Зиме придёт конец

Рассвет наступил небыстро, ночь казалась вечной пыткой. Лэйн лежала на кровати, повёрнутая к окну, бездвижно уже пятый час. Мышцы ныли от перенапряжения и нервов. Донован ушла ещё тогда, в час этого конфликта. Неспешно натянув брошенный на тахту ремень, захватив пальто. Девушка тогда не смотрела на неё, молча сидела, натянув одеяло на грудь, скрывая наготу. Но точно чувствовала как та бросила взгляд на спину напоследок .И только размышляя после этого, Лэйн заметила, что женщина так и не переодевалась тогда — спала в той же самой водолазке и брюках, в каких пришла. Параллель была странной: раздетая догола Лэйн, совершенно открытая ей, и полностью, наспех застегнутая Донован. Беспомощность и недоверие в двух лицах. Лэйн села, когда за окном уже немного посветлело. Осторожно и медленно, болезненно затекли мышцы. Девушка потерла веки, в глазах неприятно ощущалась сухость от недосыпа. А после закрыла лицо обеими ладонями. Стыд и волнение смешивались в мыслях, а с ними и сотню вопросов: зачем, что делать, что будет, как поступить... Дверь открылась, и она застыла. Донован вернулась. Женщина вошла внутрь, расстегивая пальто, от нее веяло уличным морозом.  — Встань и подойди сюда. — она прошла к шкафу, снимая шапку и пальто.  Лэйн осторожно встала с кровати, будто боялась упасть. И правда, ноги ослабли, дрожь вернулась. Она двинулась к Донован, не отрывая взгляда от её спины. Женщина не поворачивалась, доставала тот же пистолет, от вида которого у Лэйн подступала паническая тошнота. Взяв его, Донован указала на шкаф: — Пули собери. Лэйн вздрогнула и, не медля, шагнула вперёд. Колени подкосились, и она опустилась на пол, торопливо собирая разбросанные у шкафа пули. Донован подошла ближе, её глаза хищно наблюдали за девушкой, наслаждаясь её страхом. Она наблюдала как та собирает пули и роняет, торопясь. Женщина шагнула совсем близко к ней, острые каблуки оказались вплотную к обнажённым коленям. Рука Донован мягко опустилась на голову девушки, заставляя её вздрогнуть, но женщина успокаивающе пригладила волосы, открывая дверцы шкафа. Внутри лежали ещё пули, некоторые застряли в массиве дерева. Женщина медленно запустила пальцы в её волосы, мягко массируя. Будто для успокоения, на первый взгляд, но в этом был скрытый смысл — подготовка, поощрение, дисциплинарное обучение. Девушка поджала губы, застыв на месте. Донован прекратила, рука скользнула по затылку, легко подталкивая к работе. И Лэйн легко поддалась, послушно начала собирать пули, вызывая у женщины довольную ухмылку. Молча смаковав послушание девушки внутри себя, Донован неслышно развернулась и вышла из спальни.  Лэйн собирала их в ладонь, от холода металла стало даже больно. С последней она встала и взглянула на те, которые застряли. Прошла легкая дрожь по позвоночнику от мысли, что они могли так мощно впечататься уже в её тело. Или же пройти насквозь, как через толстые дверцы... Пальцы скользнули к ним, пытаясь вытащить, но не получалось. Пыталась постучать — тоже не вышли. Донован вновь вернулась. Лэйн застыла, стоя спиной, неловко держа в руках собранную копну. Твердая рука опустилась на локоть, поворачивая к себе. Пришлось встретиться лицом к лицу, Лэйн подняла глаза, но Донован не смотрела, её взгляд был спокойно опущен к её рукам. Она выглядела обманчиво мягко, и слишком близко, можно было рассмотреть ее лицо получше, даже весь страх улетучился куда-то, но глаза женщины поднялись, и Лэйн разорвала свое наблюдение. — Я не смогла достать те... – она прошептала и взгляд Донован последовал к шкафу. — Ты их бы и не достала. — она усмехнулась, выставляя руку. — Этих хватит, не собираюсь же я перестрелять весь «Адам». — "Перестрелять?... " — брошенное слово эхом прошлось в голове девушки, и она вновь почувствовала как в руках начинается дрожь. Лэйн вручила их ей. — Переоденься, я принесла тебе вещей из твоего чемодана. — Она опустила её локоть и принялась копаться в пистолете, указывая на кровать, куда бросила тёплую одежду. — Через час должны принести завтрак. Службы сегодня не будет, не стоит так часто одаривать горожан своим присутствием, надо научить их ждать, молить о встрече со святой. Да и выглядишь ты сегодня не свежо. Она молча кивнула, и развернулась к кровати. И правда по ощущениям совсем не "свежая", особенно физически чувствовались мешки под глазами. На кровати лежали тёплые брюки, свитер и куртка с мехом, подаренная самой же Донован ещё в Оксфорде, в их первую, но контрастную встречу в душевой. Она снова проявляет заботу, только сейчас уже непонятно к чему. Утешает после того, как напугала? Или обманывает, чтобы потом опять наказать за поступок? — А зачем тогда верхняя одежда? Мы куда-то идём? — Да, прогуляемся недалеко. Подышишь чистым воздухом, проветришь голову. — Донован щелчком закончила, пристегивая оружие к поясу пальто. — Хорошо поешь, мы будем долго. Лэйн провела ее взглядом, женщина на удивление просто улыбнулась ей и вышла из спальни, захватив пальто и верхнюю одежду. Недолго оставаясь в недоумении, она принялась быстро переодеваться. Уже спустя несколько минут, Лэйн вышла к Донован, держа в руках куртку. Женщина курила, задумчиво свела брови, читая что-то в бумагах на столе. В дверь постучали, женщина оторвалась от чтения, слегка вздохнув, выравниваясь: — Входи.   Лэйн подошла, но не близко, сжимая куртку в руках. Как по струнке встала около окна. Донован не обращала на нее внимания, игнорировала. Солдат вошел, держа поднос в одной руке, несмотря на размер подноса, он держал его ровно. Кажется, ему пришлось открывать дверь одной рукой. И он с точностью аккуратно положил поднос на стол Донован, не задевая документы. Тарелки ни на миллиметр не сдвинулись. Донован обратила внимание на Лэйн, слегка повернув лицо, смотря боком: глазки Лэйн засверкали, восхитилась дисциплиной или будущим завтраком. Кивнув солдату и отпустив его, она повернулась к Лэйн. — Положи уже эту куртку куда-нибудь, как неродная, ей-богу, — она обошла стол, раскрывая крышки. Лэйн положила куртку на комод, встав рядом. Запах и вид горячей еды, которой было еще и достаточно много, заставил ее машинально прикусить губу, в желудке вот-вот заурчало бы, но она сжалась, стыдясь. Донован отошла и села на свой стул, выдыхая дым, держа сигарету, подняла глаза на Лэйн. Ее бровь слегка приподнялась — забыла про место для Лэйн, по привычке одиночного приёма пищи. Девушка стояла так потерянно у комода, что женщина тихо рассмеялась. Она встала, запихивая сигарету обратно между губ, и взяла тарелки в руки, кивая Лэйн в сторону дивана. Донован положила их на невысокий журнальный стол перед диваном. Лэйн села, не отрываясь от блюд. — Тебе особое приглашение нужно? Ешь. — она развернулась за остальным. — Спасибо. И приятного вам аппетита. — она поблагодарила, сразу приступая. Донован слегка замедлилась, забирая угощения и компот. Повернулась, Лэйн уже лопала, забыв обо всём. Женщине даже стало жалко и стыдно. Тарелка опустилась перед девушкой, Лэйн заметила те же пряники, которых она съела со стола Донован, но уже свежие и горячие, с красивым блеском. И по количеству их было больше. Недожевав она подняла голову и взгляд на Донован, но та положила руку ей на голову и легким толчком отправила обратно есть. И Лэйн как по нажатой кнопочке продолжила своё дело, изредка бросая взгляд на пряники. Донован ушла обратно к своему столу, ломая сигарету и выбрасывая куда-то на пол. Для себя оставила только одну кашу и компот. Женщина тоже приступила, продолжая наблюдать за Лэйн. В отличие от девушки, Донован ела медленно, попутно разглядывая свои документы, не забывая о Лэйн. Девушка с тихим стуком отложила тарелки, подвигая пряники, и тоже обратила внимание на Донован. Взгляд упал сначала на неё, а потом на стол: всего одна порция у нее и три у Лэйн. Губы сжались от неудобства, и она подняла тарелку: — Сколько вам оставить? Женщина дочитала записи Анны, и медленно посмотрела на неё, какое-то время молча оглядывая. — Нисколько. В последнее время не благоволю сладкому. — она отложила записи. — Я для тебя их попросила. Кажется, к ним у тебя особая страсть. Лэйн опустила их обратно на стол. В глазах читался стыд, теперь уже и кусок в горло не лез, ещё и Донован прицепилась взглядом к ней. Она опустила глаза, пытаясь съесть все это. Донован выдохнула и отложив пустую тарелку, встала. Она надела свое пальто, поправляя свой вид у зеркала. Лэйн запихнула последний, и тоже встала, торопясь, протирая руки салфетками. — Сначала сходим в лазарет, посмотрим что там Анечка делает. — она посмотрела в зеркало на Лэйн, а потом повернулась. — Подойди сюда. Лэйн подошла, захватывая куртку в пути. Недоверчивый взгляд, но все равно подошла. Женская рука потянулась к ней, обхватывая за талию и прижимая к себе толчком. Девушка прикрыла глаза, хотелось отстраниться, но знала, что еще нельзя. Не после того, как разозлила её. Донован опустила её, подняв руку к горлышку свитера и начала поправлять. — Холодно, а у тебя горло открытое. Шарфа у тебя нет? — Нет. — она помотала головой, сжав губы. Донован опустила глаза на губы, а потом подняла одну руку и слегка вдавила в щёки, ближе к губам, раскрывая их. Быстро поцеловала, или точнее чмокнула, и также быстро толкнула ее от себя. Девушка сделала шаг назад от неожиданного толчка, и закрыла губы пальцами. — Все, пошли. Куртку надевай. Донован прошла мимо нее, стуча каблуками. Девушка пошла за ней, натягивая куртку и быстро скользнула в открытую для нее дверь. Женщина захлопнула дверь и пошла за ней, а точнее обгоняя. Один из стоящих охранников, также последовал за ними. Лэйн боком взглянула на него. Её никогда не интересовало как у Донован вообще все устроено, как все её люди так точно понимают что надо... Но всегда знала, что Донован заранее все подумывает и не терпит оплошностей, как и ошибок не допускает сама. Не только по словам отряда, но и по своему опыту. — "Скорее всего и ночью она сделала проверку. А я, глупая, вновь попалась на ее эксперимент" Утренний мороз больно обжег кожу сразу после выхода, но вдалеке уже слышались голоса и возня отрядов. Лэйн так много пропустила, лёжа в больничной койке и бегая только на служение. Все люди так усердно работали. Донован шагала медленно, осматривая работу, её холодные глаза ловили каждую деталь, и каждого человека. Её рука вышла из карманов, чтобы указать на трубу: — Вы её ещё не соединили с котельней? — её голос уже перешёл на раздражённый. — Профессор, она получилась слишком короткой, её не хватает для припайки. — А чем ты думал, когда делал такую толстую трубу для горячей воды? У нас не мировое водоснабжение, а котельня для одного особняка. У тебя вся вода в трубе остынет и её банально даже не хватит для неё. Лэйн молча слушала их разговор, пряча лицо от холода в мех. Главный за рабочих стоял уже весь покрытый снегом и побагревевший в лице, но Донован наседала, высказывая все ошибки в лицо, которых как оказалось много и вряд-ли исправляя их они вернутся в тепло скоро. — У нас поблизости больше не оказалось подходящих труб. Другие бы лопнули. — его голос стал тише под взглядом женщины и ее охранника позади, что так крепко держал ружье. — Может, в других поселениях стоит поискать. — Нет, отряд обыскал поселения и что было, то и принес. — она тоже прикрыла воротник от холода, задумчиво сведя брови. — Можно поискать в особняке. Там же много труб... Они стариные, скорее всего они уже никак не пользуются, я видела они пустые. И есть под землёй, там было сборище культистов. — Лэйн подала голос, слегка бегая глазами, пары глаз уставились на нее. — Но надо будет это место откопать... Донован едва заметно улыбнулась под воротником. Её улыбку могла различить только Лэйн, к которой она была повернута, благодаря слегка смягчившемуся взгляду. — Глупышка, есть же причины, почему одних устанавливают дома, а других на улице. — она усмехнулась и отвернулась от нее. — Но идея хорошая, стоит проверить особняк ещё раз. Или можно будет оторвать парочку с кухни или ванных. Романовы уж очень перестарались с изобилием. Делайте. Она повернулась, подталкивая Лэйн за поясницу. Девушка шла и без этого быстро от холода. Уже лазарет виднелся. Так далеко оказалось от главного корпуса. Недавно здесь и сама Лэйн лежала, мечтая выбраться из этой клетки, чтобы впорхнуть в другую. И везде фигурирует Донован. От воспоминаний аж снова будто неприязнь просыпалась. — Что с лицом, дорогая? Триггеры на заточение сработали? — она опустила ее, просто идя рядом. — Нет, мне просто холодно. Я не считаю это заточением, это же мне надо было. — она посмотрела на нее, Донован уже хотела что-то сказать, но Лэйн прервала, сменяя тему. — Вы поступаете жестоко, заставляя людей работать на то, что не достанется им. В один день вместо людей, вы можете найти оледеневших статуй у строек. — Решила мне нотации читать? — её тон на удивление был спокойным, будто она понимала чувства Лэйн и решила не сердиться. — Ошибаешься, такие случаи уже были. Но что поделать? Либо так, либо ничего. — Не будет ли справедливо дать горячую воду сначала жителям, а потом базе? У нас же есть электричество. — Лэйн, люди работают на нас, чтобы мы работали на них. Если мы не в комфорте, кто будет спасать и обеспечивать их? — она отвернулась от нее, смотря вперёд. — Много потерянных людей, обычных мужичков, но специалистов мало. Размен несправедливый, примёрзнет обычный житель или врач, к примеру. Жизнь человека не бесценна, она имеет цену, Лэйн, и эту цену надо выслужить самому. — Не пойму этого. Мы можем сделать себе хоть что-то, а они нет. Им остаётся только слушаться и делать что от них требуют. Донован усмехнулась, она прошла вперед, мощно выстукивая каблуками по лестнице. За окном включился свет, услышали шаги Донован и проснулись. Женщина открыла дверь, ожидая Лэйн. Девушка быстро прошла, слегка поскользнувшись. но не упав. — Мы себе тоже ничего не можем сделать без жертв, Лэйн. — она вошла за ней внутрь. — И я говорю не про мелочи. Когда-нибудь ты это поймёшь. Она захлопнула дверь, не давая Лэйн задуматься, подтолкнула её вперед. Анна уже сидела у компьютера, судорожно впечатывая что-то. Она резко повернулась в их сторону, растерявшись, пытаясь выдавить из себя нечто наподобие улыбки. Донован сняла шапку, бросая на стол. — Как успехи? Анна выдохнула, неуверенно поправляя чёлку. На ее лице были все признаки долгого недосыпа и сильной усталости. Лэйн остановилась позади Донован, не смотря на девушку. — Формулы выписала, но произошла с дозировкой на этот раз. Вроде все было правильно, точно как в тот раз, но итог вышел другим. Кажется, я ошиблась в одном из элементов, необходимо провести перерасчёт и попробовать заново. — она подтянула листы. — Формула «Деконтаминанта7» в более улучшенной версии. Женщина подтянула стул и села напротив, читая содержимое. Лэйн встала рядом, тоже опустив глаза, но на этот раз эти формулы были даже без малейшей конкретики, всё в химических формулах и неясных ей словах. Донован же все это читала, еще и раздумывала, иногда сводя брови на некоторых моментах, но в целом выводы Анны были адекватными. Лэйн оторвалась от Донован и ее листа, подняв глаза на Анну. Уставшая пара глаз, оказалось, тоже наблюдала за ней. А потом обе синхронно разорвали зрительный контакт, возвращая их к Донован между ними. Женщина тоже закончила чтение, передавая формулы обратно к Анне. — Тебе это стоит еще опробовать на подопытном. Это — она постучала по листу на элемент, — ускоряет рост клеток с огромной скоростью, довольно опасно. Он может ускорить не только антидот, но и если вдруг угораздит одной заражённой клетке попасть в область, вместо антидота – пойдёт уже заражение с огромной скоростью. Мы еще не знаем всю их природу, чтобы так смело делать итоги. Пробуй, давай точные выводы. Они с Анной говорили точно не о заражённых на земле, и не о этой заразе, которая полонила землю. По логике, это не могли быть и отродья, их уже почти не осталось, они не представляют такой большой опасности. Лэйн прикусила губу, надеясь, что её доводы оказались просто фантазией. На ум приходило только одно - бессмертные. — "Разве у бессмертных есть какая-то болезнь? Вроде яд не даёт настолько губительного эффекта, зачем тогда антидот..." — она задумалась, смотря куда-то в стену. — "Может, и правда просто для оставшихся заражённых, но Анна говорила их нельзя вернуть никак. Или улучшенная версия для этого и создана?" Донован встала, что-то бросив напоследок Анне. Заметив, задумчивый расфокусированный взгляд Лэйн, она щелкнула перед её лицом, пробуждая от раздумий. — Ой-ой, какой у нас тут Сократ, летающий в облаках философий всечеловеческих дум. — она обошла её, подтолкнув к стулу, где сидела сама. — Сиди здесь, подожди меня. Девушка опустилась на стул, встречаясь лицом к лицу с младшей Ллойд. Дверь с легким хлопком закрылась. Анна отвернулась от Лэйн, продолжая впечатывать в компьютер с бумаг. Лэйн опустила глаза, молча и смирно сидя на стуле, и сказать нечего, будто какой-то невидимый барьер физически закрыл друг от друга. В кабинете только тишина, гул мониторов и громкое цоканье клавиатуры. — Пластина может управлять моими желаниями и мыслями? Анна остановилась, слишком резко, будто её удивил неожиданный вопрос, и недоверчиво повернулась к девушке. — Нет, с чего ты взяла? Пластина может только ограничивать нежелательный поток мыслей, а именно эти "грехи". Это не чип какой-то, обычная железяка, хотя мы не уверены работает ли она исправно. — она вновь приступила к печатанью, но замедлилась сразу же, ее голос стал тише. — Что-то происходит? Как твое самочувствие? Лэйн подняла глаза, смотря на нее исподлобья. Помолчала некоторое время, не зная стоит ли говорить Анне это, но все внутри отказывалось. Нельзя. — Ничего. — она вновь опустила взгляд в пол. — У особняка на меня напал культист, и я вновь услышала эти мысли. — Мы же не знаем всего полностью. Донован сделала её по первой необходимости, точных исследований не было, да даже кажется, что она сама на тот момент не знала что будет. Вполне ожидаемо, что будут ошибки в работе. Анна вновь пошла по своему первоначальному темпу, уже сменяя страницу файла. Лэйн подняла глаза, но вновь предалась размышлениям о своей пластине и Донован. — Донован... Думаю, она не будет настолько жестока к тебе. — она остановилась, снимая очки, разминая уставшие глаза. — Кажется, увидев, что люди благоволят тебе, она решила использовать это как точку манипуляции. — В смысле? — Очень сложно было с Ротковскими наладить контакт, не все поддерживают Донован, да и большая часть гнутся под страхом. — она откинулась на кресло, поворачиваясь к ней. — А тут ты, святая. которая поставила на колени двух бессмертных. Люди слепо поверили тебе, вознесли в богини. Знаешь, это как древние браки. Жениться на принцессе, чтобы обрести титул и репутацию. А Донован хочет через тебя получить влияние и всецелое доверие верующих. Я думаю, она отстанет, как только получит желаемое. Лэйн задумалась, слова Анны были с одной стороны правдивыми, с другой же – она не видела того, что видит Лэйн. Её странного взгляда, её отношения к ней. Анна не знает, что её тетя целует с такой настырной агрессией, явно не с пылом, предназначенным для фиктивных браков. Не знает, что они провели ночь. Не только выгода нужна была Донован, хотя Лэйн над этим слабо раздумывала. Но хотя и страсти тоже она не чувствует. — Не отстанет. Донован сложная. — Она не так плоха, как кажется. Всё-таки, она приняла нас обратно после нашего так сказать предательства. И тебя тоже простила. Дверь открылась, девушки вздрогнули, резко обернувшись, думая, что вернулась Донован, но рыжие волосы успокоили. Лестер весь растрёпанный зашел, пытаясь отдышаться. — Господи, Лестер! — Анна кинула в него ручку. — Ты же должен был прийти в 11. Парень расстегнул куртку, и помахал Лэйн, заходя внутрь, ближе к ним. — Так мы вчера сделали ошибку в перерасчёте, надо будет переделать. — он вынул из куртки папку. — Генерал рвать и метать будет, меня до 11 вы целым не увидете. — Скотина. Анна раздражённо забрала у него папки, быстро открывая, чтобы рассмотреть. И сразу же принялась переделывать всё. Лестер повернулся к Лэйн, все так же улыбаясь, будто между ними не стояла небольшая временная пропасть и другие факторы, которые слегка подпортили отношения с другими. — Лэйн, жаль, что ты не с нами. Ты бы видела какой цирк начинается в отряде, когда дела выходят вне отряда. Как много всего навалили, а раньше мы только по поручениям бегали. Чувствую себя офисным планктоном, которого ещё и заставляют вместо сна работать физически. — У нас у всех проблемы из-за тебя, Лестер! Вечно косяки твои исправлять. Не берись вообще ни за что. У тебя образование вообще есть? — она фыркнула, агрессивно выписывая ручкой. — Я так и не поняла за это время. — Конечно есть. Я учился в академии изящных наук, на факультете высшего искусства любовных дел. А там, в отличие, от твоей докторской степеней уйма. Анна закатила глаза, Лэйн слабо улыбнулась. Лестер жив, и хоть немного оставляет при себе атмосферу бывшего отряда. — И правда... — Лэйн улыбнулась, они оба посмотрели на неё. — Жаль, что я не с вами. — Ну ничего. Думаю, время от времени нам удастся как нибудь воссоединиться. Хотя я и сам не в отряде уже так-то, эти там бегают по небесам, а на меня приходят поорать. — По небесам? — Лэйн выровнялась. — Да, по небесам. Донован приказала тырить все у них. Сначала мы решили там построить ветрянные мельницы, а потом Донован увидев, что ничего так и не произошло, осмелела и приказала тащить что видим сюда. — он сел на кушетку. — Говорят, у них там тоже несладко. Солдаты говорили, там идёт какая-то война, бессмертные делятся на две стороны. Вот пока они отвлекаются, мы и выживаем. Лэйн замолчала, раздумывая. Донован вероятно тоже знает об этом, и узнала конечно самой первой. В голову пришла самая первая мысль о антидоте. Донован создаёт что-то для небес. Лестер замолчал, как затихли обе девушки. А потом встал: — Ну, я надеюсь, когда мы закончим стройку хотя бы отопления для города, нам дадут передохнуть и мы еще повеселимся. — он улыбнулся, потирая затылок. — На твоей свадьбе хорошо погуляли. Не знаю радоваться за тебя или сочувствовать. С одной стороны Донован, ммм глава базы, с другой тоже Донован... — Господи, помолчи. — Лэйн закатила глаза. Дверь открылась, все трое замерли. Теперь уже реально Донован вернулась, с сигаретой в губах. Лестер особенно занервничал и затих, слегка отходя в сторону, не загораживая проход. Шея парня будто бы фантомно вспомнила порез, и он слегка поджал губы. Отяжелевшая от чего-то рука упала на плечо Лэйн, слегка сжав. На стол Анны упала новая порция бумаг. — Пойдем, Лэйн.