Конспект для Кима

      Дверь в аудиторию номер шестьсот сорок пять кажется воротами в ад. И нет, не потому что усталость или долги, нет. Дело не в этом…       Чонгук ещё несколько секунд медлит, борясь с фантазией, что так «вовремя» преподносит различные негативные сюжеты. Однако, осмелившись, он всё-таки тянется к ручке и быстро открывает дверь.       — Ну здравствуй, студент Чон… — слышится голос профессора, когда дверь за парнем закрывается.       Сквозь тревогу парень переводит взгляд на преподавателя. Тот стоит, сложив руки на груди, и строго смотрит на Чонгука. Ну вот, сейчас его вновь отчитают за очередное опоздание… фантазия вновь начинает работать, только уже в другом направлении. Ким Тэхён, строгий преподаватель английского, прямо сейчас смотрит так, будто пытается дыру прожечь в теле Чонгука. Серьёзно… от этого взгляда ноги подкашиваются, и хочется… хочется… всего… хочется трогать, гладить волосы, хочется почувствовать его всем телом и даже больше… чёрт… Ким вдруг приближается, останавливаясь напротив Чона, отчего у последнего член больно натирает о ткань белья.       — Потрудитесь объяснить, почему Вы сегодня не вовремя?        И кажется, сегодня Чонгуку явно не везёт. Это «потрудитесь объяснить» навевает на мрачные мысли. Похоже, профессор Ким сегодня будет очень строг с опоздавшими, да и не только… и, надо сказать, это не может не возбуждать…       — Кхм… я… — Чонгук опускает голову, чтобы только не видеть лица профессора,  иначе сгорит со стыда. И нет, не из-за проступка, далеко не из-за проступка…       — Ну? Ты ответишь мне, Чон? — Преподаватель вдруг переходит на неформальное общение.       — А… да… — еле выдавливает слова Чонгук, пытаясь справиться с нахлынувшим возбуждением, а заодно и стыдом, — … я… проспал.       — Ах, вот как… — Ким Тэхён недолго думает, после чего всё же продолжает разговор.       — П-простите… можно я пойду на своё место? — Голос Гука дрожит, однако он пытается выравнивать голос.       — Нет, Чон, сначала ты скажешь мне правду. — И снова этот взгляд, Ким словно заворожённый задерживает взгляд на глазах студента, отмечая для себя всю его привлекательность. Однако Тэхён быстро отгоняет от себя эти мысли.       — Ээ… но я же уже сказал…       — Мне нужна правда. Я слышал твоё «проспал» уже сотни раз от разных студентов, Чон.       — Но это правда так, профессор… — Чонгук наконец решается поднять взгляд. И зря… низ живота вновь приятно скручивает, а от осознания того, что перед ним властный преподаватель, готовый наказать прямо сейчас, хочется кончить…       Ким вздыхает, после чего смотрит на часы.        — Ладно… поговорим на перемене… — от этой фразы становится легче. Не совсем, но всё же.        — Парта, Чон! — Преподаватель отводит руку в сторону свободного места среди всех столов. — Живо на своё место.       От этого тона хочется выровняться и ходить по струнке ровно, и Чонгук следует указанию профессора, направляясь к свободной парте и садясь на своё место.       — Итак, продолжим, — Ким вновь обращает своё внимание на присутствующих, вновь начиная лекцию.       «И зачем английский вообще здесь нужен?» — Чонгук вздыхает, ожидая конца пары. Нехотя тянется за тетрадью в рюкзаке, в которой, дай Бог, написано хотя бы одно название.        Лекция тянется безумно долго, и вскоре нудное повествование преподавателя начинает надоедать. Радует лишь то, что голос его порой кажется слишком уж идеальным. Бархатный, низкий именно настолько, насколько жизненно необходимо… чёрт… Чонгук точно кончит себе в штаны…       Рука сама тянется к карандашу (на всякий случай, чтобы можно было стереть) и выписывает неуместные, а порой и вовсе непристойные и пошлые фразочки:       Ким Тэхён, чёртов препод, такой строгий, что аж ноги подкашиваются. Вот бы ты трахнул меня прямо на своём столе…       Надеясь, что преподаватель не видит, Чон продолжает писать:       Ким Тэхён, чертовски горячий, у меня стоит из-за тебя… ахх~ боже       Ким Тэхён… это имя хочется произнести когда буду кончать от твоего члена…       Ким Тэхён… из-за тебя я не спою ночами…       Ах, Ким Тэхён, трахни меня уже наконец!       Ким Тэхён… профессор, как же я хочу касаться вас, вашего члена своей ладонью или губами… хочу, чтобы Вы тоже касались меня…       Ким Тэхён, мой член так течёт из-за тебя…       Лекция заканчивается. Чонгук закрывает тетрадь и кладёт её в рюкзак. Он надеется, что преподаватель не попросит показать сегодняшний конспект. Все выходят из аудитории, и остаётся лишь он. Наедине с тем, кто наверняка заживо закопает его во время расспросов из-за опоздания.        — Чон Чонгук! — вдруг раздаётся в аудитории.       — Да, профессор? — стараясь говорить уверенно, Чонгук вскидывает взгляд на преподавателя.       — Предоставь-ка мне свой конспект.       От этих слов внутри всё переворачивается. Нет, очевидно де было, что тот его попросит хотя бы ради того, чтобы проверить успеваемость вечно опаздывающего ученика. Так, без паники… где там был ластик…       — Чон Чонгук… — звучит более строго.        «Да твою ж мать… ладно…может он не заметит…»       И конечно это «не заметит» лишь утешение… чёрт… сердце колотится как бешенное, а рука дрожаще протягивает тетрадь с «конспектом».       — Чего боишься? Я только проверю и всё. Или ты не писал? — хитро прищурившись, преподаватель пытается считать эмоции с лица студента.       — Писал…       — Хорошо…       Стоит только Киму открыть тетрадь, как внутри что-то сильно ёкает. В плохом смысле. Захватывает дух. И одновременно с этим… возбуждает… мысли о Тэхёне, о Ким, мать его, Тэхёне, читающим то, что написано в тетради после недо-конспекта… чёрт…       Ким хмурится, внимательно всматриваясь в записи Чона. А у того и вовсе, кажется сердце скоро выпрыгнет из груди.       — Недописано… что ж, ладно… так, а это что? — стоит только Чонгуку немного расслабиться, как тут же накрывает тревога. Голос профессора становится тише, что не может не волновать сильнее…       — Ким Тэхён, чёртов препод, такой строгий, что… — преподаватель замирает на секунду и поправляет очки. А Чонгук тем временем пытается не сгореть со стыда…       — Ну что ж, Чон. По поводу конспекта лекции у нас будет разговор после пар. Я надеюсь, ты сегодня никуда не спешишь?       — Н-нет… не спешу, профессор… — еле выдавливает из себя студент.       — Хорошо… — Ким молча отдаёт тетрадь Чонгуку и, собрав все свои вещи, выходит из аудитории.       ***       Заходить в кабинет профессора Кима оказывается страшнее, чем в кабинет директора. Ну что ж… была не была. Чонгук робко открывает дверь и проходит внутрь. Никого. Однако пиджак на кресле свидетельствует о присутствии Тэхёна здесь.       — Ещё раз здравствуй, Чон. — раздаётся голос позади. Видимо, тот был в раздевалке. — Присядь.        Чонгук садится за первую парту. Тэхён же встаёт слева от студента, опираясь на соседнюю парту.       — Я хочу задать тебе несколько вопросов… отвечай без обмана, хорошо?       — Хорошо, сонсенним…       — Как часто у тебя… проблемы… со сном?       От этого возбуждение вновь проходится по телу. Чонгук сглатывает, не зная, как вести себя в этой ситуации. Потому что причина проблем со сном сейчас стоит и спрашивает об его этом. При этом Чонгук точно понимает, какой контекст закладывает Ким Тэхён в слово «проблемы».       — Слишком долго думаешь, Чон... давай, отвечай. Или у нас есть какие-то скелеты в шкафу? — словно издевается преподаватель.        — Сонсенним... вы и так... всё видели... Чонгук еле выдавливает из себя эти слова.       Ким скрещивает руки на груди, улыбаясь.       — Верно. Я видел все, Чон... А теперь, ответь мне. Как долго у тебя проблемы со сном?       — Пр-римерно... два месяца... — Чонгук даже не решается поднять голову, дабы увидеть лицо преподавателя.       — Ну и долго же ты молчал, Чон....        Его пальцы ложатся на плечо Чонгука, слегка сжимая его через одежду.       — Негоже скрывать такие вещи, Чон. — голос преподавателя снижается, делаясь более низким и грубым, что тут же отдаётся волной возбуждения. Тем временем пальцы скользят по спине студента, останавливаясь на его затылке. Тэхён слегка сжимает волосы, будто специально провоцируя.       — Сонсенним, что вы делаете?… — в нос бьёт аромат парфюма учителя. Мускус, вишня, шафран… что-то ещё — не разобрать. И этот запах заставляет прочувствовать Тэхёна полностью, окунуться в атмосферу чувственности и близости рядом с ним.       — Ничего такого, Чонгук. Ничего такого…       Чону это кажется странным. Он думал, что на него накричат, заставят писать объяснительную или ещё чего похуже. А тут... это и нравится, и пугает одновременно...       — Сколько тебе полных лет, Чонгук?       — А… девятнадцать…       — Девятнадцать… — протягивает Ким, легко массируя чужую шею.       — Расслабься Чон. Ты довольно сильно напряжён.       Однако Чонгук лишь молча сидит, стараясь не сболтнуть ничего лишнего. Как можно расслабиться в такой обстановке? И всё же, тому удаётся сделать это, пусть даже спустя несколько минут.       — Молодец… — голос звучит низко и слегка протяжно, будто гипнотизируя. — …и какого тебе здесь? Ты ведь живёшь один, верно?       — Да… да нормально вроде…       — Это хорошо… — пальцы на шее парня замедляются, — и всё же, сколько партнёров у тебя было?       — На самом деле… ещё ни одного… — Чонгук вновь сглатывает. Это слишком личная информация, однако, почему он говорит об этом так легко? Дело ли в человеке, что стоит около него? Да, вероятно, так и есть. За всей этой правильностью скрывается кое-что интересное. И Чонгук готов принять вызов. А может быть и нет…       — Ох… ни одного? Даже поцелуев не было?       — Б-были… — настолько же робко отвечает парень, насколько и до этого.       — Только поцелуи и всё?       — Только поцелуи и всё… — повторяет Чонгук. От этого разговора в паху становится ещё более жарко, а щёки начинает припекать.       — И всё же, Чонгук… — тот опирается руками о парту, — …из-за чего у тебя проблемы со сном? — Его рука скользит с затылка Чона, слегка оглаживая щеку большим пальцем. Чонгук чувствует прикосновение преподавателя, отчего приятно не только физически. Однако студент скрывает это как только может.       — Я... на самом деле...       — Скажи мне, Чон. Что там на самом деле?.. — Ким чуть сильнее оглаживает нежную кожу.       — Расскажи своему преподавателю…       — Не могу...       Почему-то снова накатывает тревога. Но рассказать хочется. Безумно.       — Ты не можешь? — Ладонь Кима перемещается с щеки на макушку Чона, чуть сильнее сжимая волосы.        — Ты не можешь рассказать преподавателю что-то важное, Чон?..       — Это... не так уж и важно...        — Ты уверен в этом, Чон? — Тэхён касается чужих, но таких притягательных волос, слегка оттягивая на себя. — Если это не так уж и важно, почему это написано в твоей тетради, м?        — Это…       — Ну, что там у тебя в тетради? Решения задач, конспекты лекций или… ммм... что-то другое, раз это «не так важно»? — преподаватель оглаживает волосы, превращая укладку из идеальной в слегка растрёпанную.       «Какой же он милый» - пролетает в голове Кима.       — Сонсенним...  — голос слегка дрожит, ибо волнение даёт о себе знать.       — Да, Чон…? — тот наконец убирает руку с волос парня.       — Вы же... вы же и так знаете... зачем спрашиваете? — в голосе звучит волнение, робость и… интерес.       — Я хочу услышать это из твоих уст, Чон. — звучит довольно низко. Ниже, чем до этого, и мысль о том, почему голос Кима звучит так, не даёт покоя, отдаваясь уколами возбуждения, от чего хочется простонать, однако парень держится.       — И что потом? — выпаливает Чонгук.       За этим следует лишь смешок. — А что может быть потом, Чон? — преподаватель выдерживает паузу. — Ты думаешь, я буду осуждать тебя за твои записи? — Тэхён вновь опирается о стоящую позади парту.       — Я... так не думаю... — Чонгук опускает взгляд, не в силах больше смотреть на своего преподавателя.       — Хм… хорошо. А как ты думаешь?       — Я… мне страшно, сонсенним…       — Страшно? Что такого я могу с тобой сделать?       Чонгук вздыхает. Об этом тяжело говорить, особенно, учитывая, что Тэхён все знает… но не на столько, чтобы провалиться сквозь землю, как это было ранее.       — Накричите, накажете, — от этого слова тоже по телу проходит очередная волна возбуждения, но Гук старается выбросить дурную ассоциацию из головы, — заставите писать объяснительную, скажете идти к директору, где меня исключат за… — таки не в силах произнести слово, останавливается Чонгук.       — Хмм... Так ты думаешь, я именно это с тобой сделаю?       — Просто… Вы такой… строгий… на парах…        — Да, Чон. Я строг на парах, но у меня есть и другая сторона.       Тэхён вновь тянется к Чонгуку. Пальцы касаются руку ученика, оглаживая кожу.       — Хочешь увидеть её? — прямо над ухом, шёпотом произносит профессор.       — Да… — кивает Чонгук.       А сонсенним неожиданно для парня берёт того за подбородок, заставляя смотреть в глаза.       — Боже… твой взгляд… — раздается полушёпот.       — Что с ним? — таким же тоном произносит Чонгук.       — Он полон похоти и желания…       После этих слов сонсенним накрывает губы парня своими, целуя осторожно, будто прося разрешения. И Чонгук отвечает, что не может не радовать. Значит, можно. Можно делать всё то, о чём эти двое мечтали уйму времени. Можно трогать, целовать, обнимать и много чего ещё… можно…       Горячий язык проникает внутрь и отзывается возбуждением. У обоих сразу. Парень, не сумев сдержаться, стонет в поцелуй, на что сонсенним лишь улыбается.       — Теперь ты почувствовал мою другую сторону? — Тэхён отрывается от поцелуя. Дыхание сбитое, да и сам он выглядит слегка развязно.       — Да… — только и может выдавить из себя Чонгук, потому что сил ждать уже нет. Член больно натирает о бельё, да и у Ким сонсеннима наверняка тоже, а потому он начинает действовать.       — Учитель Ким…       — Зови меня просто Тэхён, — шепчет тот, и в голосе слышится похоть и возбуждение.        — Хорошо… Тэхён… — имя учителя легко слетает с губ Гука, и чёрт, это звучит великолепно.       — Да, мой сладкий? — всё тот же шёпот.       — Нет, можно… можно я буду называть Вас своим учителем? Мне так… больше нравится… — внутри вдруг зарождается смелость, в то время как былая неуверенность улетучивается.       — Хорошо, Гуки, зови меня как хочешь. — губы вновь касаются Чонгука, только в этот раз более резко, напористо.        — Учитель Ким… — Чонгук вдруг резко отрывается от поцелуя       — Что такое?        — Возьмите меня на своём столе.       — Ох, Гуки, ты меня так заводишь, — Тэхён припадает к нежной шее, оставляя засос. И нет, он не собирается извиняться за него. Теперь Чонгук его и только его, а значит, можно делать всё то, о чём так давно мечтал.       — Ммх~ — звучит из уст младшего, на что Тэхён пошло улыбается, после чего подхватывает. Чонгука и усаживает на парту. Расстояние между двоими сейчас непростительно короткое для преподавателя и студента. Ким приближается манящим губам, смотря то на них, то на расширяющиеся зрачки Чона.       — Посмотри, что ты сделал со мной...—  горячий, во всех смыслах, воздух каснулся кожи Чонгука. Тэхён указывает взглядом на то самое чувствительное место, которое и так можно было заметить чуть ли не издалека.       — И как тебе не стыдно быть таким, м? Таким сексуальным, — Тэ вновь целует юношу, касаясь языком его шеи. — мнх...таким...хот боем... Мм? Ответь мне... — учитель продолжает целовать, спускаясь ниже. Расстёгивает пуговицы на рубашке ученика, оглаживает клюцу, наслаждаясь прекрасным видом.       — Чонгук, ты чертовски горяч… — целует одуряющую ключицу, где и оставляет очередной засос.       — Уверен, твои соски сейчас на пределе ожидания ласк... — ладони скользят по телу уверенно, а пальцы задевают чувствительные соски.        — Ммнх, так и хочется припасть к ним губами... — и Тэ действительно припадает, но только к сладким губам своего мальчика. А между тем, возбуждение растёт. Отстранившись, Тэхён расстёгивает ремень на брюках, а затем оборачивает вокруг шеи ученика, притягивая к себе и вонзает язык в его рот, двигая им в полости. Одновременно с этим свободная рука массирует столь полюбившуюся грудь.       Чонгук же стонет от прикосновений. Тело дрожит от возбуждения.       — Тэ… Тэхён… я… можно я…       — Мм? Что такое, Гуки~? — протягивает Ким.       — Можно… я хочу…       — Чего ты хочешь? — звучит с неким рычанием.       — Отсосать… хочу тебе отсосать…       — Стой, подожди секунду.       Тэхён снимает ремень с еюшеи парня, бросая на соседнюю парту. Возвращается к двери, дабы закрыть замок, после чего достаёт из кармана презерватив.       — Я хочу без него… хочу ощутить Вас всего…        — Кхм… что ж… — а позволит ли ему Тэхён? Однозначно да, Позволит. Потому что ждал так долго, потому что хочется пиздецки сильно. Да. Он позволит, — …ладно.       Чонгук тут же опускается на колени, не до конца, но всё же открывая для себя прекрасный вид. Медленно, будто боясь спугнуть этот момент, касается члена Тэхёна через ткань белья.       — Ммм~ — слышится сверху, и этот стон не может не возбуждать. Чонгук переводит взгляд на Тэхёна, наслаждаясь реакцией.        — Давай, не бойся, — в полушёпоте, низким от возбуждения голосом выпаливает Тэ, касаясь прекрасных и таких манящих волос.        Чонгук стягивает бельё, и чёрт, лучше бы он этого не делал. Потому что такой красоты он не видел никогда. Возможно это лишь иллюзия, прикрытая гормонами, однако член Тэхёна действительно красив.        Чонгук тянется к нему, едва касаясь головки, оглаживает плоть, слыша как сбивается дыхание учителя. И это тут же отдаётся приятным скручиванием в животе. Собственный член уже давно просит ласки, а потому свободной рукой Чон позволяет себе дотронуться до себя хотя бы через одежду.       — Я не разрешал… — слышится строгое сверху, и этому голосу хочется подчиниться. Чёрт, это просто нереально охуенно. Чонгука ведёт от своего же учителя, а осознание этого возбуждает вдвойне. Парень начинает дрочить, сначала медленно, а затем ускоряясь.       — Ммм да~ ахх… — дыхание сбивается всё сильнее, а стоны становятся всё чаще и громче. И Тэхён даже не пытается их сдерживать.       Внезапно горячий язык касается чувствительной головки. Чонгуку до безумия нравится ощущение столь желанной плоти на языке. Он кайфует, насаживаясь на член всё больше.        — Чёрт… видел бы ты себя… — Тэхён мягко оглаживает волосы, направляет, намекая Чонгуку на большее. И Чонгук понимает. Задерживает дыхание, прежде, чем взять его полностью. Губы скользят по стволу и Чон с непривычки давится, выпуская член изо рта.        — Тише, мой хороший, — Тэхён большим пальцем оглаживает губы Чонгука, вытирая слюну.       — Твой вид сейчас такой… потрясающий, Гуки…       — С… спасибо… — Чонгук сглатывает скопившуюся слюну, после чего вновь насаживается на член.       — Если тебе трудно, то… — Тэхён не в силах договорить, ибо язык Чонгука божественен, — м-можешь… ахх… н-не делать…        Но Чонгук не слушает. В очередной раз пытается дойти до конца, и… у него получается. Он расслабляет горло, впуская в себя желанную плоть. Тело горит от действий и фантазий, хочется чтобы трогали, целовали, хочется, чтобы грубо трахали, но… до этого пока ещё, кажется, далеко…       — Ммм Гуки, как же ты… ахх… хорош…       И Чонгук не может сдержать стона. Он начинает двигать головой, что не может не возбуждать и его самого. А ведь прямо сейчас внутри находится член именно его — учителя, и от этого хочется взвыть… хочется сорвать всю одежду прямо сейчас, хочется касаться себя с каждой секундой всё сильнее, хочется кончить уже наконец, но пока что он делает лишь шумный, до одури шумный минет своему учителю… горловой минет… боже, от этой мысли ведёт, а взгляд темнеет на глазах у Кима. У того тоже всё плывёт от возбуждения. Особенно возбуждающе выглядит сейчас его студент, губы которого легко огибают член, скользят по стволу с пошлыми звуками, а по подбородку стекает слюна… чёрт, от этого хочется распластаться на полу мокрой лужицей, хочется кончить…       Вскоре он выпускает член изо рта, вдыхая воздух. Старается насладиться моментом, зацепиться за тоненькую нить удовольствия, что протягивает ему его учитель.        — Думаю, теперь моя очередь доставлять тебе удовольствие, студент Чон, — в голосе читается азарт, а во взгляде лишь похоть. Если Чонгук продолжит, то вероятность преждевременного оргазма будет равно примерно ста процентам.         Внезапно Тэхён подхватывает Чона и усаживает на парту. Чонгук охает, на что Тэхён пошло улыбается.       — Хочешь, я тебя вылижу? — преподаватель слегка нависает над ним, а голос звучит низко и с хрипотцой. И это не может не отдаваться очередной волной возбуждения, отчего Чонгук резко выдыхает. Тэхён улыбается, и в улыбке этой виден азарт, и от осознания того, что Тэхён, его учитель, сейчас перед ним именно такой, ведёт.        Взгляд учителя моментально затуманивается, темнеет и от этого хочется стонать, хочется подчиниться, отдаться полностью в грязные, желанные и такие горячие руки, окутывающие полностью; руки, блуждающие медленно, заставляющие содрогаться от каждого действия, руки, доводящие до оргазма… чёрт… от этих мыслей по телу проходит возбуждение, и дыхание чуть сбивается.       Несколько секунд — и Чонгук уже повален навзничь на собственной парте, заставлен врасплох властью Тэхёна. Тот аккуратно расстёгивает рубашку ученика до конца, целует нежную ключицу, от чего Гук стонет.        — Тише, — протягивает Тэхён, поднося палец к губам визави, — ты же не хочешь, чтобы нас услышали, — за этими словами следует пошлая ухмылка, что до чёртиков доводит своей страстью. А Тэхён продолжает целовать, руками оглаживая молодое тело. Внезапно останавливается, кусая и тут же зализывая — теперь на груди красуется засос, своеобразная метка, что будет не один день напоминать о сегодняшнем вечере.       — Учитель, прошу… — Чонгук уже хнычет, пытаясь ускорить время, потому что хочется ощутить своего учителя всем телом.        — Что такое, мой малыш? — протягивает с той же улыбкой на лице.       — Прошу… возьмите меня…       — Хорошо, мой сладкий. — Тэхён вновь целует, глубоко, медленно, стараясь насладиться каждым моментом, и точно также дать насладиться партнёру. Подхватывает за талию, заставляя приподнять бёдра, от чего Чон стонет в поцелуй, ибо возбуждение снова проходится по телу. Тэхён устраивается между его ног.       — Ты прекрасен, Чонгуки, — вполголоса звучит из уст преподавателя, рука которого медленно скользит по оголённому торсу, касается ремня брюк, останавливаясь.       — Тебе так хочется этого, да? — звучит немного ласково и в большей степени игриво.       Чонгук болванчиком кивает, — угу…       И Тэхён не медлит, уже и сам не в силах сдерживаться. Он быстро расстёгивает ширинку и пуговицу, спуская брюки до щиколоток. Сквозь ткать белья обхватывает член, гладит, наблюдая за тем, как кайфует его ученик. Вскоре и бельё оказывается внизу, а Тэхён вот-вот собирается прикоснуться к члену губами…       Внезапно слышится звук открывания двери. Неужели кто-то дёрнул за ручку? Чёрт…       Тэхён выдыхает. А сердце Чонгука замирает. Весь его взгляд говорит об испуге.       — Твою ж мать… — вполголоса звучит из его уст.       — Хм… закрыто? Так, ждите здесь, я схожу за ключом, — исходит из коридора. Видимо, преподаватель обращался к ученикам, что пишут дипломные работы.       — Валим отсюда, быстрее!