмующих. Всё же за один раз перевезти на станцию всех абордажников не получится, не хватит десантных средств.       –Представь себе, - Парвиз ткнул пальцем в засветившуюся отметку выявленной батареи макроорудий: - Один отряд нужно будет высадить прямо сюда.       –Вот ты этим и займёшься, - сообщил молчавший до этого Камбиз, капитан Братства. - Только не взорвите там всё, а то будет неприятно выковыривать геносемя из того, что от вас останется.        На самом деле должность капитана была именно что должностью, на которую братья избирали того, кто по их мнению в данный момент лучше всего подходил для этой роли. И да, Братство называлось так именно потому, что все астартес в нём считались братьями и были равны между собой, а командирам подчинялись добровольно, выбирая тех голосованием. И если уж тот же вроде как несерьёзный Парвиз был выдвинут в лейтенанты, значит народ готов был ему подчиняться, что говорило о том уважении, которое к нему испытывали остальные.       –Сделаем, - согласно кивнул Парвиз, после чего повернулся к Мегатрону: - Даш газовые гранаты?       –И свето-шумовые тоже, в артиллерийских галереях самоё то будет, - пообещал тот в ответ.        Неожиданно весь корабль загудел. Не громко, если не прислушиваться, то можно было даже не услышать, на Фоне остальных шумов, но расходящийся по металлической конструкции корабля звук ощущался всем телом. Впрочем, Мегатрон уловил бы своими сейсмодатчиками и намного меньше колебания, но тут прошедший сквозь корпус корабля гул ощутили все. Это заговорили лэнс-батареи, корабельные лучевые пушки скомпонованные по три в две полностью автоматизированные башни-турели. Эти башни размещались на спине корабля линейно-возвышено, так что даже вперёд огонь можно было вести сразу из всех шести орудий. И сейчас, когда они только вышли на дистанцию эффективной стрельбы, стволы лэнс-орудий смотрели почти вперёд, но и в таком положении залп был произведён сразу из шести стволов. Вибрация же возникла в следствии того, что от прохождения по энерговодам огромного количества энергии те начинали едва уловимо, для человека, дрожать, что передавалось на корпус.        Повернув голову, Мегатрон посмотрел на действующих спокойно и без суеты членов экипажа корабля. Никто не кричал, никуда не бежал, все команды отдавались негромким голосом через исправную БИУС, а выполнялись точными, выверенными движениями. Судя по всему, Стальное Братство содержало свой флагман в отличном состоянии и все системы, которые на нём имелись изначально, были отремонтированы и отлажены. И это не могло не вызывать уважение, так как всё это было сделано собственными усилиями, без привлечения сторонних специалистов. Стальные вообще не любили допускать на свои корабли посторонних, в том числе и из-за того, чтобы не провоцировать зависть. Но и к таким людям можно было найти подход, если знать как.        Через две очень долгих секунды дрожь сошла на нет, что означало окончание залпа. Сейчас ремонтные бригады должны были броситься проверять все энерговоды, чтобы вовремя выявить начавшие прогорать и заменить те. Так же на них возлагалась обязанность ремонтировать охлаждающую систему, если в той вдруг произошла какая-то поломка. Но судя по спокойным докладам, которые принимал старший артиллерист, залп прошёл без последствий и все системы отработали штатно.        "Десанту начать погрузку в дропшипы," - раздалось из системы корабельного вещания.        Свой первый залп крейсер дал с максимальной возможной дистанции в двенадцать километров. Залп был безответным, так как на такое расстояние имперские лэнсы не доставали, а бить из кинетических орудий было так же бессмысленно, как из пушки по воробьям. Всё же корабль мог маневрировать, смещаясь в любую из четырёх сторон, а выпущенный снаряд будет лететь по прямой и возможности коррекции траектории движения не имеет. Так что попасть из огнестрельной (блядь!) пушки по кораблю, даже по такой здоровенной дуре как тяжёлый крейсер, было почти нереально, потому никто даже и не пытался.        Сражения современных космических кораблей, по его меркам, шли чуть ли не на пистолетной дистанции, так как двенадцать километров любой корабль преодолевал так быстро, что для повторного залпа уже не оставалось времени. Так что обычно сражения кораблей длятся очень долго, так как приходится или многократно сходиться-расходиться, обмениваясь всего одним залпом за каждое схождение, или долго и нужно ложиться на параллельные курсы, устраивая самое настоящее линейное сражение времён морских броненосцев и парусных кораблей, то сближаясь, то отдаляясь друг от друга, или сходиться так медленно, что бы успеть обменяться несколькими залпами, но последнее случалось очень редко, так как должны встретиться два идиота на равноценных кораблях, ни у кого из которых нет преимущество по дальности стрельбы, которые окажутся поблизости друг от друга в относительной неподвижности. Или же как в их случае, когда один из участников дуэли просто не может двигаться, поэтому ему можно навязать сражение на своих условиях.        И да, они ползли к станции так медленно, что успеют обменяться с ней тремя залпами только на схождении, а ведь будет ещё и расхождение, во время которого корабль начнёт тормозить, а потом направится обратно к станции. Учитывая же, что даже в экстренных ситуациях реальная скорострельность лэнс-орудий не превышает выстрела в десять минут, хоть и поговаривают, что некоторые умудрились достичь и пяти, но явно же привирают, а обычно цикл перезарядки доходит и до получаса, то становится понятно, насколько же медленно они сейчас ползли по инерции к станции.       –Хорошо, братья, давайте же покажем, почему не существует крепости, которую мы бы не сумели взять, - выслушав оповещение, обратился к собравшимся вокруг тактического стола астартес Камбиз.       –Перед разумом падёт любая крепость, - поддержал его Мегатрон, после чего астартес начали расходиться по своим отрядам.

      *****

       Ожидать команды на высадку хуже всего. В этот момент ты заперт в стальной коробке с группой таких же как и ты, и ничего не знаешь про то, что происходит снаружи. И самое главное, что и сделать ты ничего не можешь, так как даже увернуться от летящего снаряда нет возможности, ведь стоящий на лётной палубе дроп-под полностью зависим от судьбы корабля. Правда, даже после того, как твой транспорт покидает чрево своего корабля, ситуация становится не сильно лучше. Ведь хоть у тебя и появляется манёвренность, так как пилоты тоже хотят жить и потому стараются избежать попаданий по своим машинам, но вот броня у дроп-пода по сравнению с корабельной как картон.        Он прекрасно знал обо всём этом, потому заранее подготовил несколько мелодий и песен, чтобы те транслировали по внутрикорабельной сети десантных судов и люди могли немного отвлечься. Кроме этого он настроил общее вещание и регулярно сообщал о ситуации снаружи, чтобы солдаты понимали, что всё идёт согласно плана. Ведь зачастую именно этого не хватает людям, чтобы оставаться стойкими, простого понимания, что всё идёт как должно, а не полетело в тар-тарары. И в этом плане выступления всевозможных политруков уже не выглядят такой хренью, как они воспринимаются сидя на диване. Люди, которым предстоит вот прямо сейчас идти в бой, совершенно по другому воспринимают все эти высказывания, которые в обычной обстановке могли бы вызвать разве что смех или всем известный жест "рука-лицо". Но песни тоже неплохо работают в этом плане, если те, понятное дело, правильно подобрать.        Так что к тому моменту, когда последовала команда на выпуск десантных средств из ангаров, народ уже был неплохо заряжен и изменения ситуации воспринял с энтузиазмом. Правда, пропала и общая вещательная сеть, так что прекратилась и трансляция музыки, а так же рассылка новостей об обстановке от него. Но солдатам сейчас было и не до этого, так как командиры отделений и взводов сейчас повторно доводили до них поставленные задачи, и мотивировали угрозами совершить с теми, кто накосячит, противоестественную половую связь. Правда, всё это происходило где-то там, в других машинах, а в его абордажном катере, который ему специально выделили из своих запасов Стальные Братья, стояла спокойная деловая тишина. Одно его присутствие действовало на бойцов успокаивающе, да и наличие рядом Таллакса, с которым многие успели ни по одному разу поучаствовать в тренировочных боях, тоже позволяло бойцам ощущать себя лучше. К тому же, шедший с ним отряд был собран из лучших штурмовиков, и так достаточно мотивированных и стойких, плюс инквизиторская группа, а эти и так были замотивированы как следует, так как Герд не забывала и о пропаганде, а не только вела с ними боевую подготовку.        Вылетев из ангара, десантные средства не разлетелись во все стороны, а укрылись за правым бортом крейсера. Корабль двигался по инерции держа станцию по левому борту, так что подготовленный десант было не видно. Заодно это прикрыло их от случайного пробоя щита, который был вполне возможен. При этом крейсер продолжал давать залп за залпом из своих лучевых орудий, не позволяя противнику расслабиться и заставляя того вести огонь в ответ. И пусть это в свою очередь нагружало уже щит крейсера, так как станционные батареи так же работали на износ, из-за чего у них даже произошло два внутренних взрыва, но зато не позволяло противнику задуматься об истинном смысле такого манёвра. И сейчас как никогда было хорошо то, что он был на стороне ренегатов, ведь хаоситы имели репутацию неадекватов, способных на любую дичь, в том числе и на вот такую странную дуэль со станцией. Странную же потому, что щит станции таким обстрелом не сбить, нужно концентрировать огонь сразу нескольких кораблей, да и то результат появится далеко не сразу.        Но вот подошёл момент истины и крейсер медленно и можно сказать даже величественно повернулся вправо, полностью выводя станцию на свой левый борт, чтобы дать залп из соответствующей батареи макротурелей. Это существенно нагрузило щиты станции, и пусть не вывело те из строя, но какие-то энерговоды явно вышли из строя, что было заметно даже снаружи. А потом, так же величественно, крейсер начал разворачиваться носом к станции, успев дать ещё и залп из лучевых орудий, не только снова нагружая щиты вражеской станции, но и заставляя те мерцать, ухудшая врагу видимость.        Капитан крейсера оказался настоящим профессионалом, так что окончание залпа совпало с тем моментом, когда пустотные щиты соприкоснулись, начав сливаться в единый пузырь. И так как они были к этому готовы, то энергетики крейсера просто перераспределили нагрузку, избежав аварий, а десантные суда бросились в начавшую открываться прореху в защите станций.        А вот их противники оказались к такому не готовы, поэтому зенитные средства станции начали стрелять с большим запозданием и неприцельно, так что все десантные средства достигли её внешней обшивки, пусть некоторые и получив незначительные повреждения. К тому же, уже зенитки крейсера принялись активно работать по выявившим себя зенитным огневым точкам станции. К тому же, следом за дроп-подами к станции направились и штурмовые корабли, так же начав выбивать огневые точки врага, но не только зенитные, но и противокорабельные орудия, и массивы датчиков.        Впрочем, наблюдать за всем этим ему было некогда, так как его абордажный катер врубил плазменный бур и принялся в буквальном смысле вгрызаться в броню, прокладывая себе незапланированный конструкцией станции проход. В какой-то момент броня закончилась и катер буквально ухнул внутрь станции, так как обычные переборки никак не могли задержать плазменный бур абордажного катера. Но вот они всё же остановились и несколько секунд стояла звенящая, после рёва и свиста работавшего бура, тишина, прерываемая только потрескиванием остывающего металла.       –Открывай аппарель, - приказал он одному из пилотов катера, нарушая наступившую тишину и все как-то резко зашевелились, выхватывая оружие из держателей и выстраивая перед выходом стену из щитов.        Небольшая пауза, и вот люк с грохотом падает вниз, позволяя увидеть перекорёженные и местами оплавленные внутренности станции, которым такой незванный гость явно не пошёл на пользу. Атмосфера внутри закономерно присутствовала, ведь атмосферный щит продолжал работать,так что появившаяся ведущая в открытый космос дыра особой роли не играла. Правда вот кислород на этом участке выжгло, так что обычному человеку дышать тут было явно затруднительно. Хорошо что его бойцы были обеспечены масками с регенераторные и патронами и им такая ситуация пошла даже в плюс, так как никого способного оказать им хоть какое-то сопротивление поблизости не оказалось. Ну а продолжавшая функционировать система вентиляции вскоре заметит воздух на "свежий" и тогда можно будет переключиться на внешний воздух.        Первыми из катера вышли штурмовики со щитами, на всякий случай обеспечивая периметр, за ними высыпали операторы тяжёлого оружия и Таллакс, который сразу же прыгнул куда-то вверх и пропал в одном из проходов, откуда чуть позже раздалась короткая рваная очередь автоматического дробовика, а по рации пришло оповещение о зачистке десятка вражеских единиц личного состава. Ну а последними вышли члены инквизиторского отряда, принявшись проверять помещения.       –Действуем по плану, - отдал он распоряжение и, не дожидаясь ответа, сорвался с места.        У него была своя задача и пока штурмовики с Таллаксом будут наводить шорох, изображая прорыв в направлении боевой рубки, или как там это помещение на станции называется, откуда идёт всё управление ей, он должен был как можно быстрее захватить и обезопасить реакторную. Поэтому он сразу направился туда, где по схеме на таких станциях и располагался реакторный зал. Одновременно он пытался обнаружить доступ к корабельной сети, но судя по всему, в обычных коридорах ничего подобного не было, что могло говорить о том, что эта конкретная модель станции является новоделом. Не в смысле, что была построена недавно, а что проект этого типа станций был разработан не так давно... По местным меркам, понятное дело, для которых десяток лет, это вообще ни о чём.        Возможность дистанционного подключения, за время своего продвижения, он так и не обнаружил, зато наткнулся на терминал, через который можно было выйти в сеть. Благодаря общению с Тараканом, он прекрасно знал о том, каких протоколов подключения придерживались имперские механики. Так что необходимый переходник у него имелся и он им тут же воспользовался. Ожидаемо, для обычного подключения и получения поверхностной информации о станции не потребовалось вводить пароль. По факту, сама сювозможность прямого подключения рассматривалась тезножрецами как необходимая степень посвящения для получения доступа в сеть. Вот если ты хотел узнать что-то более специфическое, то тут уже требовалось подтвердить свой статус, но так как ему этого не требовалось, то он даже не стал пытаться получить доступ более высокого уровня. Ведь и план станции и список всего персонала станции находился как раз в общем доступе, так как не считался техножрецами чем-то секретным.        Убедившись, что реакторный зал действительно находится там, где ему указали изначально, он загрузил переданный ему Тараканом вирус, ну или как сами техножрецы их называли "скрап-код", и продолжил своё продвижение к цели. Так как перед ним не стояла задача уничтожать всех встречных, то он предпочитал двигаться по техническим проходам, где встретить кого-то, особенно сейчас, когда шло сражение и всех, кто мог держать оружие в руках, мобилизовали. Впрочем, иногда он всё же сталкивался с техниками или сервиторами, но последние не обращали на него внимание, так как он не мешал им выполнять возложенные на них задачи, а техники просто не успевали на него реагировать, так как он проносился мимо них так быстро, что те только испугано дёргались, а заметить успевали разве что смазанный и нечёткий силуэт.        Реакторный зал ожидаемо был заперт, вот только внутрь него вели не только стандартные проходы, но и технические газы, перекрыть которые было невозможно, так как те специально создавались именно так, чтобы те можно было вскрыть, как снаружи, так и изнутри. Да и не подумал никто из механиков, что одним из этих путей может воспользоваться кто-то посторонний. Так что его появление стало для них сюрпризом.        К сожалению, сейчас главную роль играла скорость, поэтому он не мог начать переговоры, чтобы склонить присутствовавших в реакторной механиков к сотрудничеству. Ну или хотя бы убедить тех не мешать, ведь они не собираются портить машины, а значит оскорбления из богу не будет нанесено. Так что он даже не стал пытаться вступать в переговоры, а сразу же принялся стрелять, в первую очередь выбивая техножрецов. К его счастью тут не было никого с полноценно боевыми модификациями, поэтому ему хватило и АК-57. И это не могло не радовать, так как даже пробивая тела киборгов пули замедлялись и разрушались в достаточной степени, чтобы не причинять оборудованию вокруг значительных повреждений. Его винтовка в этом плане была насколько мощнее, настолько же и разрушительнее, уничтожив бы не только механика, но и всё, что оказалось за тем, а ему такое было не нужно.        Убедившись, что выживших не осталось, и не забыв провести контроль, он принялся перенаправлять энергию, снимая ту со щитов и остальных систем обороны, и начал процедуру снижения мощности реакторов-генератора. Понятно, что его действия не остались незамеченными, и вскоре в запертые ворота принялись ломиться, вот только делать это пожелавшие попасть внутрь могли до морковкина заговенья, так как реакторная была скрыта под отдельным слоем брони, а ворота были такой толщины, что их нужно было бы вскрывать тем самым плазменным буром. А вот попытки попасть внутрь механиков уже были более опасными, так как у тех и коды доступа имелись, и про технические лазы те прекрасно знали. Вот только загруженный в сеть вирус уже успел расположиться и мешал использованию станционной сети, плюс он сам подключился к терминалам реакторной и мешал техножрецам открыть ворота. Ну а попытавшихся забраться внутрь через технические проходы он просто и незатейливо подорвал, установив в тех самых проходах мины с дистанционным подрывом по радиовзрывателю. Конечно, были и выжившие, всё же некоторые киборги были довольно живучими, но таких он добил уже лично.        К сожалению, поддерживать связь внутри станции было невозможно, слишком много вокруг было металла, а станционная сеть была недоступна, ведь и подключиться к ней можно было только через стационарный терминал, и засрана та сейчас была вирусом так, что глючила. Так что понять, что реакторная захвачена, его люди могли только по тому, что у части дверей отключилось питание. Но в любом случае ему требовалось продержаться, пока к нему не пробьются штурмовые группы или кто-то из Стальных Братьев, которые участвовали в высадке вместе с частью его солдат. А вот экипаж крейсера и остававшиеся всё ещё на корабле десантники второй волны уже должны были заметить, что некоторые массивы датчиков обесточились, как и часть орудийных систем. Так что теперь крейсер должен был начать действовать более нагло, во время второго сближения вообще зависнув рядом со станцией.       

      *****

              Камбиз рвался вперёд со всей возможной скоростью, не обращая внимание на обстрел. Всё же к этому моменту они с братьями готовились и потому его снарядили по максимуму, у него даже имелся силовой и атмосферный щиты. Удовольствие не из дешёвых, стоит признать, так как найти качественные щиты было сложно. Ведь у него был не тот ширпотреб, которым обеспечивают имперских офицеров и комиссаров, а штучное изделие рассчитанное на астартес, и способное защитить даже от выстрела плазменной фузеи и очереди из тяжёлого болтера. И пусть после этого боя щиты, скорее всего, придётся просто выбросить, но если всё получится, то такую плату можно считать несущественной.        Понятно, что бежал он не один, а в сопровождении братьев, но тем постоянно приходилось отвлекаться на противника, чтобы уничтожить того, так что он вырвался далеко вперёд. Но такой расклад был ожидаем, поэтому его и экипировки так, чтобы он мог выжить и достичь цели. Ведь задерживаться было нельзя, так как если их противники догадаются об истинной цели всей этой атаки, то постараются уничтожить свой груз, что будет равносильно полному провалу. Нет, сама станция тоже чего-то стоит, с неё много чего интересного и полезного можно будет снять, но всё это меркло перед истинно ценным для любого астартес грузом.        В какой-то момент он проскочил коридор, успев поймать на щит несколько выстрелов из мультилазера. Понятно, что на такое обычные люди были не способны, так что это были как раз те, кто ему был нужен. Поэтому он сразу же затормозил и вернулся к повороту, снимаясь спины толстую трубу гранатомёта. Именно этот образец ему собрал Мегатрон, заявив, что его вариант будет получше того, что применяют остальные, так что отказываться он не стал.        Снять фиксатор, раздвинуть трубу гранатомёта, сделав ту почти в два раза длиннее, повернуть кольцо, выставляя дистанцию подрыва, после чего поднять прицел, возводя ударник, и выдернуть предохранительную чеку, разблокируя клавишу спуска. На всё про всё три очень длинных секунды. Поднять трубу на плечо, одновременно снять левой рукой с пояса свето-шумовую и дымовую гранаты, взвести их, выставив время подрыва, выдернуть боевые чеки и швырнуть сразу обе гранаты за угол. Дождаться яркой вспышки и грохота, шагнуть в проход, уже нацелив гранатомёт в нужном направлении, и нажать клавишу спуска. Это ещё три секунды. Грохот выстрела и реактивная граната уносится вперёд, прямо сквозь закрывший коридор густой серый дым, а он отбрасывает ставшую бесполезной трубу, ведь та была одноразовой, и срывается вперёд,туда, где на четверть секунды вспыхивает маленькое солнце.        В отличие от самого одноразового гранатомёта, боевую часть он собрал самостоятельно, по собственной конструкции, упаковав ту в заданные Мегатроном габариты. Так что в результате выстрела он был полностью уверен и бежал вперёд без колебаний, обнажив на ходу силовой клинок.        Проскочив насыщенное металлической взвесью облако дыма он успел оценить последствия подрыва плазменной гранаты, но не стал задерживаться, чтобы добить немногих выживших, нужно было спешить, так как среди тел отсутствовал апотекарий. И он оказался прав, так как влетев в открытую дверь увидел того, склонившегося над приборной панелью стазис-контейнера. Движение руки и брошенный меч преодолевает разделяющее их с апотекарием расстояние, вонзаясь тому в плечо и перерубая плечевую кость и часть мышц, и даже частично входя в кирасу сбоку. А потом и сам Камбиз влетел в апотекария всей своей массой и скоростью, снося с ног.        Короткий взгляд, чтобы убедиться, что он успел и содержимое контейнера цело, после чего шагнуть вперёд и ударить ногой по руке астартес, в которой был зажат болт-пистолет "Оправдатель", выбивая тот. Взяться за рукоять своего меча, снова активируя силовое поле того и позволить себе короткую паузу.       –Здравствуй брат-апотекарий, и прощай, - произносит он прежде, чем вогнать силовой клинок на всю глубину, пробивая оба сердца астартес.        Вытащив меч, он на всякий случай ещё и снёс голову противнику, мало ли что. Всё же апотекарии неприятны ещё и тем, что они зачастую более живучие, чем остальные астартес, иногда выживая даже с казалось бы гарантированно смертельными ранениями. Вскоре же подтянулись и сопровождавшие его братья, занимая оборону. Теперь предстояло защищать захваченный груз, пока станция не будет захвачена, после чего вывезти контейнер с прогеноидами на флагман.