I’m falling again

Уилл даже не знал, как реагировать.  Он не знал, было ли это правдой, или это был самый лучший сон в его жизни? Он сомневался, пока губы Майка нежно прижимались к его собственным; сомневался ровно до момента, пока темноволосый не решил провести языком по губам Уилла.  Это уже было больше похоже на бредовую реальность.  Уилл наконец-то закрыл глаза, отдаваясь ощущениям и переставая думать, а что, собственно, происходит. Плевать, что губа ноет и будет болеть еще сильнее. Плевать, что Майк на вкус как пиво, которое он только что уничтожал.  Майк целует его, и это все, что важно сейчас. Рука Уиллера ложится на затылок Байерса, прижимая его голову ближе к себе, и второй шумно выдыхает, начиная брать инициативу в свои руки губы, обхватывая нижнюю губу Майка и выбивая из него первый полустон.  - Уилл, - снова шепчет Майк, почти не отрываясь от губ напротив, - ты даже с кровью вкуснее, чем эта байда. Уилл тихо смеется и снова тянется к губам Майка, боясь, что в любой момент это остановится. Боясь, что Майк вспомнит, что он, вообще-то, гетеро, а алкоголь играет с ним злую шутку.  «Я буду очень сильно жалеть», думает Уилл, втягивая нижнюю губу Майка и легонько покусывая ее, выбивая второй тихий стон. Майк будто сам теряется с момента, когда Уилл стал напористей целовать его, но когда парень активно начинает подключать свой язык, крышу сносит окончательно. Уилл чувствует, как Майк сам усаживается коленями на диван, удерживая его затылок и пытаясь уложить в горизонтальное положение. Байерсу так не очень удобно, но в такой ситуации грех жаловаться, особенно тогда, когда он хватает Уиллера за плечи, притягивая ближе к себе.  Это просто невозможно - то, как они не могут остановиться, издавая все больше вздохов, как руки Майка начинают расстегивать рубашку Уилла, и как второй вздрагивает, чувствуя первое касание пальцев к оголенной коже.  Майк аккуратно ведет пальцами по ребрам Уилла, не останавливая поцелуй, и Байерс плавится под его прикосновениями. Вот его вообще сейчас не колышет ни капли, как он ранее относился к своему телу, когда его возлюбленный так нежно до него дотрагивается, словно боясь повредить.  - Я никому больше не дам прикасаться к тебе, - прошептал Майк, отрываясь от губ Уилла и целуя мочку его уха, - иначе им придется переступить через мой труп.  - Майк, не говори это, - Уилл почти задыхается, когда Майк опускается к его шее, припадая губами и оставляя легкие поцелуи. Руки все еще блуждают от груди до талии; Уиллер не собирается переходить границы (не настолько же он пьян, думает Байерс), но даже этими движениями он умудряется довести парня до тихих стонов. Уилл не умеет сдерживаться, тем более, когда ему впервые настолько хорошо.  Майк опускается поцелуями почти до груди Уилла, начиная вырисовывать языком какие-то узоры, и второй уже хочет плакать. - Прекрати, Майк, - еле выдавливает Уилл, не в силах больше терпеть эту пытку. - Тебе не нравится? - говорит Майк низким грудным голосом; Уилл от такого сейчас разрывается просто.  - Мне нравится, - Уилл смущенно отворачивается в сторону стены, - слишком.  - Посмотри на меня, - командует Майк, разворачивая рукой голову Уилла на прежнее положение. - Такой красивый Уилл, а я такой пьяный дурак, что оставил тебя одного… - Я был не один, - попытался возмутиться Уилл, но был остановлен приложенным к губам пальцем. - Ты должен был быть со мной. Только со мной, а не с Лукасом, не с Макс, не с этой твоей… Как ее там… - Робин? - напоминает Уилл через палец, тут же жалея об этом при виде скривившего лицо Майка.  Майк же жуткий собственник, как он мог забыть. Даже в детстве, если Байерс проводил больше времени с Дастином или Лукасом, Майк злился и обижался. Уилл не понимал, пока не поговорил об этом с Джонатаном. Именно брат рассказал ему о том, как работает ревность и зависть. Иногда Уиллу даже казалось, что это может что-то значить… Пока в жизни Майка не появилась Эл. - Она лесбиянка, - выпалил Уилл, глядя, как Майк убирает руки с его тела, начиная отстраняться. - Не имеет значения, - прошептал Уиллер, возвращаясь губами к шее Байерса. - Все должны знать, что ты только мой.  Уилл простонал куда громче, чем раньше, когда почувствовал, что Майк присосался к его шее, наваливаясь почти всем телом и удерживаясь только на локтях. Еще больше раздраконило Уилла то, что их пахи соприкоснулись, а он даже не имел возможности чуть-чуть сдвинуться, чтобы хоть немного потереться об Майка. Зато темноволосый успешно сделал это, по ощущениям Уилла тоже испытывая немаленькое возбуждение, чем вырвал еще один протяжный стон.    - Блять, - выругался Майк, потираясь своим стояком в шортах об стояк Уилла, который был плотнее сжат джинсами, но все равно ощущался. - Уилл… Хватая воздух ртом, Байерс обхватил руками Уиллерскую голову и затянул в новый поцелуй. На этот раз не было былой нежности - язык Майка сразу начал исследовать его рот, и это ощущалось так, словно он был голоден.  Для Уилла это был первый поцелуй. Ну, точнее, уже второй, но целовался он в первый раз в жизни.  Чего не скажешь о Майке, продолжающем лежать на Уилле, перебирая пальцами его волосы и совершенно бесстыдно елозя бедрами по джинсам парня. Дебильные джинсы не давали прочувствовать то, что хотелось, и Уилл лишь жалобно скулил в поцелуй, сгорая от желания. В конце концов, им обоим хотелось, Байерс это понимал - даже если Уиллер делает это чисто из-за ударившего в голову алкоголя, отсутствие секса все равно должно влиять на чувствительность.  - Вставай, - скомандовал Майк, резко поднимаясь на ноги и протягивая руку Уиллу. Недоумевающий шатен последовал его просьбе, вставая и тут же оказываясь прижатым к холодной стене подвала. Майк снова уткнулся куда-то в район его шеи, вдыхая запах кожи Уилла, и второй запустил руку в черные кудри, немного оттягивая голову парня.  Прижимая Уилла к стене, Майк сделал то, что вообще никак нельзя было ожидать - крепко сжал бедро парня своими длинными худыми пальцами, проводя языком по его шее и переходя к подтекающим кровью губам.  - Всегда было интересно, как тебе живется с этими машинами,  - Майк бесстыдно елозил рукой по бедру друга, чмокая его в губы, но не завлекая в новый глубокий поцелуй, - знаешь, почему у тебя не будет девушки?  Уилл напрягся. - Это, что вы обсуждали в столовой перед моим приходом? - Да. И знаешь, я понял, что ни у одной из всех девушек просто-напросто не будет шансов против твоих бедер.  Шатен, кажется, в миллионный раз за день залился краской, закидывая правую ногу на темноволосого и давая ему больше пространства для рук. К счастью Уилла, Майк воспользовался этим, обхватывая его ягодицу и прижимая к себе, горячо простонав.  Уилл готов поклясться, что его уши только что испытали оргазм.  - Ты такой… - двигая тазом, имитируя толчки через одежду, Майк выглядел совершенно другим, открываясь Уиллу с новой стороны - с той самой, о который даже мечтать было стыдно.  Это не было похоже ни на одну из самых грязных его мечт. Если Уилл чаще всего видел абстрактные образы, думая об их возможном контакте, то сейчас это было реально. И сейчас он чувствовал себя оголенным проводом с самым высоким напряжением, готовый взорваться в любой момент.  Уилл не хотел, чтобы их первый раз (если уж он мог позволить теперь об этом подумать) был под градусом или после избиения. Ему нравился пьяный Майк, не видящий границ и ничего плохого в своих действиях. Но ему также нравился и трезвый Майк, немного медлительный, но более нежный, иногда неловкий, но такой… Он определенно любил его, и любит в этот момент, когда Уиллер буквально бьется в его задницу через одежду, тяжело дыша; ему неважно, делает Майк это лишь из-за мимолетного желания или же из-за чего-то больше. Уилл просто. Любит его.  Целуя в очередной раз, Уиллу плевать, что его губы буквально истекают кровью от свежей раны, а Майк что-то неразборчиво бормочет в его рот сквозь поцелуй, периодически то открывая глаза и смотря в Уилла, то закрывая, и его ресницы подрагивали так трогательно. Байерс обязательно озвучил бы это, но открыть рот было словно наступить на мину - сейчас точно не время. Ему так много чего хочется сказать прямо сейчас. 

***

Майк понимает, что он вот уже почти все. Парень в его руках такой горячий и податливый, самостоятельно проявляющий инициативу, что у Уиллера голова кружится от всего, что происходит сейчас.  И от десятипроцентного дешевого пива, которого он выпил, мягко скажем, немало.  Мысли в его голове не останавливались ни на секунду после разговора с Макс, и чем ближе он был к дому, тем громче звучало в голове «это неправильно». Майк жил в мире, где мальчики любили девочек, а девочки любили мальчиков, и никак иначе.  Поэтому, чтобы заглушить эту начинающую подбивать его мысль, он решил накидаться. С кризисом своей ориентации он разберется позже. Но, когда Уилл пришел к нему такой разбитый, Майк понял - он пришел не просто пожаловаться или потусить вместе. Он пришел за помощью, как было всю их жизнь, прожитую в дружбе - Байерс всегда искал защиту у Уиллера, даже если опасность уже миновала.  Это осознание кольнуло сердце Майка, когда он смотрел в глаза Уилла, стирая кровь с его носа.  Это осознание вкупе с алкоголем заставило сделать его то, что он сделал.  Коснувшись губ Уилла, Майк словно разбился на миллион осколков. Разбился и собрался снова - ради того, чтобы почувствовать, как Уилл смелее прижимается к его губам в ответ, и в моменте это ощущалось правильнее всего. Это ощущалось, как единственное, что действительно имело смысл в жизни Майка. Майк Уиллер был стопроцентным гетеросексуалом. Был. В его голове не осталось мыслей. Все внимание Майка было сосредоточено на Уилле - на его губах, на его мягких волосах, от которых всегда пахло хвойным шампунем, на его шее, чуть солоноватой после учебного дня. Губы Уилла были мягкими и податливыми, с привкусом крови, и это было странное сочетание. Это было не так, как в поцелуях с Эл. Губы девушки всегда были с легким привкусом вафель, иногда - вишни, когда она пользовалась бальзамом. Уилл же был на вкус как самая настоящая сила. Как храбрость перед лицом целого мира. И это сводило Майка с ума - то, как Байерс отличался от того опыта, что был у него прежде.  Словно яркое пятно на черно-белой картине, Уилл все крепче въедался в сознание Майка.  Желание овладеть Уиллом, присвоить его, не выпускать, не позволять никому больше прикасаться к нему - было сильнее, чем возможность Майка контролировать это.  После новости о том, что новая подруга шатена - лесбиянка, Майк расслабился. Это не означало, что она не могла понравиться Уиллу. Но в словах друга Уиллер не услышал ни намека на смущение, сделав определенные выводы, и все равно решил оставить свою метку - чтобы точно наверняка.  От стона Уилла Майку захотелось умереть. Это прозвучало, как зеленый сигнал, дававший ему возможность опуститься, ложась на парня всем телом, задыхаясь от чувств, когда стояк Уиллера уперся в зажатый джинсами стояк Байерса.  О, он действительно тоже хотел его.  Неправильность происходящего все больше давила на пьяный мозг Майка. Собственно, на то он и пьяный, чтобы игнорировать это.  Спустя пару минут они стояли у стены, Майк зажимал Уилла, беспощадно лапая его бедра, и если бы он знал, что шатен так развратно закинет на него ногу, он бы купил обратный билет из рая, ведь после такого невозможно просто вернуться в реальность.  Это просто не-ре-аль-но.  Майк очень сильно хотел своего лучшего друга.  Друзья не должны хотеть друг друга в этом плане.  Борясь со смешанными эмоциями, Уиллер продолжал имитировать толчки куда-то в бедро Байерса. С каждой секундой ему хотелось либо кончить, либо умереть на месте, потому что это-мать-вашу-его-лучший-друг.  Майк в ловушке.  Он периодически прикрывает глаза, пытаясь представить на месте Уилла какую-нибудь девушку, чтобы было, чем оправдаться, если он все-таки изольется в шорты. Но спустя секунду его глаза вновь открываются, и, боже, Уилл самый красивый из всех, кого он когда-либо знал.  Все.  Это крах.  Уиллер сдается, содрогаясь бедрами, протяжно выдыхая имя Байерса куда-то в его губы и крепко сжимая руками его задницу.  Пообрабатывали раны и хватит. Силы Майка покидают его почти сразу после нахлынувшего оргазма, и он чуть ли не падает на Уилла, который удерживает его, кладя темноволосую макушку на свое плечо и гладит его по волосам. Майк бы задумался о том, как это мило, если не страх от того, что только что произошло.  Он буквально кончил, трахая ногу Уилла, как собака?!  Поглаживая его по волосам, Уилл мелко трясся. Майк не знал, из-за чего - из-за до сих пор не отпустившего возбуждения (в отличие от Уиллера, у Байерса все еще были довольно сухие штаны), или из-за шока от всей ситуации. «Вот дерьмо», - думает Майк, не зная, как теперь выпутываться из этого всего.  - Я хочу спать, - тихо говорит он, отлипая от Уилла и стараясь прикрыть руками пятно на шортах.  - Пошли, - соглашается Уилл, смотря куда-то глубоко в душу Майка. Второй не понимает, как читать этот взгляд. Он боялся, что Уилл оттолкнет его.  Парни поднялись в комнату Майка, которой сразу достал себе шорты для переодевки и Уиллу шорты и футболку. - Майк, ты точно хочешь спать? А то сейчас всего семь часов веч… - Я буквально отрубаюсь, - перебил Майк, запрыгивая под одеяло и накрываясь почти с головой. - Если хочешь, можешь поиграть с Холли, она будет рада. - Но… - Ночи, Уилл.