Оправданная паранойя

Не то, чтобы их отношения можно было назвать здоровыми с самого начала.. Просто ребята старались контролировать свое поведение хотя бы на глазах у присутствующих в одной с ними комнате, блин! А потом обнаглели в край. Алфедов не стеснялся устраивать истерики при Альцесте и Секби, рыдая и крича о том, что Санчез ему явно изменяет. И происходило это все, блять, буквально при Санчезе! Он с лицом, выражающим очень странный набор эмоций, стоял и не понимал, что от него хотят. В чем он провинился? И как правильно извиниться, чтобы у параноика голова ещё больше ходуном не пошла. А потом и сам Саша психанул. Начал ругаться на Алфа при Джасте и Пугоде, иногда при самом Модди. Ругался и называл его истеричкой ебаной, тревожником конченным, другим набором малоприятных наименований.. И остальные майншилдовцы смотрели на этот союз странный, не понимая, как им реагировать. Ну вот что делать, если ребята прямо при всех устроили скандал? Ладно, это мелочи жизни. Конфликты бывают в любых отношениях. И это, вроде как, нормально. По крайней мере, до того момента, пока конфликты решаются. Алфедов всегда с улыбкой неуверенной подойдёт, обнимет, и на самое-самое ухо извинение нашепчет. А Санчез подарками дорогими и не очень задарит, желая снеговику весь мир к ногам положить, лишь бы плакать перестал. Подарок Санчеза – мил и заставляет улыбаться. Снеговик с удовольствием обнимает плюшевого котёнка, смакуя каждую шоколадную конфетку, которая достаточно быстро оказывается в ротовой полости, ровно таким же счётом достаточно быстро тает. Только вот, ему все равно немного некомфортно. Нет, ладно.. Ему некомфортно всегда и везде. Единственное исключение – его собственная база, его дом, его Остров Уединения. И буквально с сегодняшнего дня там становится максимально некомфортно. Настолько, что кожу сдирать с рук и ног хочется, рыдая и метаясь меж комнат, пытаясь найти там хоть один, хоть маленький уголочек комфорта. Страшно, невыносимо. Оттого плюшевая игрушка сжимается в чужих руках с новой силой, с каждым разом сильнее и сильнее. Доходит вплоть до того, что снеговик ловит себя на мысли: «А не вылетят ли глазки-пуговки от такого напряжения? » Все возможно, на самом деле. Хорошей ли идеей было запихнуть микро-камеры в те самые глазки-пуговки? Да, однозначно. Однако, будет достаточно обидно, если они вылетят от сжатий. Поэтому, Сашенька надеется, что Алф в скором времени успокоится и перестанет драму ломать. Рука скользит под резинку штанов. Следом – под резинку и трусов. Рукой обхватывается половой орган, который уже стоял и упирался головкой в ткань боксеров. Нет, ладно.. Не то, чтобы Санчез был аморальным уродом.. У него просто были свои особые наклонности и фетиши. И то, что пугало Алфедова до трясучки и очередной панической атаки – очень даже возбуждало самого Санечку. Оттого и хочется хотя бы иногда давать себе разрядку и отдых. Рука скользит по члену слишком умело. Парнишка смотрит в экран компьютера, всматривается в заплаканные красные глаза, в мокрые от слез щеки.. Наверняка они будут солоноватыми? Замечает, как временами и местами мутнеет экран – возможно, это от чрезмерной трясучки в руках снеговика. Будучи в отношениях, парнишки срослись мозгами. Иногда они рассуждали и думали совершенно одинаково. Но это было достаточно редко, как минимум из-за особенностей склада ума и воспитания в более раннем возрасте. Банальная психология и теория работы человеческого.. И снеговичьего.. Мозгов. Санечка душно становится в моменте. Вздыхает громко и рывком одним снимает оба элемента одежды, которые движения сковывали и не давали полную свободу действий. Когда трусы были стянуты до колен, рука могла двигаться гораздо более свободнее, отчего темп и успокоился, и стал в разы приятнее. Санчез чувствовал, как в пах приливает все больше и больше крови, способной заставить его получить те самые эмоции, которые невозможно добиться от обычной половой связи с парнем. Все таки, у снеговика фетиши отличаются куда-то значительнее. Ему нравится нежно и спокойно, тихо и интимно. Но интимно не со стороны самого секса, а со стороны эмоциональной привязки. Санчез не является сторонником нежного полового акта. Ему нравится так, чтобы ноги нижнего дрожали, чтобы кричали оба. Но один – от дикого удовольствия, а второй – от боли и невозможности терпеть такие терзания. Санечка рукой двигает ещё активнее, ещё яростнее. И в моменте дело доходит до такого, что стул, на котором он сидел, начинает скрипеть, намекая на скорую поломку. Все таки, прыгать на предметах мебели настолько интенсивно – так себе затея. Но ему, очевидно, плевать. Алфедов будто чувствует. Игрушку кладет напротив себя и рыдать начинает в голос, лицо пряча в руках и коленях. Ему страшно и неприятно, некомфортно. Он чувствует себя грязным, хотя по факту, не делает ровным счетом ничего. Почему же такое ощущение его преследует? Почему отмыться хочется? Непонятно. Ему. Санчезу же все понятно. И этот кадр становится решающим. Ещё несколько достаточно резких движений вверх-вниз, вниз-вверх и белая жидкость заполоняет чужой кулак. Санечка делает остановку. Дышит шумно, через рот. В голову бьет возбуждение и желание попробовать побаловаться ещё разок. Но понимание, что нужно сделать малюсенький перерыв все таки опережает новые действия. Как только Санчез набалуется, он обязательно сбегает к Алфедову, если парнишка все еще плакать будет. По голове его погладит, пожалеет. И ни в коем случае не расскажет про маленький секрет, который красным, незаметным огоньком мерещится в глазах игрушки.