Снежинки в твоих волосах

      В доме царила тишина, такая, какая бывает лишь раз в год, первого января. Сквозь плотные шторы пробивался яркий свет первого утра наступившего года. Вчерашняя вечеринка, организованная их общими знакомыми, удалась на славу, в меру шумной, максимально комфортной и неожиданно тёплой.       Чонгук проснулся первым. Он лежал на чужом, слишком мягком диване в гостиной, чувствуя себя немного помятым, но на удивление умиротворённым. Он медленно поднялся, стараясь не разбудить никого, кто удобно устроился по соседству.       Его единственной целью была кухня. Хотелось пить и кофе.       Он бесшумно проскользнул в ванную, а после уже оказался на кухне заметно подбодрённый. На столе аккуратным рядом стояли пустые бокалы, а в остальном было чисто и прибрано. Чонгук потянулся к шкафу, чтобы достать себе стакан, когда услышал тихий шорох за спиной.       Он обернулся и замер.       Там стоял Тэхён. Он был в слишком большой для него, тёмно-зелёной пижаме, а его волосы, обычно аккуратно уложенные, сейчас находились в состоянии лёгкого беспорядка. Он явно только что проснулся, и его глаза ещё были полуприкрыты.       Они смотрели друг на друга в полном молчании. Сцена была абсурдно неловкой: два взрослых человека стоят в тишине, посреди чужого дома, после того как вчера они умудрились поцеловаться ровно в полночь, прямо под грохот фейерверков. Чонгук опустил стакан.       — Доброе утро, — прошептал он, чувствуя, как жар приливает к щекам.       Тэхён моргнул, его взгляд медленно сфокусировался, и его тоже вдруг окатило воспоминанием и... Неловкостью...       — Доброе… — его голос был хриплым и тихим. Он судорожно забегал глазами по кухне, ища спасительное хоть что-то, лишь бы не молчать дольше положенного.       — Не надо, — Чонгук сделал шаг вперёд, мгновенно позабыв, зачем он сам тут оказался. — Всё в порядке.              Тэхён слабо улыбнулся. Чонгук медленно поднял руку и осторожно убрал с его лба прядь волос.       — С Новым годом, — проговорил он совсем тихо, чтобы слышно было лишь одному единственному человеку, и нежно притянул Тэхёна к себе за талию, обнимая тёплое и расслабленное после сна тело.       Тэхён выдохнул, и это был звук облегчения. Он подался вперёд, прижимаясь лбом к плечу Чонгука.       Они простояли так несколько долгих, молчаливых секунд, в центре чужой, хаотичной кухни, совершенно не думая о спящих вокруг людях. Это было их утро, их новое начало, их первое утро нового года вместе, начавшееся с обещания, что всё обязательно будет хорошо.