Сеул. Рождество. Два нищеброда.

Темно-сизое покрывало позднего вечера, лениво опускалось на Сеул, погружая его тесные улицы в сумеречную завесу, усеянную рыжими огнями фонарей. Город получил своё второе пробуждение, высвобождаясь вновь, в виде снующих и искромётно смеющихся компаний молодежи, запутанного ожерелья из автомобилей застрявших в пробках вечернего час-пика, и неоновых рекламных вывесок приуроченных к грядущему празднику Рождества. Чонгук сидел в лоджии на старой микроволнке, и закинув ноги на перила, он пускал табачный шлейф в сторону растущей луны. Полифония уличного гула, сотканного из автомобильных гудков, разномастных людских голосов, сигнализаций, смешивалась с утробным урчанием стиральной машины, примостившейся на левой оконечности лоджии. Всё это умиротворяло Чонгука, уносило его мысли в тихую и безмятежную даль, где нет ни суеты земной юдоли, ни боли, ни печали, ни арендной платы в полтора миллиона вон за эти "роскошные апартаменты". — Чонгук — раздался голос Тэхена из квартиры — я на улицу выхожу, подкинь мои кроссовки! Этот голос вырвал Чонгука из пелены умиротворения. Отрезвлённым взглядом он очертил пространство вокруг себя: под его рукой был маленький столик с пепельницей и бычками, у правой стены стояла сушилка для белья, под которой штабелями стелились банки из под пива и соджу, которых они планировали сдать, когда накопится много, наконец у левой стены дребезжала стиралка над которой на верёвке болталась пара сушащихся кроссовок. — Ты чё там уснул что ли — чуть раздраженнее сказал Тэхен — Может тебе сделать приободряющий засосик, а ? — Сейчас — воскликнул Чонгук и потянувшись за кроссовками, перекинул их через дверной проём соседу по комнате — Твои дружки в гей-клубе от спида передохли, что уже на меня перешел ? — Ты я вижу хорошо их знаешь. Ладно, я по магазинам, на новогодний фуршет покупать буду. Не скучай сладенький — Тэхен послал ему воздушный поцелуй и скрылся в узкой полосе входного коридора, после чего хлопнул дверью. — Будь осторожен, смотри под ноги и много не соси — Метнул Чонгук в сторону закрытой двери. Оставшись один, Чонгук вышел из лоджии в гостиную совмещённую с кухней, и взяв глубокий вздох, облокотился об барную стойку. Обсидиановая чёлка наползла на глаза, скрыв их полный глубокого удручения, и возможно некоторой толики безысходности, взгляд ото всего мира. В тонких пальцах парня оказался розовый смартфон увешанный блестящими брелоками. 💖 김태형💖"Только что увидел кота который так похож на тебя. Едва удержался от того чтобы не похитить его себе в подвал" Чонгук хихикнул над сообщением Тэхена и поставил ему сердечко в реакции. Затем он положил телефон дисплеем к столешнице и задумчиво повесил взгляд в пустоту растянувшуюся между ним и стеной кухни. Тэхен щедро сыпал гейскими шутками, ставшими бичом современной молодежной культуры. Но он просто шутил, за его искромётными словечками не стояло настоящих чувств, хотя Чонгук и не мог быть полностью уверенным в этом. С другой стороны Чонгуку своими гейскими шутками приходилось маскировать свою бурю эмоций и чувств. Это был настоящий ураган из горячего воздуха стремительно завихряющегося в пучине окружающего холода. А может быть спящий вулкан, трещавший по швам от накопленной магмы и готовой её извергнуть. Но в общих чертах это было нечто горячее, обжигающее, прожорливое, готовое в любой момент вырваться наружу и съесть то, что ему причитается. Даже не переживая этого в реальности, Чонгук мог визуализировать перед глазами как прижимает Тэхена к кровати, фиксирует своим телом, душит, слушает его хрипы и любуется его синеющим лицом. А потом он в похотливом жесте извращённой пощады разжимает свои руки и лицезреет Тэхена судорожно глотающего воздух в отчаянных попытках зацепиться за жизнь теплившуюся в его вдавленных отметинах на шее. А что его фантазия предрешала ему дальше, даже описывать было страшно. Вот чтобы он сделал, если бы не был столь стеснительным, чтобы признаться ему. Он не знал, отвергнет его Тэхен или нет. Может быть бы он бы мог и принять его чувства, если бы мог услышать их от Чонгука. Но он до сих пор не нашёл смелости признаться ему, ни словом, ни жестом, ни единой мимикой лица. Просто демилитаризованная линия между северной и южной Кореями в миниатюре. В это время на улице К тому времени небо окончательно пребразилось в черный бездонный свод сквозь дырки которой мерцали легионы звёздочек во главе с луной. Печальный же серебристый свет королевы ночного небосвода лился на многоцветный город. Подобно паутине петля узких улочек опутывала город испещрённый мерцавшими вывесками, плакатами и неоновыми надписями так, что за ними полностью тонули фасады домов. В самом же низу копошилась бесформенная масса человеческого народа: дети, студенты, клерки, пенсионеры - всё, что составляло 26 миллионов жителей сеульской агломерации. Среди этой массы неприметно шёл Тэхен - обычный парень из миллионов в этом городе, с каштановыми модно подстриженными волосами прикрытыми синей шапкой с помпоном. Он был в одет черную мешковатую куртку заканчивавшейся чуть выше пояса, белую футболку навыпуск, и расклешенные джинсы с подворотами и смайликами на задних карманах. С телефоном в кармане и наушником в ухе, он шагал по улице которую преобразил дух надвигающегося Рождества, невинного плода нещадной глобализации. Алые и серебристые фонари находили свой отблеск на изумрудной мишуре, свисавшей с витринных карнизов. Среди вывесок ярче всего пестрили надписи "Merry Christmas". У входа в один из кафе мерцала всеми красками стилизованных елочных игрушек, плоский стенд ёлочки - новогодней красавицы в зелёном платье. Возле ёлочки пригнездилось некое подобие аниматроника в обличие Санта-Клауса, качавшего головой и дружелюбно махавшего рукой. Свободным от наушника ухом, Тэхен услышал голоса на повышенных тонах, выбивавшиеся из спокойного океана человеческого галдежа. Он обернулся и его глаза застряли на лицезрении сюрреалистичной картины. Вставшая у обочины машина дорожной полиции с распахнутой дверью. В золотистом мерцании её включенных фар, блестели серебристые полозья саней. Тэхен поднял взгляд повыше, и от удивления его глаза приоткрылись. Эти необычно большие полозья принадлежали большим саням обшитым темноватой тканью, но отражающем свете серебристого каркаса был едва виден их красный оттенок. Задок был необычно высоким и напоминал королевский трон, а бампер закрыт и расшит морозными узорами. Последняя деталь пазла в которой Тэхен и понял общую суть композиции. Четверка оленей, их темная шёрстка, паракдосальным образом, тонула на горевшей всеми ночными огнями улице. Лишь блики их темных и круглых глаз поблескивали во тьме. В голове Тэхена наконец сложилось "рождественские сани". Он перевел взгляд чуть левее и увидел их возможного хозяина. Да какой возможного ? Он был был буквально в красном подпоясанном кафтане, штанах и колпаке с меховой подбивкой. Покачиваясь на пятках, он препирался с полицейским. Деловито держа одной рукой свой внушительный черный пояс, а другой старчески грозя полицейскому, он упорно доказывал свою точку зрения. С другой стороны невысокий и худой старик в полицейской форме, и в прозрачных очках, делавших его глаза еще меньше, что-то записывал в бумажку и что-то бормотал канцеляритом. — Вы нарушаете правила передвижения по дорожной сетке и создаете аварийную ситуацию. Ваше транспортное средство будет эвакуировано на штраф-стоянку — Да какая штраф-стоянка. У меня график, я когда все успею сделать без саней ?! — Дополнительно вы обязуетесь выплатить штраф в триста тысяч вон. — Да вы совсем обнаглели ?! Слушая эту перепалку, Тэхен хихикнул в руку и пошёл дальше, приняв его за какого-то заигравшегося косплеера. Он практически не мог разобрать его черт лица, из-за бороды задёрнутой почти до носа и шапки спущенной до бровей. Полчаса спустя Чонгук валялся в своей тесной спальне три на четыре, лениво ворочаясь на матрасе уложенном прямо на полу, и укрываясь клетчатым пледом, спасавшим его в промозглые декабрьские вечера. Его удрученный скукой взгляд ползал от бесформенной кучи чистой и грязной одежды, нагромождённой в углу, до встроенного шкафа чьи створки кажется вот-вот развалятся от разномастных вещей запихнутых туда в разнобой. Вдруг его взгляд зацепился за джойстик Xbox валявшуюся недалеко от двери. Чонгук вспомнил, что скоро должен закончить миссию "Крылья Свободы" во втором Старкрафте. Он вздохнул и накинув плед на плечи, взял джойстик и вяло потащил свои ноги в гостиную, где был телевизор. Только включив, настроив его и подготовившись к игре, он услышал подозрительный шум из лестничного коридора. Он встал и тихими шагами направился к двери. Звуки напоминали смесь тяжелых и ленивых шагов с шелестом мешка волочащегося по полу. Прислонившись к двери, Чонгук заглянул в глазок. Перед ним простирался коридор H-образной формы, где в середине были блоки с лифтами, а от неё отходили крылья по двумя квартиры каждая. Он замер от удивления - по ту сторону двери устало брёл некто похожий на Санта-Клауса. Шапка съехала набекрень, а крючковатый посох примостился на плече. Иногда он останавливался и бросал в сторону дверей взгляд сотканный из смеси удручения и безысходности. В один момент он присел в углу, у подоконника где росли фикусы и уронил лицо себе в ладони. Чонгук задумался - наверно он бездомный или потерпел какую-то потерю в жизни. А может быть ему просто хотелось напарника по игре, ведь Тэхен всегда был таким занятым, работал чуть ли не круглый год, пока Чонгуку приходилось быть домохозяйкой, приправляющей свой монотонный быть грустными вздохами тоски по часто отсутствовавшему Тэхену. Чонгук открыл дверь и выглянул в коридор. Санта-Клаус поднял взгляд в сторону открытой двери и вздрогнул, слегка приподнявшись и, в тоже время рефлекторно, пытаясь вжаться в стену. Парень гостеприимно улыбнулся ему. — Я здесь только отдохнуть, скоро меня здесь не будет! — Торопливо пробормотал Санта-Клаус. — Будьте спокойны пожалуйста, я не собираюсь причинить вам вред — Обходительно заговорил Чонгук. Первоначальный страх сменился удивлением смешанным любопытством. Клаус расслабленно опустился, продолжая пристально глядеть на Чонгука. — Вы не собираетесь писать на меня репорт ? — Нет конечно, мистер Клаус — Помотал головой Чонгук. Затем он вновь улыбнулся, но уже с застенчивыми нотками — Мне просто показалось что вам нужна помощь... — Помощь ? — С надменными нотками в голосе вопрошал Клаус — Ты думаешь я похож на бомжа с конфискованной тачкой, у которого даже нет денег на проезд в метро ? Чонгук помахал руками перед собой. — Нет, но... всякое ведь может быть... Санта-Клаус взял глубокий вздох вновь наполненный всеми красками печали, одиночества и безысходности. Он смотрел на юношески чистое лицо Чонгука лишь слегка занавешенное, черной подобно воронову крылу, челкой. Этот парень выглядел искренне желающим ему помочь. Хотя многие психопаты или маньяки свиду выглядят такими же, Клаусу было отчасти даже плевать что с ним станет. Была не была. — Ладно ты прав, я очень подхожу под это описание — Чуть ли не шёпотом проговорил Санта-Клаус. — Значит вы принимаете моё приглашение ? — Он застенчиво потыкал указательными пальцами друг об друга. Носитель красного наряда кивнул ему. Спустя несколько мгновений экзотический визитёр уже раздевался в узком входном коридоре типовых сеульских "роскошных апартаментов" Чонгука. Хозяин квартиры выдвинул шкаф встроенный в коридор. Санта-Клаус утрамбовал в него свою уличную одежду. А сапоги вывесили в лоджии над стиральной машиной. Когда визитёр разделся, оставшись в джинсах и свитере, Чонгук узнал в нём Чимина. Это же был его одноклассник ещё в старшей школе он всегда был успешным отличником. Что же с ним пошло не так ? Приглянувшись к нему, Чонгук понял, что Чимин похоже его не узнал. Он облегчённо вздохнул и решил не напоминать ему об этом. Ему не очень хотелось, чтобы Чимин узнал, что его бывший одноклассник живёт в таком сарае вместе с Тэхеном батрачившим за три миллиона вон в месяц. Спустя полчаса они оба играли в Старкрафт, под аккомпанемент медленного потягивания пива. Чонгук выбрал терранов, а Чимин протоссов. На карте строились здания, между ними шли разномастные солдаты воевавшие друг с другом. Жмякание контроллеров оживляло мертвенную вечернюю тишину квартиры. — Может быть с моей стороны невежливо об этом спрашивать, но как ваша жизнь ? — Спрашивал Чонгук, не отвлекаясь от игры. — Не переживай об этом — Пренебрежительно махнул рукой Чимин, сделавший глоток пива — Жил, не тужил, раздавал подарки детям, приходил на утренники. — Сегодня вы тоже куда-то шли ? — Ага, с лицом как будто спал три часа — Усмехнулся Чимин. — Кстати, у Санты-Клауса же всегда есть сани и рождественские олени. Чимин приподнял одну бровь. — И ты думаешь я их через лифт наверх протащу ? Чонгук хихикнул, прикрыв рот джойстиком зажатым обеими руками. — Это раз. А во вторых я сам хотел бы знать, где они сейчас... — С ними что-то случилось ? Чимин глубоко вздохнул. — Ну что-то, на штраф-стоянку за вождение вот под этим — Он демонстративно покачал банкой пива, после чего отпил из него. — Ох, сожалею. Жизнь тяжелая наверно — С каждым годом работы больше — Начал бурчать Чимин — Я конечно люблю детей, но иногда кажется что переутомление просто убивает все позитивные эмоции. — Два миллиарда по всему миру, а когда я начинал их было полтора. — И как вы успеваете так ? — Удивлялся Чонгук. — С волшебными санями я всё мог. А теперь только посох желаний. — Упс, вы теперь ведь не сможете... — Не переживай по этому поводу. Здесь в Корее работы не так много. Все переживают, что рождаемость у вас здесь ниже плинтуса рухнула, но ты ведь уже понял меня, а, а ? — Он блеснул белоснежной улыбкой Чонгук хихикнул. — Вам не нужно много работать здесь ? — А то... приходишь в школу, а детишек сотня едва наберётся со всех классов. Где нибудь на Филиппинах или в Африке мне бы уже проходу не дали. — Рад, что хоть кому-то от этого лучше — С горькой улыбкой выдавил из себя Чонгук. Битва закончилась разгромом Чонгука. Армия протоссов вынесла базу терранов как мусор со двора. Чимин триумфально задрал руку с джойстиком наверх. Чонгук вежливо похлопал ему. — Кстати о тебе — Внезапно переменил тему Чимин. — Да ? — Без тебя я бы так и не знал куда приткнуть свою задницу. Ты это вообщем, спасибо тебе — Проговорил он. Лицо Чонгука засияло в мягкой улыбке. Он закивал ему. — Не за что, мистер Клаус. По правде говоря, я просто сделал то что должен был. — Ну почему-же, мое настроение было ни к чёрту, а теперь я даже вновь готов радовать детишек на утренниках. И я думаю ты имеешь право разок воспользоваться этим хорошим настроением — Улыбнулся Чимин. Чонгук вопросительно промычал. — Обычно подарки на Рождество это что-то вещественное. Но теперь ты можешь пожелать что нибудь и мой посох желаний его исполнит. Но только один раз конечно. Парень задумался. Он думал о плате за квартиру которую они бог знает когда выкупят. О переезде в другую, более комфортную для жизни страну. О вечной и изнуряющей работе от которой порядком утомились он и Тэхен. Его лицо в ту же секунду покрылось пунцовейшей краской, когда он вспомнил о Тэхене. Чонгук вспомнил о чувствах которых он запер в своём сердце, казалось бы навсегда. О неугасаемом внутреннем огне, чьи языки обугливали его сердце, медленно превращая его в тлеющий уголёк. Это было настоящее пламя, боль от которой знал лишь он сам. Тэхен каждый день смотрел на Чонгука, не зная о том, что его улыбка медленно сгорала изнутри, подобно истончавшей и скрючившейся бумаге. Чонгук понял, что должен загадать ему. Его взгляд застенчиво упал вниз. Пунцовая краска и не думала сходить с его лица. С губ сорвались первые слова. — Я хочу чтобы один парень... По имени Ким Тэ Хен... Чтобы он узнал... — Я не думаю, что посох может влюблять кого-то, это очень тонкая вещь — Заартачился Чимин. — Нет, я даже не надеюсь на это. Мне просто нужно... Дело в том, что я очень стесняюсь признаться ему в этом. И я хочу чтобы он узнал о моих чувствах — Застенчиво тыкая пальцами друг об друга, проговорил Чонгук — А дальше пусть он сам решит, как с ними поступить. Чимин задумчиво почесал подбородок. Он взглянул на свой голубой крючковатый посох с белокипенными спиральными прожилками. Опираясь на этот посох, он поднялся и встал в полный рост, разгладив свою бороду которую он давно снял. Он прочистил горло. — Не буду артачиться о том, что в вашей стране это немного не одобряемо. Ты сам и так знаешь, чего хочешь. Будь как пожелаешь — Он слегка покрутил верхушкой посоха, оставившего в воздухе след из мерцающих блёсток. Раздался короткий звон, словно от маленьких колокольчиков. Чимин взмахнул посохом и блёстки разлетелись по всей квартире. Чонгук раскрыл рот в изумлённом "Вау", любопытствующе вертя головой вокруг себя. Чимин издал своё фирменное "Хо-хо-хо". — А для того чтобы закрепить действие моего посоха и своего желания. Ты должен выйти в балкон... ой то есть в лоджию и что есть сил выкрикнуть имя своего избранника. Чонгук обернулся в его сторону с коротким кивком промычал. Он встал и помчался в лоджию. Распахнув створки, он слегка наклонился вперёд и на всю глотку выпалил — Ким Тэ Хе-е-е-е-ен!!! Отдышавшись, он обернулся, чтобы поблагодарить Санта-Клауса, но его не было в гостиной. Обеспокоенный Чонгук стал бегать по всем комнатам но нигде не было и следов рождественского визитёра. Даже сапоги загадочным образом исчезли из под носа. Санта-Клаус просто исчез, сделав своё дело, как и подобает ему во всех сказках. Раздался скрип замочной скважины. Щелкнул переключатель, включивший свет в гостиной. Покачиваясь в такт музыке в наушниках и шагая в развалочку, Тэхен вступил в свои королевские владения двушки. Чонгук встретил его, сидя за столом на кухне, буднчно зависая в телефоне, чей повербанк лежал неподалёку на той же столешнице. Тэхен подступился к нему и улыбнулся совсем по новому. Чонгук заметил тень упавшую на него и понял что сосед по комнате нависает прямо над ним. Его застенчивый взгляд встретился с хищной улыбкой Тэхена. — Это, реально сработало ? — Спросил себе под нос Чонгук. — Что сработало ? — Спросил услышавший его Тэхен. — Ох, это трудно объяснить... — А то что ты орал моё имя на весь Сеул как долбаёб, тоже трудно объяснить ? — Усмехнулся Тэхен. Чонгук мгновенно покраснел от смущения. Он его слышал, он точно его услышал. Конечно, он ведь сам сказал об этом. Значит новогоднее чудо сработало ? Тэхен взял его за подбородок и направил его лицо на себя. — Что-то больно крикливый у тебя ротик, может заткнуть его чем нибудь ? Чонгук недолго думал над ответом и решил не отставать от Тэхена. — Не больно много на себя берёшь, а может твой ротик на толщину проверить, а ? — Я смотрю кто-то тут больно дерзкий пидорасик. С улицы был виден лишь золотистый свет в зашторенном окошке кухни из которой доносились голоса Чонгука и Тэхена оживившиеся новой и невиданной доселе энергией. Так и остался открытым вопрос, было ли это событие рождественским чудом или нет. Но одно известно точно - их отношения больше не будут прежними.