Flowers blossom by the heat of your hands

— Вау, Вик, это просто шикарно! — едва ли не пропел Джейс, пытаясь со всех сторон охватить взглядом лежащий перед ним на прилавке букет. Охапка нежных лизиантусов, изящно собранная с листьями эвкалипта и пионовидными кустовыми розами, смотрелась особенно эффектно с порхающими у стеблей узловатыми пальцами, которые сейчас как раз занимались последними штрихами — ловко и элегантно перевязывали ветви широкой атласной лентой. — Ты безбожно мне льстишь, — отозвался Виктор низко и вкрадчиво, чётко выверенными движениями обрезая ленту с краёв. — Ну что ты, я бы никогда!.. — начал было Джейс, но его остановили одной лукавой полуулыбкой. — Знаю. Шучу. Всё не привыкну к твоим комплиментам, — Виктор бережно взял букет и протянул, повернув стеблями к Джейсу. — Вот, принимай. Цветы легли в руки чарующей тяжестью. Затаив дыхание, Джейс перевёл взгляд от Виктора к букету и обратно. — Спасибо, — произнёс он, мечтательно улыбнувшись. — Сколько с меня? — Хм-м, дай посчитаю, — Виктор в притворной задумчивости нахмурился, безумно притягательно постукивая по нижней губе указательным пальцем. — Нисколько, — выдал он свой вердикт, пожав плечом, и улыбнулся в ответ. — Вик, нет, — прозвучало больно категорично, так что Джейс примирительно замахал свободной рукой. — Мы это уже столько раз обсуждали. Это же твоя работа, в конце концов. — Это творчество, — улыбка Виктора приобрела иной, по-тёплому игривый оттенок. — К тому же мне нравится собирать букеты для тебя, — облокотившись на широкий прилавок, он подпёр подбородок ладонью, склонил голову набок и заправил за ухо прядь выбившихся из короткого хвоста волос. — Но, Виктор, пожалуйста, я… Джейс эмоционально зажестикулировал вновь, едва не заехав своей ручищей по нежному бутону лизиантуса. Виктор проследил его мельтешение с лукавым прищуром. — Я так не могу, понимаешь? — наконец выдохнул Джейс и перевёл взгляд на букет в поисках хоть какой-то поддержки. — Что же, раз мой клиент настаивает, — тонкие губы растянулись в близкой к коварной улыбке, — я готов принять в качестве оплаты чашку кофе. И булочку с корицей. Вон в том заведении, — Виктор махнул рукой ему за спину. Джейс обернулся и подслеповато сощурился: с его близорукостью давно следовало бы начать ходить в очках или линзах, но он упорно продолжал пользоваться приборами для коррекции зрения исключительно за работой. За панорамным окном красовалась пустующая в это время суток аллея, а на противоположной стороне — Джейс не разглядел, просто знал — находилась милая пекарня, где он сам иногда брал с утра ароматную выпечку. Правда, не с корицей, а с лимоном. — Что скажешь? — спросил Виктор, в быстром темпе постукивая ногтями по лезвию секатора. Джейс поднял взгляд к его лицу. Уголки суховатых губ всё так же оставались приподняты в лёгкой улыбке, которая как будто приобрела беспокойный оттенок. «Что скажешь?» — хотел было переспросить Джейс, но лишь нервно усмехнулся. Да какое тут скажешь! Ему хотелось кричать, петь и скакать среди витрин с цветами, осыпая Виктора согласиями, ведь он сам уже чуть ли не месяц пытался найти предлог, чтобы пригласить этого мужчину выпить кофе. Или чая, или даже пива — это было абсолютно неважно. А тут желанное общество само просилось на встречу. Вместо всех восторженных возгласов Джейсу на нервах удалось выдавить из себя лишь охриплое, но достаточно твёрдое: — Да. Виктор выдохнул и, оттолкнув секатор, сцепил руки в замок. — Когда? — Сейчас? — тут же отозвался Джейс с лёгкой надеждой — у него как раз сегодня был выходной. Виктор прищёлкнул языком и качнул головой. — Я закрываюсь в девять. Если тебе будет удобно… — Мне будет! — Джейс чуть не подпрыгнул, тряхнув букетом. — Я же буквально живу над твоим магазином. — Хорошо, — оттолкнувшись от прилавка, Виктор подцепил висящую на краю трость и, опершись, приблизился. — Я встречу тебя здесь? — Лучше у заведения, — решил Виктор, что-то прикинув. — До встречи. — Да, до встречи, — перехватив букет правой рукой, левой Джейс поправил воротник пальто. — И ещё раз спасибо. Цветы восхитительны. «Но с тобой не сравнятся», — добавил Джейс уже про себя, любуясь лукавым прищуром янтарных глаз очаровательной родинкой на скуле почти откровенно. — Смотри, не захвали, — фыркнул Виктор, махнув рукой на прощание. — Захвалить? — Джейс схватился за сердце в наигранном изумлении под низкий смех Виктора. — Ой, да я ж ещё даже не начал… Из магазина Джейс вышел только спустя полчаса, дрожа от восторга предстоящей встречи. Подумать только, он поведёт Виктора пить кофе! Это, конечно, нельзя было назвать свиданием — в конце концов, Джейс собирался попросту угостить его кофе с булочкой без какого-либо подтекста — но для начала это уже было существенным прогрессом после месяца одних разговоров обо всём и ни о чём одновременно за прилавком цветочного магазина. Нет, разумеется, с Виктором было хорошо и просто общаться. С Виктором вообще было в сто крат лучше, чем с абсолютным большинством джейсовых коллег и немногочисленных приятелей с университета. Мужчины удивительнее, остроумнее и привлекательнее Джейс не встречал и в фантазиях. Даже их знакомство было необычным. Джейс тогда только узнал об открывшемся на нижнем этаже цветочном и решил как-нибудь заглянуть на неделе, но судьба распорядилась иначе: худощавый владелец магазина буквально упал Джейсу на руки тем же утром заодно с парой огромных охапок нераспакованных роз, споткнувшись о собственную трость. Как выяснилось в процессе их плодотворного знакомства — у Джейса была пара лишних часов перед сменой, которую он планировал потратить в спортзале, но в итоге провёл всё свободное время за разгрузкой цветов, — Виктор переехал в центр буквально на днях и сегодня как раз должен был состояться первый рабочий день, но заказанная доставка задержалась на сутки. В итоге Джейс безбожно опоздал на свою смену, но купил у Виктора не один, а целых три великолепных букета — маме, подруге детства и, разумеется, себе. И с того самого дня стал самым преданным покупателем и — по крайней мере, он льстил себе такой надеждой — самым главным ценителем тех произведений искусства, в которые Виктор превращал каждый без исключения букет в своём исполнении. А спустя месяц стал ещё и самым влюблённым мужчиной на свете, ведь не очароваться Виктором полностью и без остатка было выше всяких возможностей. Идею о том, чтобы пригласить своего флориста на свидание или хотя бы просто выпить кофе, Джейс лелеял денно и нощно и во снах, и в реальности. Но отважиться всё не мог, ведь опыт в делах сердечных у него был нулевым. Не то, чтобы Джейс не пытался с другими. Он время от времени совершал слабо мотивированные поползновения по настоянию матери наладить личную жизнь, но никто просто не вызывал у него особого интереса. До Виктора. Который умудрился за пару дней стать причиной не какого-то там «интереса», а бушующего урагана, и напрочь выбил Джейса из привычной колеи одними невинными беседами. Который при этом создавал стойкое амплуа человека, заинтересованного практически во всём, кроме романтической составляющей человеческих отношений. И которого приглашать даже на кофе было до дрожи в коленях страшно — а ну как не просто откажется, а вовсе оборвёт все связи, лишив Джейса того, чем он уже беззаветно дорожил. Так что когда Виктор сам предложил — «Это ведь было предложением, да?» — охватившее разум волнение было ничуть не слабее греющей сердце эйфории. Джейс не мог найти себе места весь день до самого вечера. Чего он только не переделал за те неполные восемь часов, что оказался себе предоставлен: и съездил к маме с цветами, и забежал к подруге с невероятными новостями, и надраил всю свою квартиру. Дважды. На всякий случай. Мало ли Виктор захочет выпить второй кофе у него в гостях? Перспектива была маловероятной, но Джейс не хотел и не собирался запрещать себе фантазировать. К кофейне Джейс подошёл за десять минут до назначенного времени, и то потому что внезапно позвонили с работы. Пришлось запрашивать панорамный снимок и видео раны, а после ещё минут двадцать давать срочную консультацию по устранению последствий перфорации дна гайморовой пазухи, так что если бы не ошибка коллеги, он бы вовсе подошёл на час раньше. Как ни странно, Виктор уже был на месте. Стоял, постукивая пальцами свободной руки по экрану телефона, а второй опирался на трость. Под мышкой у него был зажат небольшой высокий букет с насыщенно-алыми чайными розами. — Привет! — замахал Джейс, перебежав дорогу. Виктор поднял глаза и, улыбнувшись, вместо ответного приветствия протянул ему цветы. — Это тебе. — Но, Вик, я… — проблеял Джейс, не понимая, как реагировать. — Знаю, большинство букетов ты даришь маме, — перебил его Виктор, шагнув чуть ближе. — Этот собран для тебя. Джейс так и застыл, перебегая глазами с нежных лепестков роз к ветвям фисташки и побегам вишни — после первых же бесед с Виктором он узнал и успешно выучил названия почти всех декоративных растений, которые тот использовал в своём ремесле. Мысли под черепушкой лихорадочно искрили, пальцы слегка задрожали. Подумать только, он ведь не волновался так даже на своей первой операции, когда моляр его пациента никак не желал выдираться из челюсти. Интересно, если он примет букет, это уже будет считаться свиданием? А с другой стороны, как вообще можно рассматривать вероятность непринятия цветов от Виктора? — Давай, Джейс, бери, — хохотнул тем временем Виктор, вложив цветы ему прямо в руки. — Я же вижу, что тебе нравится, — добавил он и вдруг улыбнулся до того хитро, будто прекрасно понимал, что куда больше цветов Джейсу нравится он сам. — Спасибо, — выдохнул Джейс, бережно подхватывая букет. — Они прекрасны. Виктор дёрнул бровью и, опершись на трость сильнее, спрятал вторую руку в карман. — Ну что, идём? — спросил он, кивнув в сторону светящейся вывески. — Ага, — кивнул Джейс и поспешил открыть перед Виктором дверь. На деревянной ручке они столкнулись пальцами, усмехнулись в унисон, и Виктор позволил пропустить себя вперёд. В кофейне было немного посетителей — оставался всего час до закрытия. Зато вся выпечка продавалась по хорошей скидке. Благо Джейс сразу углядел последнюю булочку с корицей и, мысленно выдохнув, сделал заказ. Отчего-то показалось по-странному гармоничным, что Виктор попросил взять ему двойной эспрессо и горячей воды. Сам Джейс остановил выбор на классическом ванильном рафе, но в итоге не сумел удержаться и согласился на шапку из взбитых сливок со специями для своего кофе. Своё пальто Виктор повесил на спинку стула, но шарфа не снял — наоборот, обмотал вокруг шеи второй петлёй и перебирал в пальцах ворсящийся край. Опустив поднос с заказом на стол, Джейс скинул и куртку, и джемпер, раздевшись до футболки, прежде чем сесть напротив. — Замёрз, пока ждал? — спросил он, отчего-то почувствовав укол вины: надо было плюнуть на всех коллег вместе взятых и поспешить на встречу раньше. — Да я ждал-то всего ничего, — махнул рукой Виктор. — Ничего, сейчас отогреюсь, — добавил он, отсалютовав ему чашкой. Джейс улыбнулся и, повторив жест, притронулся к своему высокому стакану. Взгляд неволей скользнул с обнимающих чашку, удивительно притягательных бледных пальцев на букет. Тому Джейс выделил целое место, уложив на третий стул. — Вот чёрт, не попросил вазу, — посетовал и уже порвался было подорваться с места, но оказался остановлен коротким жестом. — Помнишь наше первое правило? — спросил Виктор, отхлебнув из чашки. — Сначала обрезать, потом ставить в воду, — выпалил Джейс: эти слова он бы выдал без единой запинки, даже спроси его кто, разбудив среди ночи. — Всё так, — Виктор склонил голову набок, смотря янтарём своих глаз прямо в душу. — Острого ножа я здесь не наблюдаю, а секатора при себе не ношу. Оставь. За пару часов с ними ничего не случится, — вынес он свой вердикт, взялся за булочку и, прикрыв глаза, надкусил. Джейс сперва завис, прокручивая в голове, как собеседник только что впился зубами в хрустящее тесто. Кажется, в нос даже ударил тонкий аромат корицы с примесью запаха самого Виктора. Или это так просто показалось? Мотнув головой, Джейс вопросительно приподнял брови. Он не ослышался? Пару часов? Виктор, что, намекал ему какое-то продолжение после закрытия кофейни? Тот будто почувствовал его замешательство: приоткрыв глаза, слегка сощурился, куснул улитку с корицей снова и, дожевав, большим пальцем стёр с нижней губы пару крошек. — М-м-мх, полежавшие они даже лучше, — со знанием дела мурлыкнул Виктор, полюбовно откладывая булочку на тарелку. Джейс на чистом автомате потянулся к своей лимонной слойке. Отчего-то в этот раз она не показалась такой же вкусной, как и всегда — сейчас Джейса не отпускало желание надкусить лежащую напротив булочку с корицей. Желательно, с той стороны, где кусал Виктор. Вместо этого он проглотил на сухую и спросил первое, что пришло в голову: — Ты здесь бывал? «Идиот!» — Джейс едва не хлопнул себя по лбу, но лишь прикусил губу и забегал глазами по лицу собеседника, — «Он же буквально работает напротив. Бывал, конечно. Ну, то есть, наверное». — Ага, — отозвался Виктор, отхлебнув сразу полчашки эспрессо. — Люблю их булочки с корицей. В последнее время только ими и завтракаю. — Правда? — тут же разулыбался Джейс: его вопрос не сочли идиотским, а ещё у них оказались схожие предпочтения в завтраке, и это уже давало повод порадоваться. — Я тоже. Только больше люблю с лимоном. — Пожалуй, стоит им предложить совместить. — М-м-м? — протянул Джейс с набитым ртом: он как раз отхватил едва поместившийся в рот кусок своей слойки. — Корица прекрасно сочетается с лимоном в выпечке, — пожал плечами Виктор. — Ты знал? Джейс замычал снова — он знал, и ещё как: его мама пекла убийственно вкусные булочки с корицей и лимоном. Джейс и сам умел. Не так хорошо, но всё же, и мог рассказать много интересного о сочетаниях вкусов, так что от души хлебнул рафа, чтобы поскорее всё проглотить. — Ещё бы! — поспешил включиться в диалог Джейс. — А если заменить лимон апельсином, может выйти даже интереснее. И слаще. И, кстати, не только в выпечке. Взять, например, глинтвейн… — Ты печёшь? — перебил его Виктор. Сложив пальцы в замок, он упёрся в них подбородком. — Могу иногда, под настроение, — Джейс быстро слизал с нижней губы взбитые сливки: пожалуй, не стоило прикладываться к рафу так страстно. — Но чаще мои попытки в выпечку заканчиваются пиццей. Просто делаю тесто, скидываю туда всё, что залежалось в холодильнике, и запекаю, — добавил он на вопросительно приподнятую бровь. Виктор закусил губу, как если бы хотел повторить его жест. — Звучит безумно, но я бы попробовал, — произнёс он, смотря ставшими глубоко медовыми в тёплом освещении кофейни глазами так пронзительно, что становилось и жарко, и душно, и ужасно волнительно одновременно. — Могу как-нибудь занести тебе на работу, — предложил Джейс. — Только без гарантий! За вкус этого блюда ручаться не могу. Мой холодильник полон сюрпризов, — нагло соврал Джейс, прекрасно зная, что для той пиццы, которую он сделает Виктору, будет использовано не «всё, что залежалось в холодильнике», а всё самое лучшее из супермаркета. — Я буду благодарен, — улыбнулся Виктор. — А за гарантии не беспокойся. Пиццей с залежалой колбасой меня не эпатировать, уж поверь. Виктор рассмеялся низко и тихо — очень красиво — но ответить тем же Джейс не сумел: в памяти сразу всплыли обронённые вскользь за одной из бесед слова о проведённом не в самом благополучном районе детстве. В подробности Виктор тогда вдаваться не стал, а Джейс не решился расспрашивать, но отчего-то та пара фраз прочно засела в мозгу, и сейчас резко стало не до смеха. — Джейс, у тебя усы, — вернул в реальность вкрадчивый голос. — В смысле, от пены. Джейс весь вздрогнул, стыдливо глянул на собеседника и, схватив салфетку, быстро вытер рот. — Да, — кивнул Виктор на его растерянный взгляд. — И ещё немного. Вот здесь, — он указал себе на подбородок справа. Джейс спешно утёрся ещё раз: — Теперь всё? Виктор улыбнулся краем рта. — Позволь-ка, — привстав с места, он наклонился над столом, потянулся к нему, а затем… Джейс сдавленно охнул, когда под нижней губой прошлись большим пальцем. И издал новый, сокрушённый звук, стоило Виктору, что-то прикинув, отправить этот палец в рот. — М-м, сладко, — заключил он, забавно причмокнув. — А взбитые сливки здесь ничего, — добавил он как ни в чём не бывало и, взявшись за свою чашку, едва ли не залпом выпил подостывший эспрессо почти полностью, оставив немного на самом дне. Джейс же сидел, ни жив, ни мёртв, пытаясь переварить произошедшее. Казалось, всё вокруг замерло вместе с ним, и остался один Виктор, который улыбался ему почти так же, как и обычно. Как будто ничего из ряда вон вовсе не произошло. Но этот жест, он ведь был вовсе не дружеским. И даже отдалённо не приятельским. Джейс судорожно сглотнул, раскрыл рот, и тихий вопрос сам сорвался с губ: — Вик, слушай, а это… кхм, ну, свидание? Виктор молча смотрел на него несколько бесконечно долгих секунд, прежде чем негромко отозваться: — Я подарил тебе цветы. Как по мне, жест весьма красноречивый. И буквально только что, — он в нехарактерной манере запнулся, а острые скулы начал окрашивать лёгкий румянец, — почти погладил тебя по лицу, — выдохнул он ещё тише. — Отвечая на твой вопрос — да. Мне бы хотелось считать этот вечер свиданием. А тебе? — Чёрт, да! — Джейс едва ли не вскочил со своего места. — В смысле, да, очень, конечно. Я просто, — он эмоционально зажестикулировал, — мы ведь никогда не обсуждали, и я думал, что понял неправильно, в общем… — Ты всё понял правильно, — перебил Виктор. Что-то прикинув, он вытянул руки на столе и, дотянувшись, тронул Джейса за локоть. — Я и сам не знал, как сформулировать. Но, по крайней мере, мы разобрались, что это свидание. Для начала неплохо, согласен? Джейс шумно выдохнул, кивнул и расплылся в улыбке от уха до уха, не в силах сдержаться. Больше не было ни тревоги, ни страха, ни даже волнения. Осталось лишь согревающее изнутри ощущение правильности происходящего, которое лишь укрепилось, когда Виктор с осторожностью скользнул пальцами по его предплечью дальше и замер у кисти. Джейс медленно повернул лежащую на столе ладонь внутренней стороной вверх и поймал пальцы Виктора своими. Тот довольно фыркнул. В голове от этого незамысловатого звука сразу стало восхитительно пусто. Доедать булочку и тянуться за салфетками одной рукой было неудобно, но Джейсу было всё равно. Так же всё равно ему было и на остывший кофе, и на близящуюся к десяти стрелку часов над входной дверью, и на вибрирующий от новых сообщений телефон. Это всё было такой ерундой по сравнению с ощущениями узловатых, прохладных пальцев, которые медленно отогревались в его ладони. Когда к ним подошёл сотрудник и деликатно напомнил о времени, они оторвались друг от друга, как нашкодившие подростки, а затем так же синхронно заулыбались. Джейс поднялся из-за стола первым и порвался было помочь Виктору надеть пальто, но тот уже потянулся за его курткой с тем же намерением. Столкнувшись руками, они засмеялись снова и, одевшись, поспешили к выходу. Улица встретила завывающим ветром и проливным дождём, колотящим по асфальту с такой силой, что Джейсу пришлось повысить голос: — Давай под навес! Подхватив Виктора под локтем, он ловко подтянул его под выступающую часть крыши у дверей кофейни и встал перед ним так, чтобы острые капли в случае чего колотили ему в спину, не задевая ни чужого пальто, ни букета. — А я хотел предложить прогуляться, — хмыкнул Виктор, всматриваясь в рыдающее чёрное небо. Джейс улыбнулся при мысли о том, что не он один из них двоих не заметил, как начался ливень. — С удовольствием провожу тебя до дома на такси, — предложил Джейс, не представляя, как ещё можно добираться до автобусной остановки или метро в такую бурю. — Нет нужды. Я живу напротив. Джейс пару раз быстро моргнул, перевёл взгляд с Виктора на стоящее через дорогу изящное здание — дом, где находилась его квартира и магазин Виктора — и свёл брови к переносице непонимающим домиком. — В смысле в цветочном? — совершил он неловкое предположение. — В смысле этажом выше, но ты почти угадал, — хохотнул Виктор, поиграв бровями. — Снять здесь жильё было и выгоднее, и удобнее, чем ездить через весь город. — А какая у тебя квартира? — Девятая. Второй этаж. — О, так мы живём в соседних парадных! — воскликнул Джейс. — Ага, помню, — протянул Виктор, сложив руки на груди. — Ты-то свой адрес мне буквально на второй день знакомства выдал, — он цокнул языком в притворном осуждении, и внизу живота всё скрутило в сладкий болезненный узел. — А это плохо? — выдохнул Джейс, не обращая никакого внимания на льющиеся за шиворот капли. — Как видишь, никто пока не ворвался к тебе ночью, чтобы ограбить или изнасиловать, — усмехнулся Виктор чертовски горячо, а после вдруг глянул неожиданно серьёзно. — Так что в этот раз тебя пронесло, Джейс Талис. «А жаль», — закрутилось на языке, но Джейс, разумеется, не стал признаваться в шальной фантазии. — Но я буду признателен, если впредь ты будешь осмотрительнее, — добавил Виктор строго, но новая интонация лишь добавила жара. — Ну что, идём? Не думаю, что сумеем переждать. — Идём. Зонтика ни у кого не оказалось, так что пришлось прорываться через грозящий вот-вот перерасти в ураган ливень, как есть. Дорогу они без проблем перебежали, не дойдя до перехода — даже машин в центре сейчас было гораздо меньше, чем обычно в это же время суток. Отделяющая ряд зданий от дороги пешеходная аллея и вовсе оказалась практически пуста. Редкие деревья кренило из стороны в сторону, а оставшуюся на ветвях багряную листву срывало порывами ветра и уносило вверх, к самым последним этажам. До подъезда Виктора они добежали, держась за руки и хохоча под вой ветра и грохот громовых раскатов. Нырнув под козырёк у входной двери, Виктор зачесал упавшие на лоб мокрые пряди и закусил губу. Смотря на вьющиеся от влаги волосы и горящие расплавленным золотом глаза, Джейс решился. — Не хочешь зайти ко мне? — выпалил он на одном дыхании и замер в ожидании ответа.