Mistletoe miracle

      Время тянулось крайне медленно с момента того страшного землетрясения, что настигло Хоукинс в конце марта. Счастливчики успели бросить все и уехать как можно дальше от этого проклятого места, а сильнейшие оказались оторваны от внешнего мира и запертыми в карантине. Вечные медосмотры, оглушающий рев военных машин, оплакивание погибших и пропавших никак не давали тревоге и ужасу отступить, но постепенно жизнь начинала возвращаться в прежнее русло.       И вот уже близилось Рождество. Даже несмотря на то, что чувство праздника и радости будто навсегда покинуло некогда ничем не примечательный городок в штате Индиана, в сердцах людей ещё теплилась надежда, и многие, пусть не показывая этого, ждали того самого Рождественского чуда. Ведь должны же когда-нибудь все напасти, одолевшие Хоукинс за последние годы закончиться?       Это Рождество было первым для Байерсов, спустя год, проведенный вдали от Хоукинса, и в тоже время первое совместное празднество не в маленьком семейном кругу. Никто и подумать не мог, сколько сюрпризов оно было готово принести в тихий, до недавнего времени, дом семьи Уилер.       Доброе сердце Карен Уилер не смогло оставить Джойс Байерс, женщину, на долю которой выпало столько испытаний, в беде. Поэтому с тех пор две семьи жили под одной крышей. Всё шло относительно неплохо, хотя не все быстро привыкли к новому положению дел: суете, бытовым ссорам, бесконечной толкотне и очередям в ванную. Но плюсы все же были. Например, Джонатан и Нэнси смогли проводить больше времени вместе, что после года разлуки намного улучшило их отношения. На удивление быстро общий язык нашли и младшие члены семей. Холли и Уилл как-то убирались вместе на кухне и, к огромному удивлению старшего, обнаружили, что у них довольно неплохо получается ладить. Холли много спрашивала про Д&Д, а Уилл с удовольствием объяснял ей правила, описывал героев, их способности и иногда даже рисовал персонажей из книг, про которые девочка ему рассказывала. Нэнси как-то поделилась с Майком, что Холли, кажется, влюбилась в Уилла. Майк не воспринял это всерьёз, но где-то в душе он почувствовал тот самый противный укол ревности. Ведь раньше Уилл дарил свои рисунки только ему. Глупости. Уилер точно не собирался отвоевывать своего лучшего друга у собственной девятилетней сестры. Наверное.       Дружба Майка и Уилла тоже наладилась и крепчала, чего нельзя было сказать ещё несколько месяцев назад. Помимо школы, собраний партии и подготовок к вылазкам с Хоппером и Оди, они часто зависали в комнате Майка, чтобы делать уроки, читать комиксы. Казалось бы, такие обычные дела, но почему-то вместе с Уиллом было все в радость, вопреки усталости или плохому настроению. И когда они засиживались допоздна, Уилл ночевал в комнате Майка, а не в подвале с Джонатаном, чтобы не разбудить домочадцев. Уилеру было легче, когда он знал, что Уилл в безопасности. Он понимал, что не вёл себя подобным образом с Дастином и Лукасом, когда Байерсы переехали. Но сейчас ему все казалось совершенно нормальным, как будто так было всегда.       Перевалило за середину декабря, но атмосфера праздника как будто провалилась в расселены, искромсавшие город, и осталась на той стороне. Майк старался держать под контролем успеваемость в школе, что казалось совершенно бесполезным, когда вот-вот должен был наступить чертов конец света. Но это также служило небольшим напоминанием о нормальной жизни подростка, которому не нужно спасать близких и весь мир. Которым, что Майк иногда забывал, он являлся. Планирование вылазок в Изнанку отнимало много сил и времени, потому что права на ошибку у них не было. Что у ж говорить о том, чтобы помнить о чем-то далеком, как праздники.       Он вернулся домой после успешно сданного теста по испанскому. Было удивительно тихо, он прошел в гостиную, как вдруг его взгляд зацепился за календарь: «24 декабря» гласила красная надпись. Сегодня сочельник. Вот черт. Он хотел было позвать маму, открыл, но сразу же закрыл рот: Карен уснула на диване. Бокал с остатками вина стоял на журнальном столике. Обычно она редко так делала, ведь предпочитала более утонченные способы отдыха. Сейчас на неё свалилось слишком много дел по дому.       На Майкла накатило чувство огромного стыда: как он не заметил этого раньше? Какой же он сын после этого? «Хорошо, что Холли начала делать подарки ещё месяц назад, — подумал парень. Младшей сестре очень нравится Рождество, поэтому она постоянно напоминала Майку об этом. — Черт, она же так готовилась, должно быть, ужасно расстроится. Надо сделать что-нибудь».       Ему в голову пришла идея: украсить дом, чтобы дать родителям отдохнуть и порадовать Холли. К счастью, все дети оказались дома, и предложение Майка их воодушевило. Нэнси, Холли и Уилл дружно спустились в подвал, чтобы достать коробки с украшениями и гирляндами, а Джонатан и Майк прихватили из гаража лестницу. Работа закипела. Девочки оборачивали мишуру вокруг лестницы, развешивали красные банты. Уилл повесил на входную дверь большой венок, пока его старший брат и лучший друг распутывали гирлянды. Джонатан невольно содрогнулся, при виде разноцветных огоньков, вспомнив, как мама завесила ими весь дом, чтобы найти Уилла. Однако теперь, когда он находился рядом с близкими, дурные воспоминания уступали место новым приятным моментам. «Новые моменты… Точно! Как я мог забыть?», — подумал Байерс и побежал в подвал.       Повезло, что прошлой зимой Тэд решил купить искусственную ель вместо настоящей. Уилл и Майк довольно быстро расправили ветви, иногда соприкасаясь руками друг с другом и каждый раз неловко извиняясь. Холли принялась наряжать дерево шарами, маленькими Сантами и серпантином, а парни помогали ей там, где она не могла достать из-за роста. Наконец, оставался последний штрих: Уилл посадил Холли на плечи, чтобы она могла достать до самой макушки ëлки и надеть звезду. Майк невольно засмотрелся: это выглядело поистине волшебно, и именно в этот момент он жалел, что не умеет рисовать также хорошо, как Уилл, потому что он бы хотел сохранить этот момент во всех красках. Но тут раздался щелчок фотоаппарата, выведший Майка из оцепенения — Джонатан вернулся, чтобы запечатлеть кадр. От неожиданного звука ребята испугались, Уилер не знал, за кого хватать, чтобы никто не упал и обнял Уилла, придерживая сестру рукой за спину. От такой быстрой реакции Майка на меткий фото выстрел Джонатана и неловкой близости положения парней все рассмеялись. Уилл и Майк, слегка покраснев, но не скрывая нежной улыбки, переглянулись.       Вскоре проснулась Карен, она была крайне удивлена и благодарна детям за такой подарок, как и Джойс, которая какраз вернулась после работы. Даже Тед Уилер был в приподнятом настроении! Работа по возвращению Рождественского духа подходила к концу, друзья убирали оставшиеся игрушки в коробки. Уилл шутливо накинул неиспользованную мишуру Холли на шею: — Вполне может сойти за Ожерелье молитвенных четок, Холли Отважная. С его помощью ты можешь использовать магию и кастовать заклинания, правда, Майк? — Да, Уилл Мудрый, а если надеть вот так, — Майк скрутил её спиралью и, улыбаясь, надел сестре на голову. — То это будет Шапка маскировки. — Ой…смотрите, смотрите, — прошептала Холли, показывая на Нэнси и Джонатана. Они сидели за столом и целовались, а над ними висела веточка омелы. — Фу… — одновременно сказали Уилл и Майк и поморщились. Нэнси, не хотя, прервала поцелуй и закатила глаза. — Боже, ребята это всего лишь омела! Сегодня сочельник, в конце концов, — улыбался Джонатан — Где вы вообще взяли еë? Мне казалось, мы не доставали ничего…такого из коробок… — Кто знает, — слегка грустно улыбаясь, ответила Нэнси. — Просто завалялась где-то… Знаете, это же символ любви, а если проигнорировать омелу — жди беды, а мы все натерпелись за этот год всякого. Лучше перестраховаться, — Нэнси напоследок чмокнула Джонатана в губы. — Пойду помогу маме и миссис Байерс накрыть на стол. Нэнси вышла из гостиной, вслед за ней ушёл и старший Байерс. — Это было рождественское чудо!.. — прошептала Холли. — Да уж, Холли, — Майк поправил на ней шапку из мишуры. — Но я ждал чего-то покруче омелы, может эльфа? Кстати об эльфах, тебе пора класть подарки для родителей под ëлку. Холли опомнилась и поспешила к себе в комнату. Майк, выдохнув, оперся на столешницу совсем рядом с местом, где недавно сидела Нэнси. — Я знал, что не ошибся, вернее, Оди не ошибалась, когда просила нарисовать картину. — Уилл подошел и встал рядом с ним. — А? О чем ты? — О том, что ты — сердце. Без тебя этого всего не было сейчас. Ты вдохновляет, ведешь за собой. Это завораживает. — О… Брось, Уилл… это не так. Я… я вёл себя, как мудак весь год, ты это прекрасно знаешь. Забыл про твой день рождения, про сегодняшний день тоже почти забыл, пока не увидел календарь. Это меньшее, что я мог сделать, чтобы порадовать родителей, Холли,… тебя. — Хэй…не говори ерунды, — Уилл слегка толкнул Майка в плечо. — Я на тебя не сержусь, а Холли в восторге, я уверен. — Я рад, что вы хорошо поладили. — Вы очень похожи, чтобы ты знал. Кстати, мне всегда было интересно, каково это, справлять Рождество в большой семье. Там в Леноре, с мамой, Джонатаном и Оди было классно, но сейчас все по-особенному. Спасибо, что разрешили нам остаться, — они столкнулись взглядами, но не спешили отводить глаза. — Уилл, у меня есть подарок для тебя. — на этих словах Майк достал из кармана небольшой свёрток и протянул другу. — Ох, Майк… — развернув, он увидел кассету и маленький рисунок, на котором были нарисованы два мальчика на качелях. На глаза навернулись слезы. — О, Майк… — Я знаю, что Оди не просила рисовать тебя. Спасибо… И… я не очень хороший художник, но мне помогала Холли, так что… так что вот. Счастливого Рождества, Уилл!       Он поднял глаза на Уилла, зрачки бегали из стороны в сторону, пару секунд он усердно что-то обдумывал. Вдруг он подался вперед и оставил поцелуй на щеке Байерса. Тот от удивления открыл рот, подбирая слова: — О… О, — его внимание привлекла веточка над головой Майка. — О, омела! Майк поднял голову и убедился в этом, рот растянулся в улыбке — Ага… Уилл взял лицо Майка в свои руки и тепло посмотрел ему в глаза, после чего приблизился и нежно поцеловал Уилера в губы. Медленно оторвавшись, он прошептал: — Счастливого Рождества, Майк!              Холли, спрятавшись за углом искренне радовалась «чудесам». Ведь, как говорится, люди сами творцы своего счастья, просто иногда не помешает помощь «сердца» и припрятанной веточки омелы.