Рекомендация

— Господин Шэнь?       Гао Ту смотрит настороженно, вопросительно приподняв бровь. Поведение пациента вводит его в ступор, совершенно не подчиняясь канонам медицинской этики.       Шэнь Вэньлан слишком уверен в том, что останется безнаказанным. Разумеется, пользуется этой уверенностью, когда подходит непозволительно близко к столу врача, наклоняясь вперед. — Ваши методы не работают, Гао Ту. Мне нужно что-то куда эффективнее этих дурацких таблеток и пластырей.       Гао хмурится сильнее, отодвигая кресло от края рабочего стола. Ему не нравится буйство этого пациента. Не нравится излишняя уверенность и непозволительная близость. Хотя насчет последнего еще можно поспорить. Особенно когда в воздухе начинает набирать обороты призрачный Ирис, окутанный аурой доминирования. И на него хочется ответить своим холодным, отрезвляющим Шалфеем, чтобы перестал зазнаваться, услышав запах феромонов не просто омеги. Доминантной омеги, что имеет доступ к его медицинской карте. — Ваше расстройство не лечится быстро, и вы это знаете. Не хотите ждать, найдите себе уже постоянного партнера. Альфа S-класса переносит период гона легче с постоянным партнером, а не с временным. Вам нужна связь. Глубокая и доверительная.       Вэньлан хищно усмехается, почти облизываясь. Явно хочет что-то еще сказать, пробегаясь взглядом по напряженной фигуре врача, но не решается портить итак хрупкую субординацию окончательно. К этому они придут за пределами этого кабинета. — Спасибо за совет, док. Я подумаю над вашим предложением.

***

      Посреди ночи его разбудил звонок на рабочий телефон. Условная договоренность с пациентами о возможности связаться с ним в любое время суток. Хотя за все время его практики, так поздно ему звонили лишь дважды. Тогда речь действительно шла не на часы, а на минуты. Так что быстрый подъем — прямая должностная обязанность, да только номер на экране телефона не подписан, что странно. Всех своих клиентов он добавляет в телефонную книгу сразу же, как берет на лечение. Так эффективнее и проще вспомнить медицинскую карту звонящего. Но сейчас на часах два часа ночи и сорок пять минут. Обладатель номера явно взял его у кого-то. А значит осознает, кому звонит. — Алло.       Он все же снял трубку, потирая переносицу. Дремота не спала мгновенно, теперь слегка мешая сосредоточиться. Голос на том конце провода почему-то излишне спокоен и совершенно незнаком. — Доктор Гао Ту, верно?       Легкое раздражение мурашками прошлось по спине Гао Ту. Слишком поздний звонок, слишком странный абонент. — Да-да, это я. Что-то случилось? Кто вы?       Но в этот раз, видимо, уловив тщательно скрываемое доктором раздражение, медлить не стали. — Ваш пациент, Шэнь Вэньлан, без сознания. Приходит в себя только на короткий промежуток времени, но даже в такие моменты бредит.       Гао Ту напрягается, окончательно скидывая в сторону одеяло и вставая с кровати. Неосознанно сильнее прижимает к уху телефон, придерживая его плечо, параллельно стягивая пижамную футболку. — Что с фоном феромонов? — У него гон, Господин Гао. Преждевременный, если я правильно помню даты.       Действительно, Гао Ту помнит, что до гона этого пациента еще минимум полторы недели. Лекарства не должны были вызвать такой всплеск гормонов, значит присутствовало вмешательство внешнее. — Вы его партнер? Процесс вызван вашими феромонами?       Накидывая на себя свитер, он слышит в трубке лишь тихий смешок. Хмурится от такого несерьезного отношения к проблеме. Кем бы этот человек не был, но он звонит врачу. Значит, должен понимать, что речь о серьезной проблеме. — Господин Гао, я его близкий друг. Между нами нет связи, мои феромоны на него не влияли. Он не виделся ни с кем вне работы и больницы.       На секунду в голове пролетает назойливая паранойя, подкрепленная воспоминаниями. Они виделись ни так давно, прием Вэньлана был буквально дня три назад. Если исходить из симптомов, которые описывает этот загадочный друг, то гон наступил дня два назад, но Шэнь не сообщил. Идиот, думал, что пронесет, не иначе. Подхватывая рабочую сумку и удобнее перехватывая телефон в руке, Гао Ту выходит из квартиры, спешно закрывая дверь на ключ. — Вы ведь омега, Господин Гао. А он Альфа S-класса в гоне.       Собеседник начинает его уже порядком раздражать, а теперь еще и эти намеки на некомпетентность медика. Интересное у Вэньлана окружение. Подстать ему самому. — Мой вторичный пол никак не отражается на моей работе. Лучше проследите, чтобы он не навредил себе. Я буду через двадцать минут.       Откинув телефон на пасажирское кресло своего старенького авто, Гао Ту выдохнул раздраженно, заводя мотор. Лишь тронувшись, он вспоминает, что в спешке не проверил, есть ли в сумке нужная дозировка подавителей. Приходится резко затормозить на выезде со двора, благо в такой поздний час никто не сигналит ему в бампер.       В сумке оказывается всего две ампулы, тогда как Альфе высшего класса с феромонным растройством во время гона нужно минимум три, если он не планирует связь со своим партнером. Приходится надеяться на то, что этот загадочный друг — омега. Успокаивающее феромоны сейчас будут как нельзя кстати. И все-таки противный червь снова проскальзывает где-то под кожей. Если у Вэньлана нет романа на работе, значит такую вспышку гормонов вызвал он, Гао Ту, когда позволил своим феромонам проявить себя, пускай и в защитной позиции. Доминантная омега способна вызвать преждевременный гон у альфы любого класса, это знает любой студент. Допустить такое — непростительная врачебная ошибка. Он должен был держать себя в руках, но неосознанно воспользовался диагнозом пациента. Господи, идиот. Как только покончит с этим, придется передать историю болезни Шэня другому специалисту.       До дома пациента он добирается быстрее, чем расчитывал, нажимая на газ с каким-то особенным чувством долга. Долга и легкого страха, что что-то пойдет не так.       И все действительно идет не так с самого начала.       Дверь ему никто не открывает даже спустя пять минут непрерывной трели входного звонка. На вызов по номеру телефона тоже не было ответа. И Гао Ту мог бы уже уехать, плюнув на все, но беспокойство и врачебный долг не дают ему просто так уехать обратно. Он с силой прикладывается к двери плечом, та поддается, и в нос врача ударяет волна неконтролируемого Ириса. Внутри завязывается тугой узел страха и природного инстинкта, но он глубоко вдыхает воздух с улицы в последний раз, собравшись и сделав шаг в помещение. Дверь за собой закрывает, после нащупывая выключатель. Свет больно ударяет по глазам, а картина, что он открыл, заставляет лишь внутренне сжаться. Кругом разгром страшнее, чем последствия землятресения. Разбитая посуда, ошметки одежды, куски поломанной мебели. Расстройство феромонной железы имеет ужасные последствия, если затянуть с исполнением рекомендаций врача, а Вэньлан, судя по разбросанным, но почти целым пачкам таблеток, избегает лечения уже очень давно. Внутренний голос говорит о том, что отсюда нужно бежать, он не сможет контролировать своего пациента, а это уже опасно для его собственной жизни, но не для этого он посвящал себя клятве помогать людям.       Голова кружится от такого количества феромонов, но просто так уехать он не может. Пациента находит в гостиной на диване. Он действительно без сознания, но его железа продолжает неистово пульсировать, выделяя еще больше феромонов. Жестких, удушающих. Тело омеги не может не отзываться, но прохладный Шалфей выжидает более подходящего момента. Если выпустить его сейчас, то ввести лекарство в пациента будет уже невозможно.       Гао Ту осторожен в каждом своем шаге, но и не медлит больше. Оставляет сумку с рабочими материалами на журнальном столике, доставая оттуда пару перчаток. Вэньлан дышит тяжело, но пока никак не реагирует на звуки вокруг. Глаза под его веками бегают туда-сюда, пальцы рук дрожат в треморе. Гао натягивает респиратор на лицо, но тот не слишком помогает, концентрация запахов все равно высокая. Но набрать подавитель в шприц все же выходит без особых проблем. Отточеным за годы движением он смачивает вату спиртом, протирая иглу и место для будущего укола на жилистой руке Вэньлана. Его вены набухли от давления, но страх не попасть все равно набирает обороты. Впрочем, он не был бы хорошим врачом, если бы действительно не смог сделать грамотно укол даже в такой ситуации.       Препарат стремительно исчезает в напряженном организме, но его дозировка мала. Вторая ампула уходит под кожу так же быстро и четко, как и первая, но он знает, что и этого недостаточно. В помещении нет запаха другой омеги или хотя бы альфы. Никого, только плотный, тягучий Ирис, просачивающийся через маску на носу в его тело. К нему под кожу. Остается лишь один вариант, рискованный, но буквально единственный. Прохладный Шалфей медленно растекается туманным облаком по комнате, заполняя собой пространство уверенно, плавно. Его цель — укротить, усмирить. Подчинить. И дыхание Шэня действительно выравнивается, становясь спокойнее, а настойчивый Ирис сдается, снижая свою концентрацию.       Гао Ту снимает респиратор, сев у дивана на пол и шумно выдохнув. Состояние пациента начало стабилизироваться. А значит можно снизить уровень адреналина в собственном теле. Он позволяет себе расслабиться       Пока не чувствует чужую хватку на своем запястье.