сломанный и послушный.

оскар не успел полностью выпрямиться на коленях — тело все еще тряслось так, будто его выжали изнутри. джордж провел взглядом по нему сверху вниз, медленно, оценивающе, и угол его губ едва заметно дернулся. — ты посмотри на себя, — произнес он не громко, но так, что у оскара внутри все провалилось. — весь блестишь. мокрый. расползшийся. он наклонился и провел пальцами по углу губ оскара — нажал чуть сильнее, заставляя того открыть рот. слюна вытекла сразу, потянулась тонкой теплой нитью вниз. — даже рот держать не можешь. какая жалость. какая очаровательная, грязная шлюшья жалость. оскар попытался проглотить, спрятать, хоть немного собраться — но только хрипло всхлипнул, и из-за этого слюна побежала еще сильнее, стекла на подбородок и капнула на его рубашку, оставив темное пятно. джордж схватил его за лицо — резко, большим пальцем сжав щеку так, что она продавилась внутрь. — смотри на меня. оскар сразу поднял глаза. слезы снова скопились, блестя и дрожащими. — вот так, — джордж наклонился ближе, их носы почти соприкоснулись. — теперь открой рот шире. оскар попытался. губы дрожали. воздух выходил рваными, мокрыми вдохами. слюна стекала непрерывно — по губам, подбородку, вниз по шее, оставляя влажные дорожки на коже. — ты понимаешь, как это выглядит? ты выглядишь как… — он наклонился к самому уху оскара, голос опустился до шепота, но от этого стал в десять раз хуже, — …как моя маленькая, дрожащая, слюнявая вещь. оскар выдохнул резко, коротко, почти сорвавшись на стон. щеки горели. глаза снова наполнились слезами. джордж взял его за затылок — крепко, так что пальцы почти впились в кожу — и заставил вытянуться чуть выше на коленях. — руки за спину, — велел он. — покажи мне, насколько ты готов быть моим. голос был тихий, спокойный. опасный. оскар послушался. руки ушли назад, и весь вес тела перешел на колени, которые мгновенно начали ныть, но он даже не думал жаловаться. он дрожал, как будто его держала одна сила — джордж. и это джордж видел. — смотри, как ты течешь, — он ткнул пальцем под подбородок, размазывая слюну. — даже просто от того, что стоишь на коленях передо мной. он чуть наклонился. — грязная шлюха. у оскара сорвался звук — не слово, не всхлип, а что-то глухое, хриплое, почти умоляющее. джордж провел пальцем по его лицу, медленно, опускаясь от слезы к подбородку, смешивая все в одно влажное пятно. — посмотри, насколько ты мокрый. и все это из-за меня. он сжал его затылок еще сильнее. — и ты хочешь еще, не так ли? оскар даже не успел ответить — только кивнул. резко. судорожно. слезы сорвались в тот же момент. джордж усмехнулся. оскар уже стоял на коленях слишком долго — ноги дрожали, ступни немели, дыхание сбивалось на короткие, мокрые, хлюпающие вдохи. губы все еще были приоткрыты, потому что рот уже давно не слушался его. джордж ходил вокруг него медленно, размеренно, почти лениво — и от этой неспешности оскар чувствовал себя еще хуже. еще слабее. еще более отчаянно. — ты дрожишь так, будто сейчас разорвешься. джордж коснулся пальцами плеча — легчайшее касание, но у оскара сорвался влажный, сдавленный всхлип, будто его ударили. — скажи, чего ты хочешь. оскар попытался вдохнуть, но воздух снова застрял в горле. он открыл рот — чтобы ответить — но только выдохнул что-то хриплое, бессвязное: — я… я… а… мм… — больше слюны, чем слов. она потекла сразу — горячая, стекающая по нижней губе. он всхлипнул снова, пытаясь выговорить хоть что-нибудь. джордж взял его за волосы — не резко, просто поднял голову, заставив оскара смотреть вверх, как нашкодившего щенка. — чего. ты. хочешь? — каждое слово тихое, но выверенное, и от них у оскара внутри все сжималось. он всхлипнул, губы дернулись, дрожащие, мокрые. — п-п… — он попытался выдохнуть слово, но оно сломалось, растворилось во влажном мокром звуке в горле. — п-пожал… пожалуйста… джордж поднял его лицо еще выше, заставляя смотреть прямо ему в глаза. — еще раз, — шепнул он. — четче. оскар попытался. весь собрался, будто пытаясь удержать дыхание в руках. губы сомкнулись, дрожат, он выдохнул: — пожа—… — сорвалось. еще попытка: — пожа… луйста… — голос на грани всхлипа. — я… я х-хочу… — и тут все сломалось. джордж удержал его за затылок, не давая опуститься полностью. — хочешь? — джордж наклонился к уху, голос стал низким и почти ласковым. — скажи. хотя бы попытайся. оскар всхлипнул так жалобно, что воздух дрогнул. его руки дрожали за спиной, пальцы цеплялись друг за друга, чтобы хоть как-то удержаться. он поднял взгляд, весь мокрый — рот, щеки, подбородок. — я… — вдох. — я… тв… твой… — и он сам испугался, насколько тихо и сорванно это прозвучало. — твой… пожалуйста… — уже почти не разобрать, но джордж услышал. пальцы джорджа сжали его лицо — большим пальцем он сдвинул слюну с его нижней губы. — вот теперь это просьба, — прошептал он. — мокрая. сломанная. моя. оскар выдохнул звук — не слово, не стон, что-то между ними, от чего его всего согнуло вперед. и только после этого джордж наконец позволил ему чуть опустить голову — ровно настолько, чтобы это выглядело как просьба, которую он позволил сделать.